Подвиг лётчика Девятаева
Михаил Девятаев, тринадцатый крестьянский сын, родился в Мордовии – окончил семь классов, а потом Казанский речной техникум (здесь-то его и «перекрестили»). Во время учёбы он ходил в аэроклуб – потому, после призыва в армию попал в Чкаловскую военно-авиационную школу. Войну начал 22 июня 1941-го – а уже 24-го сбил под Минском «Юнкерс», и удостоился ордена Красного Знамени. Вскоре лётчик был ранен, и продолжал службу в тихоходной авиации – однако в мае 1944-г, благодаря Покрышкину, вернулся в истребители…
…К сожалению, продлилось это недолго – уже 13 июля под Львовом Девятаев был подбит, выбросился с парашютом, и попал в плен. Его отправили в лагерь – ровно через месяц, 13 августа, лётчик пытается бежать – его ловят и переводят в зловещий Заксенхаузен. Вероятно, этот лагерь смерти стал бы для Девятаева последней строчкой в биографии – но некий сочувствующий лагерный парикмахер меняет ему нашивку… таким образом «смертник» Девятаев действительно исчезает – и появляется «штрафник» Никитенко…
Под этим именем он вскоре и попадёт на германский остров Узедом – в лагерь Пенемюнде. По словам самого Девятаева, мысль о побеге на самолёте возникла у него практически сразу – однако некоторое время ушло на сбор команды. (Надо сказать, тут старшему лейтенанту сильно повезло – он пытался завербовать доброжелательного с виду немца-зенитчика – тот отказался; перед самым побегом откололся и один из участников группы… так что многие в лагере знали или подозревали о плане – но никто не выдал заговорщиков!)
Лётный персонал был на обеде – и бесстрашной десятке удалось без проблем проникнуть в бомбардировщик «Хейнкель». Проблемы начались потом – сначала выяснилось, что на самолёте нет аккумуляторов (их оперативно нашли где-то поблизости); затем Девятаеву никак не удавалось взлететь! Самолёт пробежался по полосе – но штурвал не желал подниматься! Лётчик развернул машину и погнал её обратно – распугивая выбежавших полюбопытствовать немцев – в процессе нового захода, выяснилось, что руль находится в посадочном режиме; его отжали насильно – и «Хейнкель» взлетел! По воспоминаниям Девятаева, вся операция заняла двадцать одну минуту.
С этого момента нашим и вовсе сопутствовала удача – во всяком случае, посланный на перехват ас Хобих попросту не нашёл (с ним Девятаев встретится в Пенемюнде незадолго до смерти, в 2002-м); другой ас, Даль, возвращался с задания без боеприпасов, и смог только проводить угнанный самолёт тоскливым взором. Зато не подкачали советские зенитчики – при подлёте к линии фронта «Хейнкель» встретят точным огнём; он загорится, и совершит жёсткую посадку. Весь «экипаж» снова окажется в плену…
Некоторые источники утверждают, что Девятаев надолго загремел в лагеря – но всё было иначе… Правда, сам он вспоминал проверку, как «длительную и унизительную» – но именно на этих двухмесячных допросах лётчик укажет точные координаты установок «Фау», и в считанные дни их благополучно разбомбят. Что касается его товарищей, то они все вернутся на фронт – а вот с него, к сожалению, только один…
В сентябре на Пенемюнде будут уже наши, и Девятаева привезут на встречу с полковником Сергеевым (то есть – Королёвым). Впоследствии он демобилизуется – и вернётся к первой профессии; именно капитан Казанского речного порта Михаил Девятаев первым начнёт водить легендарные суда на подводных крыльях: «Ракету» и «Метеор». В 1957 году ему (как говорят, с подачи Королёва) присвоили Героя Советского Союза…
PS: …Не совсем понятно, почему Главный конструктор так промедлил – конечно, мы не знаем, чем они с Девятаевым занимались на острове, но факт остаётся фактом: наша первая ракета – точная копия «Фау». Добавим: угнанный «Хейнкель» был не просто самолётом – на нём находилась секретнейшая радиоаппаратура по сопровождению этих самых «Фау»! К сожалению, Михаил Девятаев так и не рассказал, насколько осознанным был выбор (ведь беглецы поначалу чуть не сели в стоявший неподалёку «Юнкерс». ) Впрочем, это – совсем другая история.
