Коробка с сюрпризом: как работают беби-боксы в полулегальном статусе
25 июня жительница Краснодара не смогла открыть окошко беби-бокса в роддоме и все-таки оставила грудничка, но уже в соседнем дворе на лавочке. А чуть раньше, 13 июня, всё в том же Краснодаре в «окно жизни» (так называют беби-боксы) больницы скорой помощи положили новорожденного мальчика — ребенок здоров и находится под наблюдением врачей. Первые беби-боксы появились в России еще в 2011 году. С тех пор, по разным данным, они спасли жизнь от 84 до более чем 170 малышам, но официального статуса так и не получили. И если кто-то и берется за установку «окна жизни», то практически на свой страх и риск. Нужны ли беби-боксы и как они устроены — выясняли «Известия».
Мать-кукушка
На записях с камеры видеонаблюдения, которые оказались в распоряжении телеканала РЕН ТВ, хорошо видно, как женщина в оранжевой футболке с грудничком на руках подходит к беби-боксу. С силой дергает за ручку, но «окошко жизни» не открывается (то ли по техническим причинам, то ли женщина просто не справилась с устройством). Больше не пытаясь открыть его, мать с ребенком на руках уходит. Позже мальчика, которому от роду не больше недели, принесут жители соседней многоэтажки — найдут «живой сверток» во дворе на лавочке.
«В настоящее время ребенок находится в медицинском учреждении, его жизни и здоровью ничего не угрожает, — сообщили в Управлении МВД России по городу Краснодару. — По данному факту проводится проверка, устанавливается личность указанной женщины, действия которой могут быть квалифицированы как оставление ребенка в опасности, за что предусматривается уголовная ответственность вплоть до одного года лишения свободы».
По правилам, оставление малыша в беби-боксе — процедура анонимная и отменяет какие-либо уголовные преследования для матери: обстоятельства, которые подтолкнули женщину на такой поступок, могут быть разными, не судите, да не судимы будете. Впрочем, как видно из новостей, краснодарская мама-кукушка все-таки попала в обзор камеры наружного наблюдения.
«Краснодар самостоятельно устанавливал беби-бокс, это была их инициатива. В крае достаточно большое количество беби-боксов в отличие от других регионов: в Армавире, Новороссийске, Сочи и два в Краснодаре, — говорит «Известиям» сотрудница пермского фонда «Колыбель надежды» Анастасия Блок (именно руководство фонда, впечатленное опытом Латвии, предложило устанавливать беби-боксы в России). – Основной принцип беби-бокса — анонимность. Как правило, он устанавливается либо с торца, либо с обратной стороны медицинского учреждения, где камер нет. Мы стараемся это правило соблюдать».
После открытия бокса у мамы есть 30 секунд на раздумья: посмотреть в глаза своему малышу, обратить внимание на номера телефонов помощи, размещенные над боксом. Затем окно блокируется, срабатывает сирена, и ребенка забирают медики. В боксе поддерживаются постоянная комфортная температура и приток кислорода.
Вот что ждало бы краснодарского найденыша, если бы беби-бокс открылся, а так — лавочка во дворе и надежда, что добрые люди увидят ребенка раньше, чем он задохнется от жары или его заметят бездомные собаки. Матери, если найдут, в худшем случае грозит до года тюрьмы.
Запретить нельзя оставить
Считается, что первые в мире беби-боксы появились еще в Древнем Риме и назывались «колесами подкидышей». Однажды папа Иннокентий III увидел, как из Тибра вытаскивают тела трех младенцев. Понтифик ужаснулся и распорядился открыть специальное отделение для брошенных младенцев и установить специальный «пункт приема» в форме цилиндра в стене госпиталя Святого Духа. Малыша нужно было положить внутрь деревянного цилиндра, прокрутить конструкцию, чтобы ребенок оказался внутри госпиталя, а затем позвонить в колокольчик.
«Ящик для младенцев», «сейф», «окно жизни», «колыбель жизни», социальное окно «Колыбель» — как только беби-боксы не называют. Они есть в Польше, Германии, Латвии, Италии, Индии и других странах. В России первый беби-бокс открылся в 2011 году, сейчас их насчитывается 19. Но как не могут понять, как же писать правильно — «бэби-боксы» или «беби-боксы» (всезнающая «Википедия» утверждает, что оба варианта верны), так и Госдума не может ни разрешить «окна жизни», ни запретить.
