Человек Летучая Мышь против Леонида Ильича Брежнева
| Официальная премьера | 31 января 2021 |
| Режиссер и драматург | Саша Денисова |
| Художник-постановщик | Леша Лобанов |
| Художник по костюмам | Саша Агеева |
| Художник по свету | Иван Виноградов |
| Хореограф | Константин Челкаев |
| Композитор | Владимир Горлинский |
| Хормейстер | Елена Шевлягина |
| Видеохудожник | Алан Мандельштам |
| Видеохудожник | Алексей Береснев |
| Иллюстратор | Виктор Голубенков |
| Исполнительный продюсер | Тамара Шишлова |
| Помощник режиссера | Екатерина Варченко |
| Помощник режиссера | Дарья Нестратова |
вся творческая группа
Спектакль «Человек Летучая Мышь против Леонида Ильича Брежнева» занимает особое место в репертуаре Театра на Бронной. Это лирическая фантазия о том, как жилось бы супергерою из американских комиксов в типичных брежневских реалиях.
Идея
Главный герой в постановке режиссера Саши Денисовой — скромный редакционный сотрудник, писатель Толя Дудочкин. У него типичная советская семья и типичная советская работа. Но по ночам он не спит, как другие товарищи, а искореняет недостатки общества, рассекая по Москве на стареньких «Жигулях», и спасает сограждан: то бабушку из проруби достанет, то грабителей сберкассы остановит. Спектакль-экскурс в конец брежневской эпохи затрагивает множество тем: и быт, и цензуру, и политические интриги.
Спектакль
Режиссёр признается, что выражать идеи через явления поп-культуры — ее излюбленный прием. Когда родилась мысль о Человеке Летучей Мыши, решено было отодвинуть его вглубь истории. Саша Денисова выбрала времена своего детства, в чем-то рассказывая от лица дочери главного героя и историю и своей семьи.
Сценография
На сцене знаменитая чехословацкая стенка — символ своего времени. Она переходит в полноценную стену, олицетворяющую одновременно и кремлевскую ограду, и железный занавес, и советские бетонные заборы. Пространство зала тоже задействовано в постановке — члены политбюро тут сидят прямо в ложах и расхаживают по театральным ковровым дорожкам.
Брежнев
Продумывая образ генсека, Саша Денисова изучала реальные брежневские дневники, но в итоге в спектакль вошла лишь одна документальная сцена. Брежнев в этой постановке — этакий наследник Тутти, тогда как члены политбюро — своего рода Три толстяка. Генсек ведет себя, как ребенок, который хочет играть, но вынужден заниматься делами. Этот образ мастерски воплощает на сцене актриса Ольга Лапшина.
Клавдия Георгиевна
В спектакле есть особый персонаж — теща Дудочкина, ее играет Александр Семчев. Специально под его дуэт с Ольгой Лапшиной была написана сцена, в которой Брежнев проникает в дом Человека Летучей Мыши и влюбляется в Клавдию Георгиевну. «Решено, Леня, будешь жить у нас!», — говорит она, и рождается альтернативная советская история.
Человек Летучая Мышь против Леонида Ильича Брежнева
ВНИМАНИЕ! Срок бронирования билетов на спектакли Театра на Малой Бронной составляет 24 часа.
Режиссёр и драматург — Саша Денисова
Художник-постановщик — Леша Лобанов
Художник по костюмам — Саша Агеева
Художник по свету — Иван Виноградов
Хореограф — Константин Челкаев
Композитор — Владимир Горлинский
Исполнительный продюсер — Тамара Шишлова
Помощник режиссера — Екатерина Варченко
Помощник режиссера — Дарья Нестратова
В спектакле Саши Денисовой герой комиксов живёт в СССР и прячется под ликом скромного писателя Дудочкина — недотёпы и одного из миллионов советских граждан.
Под покровом ночи Бэтмен-Дудочкин расправляет свои тёмные крылья и на усовершенствованных «Жигулях» карает злодеев застойного Готем-Сити и защищает простых советских людей, слушает питерский рок и, конечно, находит любовь.
«Бэтмен против Брежнева» — спектакль-исследование 80-х годов СССР, где фантазии советской истории сплетаются со знаковыми текстами и документами эпохи.