Михаил Петрович Девятаев
Фото Все
Видео Все
Михаил Девятаев. О чем рассказал легендарный летчик перед смертью? Эксклюзивное интервью
Ровно 75 лет назад летчик Михаил Девятаев организовал побег с секретной фашистской базы.
Легенды армии Михаил Девятаев
Михаил Девятаев — биография
Михаил Девятаев – летчик-истребитель, гвардии старший сержант. Вместе с девятью узниками концлагеря угнал самолет, и сбежал из плена. Получил звание Героя Советского Союза.
История героизма пленных, сбежавших из концлагеря, захватив самолет, до сих пор будоражит воображение. Спустя много лет после угона фашистского «Хейнкеля» поступок легендарной «десятки» выглядит еще более отважным, и при этом неправдоподобным. В Великую Отечественную войну случилось множество славных, героических, удивительных поступков, совершенных советскими воинами, и наряду с ними особое место занимает подвиг летчика Михаила Девятаева.
Детство
Родина будущего Героя Советского Союза – небольшой рабочий поселок Торбеево Тамбовской губернии. Именно там, в семье мастерового человека Петра Девятаева и его жены домохозяйки Акулины и родился сын Михаил, их тринадцатый ребенок. Национальность Девятаева – мордвин-мокшанин. Отец трудился на помещика, мама занималась хозяйством и воспитанием детишек.
Учился Миша хорошо, но как у всех мальчишек, у него страдало поведение. Одна встреча сыграла в биографии мальчишки большую роль. В их поселке появился летчик, и Михаил проявил необычный интерес к этому человеку и роду его занятий. Он спросил у пилота, где обучают летному мастерству, и что для этого нужно. Ему ответили, что в первую очередь, нужна хорошая учеба и железная дисциплина, а еще смелость, отличное здоровье и спортивная форма.
Михаил Девятаев в молодости
Михаил начал более серьезно относиться к учебе, заниматься спортом. По окончании седьмого класса он уехал в Казань, именно там парень собирался учиться в авиационном техникуме. Девятаев подал документы в техникум, и уже в мечтах видел себя в небе. Однако произошла путаница с документами, и вместо авиационного, Михаил оказался в речном техникуме. Он решил ничего не менять, но от мечты не отказался. Молодой человек начал посещать занятия в казанском аэроклубе.
Бывали случаи, когда Миша до поздней ночи находился в самолетном или моторном классе аэроклуба, а утром следующего дня торопился на занятия в техникум. Наконец-то настал тот день, когда Михаил оказался в небе первый раз в своей жизни. Во время первого полета его сопровождал инструктор, но от этого впечатления оказались не меньшими, чем, если бы он летал сам.
После окончания речного техникума в 1938 году, некоторое время трудился в качестве помощника капитана баркаса на Волге. В том же году получил повестку Свердловского РВК Казани, и отправился на службу в Красную Армию. Учился в Первом Чкаловском военном авиационном училище летчиков им. Ворошилова, которое окончил в 1940-м. Михаила распределили на службу сразу в Торжок, потом отправили в Могилев.
В самом начале войны из тринадцати детей семьи Девятаевых осталось восемь, и все без исключения работали на победу. Четыре брата Михаила не вернулись с фронта, остальные его братья и сестры умерли достаточно рано, одному ему повезло дожить до старости.
Военная служба
В действующую армию Девятаев попал в первый же день войны – 22 июня 1941 года, а уже 24 июня он открыл счет сбитым самолетам противника. В боях под Минском, Михаил блестяще расправился с пикирующим бомбардировщиком Junkers Ju 87. Спустя некоторое время всех, кто отличился в бою, вызвали из Могилева в столицу. Вместе с другими пилотами Девятаев получил орден Красного Знамени. 10 сентября 1941-го расправился еще с одним «Юнкерсом». С 23 июня по 16 сентября 1941-го сто восемьдесят раз поднимался в воздух, счет сбитых самолетов противника дошел до девяти единиц.