Среди ярых противников беби-боксов были и теперь уже бывший омбудсмен Павел Астахов, и сенатор Елена Мизулина. Основной аргумент — государство не должно поощрять отказ от ребенка.
Специальный контейнер, в котором женщины могут анонимно оставлять нежеланных новорожденных детей
«Практика тех стран, которые в разное время прибегали к использованию беби-боксов, показывает, что после появления возможности для анонимного оставления детей число отказов от детей резко возрастало, — цитировала «Комсомольская правда» сенатора. — Само существование подобной возможности значительно повышает риски торговли детьми и иных сделок с ними, так как контроль за беби-боксами невозможен. В противном случае утрачивается главный принцип — анонимности, без которого беби-боксы лишены смысла».
В 2016 году правительство даже дало «положительный официальный отзыв» законопроекту Елены Мизулиной. Были и радостные возгласы («незачем нам это Средневековье»), и негативные комментарии. Но на деле законотворцы застряли где-то между веками. В 2017-м Госдума вернула законопроект на доработку. В том же году сразу несколько авторов, в том числе депутаты Ирина Роднина и Оксана Пушкина, наоборот, попросили узаконить беби-боксы для гарантии основных прав ребенка, но и эта инициатива не прошла. Был вариант и «золотой середины», когда регионы смогут сами решать: устанавливать беби-боксы или нет (с оговоркой «в медицинских организациях, имеющих в своей структуре отделения реанимации и интенсивной терапии для новорожденных»), но и его отправили на доработку.
«Благодаря беби-боксам на сегодняшний день с 2014 года спасены свыше 170 младенцев — почти шесть классов средней школы. Когда в нашей стране демографическая яма и мы декларируем, что России важен каждый ребенок, а президент дал курс на человекосбережение, абсолютно необъяснима критика беби-боксов, — цитирует агентство «Москва» Оксану Пушкину. — Это единственный цивилизованный способ спасения детей на сегодняшний день. И мы — авторы идеи — будем биться за принятие соответствующего закона».
«Не хочу находить и реанимировать детей»
«Московская область — 33 малыша, Краснодарский край — 26 деток, Пермский край — 12, Татарстан — трое. — Анастасия Блок озвучивает статистику по принесенным в беби-боксы младенцам. Данные получают по подписке Google — где какая информация проскочит, фиксируют. Возможно, данные неточные и спасенных еще больше. По крайней мере, директор единственной на весь московский регион больницы в Люберцах, где есть такое «окно жизни», еще год назад озвучивала цифру — 40 детей. Оно и лучше. — Всего 84 ребенка. Вы представляете, спасены почти 3 класса будущих учеников!»
Раньше фонд активно продвигал идею беби-боксов, но сейчас решили немного затаиться и отпустить ситуацию. Сколько есть пунктов, столько пусть и работают.
«Когда пошла негативная волна, начались проверки законности установки беби-боксов. Некоторые пункты закрыли, — рассказывает Анастасия. — Во Владимирской области открыли в 2012 году, а в 2015-м закрыли. Закрыли в Калининграде, Ленинградской области (там за всё время работы не оставили ни одного малыша. — «Известия»). В основном беби-боксы устанавливают в медицинских учреждениях, чтобы деткам сразу оказали соответствующую помощь, а все учреждения были готовы к проверкам».
Если кто-то интересуется установкой беби-бокса, фонд направляет необходимые материалы, схемы, рассказывает, к кому идти и в какие двери стучаться.
Последнее обращение было в начале этого года из Санкт-Петербурга. Врач одной из больниц сказал: «Я не хочу находить и реанимировать детей в ужасном состоянии». Предлагает рассмотреть своему учреждению вопрос установки беби-бокса. Спрашивал, с кем переговорить, к кому из руководства обратиться.
В свете полулегального существования в Перми, например, прежде чем установить беби-бокс, заключают трехстороннее соглашение: фонд, учреждение и орган власти. Здесь, говорит Анастасия, действительно очень важна поддержка властей: в некоторых регионах резко негативно относятся к беби-боксам, где-то, наоборот, положительно.
Как только малыш попадает в беби-бокс, говорит Анастасия, фонд пытается достучаться до мамы, публикуют призывы: если в силу каких-то обстоятельств женщина была вынуждена пойти на данный шаг, ей готовы помочь. Не найдется — ребенка передают опеке.
