Правила жизни Джеймса Макэвоя
Разница между актерами и политиками заключается в том, что актеры врут за деньги, а политики — просто так.
Меня редко узнают на улице. А друзья детства, по‑моему, до сих пор в шоке от моих успехов. «Мы тебя видели по телику!» Но ничего не изменилось. С некоторыми одноклассниками я по-прежнему дружу.
Я толком не помню поцелуй с Анджелиной Джоли на съемках «Особо опасен». Уж и не знаю, сколько раз говорил: «Да вы лучше ее спросите!», отвечая на вопрос «И как?». В тот день на площадке вся съемочная группа как с ума посходила — все были влюблены в Анджелину.
Не понимаю, что тут такого — поцелуй по сценарию на глазах у всех? Просто еще один рабочий день.
Актеров судят сурово: вы или виртуоз, или гребаный идиот. Я в восторге от этого.
Когда я получил первую награду Британской академии кино и телевизионных искусств (BAFTA), в одном таблоиде вышло интервью с моим отцом, которого я в общем-то не знал. Он говорил, что счастлив был бы встретиться со мной. Меня это удивило: зачем ему? Мне точно не нужно — зачем ворошить прошлое.
Меня иногда пытаются привлечь к своим кампаниям борцы за независимость Шотландии. Они говорят, что мы, шотландцы, после обретения независимости станем богаче. Это что за стимул — стать богаче? Век назад ирландцы боролись за независимость и готовы были за нее умереть. А кто-нибудь готов пролить кровь за то, чтобы стать богаче? По‑моему, только чувства могут быть настоящим стимулом. Все остальное, как говорится, тлен.
На съемках одного из фильмов «Людей Икс» в Лондоне мы с Фассбендером попали в аварию на гольф-каре. Я был за рулем, а Майкл — сзади, чтобы сбалансировать вес. Так получилось, что мы влетели в «лексус». Меня отбросило на 12 футов от машины, Майкл каким-то образом оказался за рулем, а его нога была вся в крови! И что вы думаете? Он убежал. А я взял на себя всю вину.
Если бы я мог вернуться в прошлое и дать совет самому себе, начинающему актеру, я бы сказал, что надо наслаждаться процессом и почаще веселиться. С другой стороны, может, я не добился бы того успеха, если бы чаще развлекался.
В моем детстве не было комиксов. Никто в моем окружении их не читал. Комиксы я видел только в американских фильмах и телешоу.
Недавно я приходил на Saturday Night Live. Переодевался в гримерной и краем глаза увидел Стива Мартина в телевизоре. Оказалось, его решили поставить в эфир в последний момент. И я подумал: как круто, это же Стив Мартин! Режиссер заметил мою реакцию и предложил познакомить нас. Но я отказался. Предпочитаю не встречаться со своими кумирами.
Когда меня перестанут звать на съемки и я пойму, что перспективы ничтожны, я не буду пытаться любыми способами остаться на экране. Не буду напрашиваться на пробы, искать новых агентов — это конвульсии гаснущих звезд, и это стыдно. Для меня важнее быть актером, чем киноактером. Всегда найдется маленький театр, где я смогу сказать со сцены нечто важное. ≠
Джеймс МакЭвой: «Разница между актерами и политиками заключается в том, что вы, зрители, знаете, что мы лжем»
6 июня в прокат вышел, пожалуй, самый долгожданный супергеройский фильм этого лета «Люди Икс: Темный Феникс». По сюжету фильма Джин Грей (Софи Тернер) обретает невероятные суперспособности, которые меняют ее и превращают в Темного Феникса. Теперь мутантам придется решить, что дня них важнее: жизнь члена команды или жизни всех людей, живущих в мире.