23 сентября 1941-го Девятаев возвращался с очередного боевого задания под Киевом. Его самолет атаковали немецкие истребители. С одним Михаил справился, но и сам был ранен в ногу. Попал в госпиталь, после выписки из которого уже не смог вернуться на прежнее место службы, оказался в тихоходной авиации по настоянию врачей. Девятаева перевели в ночной бомбардировочный полк, потом он продолжил службу в санитарной авиации. Вернуться в истребительный полк Михаилу Девятаеву удалось только в 1944 году, благодаря помощи Александра Покрышкина.
Михаил попал в 104-й гвардейский истребительный авиационный полк 9-й гвардейской истребительной авиационной дивизии. Служил на 1-м Украинском фронте. В звании гвардии старшего лейтенанта Девятаев был командиром звена. 13 июля 1944 года он вступил в бой с FW-190, сбил его неподалеку от украинского городка Горохова. В этом бою отважного летчика сбили, он оказался в плену.
Группа истребителей, которой командовал майор Бобров, отражала вражескую атаку. Они приняли бой недалеко от Львова. В этом сражении Девятаева и подбили, его самолет загорелся, командир приказал прыгать с парашютом. Во время прыжка Михаил ударился о стабилизатор, потерял сознание. Приземлился на территорию, захваченную фашистами, и попал в плен.
Бежать с острова не представлялось возможным, все понимали, что рано или поздно их все равно казнят, поэтому заключенные начали готовить новый побег.
Девятаев обладал недюжинными организаторскими способностями, и именно он начал подбирать группу, с которой собрался бежать. Отбор велся тщательно, чтобы не допустить утечки информации и предательства.
Самолет на котором был совершен побег Михаила Девятаева с 9 пленниками
8 февраля 1945 года десять советских военнопленных во главе с Девятаевым, захватили фашистский бомбардировщик «Хейнкель 111», и сбежали из плена. Пилотировал Михаил. Немцы не сразу поняли, что произошел побег, а когда кинулись, то выслали вдогонку за ним истребитель, за штурвалом которого был один из прославленных летчиков Третьего Рейха – обер-лейтенант Гюнтер Хобом, награжденный двумя Железными крестами и Немецким крестом в золоте. Опытный летчик не смог найти беглецов, так как не знал, какой курс они выбрали. Самолет с узниками концлагеря обнаружил полковник Вальтер Даль, настоящий ас авиации. Он как раз возвращался с очередного задания, и услышал по рации приказ об уничтожении одинокого «Хейнкеля». Выполнить этот приказ он не смог, после боя у него не осталось боеприпасов.
Девятаеву удалось пролететь 300 км, посадить машину на территории Польши, где располагалась артиллерийская часть советской 61-й армии. Мало того, что он спас жизни девятерым узникам концлагеря, так еще и рассказал, где находится остров и лагерь, передал точные координаты стартовых установок, которые уже успели расположить вдоль берега. Эти сведения незамедлительно проверили, они оказались достоверными. Спустя некоторое время остров Узедом накрыли с воздуха.
Несмотря на ценность доставленной информации, Девятаев все равно оказался в проверочно-фильтрационном лагере НКВД, где его много раз допрашивали и проверяли. В конце марта победного 45-го семеро из десяти сбежавших на самолете из плена снова попали на фронт. В апреле 1945 года шестеро из десяти беглецов погибли, троих из них – Девятаева, Кривоногова и Емца отправили в ОКР «СМЕРШ» первой Горьковской запасной стрелковой дивизии, где они и оставались до победы, в ожидании подтверждения их воинских званий.
В сентябре 1945-го состоялась встреча Сергея Королева и Михаила Девятаева. Известный конструктор сам нашел героического пилота и позвал на аэродром, откуда тот сумел угнать самолет. Прибыв на место, Михаил рассказал об этом месте все, что знал, показал, где производили детали ракет. За угон самолета и оказанную помощь в передаче секретных сведений, в 1957 году Девятаев получил Золотую звезду Героя Советского Союза.
