Данный перевод песни на русском языке является художественным, т.е. перевод недословный. Чтобы узнать дословный перевод песни, можете наводить мышкой на английские слова.
The nights
Hey, once upon a younger year,
When all our shadows disappeared,
The animals inside came out to play.
Hey, when face to face with all our fears,
Learned our lessons through the tears,
Made memories we knew would never fade.
One day my father, he told me,
«Son, don’t let it slip away».
He took me in his arms, I heard him say,
«When you get older,
Your wild life will live for younger days,
Think of me if ever you’re afraid».
He said, «One day you’ll leave this world behind,
So live a life you will remember».
My father told me when I was just a child,
«These are the nights that never die».
My father told me
When thunder clouds start pouring down,
Light a fire they can’t put out,
Carve your name into those shinning stars.
He said, «Go adventure far beyond these shores.
Don’t forsake this life of yours,
I’ll guide you home, no matter where you are».
One day my father, he told me,
«Son, don’t let it slip away».
He took me in his arms, I heard him say,
«When you get older,
Your wild life will live for younger days,
Think of me if ever you’re afraid».
He said, «One day you’ll leave this world behind,
So live a life you will remember».
My father told me when I was just a child,
«These are the nights that never die».
My father told me
«These are the night that never die».
My father told me
Hey, hey!
Хэй, однажды, когда я был совсем юным,
Когда все наши тени исчезли,
Звери внутри меня вышли порезвиться.
Хэй, столкнулись лицом к лицу со своими страхами,
Усвоили наши уроки сквозь слёзы,
У нас остались воспоминания, и мы знали, они не увянут.
Однажды отец сказал мне:
«Сынок, не упускай этого».
Он взял меня на руки и я услышал,
«Когда ты станешь старше,
Ты будешь жить своей безумной жизнью, ради молодых дней,
Подумай обо мне, если тебе станет страшно».
Он сказал: «Однажды ты покинешь этот мир,
Так проживи жизнь, которую ты запомнишь».
Мой отец сказал мне, когда я был ещё ребёнком,
«Эти ночи, которые никогда не умрут».
Мой отец сказал мне.
Когда из туч начинает лить,
Зажги огонь, который им не погасить,
Вырежи своё имя на сияющих звёздах.
Он сказал: « Ищи приключения вдали от этих берегов,
Не забрасывай свою жизнь,
Я приведу тебя домой, не важно где ты».
Однажды отец сказал мне:
«Сынок, не упускай этого».
Он взял меня на руки и я услышал,
«Когда ты станешь старше,
Ты будешь жить своей безумной жизнью, ради молодых дней,
Подумай обо мне, если тебе станет страшно».
Он сказал: «Однажды ты покинешь этот мир,
Так проживи жизнь, которую ты запомнишь».
Мой отец сказал мне, когда я был ещё ребёнком,
«Эти ночи, которые никогда не умрут».
Мой отец сказал мне.
Она была еще совсем ребенком
Она была еще совсем ребенком,
Она любила под дождем гулять,
Она ловила бабочек в ладошки
И до утра умела танцевать.
А он стал взрослым слишком рано,
Циничен, холоден, умен.
И никому на этом свете
Не раскрывал все сердце он.
Она смотрела с интересом
В его серьезные глаза,
А он наигранно смеялся,
Пытался колкость ей сказать.
Она по-детски обижалась,
А он прощения просил,
Она его не понимала,
А он ее вдруг полюбил.
Он полюбил ее всем сердцем,
Он полюбил ее душой,
Не знал он, что же ему делать,
Боялся причинить ей боль.
Он не уверен был, что вечно
Продлится чувство его к ней,
Боялся, что его беспечность
Вдруг сможет больно сделать ей.
Ну а она все так же смотрит
В его серьезные глаза,
Не думая о том, что хочет
Он что-то важное сказать.
Он сил набрался, все обдумал,
Решил, что время подошло.
И он сказал, что ее любит,
Что любит он ее давно.