«У мамы есть возможность вернуть ребенка обратно, никаких последствий криминальных для нее нет, — поясняет Анастасия Блок. — Обращается либо к нам, либо в органы опеки (но в любом случае мы направим ее в органы опеки). Если женщина не может доказать, что она рожала, она мать, то проводят ДНК-экспертизу».
Как рассказывала в интервью главный врач Московского областного центра охраны материнства и детства в Люберцах Татьяна Мельник, иногда в беби-боксе вместе с малышом оставляют хоть какую-то информацию: выписку из роддома или записку с именем и датой рождения, а порой «Прости, дорогой сыночек. » на клочке бумаги.
«Я не понимаю этого как врач и как человек. Беби-боксы однозначно нужны. Я лично по проблемам целесообразности существования беби-боксов выступала с докладами в Московском областном парламенте, в Госдуме, в Совете Федерации, — цитирует издание «Риамо» врача. — Мы настаиваем на том, что беби-боксы необходимы. Они спасают жизни малышей, мамы которых совсем отчаялись».
«Нет массовости, нет такого, что каждый день оставляют детей, — Анастасия будто отвечает оппонентам, которые переживают, что закон об установке беби-боксов запустит волну отказов от детей. — Но это одна из возможностей спасти жизнь, пусть она будет. Почему бы и нет? Всё равно, несмотря на негативные выпады и тезисы, статистика говорит о том, что у нас 84 ребенка спасено. У нас в свое время студенты проходили практику. Мы попросили сделать аналитику отзывов в интернет-пространстве: что пишут, думают по поводу беби-боксов. И выяснилось, что простые граждане за беби-боксы, что здесь нет ничего плохого, пусть будет такая альтернатива».
История одного бэби-бокса
Бэби-боксы, которые не так давно начали появляться в российских регионах, могут быть запрещены. Такой законопроект подготовила сенатор Елена Мизулина, а правительство РФ его поддержало. Хотя ранее хотели сделать наоборот — легализовать работу специально оборудованных мест, где граждане могут анонимно оставить нежеланного младенца. Всего в стране на данный момент 19 бэби-боксов, ближайший к Москве — в Люберцах. МОСЛЕНТА выяснила, как его найти и пригодился ли он кому-нибудь.
Окно с аистом
Найти ближайший бэби-бокс оказалось непросто. Полного перечня адресов на официальных сайтах нет. На запрос «бэби-бокс в Москве» поисковик предложил отправиться в подмосковные Люберцы. В нескольких новостных сообщениях подтверждалось, что это действительно единственное такое окно на два субъекта федерации.
Добраться до Московского областного центра охраны материнства и детства, где расположен этот бэби-бокс, несложно, хоть и долго (из центра столицы, например, ехать полтора часа). Сложности начинаются уже на самой территории больничного комплекса, состоящего как минимум из пяти корпусов. Никаких указателей и вообще информации о наличии бэби-бокса поблизости нет. Наверно, чтобы никоим образом не повлиять на решение колеблющихся.
Охранник на проходной роддома иностранное словосочетание, кажется, услышал впервые. Пришлось самостоятельно всё обойти. Ушло на это минут 20 — бэби-боксом оказалось малоприметное непрозрачное окошечко с изображением аиста и надписью «Колыбель».
Сам бэби-бокс расположен на первом этаже основного корпуса областного центра, но со стороны заднего двора. Рядом с окном размещён стенд с указанием адресов и телефонов организаций, которые могут оказать поддержку маме, попавшей в трудную жизненную ситуацию и решившейся на отказ от ребенка. Бэби-бокс оснащён подогревом, вентиляцией, а также звуковой и световой сигнализацией, которая включается в момент закрытия социального окна, чтобы ребёнка как можно скорее нашли врачи.
22 жизни
Социальное окно «Колыбель» было открыто в декабре 2013 года после нескольких громких случаев, когда живых детей находили в мусорных контейнерах. За время существования бокса удалось спасти всего 22 малышей, сообщила «МК» главврач центра Татьяна Мельник.
Елена Богданович / МОСЛЕНТА
Подавляющее большинство подкидышей — это дети приезжих. Многие оставляют записки. «Обычно записки очень сухие, просто факты, что родился тогда-то, сделаны такие-то прививки. Но бывают и исключения. Например, помню, мама оставила такое письмо: „Я повстречала на своём пути плохих людей, которые меня обманули, и сейчас у меня просто нет возможности прокормить этого малыша“. Были записки с просьбами о прощении, обращенными к ребенку: „Прости, дорогой сыночек, но я просто не могла поступить иначе“. В некоторых письмах указывались имена детей, в некоторых — нет», — рассказала главврач.