Одну из главных ролей во франшизе в этом фильме уже десять лет играет шотландский актер Джеймс МакЭвой. С его персонажем — Профессором Икс (также известным как Чарльз Ксавье), основателем Людей Икс, — его объединяют поразительные лидерские качества. Так, именно ради работы с Джеймсом к франшизе о мутантах присоединилась Джессика Честейн. В ранг кумира и примера для подражания его возвел и Николас Холт, которому самому совсем недавно прочили роль нового Бэтмена. Только ради МакЭвоя на угон со взломом идет Майкл Фассбендер. Стоит ли говорить, что в нем души не чают Софи Тернер и Дженнифер Лоуренс?
Esquire встретился с МакЭвоем, чтобы вместе разобраться в природе Профессора Ксавье, выяснить, что происходило все эти годы на съемках «Людей Икс» и почему он предпочитает не встречаться с собственными кумирами.
Тебе было интересно работать над ролью Чарльза Ксавье последние десять лет?
С Чарльзом Ксавье у меня никогда не было ощущения, что я играю одну и ту же роль. У меня была возможность показать его таким разным в самые разные моменты его жизни и, если хотите, карьеры. Профессор Икс в «Людях Икс: Первый класс» и «Людях Икс: Дни минувшего будущего» — два разных человека! Он совсем другой в «Людях Икс: Апокалипсис». Да и в новом фильме Профессор не такой, каким был раньше, хотя напоминает себя же из «Первого класса». Но в этот раз у него есть платформа, он стал публичной фигурой, так что у меня появилась возможность задействовать совсем другие актерские «мышцы». Чарльз Ксавье, несмотря на свое эго и тщеславие, всегда был верен своим моральным принципам. Но в «Людях Икс: Темный Феникс» он стал забывать, что эти принципы возникли, чтобы защитить людей. Он все больше и больше походит на политика, а не на лидера социального движения, которым был когда-то. А я, если честно, не доверяю никаким политикам, все они страдают от раздутых эго. И это тот архетип, с которым мы хотели поиграть в этом фильме.
Есть ли что-то общее между политиками и актерами?
Разница между актерами и политиками заключается в том, что вы, зрители, знаете, что мы лжем. Ну а политики, по идее, должны говорить правду. Я профессиональный врун, мне за это платят деньги. Политики же получают зарплату за руководство страной, но вместо этого они, кажется, тратят все свое рабочее время на вранье.
Профессор Ксавье — великий манипулятор. Как ты думаешь, это полезное качество для человека? Ты сам бы хотел залезть кому-нибудь в голову?
Чарльз Ксавье может залезть в голову любому. Мне бы хотелось иметь эту способность, тогда бы я читал мысли политиков, и каждый раз, когда бы они врали, я бы придавал это огласке. Писал бы об этом в интернете. Это был бы как «Викиликс», но это был бы «Брэйниликс» (Brainyleaks — от англ. Brain, «мозги». — Прим. Esquire). Вот так я бы нес свою гражданскую службу.
Во время подготовки к этому фильму Саймон Кинберг (режиссер) вручил Софи Тернер (Джейн) кипы бумаг по шизофрении, заставил слушать психически больных, чтобы вжиться в роль. А что было самым сложным для вас ради роли в этом фильме?
Софи проделала огромную работу! Я уважаю ее за то, насколько глубоко она погрузилась в исследования ради этого фильма, притом что это фильм не о психических заболеваниях, это фильм о супергероях! У меня, к примеру, было всего две недели, чтобы подготовиться к «Сплиту» (актер сыграл 24 персонажа в этом фильме М. Найта Шьямалана. — Прим. Esquire). В последний момент у них отвалился актер, а я занял его место.
Не хочу слишком углубляться, но я всю жизнь сталкивался с серьезными психическими расстройствами. Не своими собственными, но у людей, которые приходятся мне дальними родственниками; у друзей, с которыми общался, еще когда был мальчишкой. Поэтому у меня есть некоторое понимание этого вопроса. Некоторые находят лечение и даже выздоравливают, другие борются всю свою жизнь, и люди, которые их окружают, всю жизнь страдают. Это тяжелая ноша — заботиться о людях, которые страдают от опасных психических расстройств. Это страшно и странно; это то, чего мы все боимся. Большинству некомфортно находиться рядом с людьми с душевными заболеваниями, потому что их поступки не поддаются рациональному объяснению, их действия трудно предугадать. Ты должен сочувствовать и сопереживать, проявлять эмпатию, быть невероятно сильным и доверять себе и больному. Все это необходимо, чтобы заботиться о тех, кто страдает от психических расстройств.