Она не к месту улыбнулась,
Она неловко поднялась,
Сказала, что должна подумать
И с места резко сорвалась!
Она помчалась вскачь до дома,
Захлопнула со стуком дверь,
И трубку сняв у телефона,
Уселась думать, как быть ей.
Сидела долго, очень долго
И встала с места, все решив,
И сомневалась она только,
Что все сказать ей хватит сил.
А он сидел на том же месте
И ждал ответа от нее,
Он представлял, что они вместе,
Еще не зная ничего.
И вот она подходит, молча,
Он на нее поднял глаза,
Увидел в них он то, что хочет
Она ему сейчас сказать.
В его глазах все потемнело,
В его душе пылает жар,
Он чувствует, что в его теле
Вдруг разгорается пожар!
Но он сумел взять себя в руки
И ей игриво подмигнуть,
Не показать ей свои муки
И на прощание кивнуть.
Она вздохнула с облегченьем
И в тот же миг, о нем забыв,
Пустилась вплавь своим теченьем,
Чтоб к берегам приплыть иным.
А он всю ночь бездумно шлялся,
Не зная, как себе помочь,
И сам себе навеки клялся,
Что сможет горе превозмочь.
Hey, once upon a younger year,
When all our shadows disappeared,
The animals inside came out to play.
Hey, when face to face with all our fears,
Learned our lessons through the tears,
Made memories we knew would never fade.
One day my father, he told me,
«Son, don’t let it slip away».
He took me in his arms, I heard him say,
«When you get older,
Your wild life will live for younger days,
Think of me if ever you’re afraid».
He said, «One day you’ll leave this world behind,
So live a life you will remember».
My father told me when I was just a child,
«These are the nights that never die».
My father told me
When thunder clouds start pouring down,
Light a fire they can’t put out,
Carve your name into those shinning stars.
He said, «Go adventure far beyond these shores.
Don’t forsake this life of yours,
I’ll guide you home, no matter where you are».
One day my father, he told me,
«Son, don’t let it slip away».
He took me in his arms, I heard him say,
«When you get older,
Your wild life will live for younger days,
Think of me if ever you’re afraid».
He said, «One day you’ll leave this world behind,
So live a life you will remember».
My father told me when I was just a child,
«These are the nights that never die».
My father told me
«These are the night that never die».
My father told me
Hey, hey!
muzonovs.ru©
Хэй, однажды, когда я был совсем юным,
Когда все наши тени исчезли,
Звери внутри меня вышли порезвиться.
Хэй, столкнулись лицом к лицу со своими страхами,
Усвоили наши уроки сквозь слёзы,
У нас остались воспоминания, и мы знали, они не увянут.
Однажды отец сказал мне:
«Сынок, не упускай этого».
Он взял меня на руки и я услышал,
«Когда ты станешь старше,
Ты будешь жить своей безумной жизнью, ради молодых дней,
Подумай обо мне, если тебе станет страшно».
Он сказал: «Однажды ты покинешь этот мир,
Так проживи жизнь, которую ты запомнишь».
Мой отец сказал мне, когда я был ещё ребёнком,
«Эти ночи, которые никогда не умрут».
Мой отец сказал мне.
Когда из туч начинает лить,
Зажги огонь, который им не погасить,
Вырежи своё имя на сияющих звёздах.
Он сказал: « Ищи приключения вдали от этих берегов,
Не забрасывай свою жизнь,
Я приведу тебя домой, не важно где ты».
Однажды отец сказал мне:
«Сынок, не упускай этого».
Он взял меня на руки и я услышал,
«Когда ты станешь старше,
Ты будешь жить своей безумной жизнью, ради молодых дней,
Подумай обо мне, если тебе станет страшно».
Он сказал: «Однажды ты покинешь этот мир,
Так проживи жизнь, которую ты запомнишь».
Мой отец сказал мне, когда я был ещё ребёнком,
«Эти ночи, которые никогда не умрут».
Мой отец сказал мне.