В спектакле заняты:
Дмитрий Куличков, Сергей Епишев, Ольга Лапшина, Александра Виноградова, Лина Миримская, Екатерина Варнава, Мария Шумакова, Александр Семчев, Лина Веселкина, Александр Терешко, Андрей Субботин, Сергей Кизас, Дмитрий Варшавский, Александр Никулин, Владимир Храбров, Владимир Яворский
Билеты на Бэтмен против Брежнева
Купить билеты на спектакль Бэтмен против Брежнева
вы можете самостоятельно в кассах площадки или оформить заказ на сайте
Спектакль «Бэтмен против Брежнева» — это работа режиссера Саши Денисовой, которая посвящена герою комиксов, проживающему в СССР. Ему приходится прятаться под ликом достаточно скромного писателя по фамилии Дудочкин. Он является некой недотепой, который практически ничем не отличается от миллионов других советских граждан, окружающих его в повседневной жизни.
Несмотря на свой образ, все же Дудочкин под покровом ночи может превратиться в Бэтмена. Он расправляет свои темные крылья и пытает бороться со злодеями Готэм-Сити. Для этого советский герой из американских комиксов использоваться несколько усовершенствованную версию «Жигулей». Ему удается защищать мирных жителей СССР, носит джинсы-клеш и даже влюбляться.
Спектакль «Бэтмен против Брежнева» представляет собой типичный пример постмодернистской постановки, которая в значительной степени отличается от классических драматургических произведений. Саша Денисова при создании данной работы решила немного пофантазировать о том, каким образом всем известный американский герой смог бы существовать в советских реалиях. По ее
В СССР Бэтмену пришлось бы несладко. Он должен был бы отмечаться у Лескова, а также стоять в магазинных очередях за болгарским перцем. У него бы обязательно возникали проблемы с покупкой французских духов своей жене в качестве подарка на действительно важные праздники.
Другие известные нам персонажи из фильмов, которых исполнили Смоктуновский, Басилашвили, Даль и Яновский, представляют собой достойных и талантливых мужчин, раздавленных эпохой, воздухом, молчанием и настоящей безысходностью. Представить себе, что Бэтмен в СССР смог бы избежать такой судьбы практически нереально.
Заказать билеты на спектакль Бэтмен против Брежнева
Стоимость заказа включает в себя все услуги в т.ч. резервирование, доставку и не является номинальной стоимостью билета
Доставка билетов возможна в течение 1-2 часов после заказа.
Заказ билетов по телефону +7 (495) 229-04-00 с 09.00-21.00
Заказ билетов через сайт принимается круглосуточно!
«Вкусные» цены постоянным и корпоративным клиентам.
Ксения Собчак и Константин Богомолов, Баста и Елена Пинская и другие гости премьеры «Бэтмен против Брежнева»
Новый спектакль во Дворце на Яузе.
31 января во Дворце на Яузе состоялась премьера спектакля Театра на Малой Бронной «Бэтмен против Брежнева», которую посетили Ксения Собчак и художественный руководитель Театра на Малой Бронной Константин Богомолов, Владимир Познер, Наталья Шкулева и Андрей Малахов, Баста и Елена Пинская, Борис Белоцерковский, Наталья Давыдова, Светлана Устинова, Дарья Повереннова и Андрей Шаронов, Яна и Вадим Расковаловы, Марианна Масимовская, Валерия Роднянская, Наталья Синдеева, Наташа Максимова, Юлия Бордовских, Виктория и Олег Шеляговы, Надежда Оболенцева и другие.
Наталья Шкулева и Андрей Малахов, Ксения Собчак, Оксана Бондаренко 
Владимир Познер и Наталья Гуржий 
Константин Богомолов и Ксения Собчак, Яна и Вадим Расковаловы 
Антон Борисевич, Ирина Вольская, Давид Давидович, Виктория Борисевич 
Геннадий Йозефавичус и Дина Ким
«Бэтмен против Брежнева» — советский триллер, фантазия о том, что делал бы Бэтмен в СССР, в эпоху застоя, будь он советским гражданином. Рассказчиком этой истории станет маленькая девочка, дочь Бэтмена, а соткана она из всего знакомого нам советского — быта, кино, песен, судеб. Автор спектакля —драматург, режиссер, сценарист Саша Денисова, участвуют в нем Сергей Епишев, Дмитрий Куличков, Ольга Лапшина, Александр Семчев, Мария Шумакова, Екатерина Варнава и другие.