Николас Холт, который играет Зверя в «Людях Икс», постоянно говорит о том, как ты его вдохновляешь. А какой совет ты даешь молодым актерам?
Молодым актерам я могу посоветовать только одно: будьте хорошими рассказчиками. Многие считают, что главное в актерской работе — это быть честным, играть правдоподобно. А я думаю, что очень трудно определить, когда ты правдив, когда ты реалистичен, а когда — нет. Но что ты можешь сделать, так это рассказать историю по‑новому, и сделать это на совесть.
Если бы ты мог вернуться в прошлое, какой совет ты был дал самому себе в начале карьере?
Я бы сказал, что надо наслаждаться процессом и почаще веселиться. С другой стороны, может, я не достиг всего, что у меня есть, развлекайся я чаще. Скажу так: сейчас я получаю гораздо больше удовольствия от работы, чем в начале пути. Сейчас я позволяю себе наслаждаться жизнью больше, чем когда-либо. Раньше я относился к своей работе слишком серьезно — что хорошо, и я до сих пор серьезен, когда приходит время заняться делом. К примеру, мне надо было убедиться, что я приеду домой не просто вовремя, чтобы как следует выспаться. Нет, мне надо было приехать за четыре часа до того, чтобы подготовиться! Все это прекрасно, но теперь я понимаю, что мне не нужно жертвовать многим, чтобы позволить себе то, чего мне хочется. Думаю, я боялся, что не справлюсь со своей работой, если не буду так много готовиться. Сейчас же я знаю, что в большинстве случаев смогу сделать свое дело, хотя иногда волнуюсь все равно.
Это правда, что вы с Фассбендером оба гонялись с режиссером на гольф-карах на съемках одного из фильмов «Людей Икс»?
Гонки не было, но мы и правда однажды оказались в одном гольф-каре. У большинства гольф-каров есть ограничение по скорости — 8 миль в час. Но это был режиссерский гольф-кар, у которого было ограничение 18−20 миль в час. Я сидел за рулем, а Майкл сидел сзади, чтобы сбалансировать вес, благодаря этому мы смогли ускорить наш «автомобиль». Все закончилось тем, что мы врезались в чей-то «Лексус». Когда я открыл глаза, я понял, что меня отбросило на 12 футов от машины, а Майкл остался внутри. На него свалились все кресла, каким-то образом он оказался за рулем, а его нога была вся в крови! И что вы думаете он сделал? Он убежал. А я взял на себя всю вину. Но я и правда был виноват, ведь я был за рулем. Киностудия «XX век Фокс» и Пайнвуд студия были очень злы на меня.
Что самое странное ты прочитал о себе в интернете?
В интернете пишут, что у меня есть второе имя — Эндрю, но это не так. Еще говорят, что я не из Глазго, а из Порт-Глазго. И это тоже неправда. Еще говорят, что, когда мне было 25 лет, на съемках «Особо опасен» Тимура Бекмамбетова я пытался увести Анджелину Джоли у Брэда Питта. Во‑первых, я бы даже не осмелился. Во‑вторых, я и не пытался.
Кстати, а вы общаетесь с Тимуром Бекмамбетовым?
Да, он приглашал меня на несколько кинофестивалей, но у меня не было возможности приехать, к сожалению. Мне нравится Тимур: он решительный и бесстрашный режиссер.
Как ты отдыхаешь в перерыве между съемками?
У меня был активный год, много фильмов вышло и выходит в прокат. Но обычно я делаю длительные перерывы между съемками. Когда мне надо расслабиться, я навещаю отца. Но чаще всего я езжу в Лондон и провожу время со своими детьми. Еще езжу в Шотландию три-четыре раза в год и навещаю родственников. Играю в футбол. Дома стараюсь вести нормальную жизнь и пытаюсь отоспаться после съемок. Иногда мы снимаем по 18 часов в день. Я всегда злюсь, если съемки затягиваются настолько.
