Последний магнат
Дэвид Рокфеллер был последним из тех американских бизнесменов, которые умели добиваться своего одним телефонным звонком
Захват американских заложников в Иране. Появление в Нью-Йорке Всемирного торгового центра и превращение Манхэттена в новый деловой центр Нью-Йорка. Превращение ЦРУ в могущественную организацию. Дэвид Рокфеллер, умерший 20 марта на 102-м году жизни, был не просто свидетелем этих событий, но и непосредственным их участником.
Фото: Jeff Zelevansky/File Photo, Reuters
Когда 20 марта 2017 года новостные агентства сообщили о смерти Дэвида Рокфеллера, бывшего главы Chase Manhattan Bank и одного из влиятельнейших членов клана Рокфеллеров, упор делался скорее на возраст этого человека, а не на масштаб его фигуры. Журналисты перечисляли его должности, сообщали о его состоянии, упоминали, разумеется, о том, что покойный был любимым внуком Джона Рокфеллера, того самого «нефтяного барона», создателя и владельца знаменитой Standard Oil и самого богатого американца всех времен. И забывали сказать, что Дэвид Рокфеллер был долгие десятилетия едва ли не самым влиятельным бизнесменом США, чье могущество лишь усиливалось от того, что он не был скован теми правилами, условностями и обстоятельствами ведения бизнеса, которые существуют сейчас.
Как Рокфеллер стал Рокфеллером
Дэвид Рокфеллер родился 12 июня 1915 года в собственном роддоме. Его родители, Джон Рокфеллер-младший и Эбби Одридж Рокфеллер жили в Нью-Йорке, на Западной 54-й улице. Их девятиэтажный дом был самой большой частной резиденцией в городе, что вполне естественно — Джон-младший был сыном и наследником богатейшего человека в США. В доме кроме прекрасного концертного зала с органом, собственного бассейна (тогда это все-таки было еще новшеством), грандиозного спортзала была и собственная больница с прекрасным родильным отделением. Дэвид был шестым и последним ребенком в семье. И тем не менее едва ли не самым главным. Джон Рокфеллер не скрывал, что именно его любит больше всего и возлагает на него особые надежды. Любовь была взаимной. Дэвид говорил, что никогда не забывал о том, членом какой великой семьи он является. Правда, даже если бы он вдруг и захотел забыть, у него ничего бы не получилось. Не за каждым десятилетним мальчиком, катающимся на роликовых коньках по Пятой авеню, будет ехать лимузин на случай, если мальчик упадет или просто устанет.
Много позже Дэвид Рокфеллер станет первым из своей семьи, кто напишет автобиографию («Я оглянулся на свою жизнь и подумал, что она была довольно интересной»,— объяснит он свое решение) и в ней расскажет, какое влияние оказала на него и любовь деда. «Вы знаете, он читал нам книги, пел с нами песни, дарил гривенники»,— вспоминал он. Собственно, из-за нее и из-за своего желания походить на Джона-старшего, Дэвид не ушел в политику, а стал финансистом, взвалив на себя еще и заботы о финансовом благополучии многочисленных фондов, хранивших деньги всей семьи. Когда Джон Рокфеллер-старший умер, Дэвиду был 21 год, и он страшно переживал потерю.
Как Рокфеллер стал банкиром
Дэвид окончил, пожалуй, три самых престижных на тот период высших учебных заведения для тех, кто решил связать свою жизнь с финансами и экономикой,— Гарвардский университет, Лондонскую школу экономики и Чикагский университет. Во время учебы он проявил себя либералом и активным сторонником президента-демократа Франклина Делано Рузвельта, что вызвало настоящий скандал в его ультрареспубликанском семействе. Диплом он получил в 1940 году, год поработал секретарем у друга семьи — мэра Нью-Йорка Фьорелло Лагуардии, женился на университетской подружке Маргарет Макграт (она умерла в 1996 году) и в 1942 году отправился на войну. Рядовым он, разумеется, не был, впрочем, не потому, что был Рокфеллером, а потому, что был выпускником сразу двух университетов. Он отучился на офицерских курсах, где заметили его беглый французский и отправили сначала в Северную Африку, а потом и во Францию. В 1945 году, не получив ни одной награды и никак себя не проявив, Дэвид вернулся на родину и занял пост заместителя управляющего Chase National Bank, крупнейшего на тот момент банка в США, да и во всем мире — главным акционером банка был отец Дэвида, Джон Рокфеллер-младший.