«Эти ночи, которые никогда не умрут».
Мой отец сказал мне.
Хэй, хэй!
muzonovs.ru©
Бывши совсем еще ребенком я на всю жизнь запомнил слова
1. Напишите сочинение-рассуждение, раскрывая смысл высказывания современного лингвиста Л. Ю. Максимова: «При помощи абзацного отступа выделяются наиболее важные в композиции целого текста группы предложений или отдельные предложения». Аргументируя свой ответ, приведите 2 (два) примера из прочитанного текста. Приводя примеры, указывайте номера нужных предложений или применяйте цитирование. Вы можете писать работу в научном или публицистическом стиле, раскрывая тему на лингвистическом материале. Начать сочинение Вы можете словами Л. Ю. Максимова. Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов. Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается. Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов. Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.
2. Напишите сочинение-рассуждение. Объясните, как Вы понимаете смысл фразы из текста: «Эта ночь перевернула моё представление об отце». Приведите в сочинении 2 (два) аргумента из прочитанного текста, подтверждающих Ваши рассуждения. Приводя примеры, указывайте номера нужных предложений или применяйте цитирование. Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов. Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов. Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.
3. Как Вы понимаете значение слова СЧАСТЬЕ? Сформулируйте и прокомментируйте данное Вами определение. Напишите сочинение-рассуждение на тему «Что такое счастье», взяв в качестве тезиса данное Вами определение. Аргументируя свой тезис, приведите 2 (два) примера-аргумента, подтверждающих Ваши рассуждения: один пример-аргумент приведите из прочитанного текста, а второй — из Вашего жизненного опыта. Объём сочинения должен составлять не менее 70 слов. Если сочинение представляет собой пересказанный или полностью переписанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается нулём баллов. Сочинение пишите аккуратно, разборчивым почерком.
(1)В детстве я ненавидела утренники, потому что к нам в садик приходил отец. (2)Он садился на стул возле ёлки, долго пиликал на своём баяне, пытаясь подобрать нужную мелодию, а наша воспитательница строго говорила ему: «Валерий Петрович, повыше!» (3)Все ребята смотрели на моего отца и давились от смеха. (4)Он был маленький, толстенький, рано начал лысеть, и, хотя никогда не пил, нос у него почему-то всегда был свекольно-красного цвета, как у клоуна. (5)Дети, когда хотели сказать про кого-то, что он смешной и некрасивый, говорили так: «Он похож на Ксюшкиного папу!»
(6)И я сначала в садике, а потом в школе несла тяжкий крест отцовской несуразности. (7)Всё бы ничего (мало ли у кого какие отцы!), но мне было непонятно, зачем он, обычный слесарь, ходил к нам на утренники со своей дурацкой гармошкой. (8)Играл бы себе дома и не позорил ни себя, ни свою дочь! (9)Часто сбиваясь, он тоненько, по-женски, ойкал, и на его круглом лице появлялась виноватая улыбка. (10)Я готова была провалиться сквозь землю от стыда и вела себя подчёркнуто холодно, показывая своим видом, что этот нелепый человек с красным носом не имеет ко мне никакого отношения.
(11)Я училась в третьем классе, когда сильно простыла. (12)У меня начался отит. (13)От боли я кричала и стучала ладонями по голове. (14)Мама вызвала скорую помощь, и ночью мы поехали в районную больницу. (15)По дороге попали в страшную метель, машина застряла, и водитель визгливо, как женщина, стал кричать, что теперь все мы замёрзнем. (16)Он кричал пронзительно, чуть ли не плакал, и я думала, что у него, наверное, тоже болят уши. (17)Отец спросил, сколько осталось до райцентра. (18)Но водитель, закрыв лицо руками, твердил: «Какой я дурак!» (19)Отец подумал и тихо сказал маме: «Нам потребуется всё мужество!» (20)Я на всю жизнь запомнила эти слова, хотя дикая боль кружила меня, как метель снежинку. (21)Он открыл дверцу машины и вышел в ревущую ночь. (22)Дверца захлопнулась за ним, и мне показалось, будто огромное чудовище, лязгнув челюстью, проглотило моего отца. (23)Машину качало порывами ветра, по заиндевевшим стёклам с шуршанием осыпался снег. (24)Я плакала, мама целовала меня холодными губами, молоденькая медсестра обречённо смотрела в непроглядную тьму, а водитель в изнеможении качал головой.