Следующие спектакли «Бэтмен против Брежнева» пройдут во Дворце на Яузе 11 и 22 февраля.
Баста и Елена Пинская 
Светлана Устинова 
Надежда Оболенцева 
Наталья и Мурад Османн 
Борис Белоцерковский 
Наталья Давыдова 
Юлия Бордовских с дочкой Марусей 
Ксения Собчак и Валерия Роднянская 
Наташа Максимова 
Ян Яновский и Константин Богомолов 
Наталья Синдеева 
Маша Федорова 
Илона Столье 
Василий Борисов и Марианна Максимовская 
Виктория и Олег Шеляговы 
Андрей Шаронов и Дарья Повереннова 
Евгения Милова 
Андрей Фомин с женой
Саша Денисова — про спектакль «Бэтмен против Брежнева», фемоптику и охоту на Семчева
Саша Денисова раньше вела колонку в «Русском репортере», а теперь стала режиссером и поставила в Театре на Малой Бронной спектакль по собственной пьесе. Елена Смородинова, которая тоже раньше вела колонку в «Русском репортере», а теперь ставит спектакли, поговорила с ней по душам.
Про рождение коммуны
Колонка в «Русском репортере» была таким пунктом выдачи везения. Говорят: «А давай ты будешь вести колонку о своей жизни, о мире вокруг Саши Денисовой». Я подумала: «Господи, что я, Умберто Эко какой‑то?» Хотя Умберто Эко писал колонку двадцать лет, а я — пять. И писала бы, наверно, еще, если бы наш корабль («Русский репортер». — Прим. ред.) не стал тонуть, а я не ушла в театр.
«Русский репортер» был в том здании, куда я пришла работать в журнал «Огонек», — это такое советское здание, со старыми коридорами, ты тоже их помнишь. Там снимали фильм «Журналист» 1967 года, и возле этих окон, мимо которых мы ходили в курилку, стояли актеры, игравшие журналистов с принципами. Я не так давно его пересматривала.
Как все счастливое и прекрасное, «Русский репортер» закончился. И в каком‑то смысле в Театре на Бронной сейчас происходит тоже такой расцвет. Начало театра! Пришли новые актеры — [Дмитрий] Куличков, [Александра] Виноградова, [Мария] Шумакова, [Владимир] Храбров, появляется сыгранность, труппа переходит из спектакля в спектакль — нет разделения на актеров каждого режиссера.
Можно сказать, что раньше был ИП Константин Богомолов, а теперь это ООО. Костя действует, мне кажется, по примеру Табакова, который показал, как быть великодушным и открывать двери молодым художникам. Богомолов перед своей премьерой на Бронной выпустил [Максима] Диденко, [Филиппа] Григорьяна, Олега Долина, нас с [Кириллом] Вытоптовым, [Александра] Молочникова. Ему пришлось заниматься маркетингом, он собрал мощную команду, продаются билеты, цены растут, Лариса Ломакина, главный художник театра, меняет визуальный стиль, у спектаклей есть продюсеры, Костя привел большую команду, она работает на всех уровнях. Театр получается яркий, современный, общедоступный, но при этом сложный. В этот театр хотят прийти, просят билетики, приходится отказывать. А это уже Булгаков: «На сегодня не могу-с». Это и есть место силы и притяжения.
Про стратегию Чебурашки
Никакой стратегии, кроме стратегии Чебурашки, сидящего в коробке с апельсинами, у меня не было. Я человек интровертный, во мне, как во всяком художнике, соединяются самоуничижение и мания величия. И, конечно, мне кажется, что я управляю вселенной.
Я ничего не делала — писала, и все. Хотела быть в театре, потому что его любила. Сначала меня нашли [Елена] Гремина и [Елена] Ковальская, которые писали сериал про 30-летних, а мне стукнуло 30, и я что‑то написала про наше поколение, последнее поколение советских детей. Дальше меня отправили учиться на семинары лондонского театра «Роял-Корт» — так я получила хорошую закалку и допуск в «Театр.doc» и сразу затеяла спектакль «Зажги мой огонь» — с актерами и Юрой Муравицким. Он сразу стал знаменитым — что это, если не везение? Этот спектакль посмотрели и Богомолов, и Серебренников, и Карбаускис, и Могучий, — много кто любил этот спектакль. Это и было чудом.