Через 20 лет он уже был президентом банка и человеком, который совершенно трансформировал его, превратив из банка для корпораций (его клиентами были компании, созданные после разделения Standard Oil, и другие крупные американские компании, такие как General Elecric) в международный банк с сотнями отделений и тысячами клиентов.
Как Рокфеллер помог Манхэттену
Дэвиду Рокфеллеру принадлежит заслуга превращения Манхэттена в центр международного бизнеса. В 1930-х годах семья построила знаменитый Рокфеллер-центр в Манхэттене. Он перенес штаб-квартиру банка на Манхэттен в 1961 году, объединил его со старейшим деловым институтом Соединенных Штатов — Манхэттенской компанией (создана в 1799 году третьим вице-президентом США Аароном Бэрром) и создал знаменитый Chase Manhattan Bank. А еще по его рекомендации была создана Ассоциация развития Нижнего Манхэттена, в которой он стал председателем. Эта организация приняла решение о строительстве Всемирного торгового центра (ВТЦ). Среди тех, кто финансировал проект, был и Chase Manhattan Bank.
Со строительством ВТЦ связана история, которая как нельзя лучше характеризует могущество Дэвида Рокфеллера. В какой-то момент он понял, что новые небоскребы испортят вид на реку из его кабинета 56-м этаже Рокфеллеровского центра. Он попросил соединить его с губернатором штата Нью-Йорк. Когда через несколько секунд губернатор (и по совместительству родной брат Дэвида Нельсон Рокфеллер) оказался на связи, Дэвид попросил передвинуть место строительства на несколько сотен метров так, чтобы вид из окна был сохранен. Разумеется, его просьба была выполнена. В том, что история не легендарна, а вполне правдива, клянутся многочисленные друзья, помощники и секретари Дэвида Рокфеллера.
Как Рокфеллер помогал ЦРУ
О связях Дэвида Рокфеллера с Центральным разведывательным управлением ходят легенды. Однако правда гораздо проще. Дэвид Рокфеллер был другом и родственником первого директора ЦРУ Аллена Даллеса еще с тех времен, когда и ЦРУ никакого не было. Они вместе учились в Гарварде. А когда Аллену Даллесу после вступления США во Вторую мировую войну фактически поручили возглавить американскую разведку и наладить связь с британскими союзниками, то все свои операции он вел из офиса, расположенного в Рокфеллеровском центре в Нью-Йорке. Дружба с Даллесом и его братом, Джоном Фостером Даллесом, госсекретарем США во времена президентства Эйзенхауэра, сделали Дэвида Рокфеллера одним из самых информированных людей в США и во всем мире. По личному распоряжению Аллена Даллеса, как настаивают биографы Рокфеллеров, Дэвид получал детальную информацию о всех важных секретных операциях ЦРУ. Это продолжалось и после того, как Аллен Даллес покинул пост директора ЦРУ. К этому времени у Дэвида было в управлении много знакомых и даже друзей.
Как Дэвид Рокфеллер помог взять заложников
Один из самых драматических эпизодов современной истории Америки — захват иранцами американского посольства в Тегеране после победы исламской революции — произошел буквально из-за Дэвида Рокфеллера. У него был друг Мохаммед Реза Пехлеви, шах Ирана. Когда шаху и его семье пришлось бежать из Ирана после революции, Дэвид Рокфеллер стал одним из самых активных сторонников приглашения Пехлеви в США. Тогдашние американские власти были решительно против, не желая злить и без того настроенные антиамерикански власти Исламской Республики Иран. Под давлением Вашингтона убежище шаху предоставил король Марокко Хассан Второй. Позже из-за ухудшения здоровья (у Пехлеви было онкологическое заболевание) ему пришлось переехать в Мексику. Тем не менее друзья шаха, в том числе и Дэвид Рокфеллер, не успокаивались. Говорят, что после одного из телефонных разговоров с президентом по поводу судьбы шаха, который вел с ним то ли Рокфеллер, то ли еще один старинный друг Пехлеви, Генри Киссинджер, взбешенный Картер разбил телефонную трубку в Овальном кабинете с криком: «Да пошел этот шах в задницу!»