(25)Не знаю, сколько прошло времени, но внезапно ночь озарилась ярким светом фар, и длинная тень какого-то великана легла на моё лицо. (26)Я прикрыла глаза и сквозь ресницы увидела своего отца. (27)Он взял меня на руки и прижал к себе. (28)Шёпотом он рассказал маме, что дошёл до райцентра, поднял всех на ноги и вернулся с вездеходом.
(29)Я дремала на его руках и сквозь сон слышала, как он кашляет. (30)Тогда этому не придали значения. (31)А он долго потом болел двусторонним воспалением лёгких. (32)Эта ночь перевернула моё представление об отце.
(33). Мои дети недоумевают, почему, наряжая ёлку, я всегда плачу. (34)Из тьмы минувшего ко мне приходит отец, он садится под ёлку и кладёт голову на баян, как будто украдкой хочет увидеть среди наряженной толпы детей свою дочку и весело улыбнуться ей. (35)Я гляжу на его сияющее счастьем лицо и тоже хочу ему улыбнуться, но вместо этого начинаю плакать.
* Аксёнова Нина – современный детский поэт и прозаик.
Имя на поэтической поверке. Майя Борисова
Майя Ивановна Борисова (21.05.1932.Ленинград – февраль,1996.Петербург) – прекрасная, к сожалению, многими уже забытая, а кому-то и вовсе неизвестная советская, российская поэтесса, переводчица, 1960-80 годов.
Он появился в Питере подростком с двумя младшими сестрёнками, убежав от холеры из Смоленской губернии… А другой прадед Григорий Иванович явился в Северную Пальмиру, снявшись с малоплодородных вологодских земель… И стал заниматься, если можно так выразиться, конным бурлачеством, таская по Неве гружённые баржи».
Майя Ивановна, всегда гордилась, что она в Петербурге в пятом поколении.
Мама, Майи происходила уже из дворян, и оказалась «чуждым элементом» для молодой Советской Республики, и хотя не попала под каток репрессий, но на факультете журналистики её всё-таки не пустили. «Отцепили» даже после того, как она блестяще сдала все экзамены.
Когда началась война, мать с Майей и братом Алексеем эвакуировались из Ленинграда в маленький городок на Волге, Богородск.
В 1942 году туда привезли детей из блокадного Ленинграда. Они мало говорили, часто плакали и прятали еду на чёрный день.
А когда детям дали карандаши и бумагу, многие из них стали рисовать золотой шпиль, увенчанный корабликом. Майя запомнила это и отразила позднее в своём запоминающемся стихотворении «Ленинград».
Так что сразу после войны, когда Майя Борисова стала студенткой Ленинградского Университета, будущей журналисткой, она училась и за себя, и за маму…
Конечно, Майи Ивановне повезло, будучи студенткой, она встретила на своём творческом пути Анну Ахматову, которая много дала начинающему поэту (слово «поэтесса» Майя, как и её наставница, на дух не переносила). Анна Андреевна не унижалась тем, чтобы переписывать за девушку её стихи.
Она умела придать мысли своей литературной ученице широту, размах и особую выпуклость. И надо сказать, что Майя Борисова оказалась достойной ученицей.
В 1955 году, окончив отделение журналистики. Майя Ивановна уехала в Абакан, где работала сотрудником и заведующей в отделе культуры и быта в редакции газеты «Советская Хакасия».
Первое стихотворение «Начало пути» опубликовано было в газете «Советская Хакасия» в 1955 году под псевдонимом М.Майская.