После войны
После увольнения в запас в ноябре 1945-го, Девятаев, как бывший пленный, долго не мог найти работу. Потом его взяли на должность дежурного по вокзалу Казанского речного вокзала, затем он получил профессию капитана-механика. С 1949-го Михаил трудился помощником капитана на баркасе «Огонек», спустя три года стал его капитаном. В 1955-м Девятаева назначили капитаном теплохода. В 1957 году подвиг Михаила Девятаева стал известен благодаря публикациям Яна Винецкого, корреспондента издания «Советская Татария».
Герой Михаил Девятаев
К концу 50-х бывший военный летчик провел испытания первого советского судна с подводными крыльями – «Ракеты».
Личная жизнь
Судьба особо не баловала Михаила Девятаева. Может быть, в качестве компенсации за все пережитое, ему повезло в личной жизни. Он встретил женщину, которую, как сам сказал, не променял бы ни на какую другую, даже самую красивую. Свою личную жизнь отважный летчик связал с девушкой по имени Фаина. В этом браке родилось трое детей – два сына и дочка. Супруги жили счастливо, но после того, как имя Девятаева стало известно на весь Союз, супруга часто устраивала ему сцены ревности. Михаилу тогда приходило много писем, в частности и от женщин, и это обстоятельство вызывало ревность жены.
Михаил Девятаев с женой
Старший сын Алексей родился в 1946-м. Он стал медиком, трудился на должности врача-анестезиолога глазной клиники, защитил диссертацию, получил ученую степень кандидата медицинских наук. В 1951 году в семье родился еще один сын – Александр, тоже посвятивший себя медицине.
Спустя шесть лет родилась девочка, ее назвали Нэлей. Она выбрала себе творческую профессию, училась в Казанской консерватории. После ее окончания преподавала музыку студентам театрального училища.
Михаил Девятаев с семьей
В 1972 году Михаил Девятаев издал свою первую автобиографическую книгу «Полет к солнцу», в 1988-м вышла еще одна книга под названием «Побег из ада». В ней автор делится своими воспоминаниями о концлагере, о том, как готовился побег. На обложке этого издания фотография автора, пересеченная колючей проволокой.
Смерть
Михаил Девятаев до самой смерти жил в Казани. Он не оставлял работу, трудился по мере сил. В 2002 году он побывал на том же аэродроме, откуда ему удалось сбежать, встречался с тем немецким летчиком, которого послали на его перехват. В то время на аэродроме шли съемки документальной ленты о подвиге отважного советского пилота.
Девятаев умер 24 ноября 2002-го года. От чего скончался бывший летчик неизвестно, возможно, преклонный возраст (почти 86 лет), а может быть болезни. Местом его упокоения стало Арское кладбище в Казани, на территории мемориального комплекса воинов ВОВ.
Память о смелом пилоте живет в нескольких документальных лентах — «Не факт. Подвиг советского летчика», «Догнать и уничтожить», и одном художественном фильме – «Девятаев», который вышел на экраны в 2021 году. Роль главного героя в этой ленте досталась популярному актеру Павлу Прилучному, который был вынужден сбросить 15 кг, как того требовал сценарий.
Ссылки
Подвиг Девятаева: побег из плена с немецким «оружием возмездия»
В конце Великой Отечественной войны побеги заключенных из немецких концлагерей случались довольно часто. Но есть среди них один, который в буквальном смысле повлиял на ход войны. Группа летчика Михаила Девятаева, чудом избежавшего смерти, не только сумела вырваться из плена и угнать самолет, но рассекретить немецкое чудо-оружие.
Полигон Пенемюнде, который располагается на острове Узедом в Балтийском море, считается местом рождения легендарных ракет Фау-1 и Фау-2, а также нескольких самых современных на тот момент самолетов. В систему полигона также входил концентрационный лагерь, узники которого использовались немцами для выполнения черновой работы. Именно в этом лагере содержался советский летчик-истребитель Михаил Петрович Девятаев, человек, который совершил невозможное.