В итоге президенту пришлось дать разрешение на то, чтобы шах Ирана прибыл в США для лечения, правда, под вымышленным именем. Тайное, впрочем, немедленно стало явным, и дальше все пошло так, как и предупреждали чиновники Госдепа. Сначала власти нового Ирана потребовали от США выдачи шаха, а когда им в этом было отказано, 4 ноября 1979 года штурмовали здание посольства США и захватили в качестве заложников всех находившихся там дипломатов. Кризис с заложниками длился больше года, стал едва ли не главной причиной поражения Картера на выборах и прихода к власти Рональда Рейгана. Сам шах Ирана ко времени освобождения заложников умер в Каире.
Как мастера культуры и ученые ждали смерти Рокфеллера
Биография Дэвида Рокфеллера
Американский финансист, государственный деятель Дэвид Рокфеллер (David Rockefeller) родился 12 июня 1915 года в Нью-Йорке (США). Он являлся представителем третьего поколения знаменитой династии, ставшей олицетворением американского капитализма.
Его дед Джон Рокфеллер был основателем одной из крупнейших финансовых групп США — нефтяного треста «Стандард ойл компани» (Standard Oil Co.).
Дэвид Рокфеллер в 1936 году с отличием окончил Гарвардский университет по специальности английская история и литература, позже получил экономическое образование (год учился в Гарвардском университете, а затем год — в Лондонской школе экономики).
В 1940 году защитил степень доктора экономики в Чикагском университете.
В том же году он начал работать на государственной службе, став секретарём мэра Нью-Йорка.
С 1941 года по 1942 год Дэвид Рокфеллер был помощником регионального директора в Департаменте обороны, здравоохранения и социального обеспечения (United States Office of Defense, Health and Welfare Services).
В мае 1942 года он поступил рядовым на военную службу и к 1945 году дослужился до звания капитана. В годы Второй мировой войны находился в Северной Африке и Франции, был помощником военного атташе в Париже, работал на военную разведку.
Демобилизовавшись, Дэвид Рокфеллер в апреле 1946 года начал работать в нью-йоркском банке «Чейз нэшнл» (Chase National Bank) в должности помощника управляющего иностранным отделом. Хотя в этом банке семья Рокфеллеров владела значительной долей акций и возглавлял его дядя Дэвида Рокфеллера Уинтроп Олдрич, тем не менее, Дэвиду пришлось подниматься по всем ступеням служебной лестницы.
В 1952 году он стал первым вице-президентом «Чейз нэшнл» и осуществил слияние с Манхэттенским банком (Bank of Manhattan), в результате чего в 1955 году появился один из крупнейших в США банк «Чейз Манхэттен» (Chase Manhatten Bank).
С 1961 года по 1981 год Дэвид Рокфеллер возглавлял правление банка «Чейз Манхэттен». Специализировался на международном банковском деле, был близок к министрам и главам государств различных стран мира.
В 1981 году Рокфеллер удалился от активного управления банком, но остался председателем Международного совещательного комитета банка.
Дэвид Рокфеллер участвовал в различных семейных деловых проектах, в 1946 году стал членом Совета по международным отношениям (Council on Foreign Relations — CFR), который консультировал госдепартамент США. С 1949 года он был вице-директором, с 1950 года — вице-президентом, с 1970 года по 1985 год — председателем Совета по международным отношениям, а с 1985 года — почетным председателем Совета.
На протяжении многих лет Дэвид Рокфеллер был одной из ключевых фигур в создании и работе международных неправительственных организаций, оставивших заметный след в мировой политике. Семья финансировала важные международные проекты: Дартмутские конференции (встречи представителей СССР и Америки на территории Дартмутского колледжа в штате Нью-Хэмпшир, США), Трехстороннюю комиссию (объединяет представителей деловых и политических кругов США, Европы и Японии), Бильдербергский клуб (ежегодный форум западной элиты).
Дэвид продолжил традицию Рокфеллеров по созданию и поддержке благотворительных и общественных организаций: Рокфеллеровский фонд, Институт медицинских исследований, Музей современного искусства в Нью-Йорке.
Он был президентом Рокфеллеровского университета в Нью-Йорке.
История семьи Рокфеллеров.