Псевдоним не прижился, возможно, из-за своей подчёркнутой красивости, но, скорее всего, из-за рано проявившейся в Майи Борисовой тяги к достоверности, в том числе по отношению к себе:
Из сумок вынуты платочки,
Вокзальный опустел буфет.
Дождь на перроне ставит точки,
Как в неоконченной строфе.
Он полоснёт по стёклам косо,
И вот закрутятся колёса.
Увижу я, раздвинув шторы,
Как солнце, скомкав облака,
Вонзит пылающие шпоры
Земле в горячие бока.
Тайга и степь рванут навстречу –
Со мной знакомства завести.
Рюкзак оттягивает плечи,
Начало долгого пути.
Её поколение, сдававшее первый гражданский экзамен в середине 50-х годов, оно не только в енисейскую тайгу и скалы – оно и в поэзию вламывались напористо, громко, талантливо:
Майя Ивановна говорила. Я хотела стать журналистом. Таким, как Джон Рид. Как Илья Эренбург. Как Михаил Кольцов. Как Константин Симонов. Я шла к этой цели, трудно было поступать на отделение журналистики, сразу не удалось, потом всё-таки поступила.
Некоторые стихи, стали популярными песнями, как стихотворение «Дорожное», опубликованное в «Комсомольской правде» 8 июля 1958 года, и ставшее лейтмотивом повести В. Аграновского «Нам – восемнадцать».
«Дорожное» («Поезд последние вёрсты мчит…)
Поезд последние вёрсты мчит,
Тревожен рокот колёс.
Выйдем в тамбур и помолчим-
Не надо ни слов, ни слёз.
Леса полосою летят на нас,
Бегут рябины, рябя,
А мне остаётся только час,
Чтобы смотреть на тебя.
Станции чаще и небо плотней,
Фабричные трубы вразнос
И город в сияньи ночных огней
Бросается под откос.
Многоэтажные корпуса
Вдоль шпал начинают плыть,
А мне остаётся полчаса,
Чтоб рядом с тобою быть.
Пойдём в вагон – собираться пора.
Минуты в былое мчат.
Грозно грохнули буфера
На привокзальных путях.
Толчок, остановка – окончен маршрут,
Рожок играет отбой,
А мне остаётся пять минут,
Чтобы проститься с тобой.
Ну что же, дай руку – не надо грустить,
Не надо сутулить плеч.
В жизни будет немало разлук
И много хороших встреч.
Наш паровоз, остывая, дрожит,
Под сводами пар клубя,
А мне остаётся целая жизнь,
Чтобы любить тебя.
1958 год.
Позже, Майя Борисова писала: «Моё счастье и удача в том. что личная молодость совпала с молодостью целинных совхозов, Дивногорска, с резким «омоложением» поэзии наконец…».
Тогда, в конце 1950-х и 1960-е годы, возникло целое поколение поэтов, окрылённых « оттепелью», очевидностью перемен в общественной жизни и в душах, поведении людей.
Публицистическое начало, отзывчивость на тревоги и запросы дня роднит Майю Борисову с поколением Евгения Евтушенко, Андрея Вознесенского, Роберта Рождественского, Беллы Ахмадулиной.
У Майи Ивановны немало стихов, проникнутых глубокими и неторопливыми раздумьями а есть замечательные сродни философским.
В город Канск был переведён на работу, корреспондент Краевого радио, гражданский муж Майи Борисовой – Юрий Чернышов. С ним в Канск приехала и Майя Ивановна. В штате радио она не состояла и два месяца в Канске работала на большом лесозаводе, там её запомнили как молодую весёлую девчушку.
«Во всём, что ждёт нас…»
Во всём, что ждёт нас:
трудность, лёгкость,
Нужны не хитрость и не ловкость,
Нужна
направленность души.
Пойдём пахать степную залежь,
Возьмём завод в учителя…
Но ты один на свете знаешь,
Что значит это для тебя.