Контейнер встроен в стену обычной палаты. Здесь есть всё необходимое для первичного осмотра ребенка: пеленальный столик, пелёнки, памперсы. Тут же ванна, где малыша можно сразу помыть. «Если нужна экстренная помощь, моментально реаниматологи приходят со своим оборудованием. Но сложных детей почти не было. Единственное, очень часто детишки могут быть недокормленными, но всех их мы выхаживаем. Лишь однажды положили девочку с очень серьёзным пороком сердца, требующим оперативного вмешательства. Записки при ней не было, но мы решили, что у мамы просто не было денег на операцию», — добавила Мельник.
В больнице следят за дальнейшей судьбой каждого из прошедших через окошко малышей. Из 22 детей только одна девочка оказалась в детском доме. Та самая, со сложным пороком сердца. За двумя вернулись родители — ведь у них был шанс передумать, и они передумали. А остальные нашли себе новые семьи.
Как по-другому
До того, как в областном центре охраны материнства и детства установили бэби-бокс, детей оставляли на крылечке роддома. Главврач уверена, что так будет и в том случае, если окошко придётся демонтировать.
В Москве на улицах в среднем находят одного младенца в трое суток. При этом, например, за прошлый год всего пятеро из обнаруженных подкидышей были мертвы. Это значит, что матери стараются оставить малыша там, где его вероятнее всего найдут живым и, возможно, даже невредимым. И, по статистике, 95% таких детей не имеют каких-то серьёзных заболеваний.
Елена Богданович / МОСЛЕНТА
Матери подкидышей чаще всего — приезжие, из дальних российских регионов или из ближнего зарубежья. Отцы — владельцы палаток, где женщины работают. Поэтому врачи часто называют таких подкидышей «дети рынков» — горький намёк на причину и место зачатия. Правда, в последнее время заметную долю брошенных детей составляют младенцы с явно азиатскими чертами лица.
С каждым найденным младенцем возбуждается уголовное дело по статье «Оставление в опасности», однако оно редко расследуется до конца. Ведь матери подкидышей обычно нигде не наблюдаются в ходе беременности. Сдвинуть проблему с мёртвой точки мог бы генетический банк данных, который пока только формируется.
Аргументы против
Поправки в закон «Об основных гарантиях прав ребёнка в Российской Федерации» сенатор Елена Мизулина внесла в Госдуму ещё в июне этого года. Они предусматривают запрет на деятельность, направленную на организацию «анонимного оставления детей, в том числе на создание и содержание специализированных мест для анонимного оставления ребёнка». За нарушение этого запрета предлагается штрафовать юрлица на сумму от 1 до 5 млн рублей. А 28 сентября стало известно, что правительство России одобрило законопроект с формулировкой: «так как существование в ряде регионов бэби-боксов противоречит Конвенции о правах ребёнка».
Сейчас существование бэби-боксов в России не регламентируется. Они начали появляться в 2011 году по примеру ряда европейских стран. В конце прошлого года несколько сенаторов решили регламентировать работу социальных окон и внесли соответсвующий законопроект в Госдуму. В частности, устанавливать их должны были при медучреждениях, а финансировать устройство обязали именно региональные бюджеты. Однако документ этот не нашёл поддержки ни в администрации президента, ни в Минздраве.
Елена Богданович / МОСЛЕНТА
В пояснительной записке к проекту Мизулиной сказано, что бэби-бокс создает иллюзию «лёгкого гуманного решения проблемы», влечёт рост числа отказов от новорожденных и значительно повышает риски торговли детьми. «Государство не должно поощрять отказы от новорожденных. Практика тех стран, которые в разное время прибегали к использованию бэби-боксов, показывает, что число отказов от детей резко возрастало», — объясняла при внесении законопроекта сенатор, предлагая сместить акцент на усиление поддержки женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации.
Ради чего спор
Спорить о целесообразности бэби-боксов, очевидно, будут долго. Мнения разные.