Машина разгоняется, минует вахтманов, садящиеся «юнкерсы» и. чуть не падает с обрыва в море. Даже на самой максимальной скорости она никак не идет вверх, только спустя несколько минут Девятаев догадывается, что мешают триммеры руля, у незнакомой машины они установлены в режиме «на посадку». Новый разгон, но теперь на взлетной полосе уже бегают немцы, явно догадывающиеся, что с самолетом, а может и с пилотом что-то не так, сейчас они преградили живой цепью полосу.
«Они не ожидали, что «хейнкель» двинет на них. Да их же давит летчик-заключенный! Они бросились врассыпную. Те, что были дальше и которым ничего не угрожало, вынимали из кобуры пистолеты. Другие бежали к своим зениткам. Но время было выиграно, только время, а не победа. Самолет снова мчался на тот конец аэродрома, с которого мы начинали взлет».
С помощью товарищей Девятаев все-таки смог вытянуть штурвал на себя, и самолет оторвался от земли, полетел! Но полетел неуверенно, слишком быстро стал набирать высоту и терять скорость, пришлось наугад искать триммер высоты и лишь после этого грузный бомбардировщик стал быстро удаляться от злосчастного Пенемюнде.
Казалось бы, все, долгожданный побег совершен, впереди родная земля. Но на хвост сел немецкий истребитель, который возвращался с задания. Он успел выпустить в сторону «хейнкеля» с заключенными несколько пулеметных очередей, но был вынужден приземлиться, так как у него то ли кончилось топливо, то ли закончились боеприпасы. Девятаев и его товарищи исчезли в облаках. По солнцу они смогли сориентироваться и вскоре уже приблизились к линии фронта, где по ним открыли огонь советские зенитные орудия. Пришлось вынужденно посадить самолет в поле, недалеко от города Вольдемберга, уже на территории, контролируемой Красной Армией.
Оказалось, что из всех стоявших на взлетной полосе самолетов группе Девятаева попался именно тот, в котором была установлена специальная радиоаппаратура для запуска чудо-ракет. Добытые сведения помогли советским конструкторам самим создать первые прототипы баллистических ракет, а, впоследствии и создать космическую программу.
(при написании статьи использованы материалы из книги М. П, Девятаева «Полет к солнцу»)
Загадка летчика Девятаева. Как он сбежал с секретного полигона нацистов
Коллаж L!FE. Фото: © РИА Новости/ Владимир Акимов, German Federal Archive
8 февраля 1945 года группа советских военнопленных во главе с лётчиком Михаилом Девятаевым совершила побег из нацистского концлагеря. Этот побег хотя и не сразу стал легендарным, но попал в учебники истории. Бегство со сверхсекретного полигона на немецком самолёте, которым никто из беглецов не умел управлять, больше похоже на сюжет из кино, но это абсолютно реальная история. Как именно беглецам удалось осуществить столь невероятное предприятие?
Лётчик или разведчик?
Михаил Девятаев родился в 1917 году в Пензенской губернии. Окончил речной техникум, работал на судах. После призыва в армию был направлен на учёбу в лётное училище, которое окончил в 1940 году. В сентябре 1941 года истребитель Девятаева был подбит в воздушном бою, сам лётчик получил тяжёлое ранение. После выздоровления медкомиссия признала его непригодным для дальнейших полётов на истребителях. После этого в биографии Девятаева появляется первая загадка. Согласно общепринятой версии, следующие несколько лет он служил в санитарной авиации, пилотировал «тихоход» У-2 и благодаря случайной встрече со старым командиром смог вернуться в истребительную авиацию в 1944 году (командир замолвил словечко перед Покрышкиным). Всего на счету старшего лейтенанта Девятаева 9 сбитых самолётов.
Однако в справке полковника Мандральского (начальника отдела контрразведки СМЕРШ 61-й армии), который и допрашивал Девятаева после возвращения, указано, что после ранения в сентябре 1941 года он несколько месяцев обучался в Высшей разведывательной школе РККА, после чего перешёл в санитарную авиацию. Однако в тот период не существовало учебного заведения с таким названием (возможно, в документе указано разговорное название какого-то специализированного учебного заведения). К тому же такие неожиданные рокировки типа «лётчик — разведчик» выглядят весьма необычно. Сам Девятаев ни разу не упомянул этот факт в своих мемуарах.