Затем Майя Ивановна рассказывает о работе в цехе. Я пока сама не поработала на лесозаводе, относилась к нормам и процентам довольно-таки пренебрежительно. Мне казалось, люди говорят о них потому, что думают, будто газетчику именно это и надо.
А мне газетчику, нужно совсем другое, мне нужно понять душу рабочего человека, его настроение. Его мечты, как говорится и чаянья.
И когда мы с тётей Надей, бригадиром, выполнили норму на 180%, то я надутая и важная, как индюк, ходила возле Доски показателей, и настроение у меня, именно по причине этих самых процентов, было прекрасным.
А мечты и чаянья воплотились в желания, чтобы нас всегда ставили на траверзный брус, и мы не вылезали бы из ударниц.
Траверзный брус – это – знаете что такое?
Когда окажитесь возле линии высоковольтной злектропередачи, задерите голову, поглядите вверх. Трёхметровые поперечины, на которых держатся провода, и есть траверзный брус.
Мы сверлили в нём дырки, те самые, куда ввинчивают крюки, а на крюки насаживают фарфоровые изоляторы. Девять отверстий, на трёх гранях, на определённом расстоянии от концов друг друга.
Главным было войти в ритм и согласовать движение, тогда неуклюжая длинная деревяха как бы сама взлетала на станину сверлильного станка. Двигалась и вертелась там, а ты лишь поправлял и подталкивал её.
Бригадир через два месяца посоветовала: «Хватит тебе уродоваться. Чего хотела увидеть, на производстве увидела. А здоровье тратить на забаву – куда годиться. Ты грамотная, культурная. Ты нам в своём кровном деле покажись, в журналистике, в стихах?».
Проработав на заводе два месяца, Майя Борисова делает для себя важные, значительные выводы, человек, делающий хорошо своё дело, в физическом труде или умственном, сам хорошеет внутренне, духовно.
Воспевая романтику комсомольских строек, Майя Ивановна, одна жила и работала в Абакане, затем с 1958 года, в Красноярске работала в газете «Красноярский комсомолец» разъездным корреспондентом, результатом которой стали многочисленные статьи, очерки, но всегда мечтала вернуться в «город над тихой Невой».
Об этом сильном чувстве любви к своему городу детства, написано отменное стихотворение:
Мне часто снится этот город.
И, видимо, не раз, не два
Доказывать я буду в спорах,
Что он красивей,
чем Москва.
И в тишине, далёкой, давней…
Мне видится родимый дом…
И то, что факелы ростральных…
А впрочем…нужно о другом.
Мне часто снится этот город…
И видимо не раз, не два
Доказывать я буду в спорах,
Что он красивей, чем Москва…
Но – каждый раз, при трудном шаге
Я вспомню это: тишь палат…
Детей… и на листках бумаги –
Рисунок, точно текст присяги…
Тебе на верность, Ленинград.
И эта мечта у Майи Борисовой осуществилась, в 1962 году она вернулась в Ленинград. Смогла многое сделать в творческой и общественной жизни, начиная с тридцатилетнего возраста.
Была депутатом горсовета, организовала фонд поддержки писателей, была председателем секции поэзии Ленинградского отделения писателей. Долгие годы работала редактором детского журнала «Искорка».
Будучи известной и признанной поэтессой, начала писать прозу: рассказы, публицистику, рецензии, издавала книжки для детей.
Много занималась переводами: Яна Райниса-с латышского, Низами-с азербайджанского, Алымкан Дегенбаеву-с киргизского, Василия Леукова-с ненецкого.
А ещё она хотела большого женского счастья, но оно не случилось.
Зная независимый, размашистый, почти мужской характер Майи Ивановны, далеко не каждый представитель сильного пола решался вообще подойти к ней для того, чтобы завязать серьёзные отношения.
И она очень переживала своё одиночество, невозможность разделить свою жизненную ношу с сильным, понимающим мужчиной.
Нести разлуку тяжело,
особенно когда,
не знаешь, что и развело:
остуда, долг, беда?
Хоть знак какой-то был бы дан…
А то уж столько дней
тащу её, как чемодан
без ручки и ремней.