Главврач люберецкого детского центра уверена, что силы направлены не туда. Нужно в первую очередь поддерживать будущих мам, оказавшихся в сложной жизненной ситуации. «Сейчас нужно направить все силы на то, чтобы создать сеть психологических центров, на то, чтобы каждая женщина знала об их существовании. Тогда и не будет детей, оставленных в лесу, в канаве, в мусорном контейнере. А люди, которые должны оберегать детей, направили все силы совсем не туда — на то, чтобы закрыть бэби-боксы, — считает Мельник. — Но оттого, что мы запретим их, оставлять детей меньше не станут. Я больше 30 лет работаю в роддоме. Сколько за это время мы находили детей у крылечка роддома, и вспомнить сложно».
Руководитель региональной благотворительной общественной организации «Служба помощи несовершеннолетним женщинам «Голуба» Марианна Вронская инициативу, напротив, поддерживает. «Отказ от так называемых бэби-боксов, на мой взгляд, — правильное решение. Работая более 20 лет с несовершеннолетними матерями, я могу с полной уверенностью сказать: такие ящики для детей — не выход. Уже есть гораздо более цивилизованные и гуманные способы законно и абсолютно безнаказанно для женщины в сложной жизненной ситуации обеспечить благополучие ребёнка, от которого она вынуждена отказываться: оставив в родильном доме, отдав его в ближайший дом малютки, в органы опеки или даже в полицейский участок, наконец. В этих структурах есть чёткие служебные инструкции, как действовать в подобных ситуациях», — сказала она МОСЛЕНТЕ.
Только вот пойдёт ли женщина, которая хочет незаметно оставить ребёнка, в полицейский участок? Ведь многие сомневаются даже в анонимности бэби-бокса и безопасности его использования, хотя об этом много писали. И, нужно признать, среднестатистическая мать из этой категории понятия не имеет, что есть такие окошки.
Она вообще мало что видит из своей палатки.
Бэби-боксы: за и против
Заместитель председателя комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и госстроительству Елена Мизулина внесла в Госдуму проект о запрете бэби-боксов. Двумя днями ранее в Краснодаре вечером в «окне жизни» оставили новорожденную девочку.
Портал ЮГА.ру собрал мнения врачей, общественных деятелей, представителей духовенства и власти о бэби-боксах.
Спрос на детей колоссальный
Настоятель краснодарского храма Рождества Христова, протоиерей Александр (Игнатов) в разговоре с журналистом высказался против «окон жизни».
«Считаю, что это [бэби-боксы] — падение нравственности и любви», — сказал известный своими проповедями против абортов и усыновления российских детей иностранцами священник и отказался развивать эту тему подробнее. Отметил лишь, что воспитывать чувство любви к детям, чувство материнства надо со школы.
Председатель краснодарского регионального отделения Родительского Всероссийского Сопротивления (РВС) Анастасия Шабалина поддержала запрет бэби-боксов. Родительское Всероссийское Сопротивление — общественная организация, выступающая против внедрения в России ювенальной юстиции. В резолюции съезда РВС сказано, что участники организации поддерживают «закон Димы Яковлева». Кстати, возглавляет РВС Мария Мамиконян, жена известного борца с «оранжевой революцией» Сергея Кургиняна.
«Мы за запрет установки бэби-боксов. Они не работают против убийства младенцев. В бэби-боксы детей несут те матери, которые при социальной поддержке могли бы воспитывать сами», — подчеркнула Шабалина, ранее выступавшая и от имени движения «Суть времени», которым руководит вышеупомянутый Кургинян.
По ее словам, бэби-боксы провоцируют на то, чтобы оставить в них ребенка, и количество таких детей в последнее время увеличилось: общество подменило понятие «выбросить своего ребенка» на «спасти ему жизнь». Шабалина считает, что при использовании бэби-боксов появляется возможность использования криминальных схем.
«Например, в Германии каждый пятый ребенок, оказавшийся в бэби-боксе, пропал», — сказала Шабалина. При этом в ФРГ до сих пор активно ведутся дискуссии о необходимости наказания для оставивших ребенка родителей и правовом статусе ребенка, анонимно оставленного родителями. Сейчас законодательство этой страны рассматривает оставленного в бэби-боксе ребенка как отданного на попечение третьему лицу.
Комитет ООН по правам ребенка считает, что бэби-боксы нарушают Конвенцию о правах ребенка, сообщает The Guardian. В ст. 7 документа сказано, что ребенок имеет право знать своих родителей. Кроме того, государства-участники ООН должны уважать право детей, разлучённых с одним или обоими родителями, регулярно поддерживать личные отношения и прямые контакты с обоими родителями, исключая случаи, когда это противоречит интересам ребенка.