На вопрос «У тебя что, папа — Рокфеллер?» сегодня утвердительно отвечают более пятисот человек. Потомки первого в истории долларового миллиардера — это американские политики, банкиры, филантропы, девелоперы и нефтяные магнаты. Кто из них унаследовал харизму Джона Дэвисона Рокфеллера, первого Рокфеллера клана?
С чистой совестью
Апрель-май 1914 года, девятиэтажный особняк Рокфеллеров на 54-й Вест-стрит в Нью-Йорке. Дом в кольце демонстрантов. Шахтерские профсоюзы требуют к ответу Рокфеллеров, обвиняя их в убийствах и мошенничестве.
Это расплата за историю, которая началась в сентябре 1913 года. Тогда на юге Колорадо, в шахтерском городке Ладлоу, на угольных шахтах Джона Дэвисона Рокфеллера тысячи шахтеров и их семей объявили забастовку. Они требовали пересмотра заработной платы и сокращения рабочего дня, введения техники безопасности и признания профсоюза. Стычки переросли в сражение горняков с охраной — десятки людей с обеих сторон были ранены и убиты. Вспыхнул и загорелся тент, где стояли семьи бастующих. 11 женщин и детей погибли в огне и дыму.
Чтобы остановить Ладлоускую бойню, президенту США Вудро Вильсону пришлось ввести в Колорадо федеральные войска.
Два Джона Рокфеллера — основатель династии Джон Дэвисон Рокфеллер и его сын и наследник Джон Рокфеллер-мл. — пережили немало неприятных часов на допросах в разных комитетах штата Колорадо. В истории с Ладлоуской бойней проявилась главная характерная черта клана Рокфеллеров: «Дед никогда не говорил даже о малейших угрызениях совести», — отмечал в мемуарах внук основателя династии Дэвид Рокфеллер. В итоге Рокфеллерам удалось выйти сухими из воды, хотя Джон Рокфеллер-мл. до конца жизни регулярно ездил в Ладлоу инспектировать условия шахтерского труда.
Это вторая черта рокфеллеровского клана — полная уверенность в своей правоте и готовность заплатить за победу.
Нефть, упорство, амбиции и нечистые действия
«Я никогда не догадывался, кем окажусь в этой жизни, но я всегда знал, что рожден для чего-то большего» — так, по воспоминаниям его любимого внука Дэвида, говорил Джон Дэвисон Рокфеллер.
Джон Рокфеллер-ст. с внучкой Матильдой
Рокфеллер-Маккормик и ее семьей (1900) Getty Images
«С тех пор я почти сорок лет занимался этим делом вплоть до ухода от дел в 56-летнем возрасте», — сообщал Рокфеллер-ст.
Свой успех Джон Рокфеллер-ст. объяснял просто: «Компания верила в американский керосин и тратила огромные суммы на борьбу с конкурентами». Standart Oil Company построила наливные станции в железнодорожных центрах во всех округах Америки (это удешевило доставку керосина), изобретала специальные танкеры и вагоныцистерны, сносила старые заводы и не жадничала при покупке нового оборудования. Standard Oil Company даже раздавала керосиновые фонари всем желающим.
Но главное, компания Рокфеллера и компаньонов раньше всех поняла перспективность переработки побочных продуктов нефтяного производства (в частности бензина, цены на который постоянно росли) и разработки новых технологий для снижения себестоимости продукции.
«Дед не был романтиком и пытался исправлять ситуацию при помощи жесткого подхода»
Не имея представления об эластичности спроса, Джон Рокфеллер понимал смысл происходящего и проводил политику снижения цен. Он создал первую в США транснациональную корпорацию, хотя тогда такого понятия не существовало. Готовность рисковать, энергия и решительность — главные качества первого миллиардера в истории. «Я скорее найму человека с энтузиазмом, чем того, кто много знает», — говорил он. Под этим человеком Рокфеллер-ст. подразумевал прежде всего себя. Его обвиняли в обмане конкурентов и партнеров (говорили, что он не брезговал даже вдовами-акционерами). «Дед не был романтиком и пытался исправлять ситуацию при помощи жесткого подхода», — заступался за Рокфеллера его внук Дэвид.