Майя Борисова была три раза замужем. В 1976 году она ушла от своего третьего мужа, последнего мужа – философа, профессора, доктора наук. Далее, Майя Ивановна, двадцать лет была одна, семейная жизнь не слаживалась, после не было никого.
Близ Ленинграда,10- го марта, 1966 года, на кладбище в посёлке Комарово, при пятитысячном стечении народа на похоронах Анны Андреевны Ахматовой, на траурном митинге выступила Ольга Берггольц- Голос блокадного Ленинграда и Майя Борисова, высказала добрые слова о своей землячке и наставнице.
Слово прощания произнёсли поэты-фронтовики Лев Озеров, Арсений Тарковский и другие питерские литераторы.
В 1975 году, литературная общественность Ленинграда понесла ещё одну тяжёлую потерю, 13 ноября не стало Ольги Фёдоровны Берггольц.
Друзья и соратники Ольги Берггольц и Майя Борисова, простились с выдающейся и мужественной поэтессой, символом Ленинграда, на Литературных мостках Волковского кладбища.
Всех присутствующих, на проводах Ольги Фёдоровны Берггольц, в последний путь, огорчил тот скорбный факт, что, несмотря на прижизненную просьбу поэтессы похоронить её на Пискарёвском кладбище, где высечены в граните её слова: «Никто не забыт, ничто не забыто», тогдашний первый секретарь Ленинградского обкома КПСС (1970-1983) Григорий Васильевич Романов, в просьбе наотрез отказал.
Напечатали повесть впервые, в журнале «Нева» №4, за 1998 год, после ухода автора из жизни.
В последние годы Майя Борисова, талантливая, самодостаточная, жизнелюбивая, бодрая, с огромным интересом к людям и жизни – начала пить.
Наверное, наложилось всё сразу – одиночество, проблемы с квартирой, разочарование в том, что творилось в стране, в период перестройки.
Майя Ивановна боролась, с этой пагубным влечением к спиртному, о чём убедительно и честно сказано в её стихотворении:
А главное – не надо пить с утра.
Не то всё прахом: отдых и работа.
Уж ежели вам пить пришла охота,
есть для вина вечерняя пора.
И плакать поутру никак нельзя,
Иначе будет день разодран в клочья.
Перетерпеть, суметь дождаться ночи –
Тогда катись, катись моя слеза!
Ещё нельзя влюбляться… стоп! Когда ж?
Ведь молодым сам бог велел влюбляться.
Чёрт дёрнул тех, кому вдвойне за двадцать…
А старикам все девять муз дивятся
И опыт их берут на карандаш,
Чтобы в веках ему не затеряться.
…
Но главное – не надо пить с утра…
К тому же Майя Борисова очень любила детей и остро переживала то, что ей самой Бог детей не послал, своих детей заменяли племянники, дети брата Алексея.
Моих детей не будет никогда.
Ни выросших, ни умерших не будет.
Ни в вещих снах, ни в праздниках, ни в буднях –
моих детей не будет никогда.
Устав от волхований, от стыда
перед собой, судьбой и медициной,
Я поняла: ни дочери, ни сына –
моих детей не будет никогда.
С тех пор прошло довольно много лет.
Чужих собак я, припадая, глажу.
Но это не чужих собак я глажу:
ласкаю я детей, которых нет.
Когда вы мне бросаете упрёк,
что я молчу, то это я, в молчанье
неведомых имён ловлю звучанье:
мне почему-то кажется, что трёх…
Когда же прохожу я стороной
по улице и выгляжу престранно,
три маленьких разреженных пространства –
три пустоты бегут передо мной.
Мне говорят: не велика беда…
— Не велика! – я отвечаю людям.
Но на земле детей моих не будет.
Нигде, И никаких. И никогда…
Жила Майя Борисова во времена, про которые говорят «бывают хуже времена, но не было подлей…»
Доживала она и умерла в 1996 году, прожив 63 года, в полном одиночестве, потихоньку спиваясь. Родной брат Алексей, жил в другом конце города, его не стало годами раньше.