Снимок стартового стола в Пенемюнде. Фото: © Википедия
13 июля 1944 года самолёт Девятаева был сбит под Бродами и лётчик попал в плен. Первоначально он находился в лагере Кляйн-Кенигсберг. Согласно популярной версии, оттуда он пытался бежать, но группу раскрыли. Всем грозила смертная казнь, но парикмахер в лагере подменил номер Девятаева, и под фамилией Никитенко пленный был переведён в лагерь Заксенхаузен, а оттуда попал в лагерь Карлсхаген 1.
Эта история вызывает сомнения, и дело не в том, что беглецов немцы обычно сразу расстреливали, и не в том, что нельзя было подменить личность в лагере. Просто сохранилась учётная карточка Девятаева из лагеря Карлсхаген. В ней заключённый фигурирует под своим именем — Mikhail Dewjatajew и под номером 11 024.
Концлагерь находился неподалёку от засекреченного полигона Пенемюнде, где проводились испытания новейших образцов техники — ракет ФАУ. Рядом находилось два лагеря с названием Карлсхаген и одноимённая авиабаза с аэродромом. В одном лагере работали отобранные по всем немецким концлагерям специалисты, занимавшиеся производством ФАУ. Другой лагерь находился в ведении люфтваффе. Его заключённые использовались для аэродромных работ. Девятаев находился во втором.
Стоит также отметить, что мемуары непрофессиональных авторов писались в СССР с участием литературных редакторов, что может объяснять ряд некоторых нестыковок в угоду идеологической выверенности. Например, в мемуарах указано, что Девятаев вступил в партию ещё до попадания в плен. Однако в протоколах СМЕРШа сообщается, что Девятаев только бывший комсомолец. Партийной принадлежности в то время уделяли приоритетное внимание и выясняли первым делом после имени, поэтому этот протокол вызывает больше доверия, чем идеологически обработанные и дополненные явно художественными вставками мемуары.
Всего в группе Девятаева было десять человек: он сам, Иван Кривоногов, Владимир Немченко, Иван Олейник, Фёдор Адамов, Трофим Сердюков, Владимир Соколов, Михаил Емец, Пётр Кутергин и Николай Урбанович. Семеро были пленными красноармейцами, трое — из числа угнанных немцами на работу. Двое — Кривоногов и Емец — состояли в партии. Соколов в 16 лет был судим за кражу.
Самой главной загадкой побега остаётся один вопрос: как беглецы смогли проникнуть в самолёт на охраняемом аэродроме и, самое главное, успешно поднять в воздух незнакомую немецкую машину. Мало того что техника была Девятаеву незнакома (он пилотировал истребители, а не бомбардировщики), так ещё и все надписи были на немецком, которого он не знал.
Согласно официальной версии, немецкие надписи Девятаев изучил сам, когда убирал сломанные приборные доски. Отламывал от них по кусочку и запоминал. А один из членов группы, готовившей побег, переводил ему, поскольку знал немецкий.
Правда, мало было изучить названия, нужно было понять принцип включения двигателей. Сделать это было ещё сложнее, поскольку узников к работающим самолётам не подпускали. По словам Девятаева, однажды ему всё-таки посчастливилось это увидеть. Он сгребал снег с крыла самолёта, а в это время немецкий пилот прогревал двигатель, и Девятаев через маленькое окошко сумел увидеть последовательность действий.
По другой версии, упоминаемой в некоторых немецких источниках, особенности работы двигателя ему продемонстрировал немецкий лётчик. Авиаторы в то время осознавали себя особой кастой, и пленные пилоты противника вызывали интерес. Они вполне могли общаться через переводчика как коллега с коллегой о каких-то мелочах (разумеется, не выдавая секретов), поэтому версия не выглядит такой уж невероятной, тем более что Девятаев был в аэродромной команде и мог встречаться там с немецкими пилотами. Те вполне могли показать любопытствующему пленному пилоту какие-то особенности техники, не чувствуя подвоха. Особенно учитывая тот факт, что бежать из лагеря было трудно. Мало того что он охранялся, так ещё и находился на полуострове, что осложняло задачу побега (к слову, первоначально Девятаев планировал бежать на лодке).