Филантропия по Рокфеллеру. Искусство давать
Джон Дэвисон Рокфеллер был глубоко верующим человеком. Баптистская церковь не позволяла пить, курить и танцевать. «При этом дед был наименее мрачным человеком из всех, кого я когда-либо знал, постоянно улыбался, шутил и рассказывал анекдоты с неожиданной концовкой», — вспоминал Дэвид.
«Ему была отвратительна мысль о покупке предметов искусства или яхт»
Его религиозность проявлялась своеобразно, больше всего глава клана верил в протестантскую трудовую этику — стяжал без сна и отдыха. Он инвестировал в угольные шахты, железные дороги, страховые компании: владел 16 железнодорожными компаниями, шестью сталелитейными производствами и пароходствами, месторождением руды Месаби-Рейндж в штате Миннесота, а также фирмами по торговле недвижимостью.
Но показушничать старший Рокфеллер не собирался. «Дед не интересовался приобретением шотландских или французских замков, ему была отвратительна мысль о покупке предметов искусства или яхт», — рассказывает Дэвид Рокфеллер.
Свой большой особняк в Нью-Йорке он построил подальше от Пятой авеню, где в домах с башенками, стенами-амбразурами и бальными залами селились Вандербильты, Карнеги, Фрики и другие богатейшие семьи.
Джон Дэвисон был неравнодушен к конным состязаниям: он держал несколько пар рысаков, участвовал в скачках и собственноручно правил коляской в Центральном парке. Этот грех обуздать он не мог.
Даже став миллиардером, неизменно следовал протестантскому «принципу десятины» — десятую часть дохода отдавал на благотворительные цели.
По мере роста доходов суммы его пожертвований росли. Чтобы филантропия приобрела разумный характер, он нанял Фредерика Т. Гейтса, баптистского священника, человека широких взглядов и эрудиции, поручив ему разработать разумную систему оценки лиц и организаций, просивших помощи. На протяжении нескольких десятилетий Гейтс и старший Рокфеллер отдали на благотворительность более половины состояния.
«Искусство давать» — так Рокфеллер-ст. назы- вал филантропию.
Первый после бога. Сын за отца не отвечает
«Раздавая деньги, легко причинить вред», — говорил Джон Рокфеллер. Сам он был тверд в своих решениях, но за детей переживал. В глубине души он знал, что сын — человек впечатлительный и эмоционально неустойчивый.
Джон Рокфеллер — старший и Джон Рокфеллер — младший Getty Images
Джон Рокфеллер-мл. (родился 29 января 1874 года) вскоре после своего 30-летия пережил нервный срыв, перешедший в депрессию. Забрав жену Маргарет и дочь Эбби, он на год покинул светское общество. Известно, что полгода семья провела на юге Франции. Вернувшись в Нью-Йорк, Рокфеллер-мл. отдал Standard Oil Company на попечение управляющих и сосредоточился на филантропии. «У отца всегда было чувство, что он недотягивает до деда» — так представлял себе ситуацию Дэвид Рокфеллер. Джон Рокфеллер-мл. привык смотреть на отца снизу вверх. Он не был рожден Титаном, вместе с именем и деньгами не унаследовал генетический код успеха основателя клана — уверенность в своей правоте, железную, несгибаемую при любых обстоятельствах, волю.
Но когда в 1914 году случилась Ладлоуская бойня, Джон Рокфеллер-мл. неожиданно вышел на первый план. Отцу было уже 77. Большая доля ответственности за ситуацию легла на плечи 40-летнего сына. К той поре сын уже девять лет занимался только филантропией. Но, как это ни удивительно, с пожарами, волнениями рабочих и судебными процессами Рокфеллер-мл. справился. Он пошел на уступки и признал профсоюз. Он съездил в Ладлоу, «где провел несколько дней, встречаясь с шахтерами, и даже танцевал с их женами кадриль».
Так у руля империи оказался Джон Рокфеллер-мл. Но… Джон Рокфеллер-ст. переоценил своего сына.
На пороге гибели
Середина 1920-х годов. Сухой закон. Мафия. Недвижимость Рокфеллеров на Среднем Манхэттене стремительно падает в цене. Квартал меняется на глазах. Вандербильты и Асторы съезжают. Их особняки занимают подпольные бары и бордели.