В России не было культуры комиксов. Как и в Шотландии, верно?
В моем детстве не было комиксов. Никто в моем окружении их не читал. Комиксы я видел только в американских фильмах и телешоу. Я понятия не имел, где их можно было купить. Но шотландский супергерой существует. Зовут его Солтайр (Saltire)! Не знаю, что у него за суперсила, но он вроде как защитник Шотландии. Своего рода полумифический герой, чуть ли не бог — у него голубая кожа с белыми полосками.
Ты читаешь интервью других актеров?
Иногда я читаю свои интервью, чтобы проверить, точно ли меня процитировали. Ну или потому, что боюсь, что сболтнул что-то лишнее.
Читаю ли я интервью других актеров? Обычно нет, только если это не что-то экстраординарное или не разговор с актером, которого я очень уважаю. Мне нравится ничего не знать о других актерах или фильмах. Я не смотрю трейлеры, я хочу посмотреть саму картину. Люблю сюрпризы.
Знаешь, до чего дошло? Недавно я выступал на Saturday Night Live. Я сидел в гримерной, переодевался и краем глаза увидел Стива Мартина в телевизоре. Я подумал, что они показывают прошлые эфиры. А потом понял, что это прямая трансляция. Я выбежал из гримерной, Стив Мартин был на сцене. Как оказалось, его решили поставить в эфир в последний момент. И я подумал: как же круто, это же Стив Мартин! Наш режиссер Стив Хиггинс заметил мою реакцию и сказал, что познакомит нас. Но я отказался. Я предпочитаю не встречаться со своими героями. И я думаю, что именно поэтому и не читаю интервью других актеров.
В этот раз к вашему супергеройскому составу присоединилась Джессика Честейн, с которой ты работал ранее. Вам удалось пообщаться?
Если я не ошибаюсь, у нас была всего одна совместная сцена, к сожалению. На самом деле в фильме их больше, но это уже спецэффекты. Джессика говорила, что одна из причин, по которой она взялась за эту роль, в том, что она хотела вновь провести со мной время и еще раз сыграть в кино вместе. И что вы думаете? В итоге мы даже толком не пересеклись!
Всем твоим партнерам по площадке удается походить в супергеройских костюмами, но не тебе. Не завидуешь?
Конечно, завидую немного. Мне бы хотелось примерить какой-нибудь глупый супергеройский костюм, тем более что в этот раз они были очень практичными. Мне, если честно, нравится ходить в костюме. Даже если он неудобный, оно того стоит. Так что да, я немного завидую, ведь в этом фильме моим «боевым» костюмом стала водолазка.
Как ты думаешь, этот фильм может стать последним для нынешнего состава «Людей Икс»?
Ты знаешь, в каждом фильме мы снимаемся как в последнем. Только в последние пять-шесть лет я начал думать: «Ага, может быть, это не последняя роль в моей карьере, может, быть мне дадут еще роли». В случае с «Людьми Икс» я каждый раз шел на съемки с такими мыслями: «Если это наш последний фильм, так тому и быть, потому что фильм получился потрясающим!» У нашей франшизы новые владельцы, и кто знает, что они захотят сделать. Но если это конец, то это хороший конец. После всех фильмов, которые мы сняли за последние десять лет, это будет прекрасный финал. И я точно почувствую себя счастливым, потому что смогу уйти сейчас, а не в какой-то другой момент.
Правила жизни: Джеймс МакЭвой
Мой рост 170 см и я достаточно бледный. Я не считаю себя уродом, конечно, но и классическим красавчиком меня сложно назвать.
До Бреда Питта мне очень далеко.
Если людям что-то нужно от вас. они всегда будут так милы. Но когда им ничего не нужно, они просто проходят мимо, делая вид, будто ты чужой для них. Это больно. это очень больно.