__f36mmnz.png)
Уполномоченный по правам ребенка в РФ Павел Астахов и вовсе считает, что если дать бэби-боксам государственный статус, это приведет к торговле детьми.
«С 2014 по 2015 год число реально доказанных случаев продажи детей выросло втрое! Спрос на детей колоссальный. Очень много бесплодных пар, при этом число детей в детдомах за последние годы сократилось вдвое, втрое стало меньше отказников», — цитирует Астахова РИА «Новости».
«Они ж там все неучтенные. Видеокамер нет, документы никто не спрашивает. Не надо наступать на грабли, на которые в других странах до нас уже наступили», — сказал Астахов. Учитывались ли детским омбудсменом при анализе статистических данных о росте случаев продажи детей изменения экономической ситуации в стране, соотношения средних доходов с расходами и другие данные, не уточняется.
В 2015 году в Ставрополе в бэби-бокс положили девочку в возрасте 1,5 месяцев. На следующий день выяснилось, что это сделала бабушка ребенка против воли матери. Инцидентом заинтересовался Астахов. Он потребовал провести проверку действий бабушки, которые считает преступными. По итогам разбирательства краевой уполномоченный по правам ребенка Светлана Адаменко заявила, что мать сама отнесла дочку в «окно жизни». Девочку отдали бабушке.
Меньшее зло
В России бэби-боксы начали устанавливать в 2011 году. До 2015 года их открыли в 13 регионах страны. В девяти субъектах бэби-боксы прокуратура признала незаконными, в Краснодарском и Пермском краях они разрешены.
Кубань стала первым регионом, где установили бокс. В Пермском крае открыли «окно жизни» по инициативе фонда «Колыбель надежды». Бокс создали на латвийском заводе Erenpreis, специализирующемся на сборке велосипедов, пишет «Коммерсантъ».
Вице-губернатор Краснодарского края по социальной политике Анна Минькова встала на защиту бэби-боксов.
«Отменить можно все и в любой момент, но я уверена: сами по себе бэби-боксы — не зло. Они призваны спасать жизни. Другой задачи у них нет», — добавила она. По словам Миньковой, она не против общественного обсуждения такой инициативы, но «или у ребенка есть шанс на жизнь, а у нас есть шанс его спасти — или мы найдем его мертвым». Она напомнила о примерах, когда младенческие тела находили в совершенно трагических условиях и жутких местах вроде свалок.
Директор автономной некоммерческой организации «Синяя птица» Лина Скворцова заявила, что бэби-боксы — необходимая мера. «Синяя птица» занимается различными направлениями благотворительности: помощь детям-инвалидам, сиротам, семьям, попавшим в сложную ситуацию.
«Люди, которые предлагают отменить их, сидят в Госдуме и жизни не видят. Те, кто говорит о том, что бэби-боксы провоцируют матерей отдавать детей, хоть раз бы пообщались с живыми матерями, оказавшимися в самых разных жизненных ситуациях», — сказала Скворцова. По ее мнению запрет бэби-боксов может быть выгоден тем, кто хочет получить дешевый пиар.
В Краснодарском крае с 2011 года в бэби-боксах оказались 17 детей. Одного их них оставили в тяжелом состоянии, двоих — в состоянии средней тяжести. Сейчас все дети живы и здоровы, четверо из них вернулись к своим матерям. Женщины возвращались, признавались в сдаче ребенка и просили их вернуть.
«Этот способ — гуманная мера, которая позволяет предупредить трагические последствия, когда мать оставляет ребенка, и вовремя отреагировать медикам, помочь брошенному малышу, который мог быть вовсе не найден», — выразила свое мнение руководитель благотворительного фонда «Край добра» Яна Сторожук.
Депутаты парламента Северной Осетии 3 марта одобрили создание в республике бэби-боксов. Инициативу членов Совета Федерации одобрили на совете парламента республики.
Председатель комиссии Общественной палаты Краснодарского края по вопросам охраны здоровья, физической культуре и спорту, популяризации здорового образа жизни, начальник Краевого клинического госпиталя для ветеранов войн им. проф. В.К. Красовитова» Сергей Исаенко считает, что боксы спасают жизни.