И тут на пороге кабинета Рокфеллера-мл. появляется Отто Кан, председатель совета директоров Metropolitan Opera. У него есть предложение — построить новое здание оперы именно на Среднем Манхэттене. Новая опера облагородит квартал, бордели съедут, в театр потянется публика в мехах и бриллиантах. Стоимость недвижимости Рокфеллеров возрастет.
Этой встречей Джон Рокфеллер-мл. едва не погубил свою империю.
На что живут наследники миллиардера
Джон Рокфеллер-мл. был человеком совестливым. Не совладав со строительством 70-этажного Рокфеллер-центра, свои семейные обязательства он представлял четко.
Трасты задумывались как средство сохранения, увеличения и передачи состояния семьи без уплаты налогов через три поколения. Были условия: ограничение дохода и запрет на использование основного капитала фонда до достижения 30-летнего возраста. До 30 лет оставшийся после выплат доход распределялся между благотворительными организациями.
По достижении 30 лет наследники могли снимать со счета часть основного капитала при согласии трастового комитета, а остатки капитала (каждый год он пополнялся по мере роста доходов) переходили внукам и правнукам. Именно эти фонды обеспечили основную часть дохода шести детям Джона Рокфеллера-мл. — пятерым сыновьям и дочери.
Вице-президент, банкир, филантроп и губернаторы
Май 1937 года, железнодорожная станция Тарри-таун, пригород Нью-Йорка. Семья Рокфеллеров в полном составе — Джон Рокфеллер-мл., его сыновья Джон, Нельсон, Лоренс, Уинтроп и Дэвид ждут прибытия поезда с телом 97-летнего Джона Дэвисона Рокфеллера-ст. Его похоронят на территории семейного имения Покантико Хиллс.
В ночь похорон станет известно, кого Джон Дэвисон Рокфеллер видел своим преемником. Удалившись на покой, мудрый старый Рокфеллер, просиживая дни в инвалидном кресле, пристально наблюдал за потомками. И свой негласный выбор он сделал.
А пока, следуя семейной иерархии, рядом с отцом Джоном Рокфеллером-мл. стоит его старший сын Джон. Ему 31 год, он официальный наследник династии. Джон входит в советы правлений Рокфеллеровского фонда, Рокфеллеровского института и фонда колониального наследия города Вильямсбурга. «Он был обладателем имени, Джоном Рокфеллером — третьим», — писал в мемуарах его младший брат Дэвид.
Брат Джона Нельсон младше его на два года. Будущий президент Рокфеллеровского центра, губернатор штата Нью-Йорк на четыре срока и вице-президент США при Джеральде Форде.
На пути к высоким должностям Нельсон потерял огромную долю своего состояния, а громкий развод с женой Тод погубил его карьеру, не оставив ему шансов стать президентом США, о чем он так горячо мечтал.
Уинтропа, единственного из всех наследников Рокфеллера, отчислили из Йельского университета.
Лоренс, 27-летний третий сын Джона Рокфеллера-мл., оказался отличным бизнесменом. Он стал венчурным капиталистом, инвестором в авиационную промышленность и совладельцем крупнейших активов в разных отраслях, связанных с высокими технологиями.
Природный артистизм и респектабельность помогли четвертому брату, Уинтропу, достичь карьерных высот: начав с подсобного рабочего на нефтеразработках в Техасе, Уинтроп дорос до губернатора штата Арканзас. В юности Уинтропа, единственного из всех наследников династии Рокфеллеров, отчислили на первом курсе из Йельского университета: учеба будущему губернатору не давалась. Этим он пошел в деда.
Самому младшему, Дэвиду, на момент смерти деда — 23 года. Пятый наследник в очереди на трон скромно держится в тени своих старших братьев на железнодорожной платформе. Совсем скоро, буквально через несколько часов, ситуация изменится.
«Знаете, господин Рокфеллер, ваш дед всегда думал, что из всех братьев именно вы больше, чем кто-либо другой, напоминаете его», — сказал Дэвиду в тот вечер камердинер покойного деда, швейцарец Йорди.
От разведчика до девелопера
Дэвид Рокфеллер родился 12 июня 1915 года в Нью-Йорке на 54-й Вест-стрит, 10, в девятиэтажном семейном особняке. На крыше дома Рокфеллеров была площадка для игр, несколькими этажами ниже — корт для игры в сквош, музыкальный зал с органом, гимнастический зал и даже собственная больница, где и появился на свет Дэвид.