Дальше меня Карбаускис пригласил в Театр Маяковского, и я три года работала его заместителем. Это было большой школой и великодушным авансом. Потом я 6 лет работала в Центре Мейерхольда, страшно благодарна за этот опыт — и Лене Ковальской, которая мой друг, учитель и брат, и Виктору Рыжакову, — за то, что много сделала спектаклей и что мои артисты имели возможность играть на сцене ЦИМа.
И вот снова повезло. Костя Богомолов, когда я пришла делать «Слово о полку Игореве» с Вытоптовым, сразу предложил: «Ставь сама!» И я стала думать. Написала Молочникову инсценировку «Бульбы». Потом уже все, свой опус магнум, «Бэтмена», я выпускала на большой сцене, с актерами, в этот сложный пандемийный период. Богомолов много помогал, учил, как ставить на большой сцене. Он сказал такую классную вещь: «Театр — это единственное искусство, которое работает во времени. Это не книга, которую ты можешь отложить, кино нажать на паузу. В театре ты должен угадать, выстроить восприятие, отмерить каждую сцену на весах, чтобы человек понимал, воспринимал и накапливал».
Может показаться, что это какие‑то самонадеянные люди сами пишут и сами ставят, — так делал Шекспир, Брехт. Но тут есть и недостатки. Ты же не скажешь актерам: «Ребят, играйте, это великий текст!» А актерам важно знать, что они играют что‑то неплохое. Перед ними все время неудобно, они маются, наверное. А может, и нет. Может, им и хорошо. Это ты сам не уверен — надо дописать что‑то или уже резать? великий текст или ерунда? Актеры спрашивают, чем кончится. У них недовольные лица. Но что делать? По-другому я не умею.
Про мифы о мастерстве
Я в свое время присутствовала при том, как работает Карбаускис. И ходила легенда, как он рисует все раскадровки до спектакля. Он рисовал, конечно, хотя теперь я понимаю, что живой спектакль — меняющаяся история. Но меня настолько увлекла эта штука, что, когда ставила свой первый спектакль как режиссер, «Пыльный день», где все актеры оказались в прекрасной декорации Ларисы Ломакиной, которая вертелась и занимала разные положения в пространстве, я решила рисовать раскадровки. И забыла про актеров.
И вот актеры ругаются во время репетиции на сцене, а мне все равно — я сижу с карандашом, блокнотом, черкаю. А если Юдникова переставить сюда, а Ефимова туда?
Я же читала, что Мейерхольд застраивал массовые мизансцены как картины Делакруа, я хотела быть как Мейерхольд! Плевать, что в труппе бардак, разбора текста нет, я же занята мизансценами.
Каждый работает на своем топливе, своем ресурсе. Если я писатель, мой ресурс — писательство. Пользуясь своим ресурсом, ты понимаешь какие‑то вещи и понимать будешь всю жизнь. Только делая что‑то, можно осознавать, что ты есть такое.
Но какие‑то вещи уже очевидны. Например, я не стану диктатором. Это уже неплохо. Я не псих и не буду бить по декорации ногой: «я просила сделать так!» В начале репетиций на Бронной прекрасная помреж мой, Катя Варченко, говорила: вы слишком мягкий человек, вы им многое позволяете. Но это тоже мой ресурс — многое позволять. Хотя какие‑то вещи я научилась делать — например, унижаться перед звездами.
Богомолов мне сказал: хочешь обеспечить спектаклю жизнь — иди и ищи звезд, бери где хочешь. Мою переписку со звездами можно издавать. Я их хватала и за руки, умоляла, звезды мне говорили: «Помилуйте, у меня такой график, вы начнете меня презирать, как только мне надо будет уезжать. Это такой сложный текст, тут необходимо ежесекундное присутствие, а у меня ведь проекты за рубежом…» Сентябрь, октябрь и ноябрь прошли в бесконечной ротации звезд. Шел звездопад. Но безусловной победой стал Александр Семчев, который прочел текст и ему понравилось.
Так‑то я и телефонную трубку не снимаю. А здесь да, научилась. Но это не бог весть какой подвиг. Если тебе нужен спектакль, то берешь и делаешь. Люди квартиры закладывают ради театра, а я всего-то позвонила звездам.