По третьей версии, изучить самолёт удалось благодаря невмешательству одного из охранников, который некогда был в русском плену, немного знал русский язык и симпатизировал узникам. Во время его дежурства Девятаев получал возможность исследовать самолёт, а охранник делал вид, что не замечает интереса советского военнопленного к машине.
Так или иначе, в общих чертах Девятаев получил представление о принципах управления немецким самолётом. Теперь оставалась не менее трудная задача — попасть в самолёт. Девятаев и четверо его напарников (остальные пять человек не были посвящены в план побега и узнали о нём в последний момент) работали в аэродромной маскировочной команде. Проникнуть на аэродром они могли, но как попасть в самолёт?
Несколько попыток перехватить самолёт с работающими двигателями не удались, мешали некстати появившиеся свидетели. Затем надолго установилась нелётная погода. И только 8 февраля 1945 года беглецам удалось осуществить свой план.
Их задачу несколько облегчало то, что в конце войны немцы испытывали страшную нехватку личного состава, все, кто умел держать ружьё, были отправлены на фронт, и охраной Карлсхагена занимались преимущественно части ландесшютцена. Это что-то вроде территориального ополчения, набранного из негодных для полноценной армейской службы мужчин.
Подготовка этих людей, конечно, была на куда более низком уровне, да и особого рвения они не проявляли. Вдобавок в начале февраля весь персонал полигона, аэродрома и лагерей готовился к эвакуации, части Красной армии были уже неподалёку. Неразбериха и «чемоданные настроения» также внесли свой вклад. В итоге в день побега десятерых беглецов охранял всего один конвоир.
Во время размаскировки самолёта He-111 Кривоногов ударил охранника железной палкой по голове. После этого беглецы разместились в самолёте. Поскольку всё происходило во время обеда, никто не заметил захвата самолёта и прогрева моторов. Выруливание на взлёт также не вызвало никаких подозрений.
Взлететь удалось не с первого раза, но беглецам всё же удалось уйти, не вызвав подозрений. Немцы спохватились, только обнаружив охранника. Они организовали погоню, которая не принесла и не могла принести успеха. Без знания маршрута беглецов обнаружить их было почти невозможно, и отправленный за ними истребитель вскоре вернулся.
К слову, популярная легенда, согласно которой самолёт был напичкан суперсекретной аппаратурой, является гораздо более поздним мифом. Во-первых, даже в мемуарах самого Девятаева нет ни слова о секретной аппаратуре в самолете. Во-вторых, протокол офицеров из СМЕРШа, осмотревших самолёт, подтверждает это: «В самолёте, кроме трёх бортовых пулемётов, никакого вооружения и посторонних предметов не обнаружено».
Единственное, что было на самолёте, — часть оборудования для подвески ФАУ-1. С лета 1944 года немцы пытались использовать Не-111 для воздушного запуска ФАУ, однако из-за огромных потерь и низкой эффективности от этих самолётов отказались. На момент угона немецкий бомбардировщик использовался в Карлсхагене для обучения лётного состава.
8 февраля около 15 часов угнанный самолёт приземлился в расположении 61-й армии. На подлёте он был обстрелян советскими зенитками и повреждён, из-за чего машину пришлось сажать на поле. В мемуарах Девятаева история заканчивается тем, что после возвращения все ликуют, обнимаются, а затем на руках несут беглецов в столовую. Однако в реальности всё было не так радужно.
Первым делом их отправили на допрос к СМЕРШевцам. Все аргументы изначально были против них: прилетели от немцев, на их самолёте, без документов, рассказывают невероятные истории про то, как угнали с охраняемого аэродрома самолёт, которым никто из них не умеет управлять. В СМЕРШе не скрывали, что подозревают в них немецких агентов. Полковник Мандральский, который вёл дело, так и написал в отчёте: «Допросы задержанных ведём в направлении изобличения их принадлежности к разведывательным органам противника».