В детстве он, как и его старший брат Джон, страдал дислексией, учиться было непросто. Единственную хорошую оценку за четыре года учебы в Гарварде Дэвид получил за курс энтомологии — он с юности собирал коллекцию жуков, а курс вел крупный специалист по муравьям.
«В теплые весенние ночи я вывешивал простыню и помещал перед ней фонарь. Жуки и другие насекомые летели на свет. За один вечер я мог легко собрать тридцать и даже больше видов жуков», — писал Дэвид в воспоминаниях. В его собрании хранилось около 40 000 экземпляров.
Когда Дэвид стал богатым и знаменитым, в прессе писали, что он везде носит с собой коробочку для жуков. Но этой коробочки никто так и не ув
Сенатор от штата Массачусетс Джон Кеннеди в начале
своей президентской гонки на встрече с выпускниками
Гарварда. Справа — Дэвид Рокфеллер.
По окончании учебы Дэвид решил попробовать себя на госслужбе и полтора года бесплатно работал помощником мэра Нью-Йорка Фьорелло Ла Гуардиа. В это время он женился на Маргарет («Пегги») Макграт, дочери Симса Макграта, партнера юридической фирмы с Уолл-стрит.
Возможно, Дэвид выбрал бы карьеру правительственного чиновника, но началась Вторая мировая война. Он оказался в специальной группе контрразведчиков для работы на Ближнем Востоке. В Алжире Дэвид с нуля создал крупную сеть информаторов, доставлявших американскому командованию отчеты о ситуации в Северной Африке. А незадолго до окончания войны Рокфеллера забросили во Францию. Где он, прекрасно владевший французским, работал с сетью Сопротивления.
За время войны у Дэвида и Пегги родилось трое детей. Редкий гость дома, Дэвид воспринимался детьми как чужак. У Пегги развилась тяжелая депрессия, с которой она боролась в течение двадцати лет.
Вернувшись с войны, Дэвид с головой ушел в дела. Он принял предложение своего дяди Уинтропа Олдрича работать в Chasе National Bank. Банк часто называли семейным банком Рокфеллеров.
Тридцать два года своей банковской карьеры он буквально жил в самолетах, сотни раз в год летая на переговоры по открытию новых отделений банка по всему миру. Под его руководством Chase National Bank финансировал экспортную торговлю в Перу, Чили, Аргентине и Бразилии, развивал экспансию в Южной и Латинской Америке. Он посетил 103 страны, пролетел более 8 млн км (что эквивалентно 20 кругосветным путешествиям), встретился более чем с 200 главами государств и правительств.
Расширение международной деятельности, совершенствование профессионального управления и организационной структуры — именно на этом Дэвид Рокфеллер и сделал свою банковскую карьеру.
Рокфеллер, СССР и новая Россия
Спустя десять лет, в 1971 году, вместе с дочерью Невой Дэвид Рокфеллер прилетел на переговоры в Москву. «В Кремль нас привез потрепанный Fiat местного производства, — вспоминал Дэвид в мемуарах. — В комнате почти не было украшений, кроме доминирующего в пространстве большого портрета Ленина. Раз или два я поднял глаза и увидел, что Ленин неодобрительно на меня смотрит». В этом же году Дэвид Рокфеллер открыл первое в СССР отделение американского банка.
Российский политолог Лилия Шевцова, пару раз встречавшаяся с Дэвидом Рокфеллером, отмечает, что Дэвид Рокфеллер производил поначалу впечатление человека очень мягкого, «отнюдь не впечатление Титана». Но «как-то раз мы говорили о России в рамках мирового глобального миропорядка, и удивительным образом Дэвид Рокфеллер стал проводить исторические и общественные параллели, легко играя миром и историей. Это был мощный человек, истинная глыба знаний и таланта».
Последний лидер СССР Михаил Горбачев — сегодня единственный россиянин, который много раз встречался с Дэвидом Рокфеллером по разным, в том числе важным для себя лично вопросам (например, открытие Президентской библиотеки). Однако дать комментарий Forbes Life Михаил Горбачев отказался и ни разу не упомянул имени Дэвида Рокфеллера в своих многостраничных мемуарах «Наедине с собой», изданных в 2012 году.