Про женскую режиссуру
Когда мы говорим про женскую режиссуру, надо ставить вопрос не о преодолении гендерных стереотипов, хотя все они присутствуют в огромном количестве и в театре тоже. Репертуарный театр — это пирамида Хеопса с крепостными артистами, которые тащат камни под ударом хлыста. Все они при виде худрука, или главного режиссера, или вообще режиссера, — может, ему 21 и он только закончил ГИТИС — должны испытывать трепет. Режиссер — сакральная фигура.
Женщина в этой иерархии может заведовать бутафорским или реквизиторским цехом, может быть художником, в конце концов, драматургом. Но женщина — руководитель театра — это прецедент, как было с Волчек. Лена Ковальская — арт-директор ЦИМа, но худрук все равно мужчина (Дмитрий Волкострелов. — Прим. ред.). Хотя нет, вот Ирина Апексимова выступает и как глава, и как менеджер, и как актриса в Театре на Таганке.
Короче, фигура женщины на посту худрука должна быть суперсимволична. Мужчина — это патриарх, это царь и бог, без него, если помрет, — все, осиротеем. А женщине, если вошла в театр, надо обладать сверхсвойствами, надо стать чудо-женщиной, иметь шесть рук и восемь ног. Она может не спать, иметь трех детей, одновременно делать инсценировки и разборы.
Другое дело, что в России этих прав и возможностей не особенно кто понимает и видит.
Я сидела на репетициях в Маяковке рядом с Карбаускисом, Кобелевым, и актеры смотрели и не понимали, кто эта женщина. Драматург — это же кто‑то давно умерший? А тут почему‑то эта женщина сидит рядом с режиссером. Почему она делает нам замечания, почему она командует? Что это? Потом эти артисты стали чудесными моими друзьями. Но в любой театр ты приходишь и сначала чувствуешь этическую неловкость, это как бы обязательная часть пазла.
Куда важнее, мне кажется, сегодня для женщины-художника преобразовывать мир. Главное — менять мир своими произведениями, а не давать интервью о том, как меня ущемляли. Но это тоже — пожалуйста. Есть тема насилия в семье, с которым который год борется Алена Попова и другие активистки, в России продолжают убивать женщин, жен, матерей, охранных ордеров нет, и сегодня законодательно нас снова отбросили на десятилетия назад: теперь еще и мужчину нельзя оклеветать. Слатшейминг, сексизм, двойная нагрузка — да мало ли тем, о которых женщины-режиссерки могут говорить.
С другой стороны, кинокритик Маша Кувшинова подмечает, что в кино молодые режиссерки снимают никчемных девиц, окруженных дельными, как Штольц, мужчинами, ублажающими девиц. А это уже политика! Сегодня ты не можешь показать никчемную женщину, цветочек, рабу любви, потому что это неправда. Женщины рожают от банка спермы, владеют бизнесом, организовывают ночлежки для бездомных, объединяются в горизонтальные сообщества — от свопов до благотворительности. Мир изменился. И внутренний мир тоже. Ты должен думать как политик, потому что это часть культурной политики. И если ты считаешь себя умной независимой единицей, а на экран выводишь окруженных мужской помощью женщин, то есть к тебе вопросы. Поэтому Кувшинова упрекает режиссерок нашего культурного поля, в том числе и новодрамовского, в том, что они делают вещи хорошие, но консервативные. Где у нас в театре женские героини, где современная Гедда Габлер, где Нора? Возможно, они есть в пьесах «Любимовки». А надо, чтобы были на сцене, чтобы женщины говорили о своих современницах, делали такие вещи мейнстримными, привычными.
В «Бэтмене против Брежнева» дело происходит в СССР. И там тоже есть мысль, что русский мужчина — декоративное существо, он гвоздя не забьет. И вот герой, Дудочкин, находится в диванных диалогах с властью, пока женщины после работы крутят картофельные котлеты, фаршируют яйца. То есть у них двойная нагрузка, а он лежит и мыслит, мужчина — человек широкого жеста. Пора переосмыслить эти паттерны. Сейчас я пишу для БДТ пьесу, где женщина-Фауст разговаривает со своим мозгом, и мне хочется сделать эту вещь современной и острой. Героиня обсуждает с мозгом все — от трусов до секса и развода и своего предназначения. Если кому‑то это кажется недостаточно высоким — окей, не ходите в современный театр, ходите в консервативный.