Тем не менее никаких аргументов в пользу их связи с немецкой разведкой не было. Конечно, в условиях военного времени их история выглядела необычно. С другой стороны, именно её необычность и была аргументом против связи с немцами. Если бы тем потребовалось забросить своих агентов в расположение Советской армии, они явно сделали бы это менее заметным способом. Было очевидно, что перелёт на немецком самолёте переполошит всю армию и привлечёт к агентам ненужное внимание.
Поэтому рядовых достаточно скоро освободили и отправили на пополнение фронтовых частей. А вот Девятаев как офицер следствие заинтересовал и надолго задержался в фильтрационном лагере. В постсоветское время стала популярна легенда о том, что Девятаев после войны был репрессирован и долгие годы провёл к лагерях. Однако это не так.
Пребывание в фильтрационном лагере после возвращения из плена было стандартной проверкой. Для рядовых она, как правило, длилась несколько дней. Офицеров проверяли значительно строже. Девятаев задержался в фильтрационном лагере более чем на полгода, поскольку вызвал особый интерес у следователей. В советское время он эту проверку никогда публично не упоминал, но после распада СССР признался: «После побега мною, моими друзьями по экипажу особо не восторгались. Скорее наоборот. Мы подверглись довольно жестокой проверке. Длительной и унизительной».
В сентябре 1945 года Девятаева ещё раз привезли на полигон, интересовавший советских специалистов. Поскольку он служил в аэродромной команде, а ракетный полигон находился в отдалении, ничего сверхсекретного он поведать не мог. Тем более что обычных пленных к полигону и близко не подпускали. Тем не менее он смог описать примерное расположение построек и объектов на острове.
Бывшие узники немецкого концлагеря Заксенхаузен Михаил Девятаев, Марк Тилевич и генерал Иван Щитов-Изотов (слева направо) на территории лагеря в Германии. Фото: © РИА Новости / Тилевич
В ноябре 1945 года лётчик был уволен в запас. Однако первые годы мирной жизни оказались весьма непростыми. Из-за того что Девятаев побывал в плену, у него возникли проблемы при устройстве на работу. В итоге несколько лет ему пришлось проработать простым докером в порту. Только в 1949 году ему удалось вернуться на речной флот и стать капитаном катера. В дальнейшем был капитаном «Метеора».
Никакой известности Девятаев не имел вплоть до конца 50-х. Невероятный побег пленников так и мог бы остаться никому не известным эпизодом войны. Но в 1956 году Хрущёв на съезде КПСС развенчал культ личности. Начался пересмотр сталинской политики. Эти процессы не обошли стороной и бывших военнопленных. Если раньше при трудоустройстве надо было обязательно указывать в анкете, был ли человек в плену или на оккупированных территориях (что могло стать серьёзным минусом для карьеры), то теперь отношение к этой категории людей стало гораздо более терпимым.
В рамках курса на гуманизацию Михаил Шолохов пишет «Судьбу человека», главный герой которой — бывший военнопленный. Провинциальным журналистам уходит директива — искать людей, которые не получили достойной награды в сталинское время из-за пребывания в плену. Во время поисков в военкоматах журналист Ян Винецкий узнал историю Девятаева и заинтересовался ею.
Герои Великой Отечественной войны Александр Кузнецов (слева) и Михаил Девятаев (справа) с внучкой А. Кузнецова. Фото: © РИА Новости / Эктов
Он приехал к лётчику, встретился с ним и написал большую статью о его подвиге. Статью прочитали в столице, и через несколько недель Девятаева самолётом доставили из Казани в Москву на приём к министру речного флота, который был в восторге от этой истории.
С этого момента для Девятаева началась новая жизнь. В 1957 году он получил звезду Героя Советского Союза, подружился с Симоновым, стал известной и узнаваемой личностью. С тех пор он регулярно ездил на своеобразные «гастроли» по всему Советскому Союзу и странам соцлагеря, рассказывая о своём необычайном побеге. История Девятаева попала в школьные учебники по истории, а сам он встал в ряд самых знаменитых героев ВОВ.