Конспирология и политика
Считается, что именно под влиянием заседаний закрытого клуба Рокфеллера Михаил Ходорковский, например, создал свою «Открытую Россию». Гостями закрытого клуба Рокфеллера были Ходорковский, Гусинский, Алекперов, Березовский.
«Нашим бизнесменам, например, внушали, что сами по себе деньги, не вложенные в развитие и улучшение жизни, общества, культуры, мало что значат», — утверждает социолог и руководитель Центра изучения элит Института социологии РАН Ольга Крыштановская, неоднократно участвовавшая во встречах Рокфеллера с российскими бизнесменами.
По инициативе Рокфеллера была создана Трехсторонняя комиссия для разрешения политических и экономических вопросов между Северной Америкой, Европой и набирающей вес Японией и основан Бильдербергский клуб (Bilderberg group). Клуб славился своей закрытостью: все заседания проходили в разных местах, которые тщательно скрывались.
Дэвид Рокфеллер утверждал в мемуарах, что Бильдербергский клуб — дискуссионная площадка, где обсуждаются животрепещущие глобальные гуманитарные вопросы. Однако обе организации — и клуб, и Трехстороннюю комиссию — СМИ обвиняли в заговорах с целью править миром.
Среди российских участников Бильдербергского клуба — Анатолий Чубайс, Алексей Мордашов, Лилия Шевцова, Сергей Гуриев, Григорий Явлинский.
«Реальное влияние на глобальное экономическое положение семья Рокфеллеров сохранила и по сей день»
Лилия Шевцова дважды оказывалась c Дэвидом Рокфеллером за обеденным столом. «Он был очень прост, удивительно вежлив и открыт — просил называть его по имени, а не «господин Рокфеллер», — вспоминает Шевцова. — Дэвид избегал многословия и был внимателен ко всем участникам разговора. Мог не раз переспрашивать, если ему казалось, что собеседник не точен в формулировках». Лилия Шевцова отмечает способность Дэвида Рокфеллера мгновенно схватывать смысл сказанного и рассматривать явление в общем контексте.
«Реальное влияние на глобальное экономическое положение семья Рокфеллеров сохранила и по сей день, — полагает социолог Ольга Крыштановская. — Влияние семьи транслируется через обсуждение самых актуальных и больных вопросов в многочисленных клубах, для участия в которых приглашают представителей мировых лидеров, преуспевающих бизнесменов, известных политологов. Позже обсуждаемые темы так или иначе поднимаются и решаются в тех странах, откуда приехали участники. Так что влияние есть. Но, так сказать, оно опосредованно».
Лидер по наследству
Династия Рокфеллеров сегодня — это более 500 потомков первого в истории долларового миллиардера. Поддерживать теплые отношения всем родственникам этой огромной семьи, живущим в разных странах, непросто. Молодые члены династии — праправнуки Дэвида Рокфеллера-ст., называющие себя шестым поколением, — придумали эффективный способ. Раз в год в июне все «шестые» Рокфеллеры собираются на встречу. Усаживаются в круг и рассказывают о том, что важного произошло в их жизни. «Это может быть новая любовь или работа, все что угодно. Главное — никто не может прерывать, обсуждать сказанное или давать советы», — говорит Эйлин Рокфеллер, дочь Дэвида.
Всего у Дэвида Рокфеллера-ст. 12 внуков. Все наследники по-прежнему живут на средства, поступающие из трастовых фондов, основанных Джоном Рокфеллером-мл.
Директор по коммуникациям фонда Eileen Rockfeller.com (фонд принадлежит Эйлин, дочери Дэвида Рокфеллера) Карла фон Трапп Хантер в ответ на запрос Forbes Life сообщила, что у каждой из ветвей династии есть свой лидер, а действующие в семье формальные структуры (в частности, ежегодные собрания семьи за круглым столом. — Forbes Life) поддерживают связи между всеми членами семьи. «Официально наибольшая ответственность за управление состоянием после смерти Дэвида Рокфеллера-ст. легла на его сына Дэвида Рокфеллера-мл. и его дочь Пегги Дулани, они душеприказчики Дэвида Рокфеллера-ст.», — рассказала Карла фон Трапп Хантер.
По завещанию Дэвида Рокфеллера-ст. семейное собрание предметов искусства будет продано на аукционе Christie’s весной 2018 года.