Умерла Майя Ивановна Борисова в феврале 1996 года (точная дата смерти не установлена, Майя Борисова жила одиноко, и её тело было обнаружено через много дней после её ухода из жизни).
Урну с прахом, замечательной советской поэтессы Майи Ивановны Борисовой, похоронили на кладбище в посёлке Репино, близ Санкт- Петербурга.
Поэзия Майи Борисовой трагична. Она полна скрытого страдания, в стихах часто присутствует чувство бездомности, разлуки, одиночества.
Но вместе с тем, самые сильные стихи Майи Борисовой – о женской судьбе, об одиночестве, о невозможности материнства, о любви, пусть и не разделённой, о любви к родному Ленинграду. За свою жизнь Майя Борисова выпустила 29-ть книг поэзии и прозы.
Десятилетие спустя, после её кончины, был выпущен сборник «Тридцать три стихотворения и три рассказа о Ленинграде-Петербурге».
Меня подвигло, написать повествование, о жизненном и творческом пути Майи Ивановны Борисовой, то обстоятельство, что в дни своей юности, пришедшей на 60-е и 70 года, прошлого столетия, часто в журнале «Юность», были помещены её стихи, романтические и неповторимые, светлые и грустные.
Конечно, она поэт не первого ряда, и в «Антологию» к Е.Евтушенко не попала, и в один ряд с Цветаевой и Ахматовой её не поставишь, но её творчество, несомненно, заслуживает внимания читателей, любителей русской поэзии.
Из поэтического наследия Майи Борисовой.
«Ночной шёпот Галатеи, обращённый к ученику Пигмалиона»
Перелепи лицо моё, скульптор!
В ладонях мни его, как мнут глину…
Поторопись меня лепить, скульптор,
а то я снова убегу, сгину.
Твоя каморка так темна, милый,
под лестницей, где белый свет клином…
Пигмалион сейчас пройдёт мимо
в опочивальню и меня кликнет.
Он будет ласков, а потом – бешен,
а после в непробудный сон канет.
Он не признается богам, бедный,
что под его руками я – камень.
Все говорят: Пигмалион – мастер,
он мою душу вызвал из мрака!
А я увидела тебя, мальчик,
И позабыла в миг, что я – мрамор.
Пигмалион сиял, как грош медный,
касался рук моих, колен, стана,
а я дрожала: что же ты медлишь?
Ведь для тебя я живой стала!
В легенде холодно мне, как в склепе.
Меня доверие небес давит.
Пигмалион себе ещё слепит!
Он тоже, в общем-то, не бездарен.
Растрёпан факел молодым ветром,
Горячий отблеск на твоих скулах,
Чтобы лицо моё – к тебе, вечно,
Перелепи моё лицо, скульптор!
«Уходят не тогда, когда уходят»
Вот и случилось, наконец
С тобою, как с людьми…
Любовь – прожорливый птенец,
Корми его, корми!
Пиши по три письма на дню,
В разлуке краткой плачь,
Лети к открытому огню,
Сама в ночи маячь,
Грей в кулаке блестящий ключ
От временных дверей,
Теряй друзей, родных измучь
Влюблённостью своей.
Спеши не взять, спеши отдать
Себя до дна, дотла:
Любовь не может голодать,
Пока она мала!
Прими восторг, и боль, и срам
Но срок придёт, и вот
Любовь подставит грудь ветрам
И крылья распахнёт,
И воспарит, и заслонит
Ослабшую тебя
И от беды, и от обид
И от небытия.
P. S.
Майя Борисова неоднократно становилась объектом литературных пародий, в том числе, знаменитого поэта-пародиста Александра Иванова(1936-1996), ведущего телепередачи «Вокруг смеха»:
Во сне я вижу:
Приезжает Пушкин.
Ко мне.
На светло-сером «Москвиче».
Майя Борисова.