«У женщин, которые хотят избавится от ребенка, есть масса вариантов — и некоторые из них я не хочу называть. Но иногда у женщины есть потребность в том, чтобы скрыть беременность, роды, что был ребенок. Страна предлагает такой цивилизованный вариант. Когда бэби-боксы стоят в больницах, медики сразу могут оказать помощь ребенку», — сказал он.
По мнению Исаенко, призыв запретить бэби-боксы политизирован, при этом противники не дают никакой альтернативы. Исаенко уточнил, что поддерживает установку бэби-боксов только в медицинских учреждениях и исключительно под охраной государства.
В 2015 году от «окон жизни» отказались в Ростовской области. В бюджете не нашли на это деньги, на спонсорские предложения власти не отреагировали. Министр здравоохранения Ростовской области Татьяна Быковская отметила, что боксы не пользуются популярностью в регионах России, сообщаетDonnews.
Депутат ЗСК, главврач Краснодарской краевой клинической больницы № 2 Григорий Пенжоян в разговоре с корреспондентом портала ЮГА.ру отметил, что запрет бэби-боксов нерационален.
«Они останавливают кого-то от детоубийства. Должно быть так, чтобы бэби-боксы были пустыми, но не запрещать их», — сказал он.
Пенжоян добавил, что настаивающие на запрете не дают альтернативы тем, кто собрался не отказаться, а избавиться от ребенка, и назвал бэби-боксы «меньшим злом».
Не доводить до предела
Президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская в 2015 году на своей странице в Facebook раскритиковала инициативу сделать бэби-боксы государственной программой. По ее мнению, это уводит социальную политику государства в неверное русло.
«Потому что у нас до сих пор практически ноль профилактических мер принимается на законодательном уровне. Да хотя бы минимальное и самое дешевое — службы профилактики отказов для всех роддомов. Нет никакой федеральной поддержки. Мы пытались, нам сказали на это нет денег и никто не будет делать таких федеральных проектов, это мол дело регионов — профилактика, пусть сами делают, что захотят. Поддержка одиноких мам? Нет, не слышали. Реальная поддержка многодетных? Нет, нет у государства денег», — написала она во время очередного витка споров об «окнах жизни».
Создать службу профилактики отказа в больницах дешевле, чем оборудовать медучреждение боксом, заявила Альшанская.
«Женщина, оставляющая ребенка, явно находится не в лучшей точке своей жизни. Неизвестно, что с ней. Может, у нее депрессивное состояние или ей кажется что нет выхода. В таком состоянии она не может принимать сама одна взвешенное решение. Ровно потому у нас женщину по программе профилактики отказов консультирует психолог. А не любой человек с улицы. И уж тем более не бессловесный ящик, на котором в лучшем случае наклеен призыв, а в худшем ничего. И информация на бумажке, когда человек в таком состоянии — совсем не лучший советчик и уж тем более не адекватный вариант помощи ему. Ему нужна живая консультация для принятия решения. Которое перевернет всю дальнейшую жизнь двух живых существ», — резюмировала Альшанская.
В марте 2016 года минздрав Краснодарского края сообщил, что за пять лет — фактически, за время работы бэби-боксов в регионе — количество отказов от детей в роддомах снизилось почти на 40%.
«Только за прошедший год полторы тысячи жительниц Кубани, обратившихся за направлением на аборт, изменили своё мнение и сохранили ребёнка. Принять такое решение им помогли специалисты в кабинетах медико-социальной помощи. С женщинами, планирующими прервать беременность, работают акушеры-гинекологи, психологи и социальные работники. Здесь проводят доабортные консультации, максимально предупреждая женщин обо всех возможных последствиях прерывания беременности», — указывается в публикации.
Почти во всех регионах Юга России существуют службы поддержки беременных, оказавшихся в сложных жизненных ситуациях, и открыты телефонные «горячие линии» для консультаций и психологической помощи.
Центр охраны здоровья семьи и репродукции: 8 (861) 267-08-39.
Центр социальной помощи семье и детям: 8 (863) 267-05-04
Центр поддержки беременных, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, на базе ГБУЗ СК «Родильный дом» города-курорта Ессентуки: 8 (87934) 2-65-03.
Центр поддержки беременных женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, на базе ГБУЗ СК «Пятигорский родильный дом»: 8 (8652) 930-939.
Центр поддержки беременных женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, в ГБУЗ СК «Городская поликлиники № 1» г. Ставрополя: тел. 8 (8652) 32-53-09.
Центр помощи беременным: 8 (8662) 72-00-63.