Мы живем в отвратительном мире, где детям говорят, что самое главное это стать знаменитым. Не нужно быть профессионалом, не нужно быть хорошим человеком, просто нужно стать очень знаменитым. Это какое-то сумасшествие.
Вы должны решить для себя, Вы хотите стать актером и рассказывать истории или просто быть знаменитым. Потому, что сегодня есть множество более простых способов стать знаменитым, нежели будучи актером.
Актеру никогда не следует читать рецензии и отзывы о своей работе. Никогда! Нужно просто выкладываться по максимуму и не думать о том, что скажут люди. Оглядка на чужое мнение очень негативно влияет на работу и делает из Вас плохого актера. Однажды мне пришлось посреди ночи зачитывать жене положительные отзывы о её работе потому, что она случайно услышала один плохой, а я хотел её подбодрить.
Когда Вы получаете награду это клёво, потому что это может помочь получить роль в интересном проекте, за которую, возможно, Вам дадут еще одну награду. Но нельзя думать о наградах постоянно.
Люди становятся несчастными в тот момент, когда у них пропадает желание быть счастливыми.
Моё сердце принадлежит моему ребенку и моей семье. С возрастом я понял, что у моей энергии есть пределы и теперь я не настолько щедро одариваю любовью своих друзей.
Когда ты добился даже малюсенького успеха, нужно начинать присматривать за своим эго.
Я думаю, не важно, каково происхождение актера. Мне безразлично, станут ли все актеры выпускниками элитных частных школ. Но меня волнует, что правительство не уделяет должного внимания роли искусствоведческих предметов в системе образования.
Когда у вас нет денег и нет физической возможности исследовать мир и видеть чужие точки зрения, искусство является действительно хорошей заменой для этого. А если изъять искусство из системы образования, это отличный способ контролировать общество, производя одинаково мыслящих людей, которые никуда не стремятся, а лишь исправно платят налоги.
Я всегда ношу бороду в перерывах между работой. Просто отпускаю её, пока мне не заплатят, чтобы я побрился. Люди всегда удивляются, что борода у меня рыжая и спрашивают, крашу ли я волосы. Нет! я лишь на половину рыжий!
Я из тех людей, кто пришёл смотреть фильм «Черный лебедь» в полной уверенности, что это кино про балет. Меня ожидало множество сюрпризов во время просмотра: «о, да это фильм про балерин», «о, похоже фильм про немного запутавшуюся в себе девушку», «а, нет, фильм про балерину с психическими отклонениями», «господи, да это же фильм про самую сумасшедшую работу в мире»!
Когда я готовился к съёмкам в фильме «Транс» я пошел на сеанс гипнотерапии. Но ничего не произошло. Гипноз просто не подействовал. Я был очень расстроен, я-то ожидал, что они смогут мне приказать бегать голышом или кукарекать, ну или что-то в этом роде.
Роль в фильме «Особо опасен» требовала от меня выносливости и отличной физической формы. Для этого мне пришлось заниматься в спортзале и соблюдать диету, и мне это совсем не понравилось.
Для роли в фильме «Грязь» мне сказали набрать вес, но я спросил режиссера: «Можно я просто сыграю, что я толще?»
Роль Брюса («Грязь») далась мне очень легко, что, кстати, немного пугает, ведь он настоящий демон, он такой достойный сын Дьявола. Но правда в том, что он олицетворение темной стороны, которая есть каждого из нас. Я правда очень полюбил этот персонаж.
Обычно, я много матерюсь, но матерился еще больше пока готовился к роли в «Грязи». Жена мне всё время говорила, чтобы я себя контролировал и не выражался в присутствии сына.
Я всё ещё езжу на мотоцикле. Хотя после рождения сына я был готов его продать, но жена убедила меня не делать этого.
Я намного опаснее за рулем автомобиля, чем когда я на мотоцикле. На мотоцикле я всегда очень собран, я прекрасно понимаю, что одно неверное движение может стоить мне жизни.
Я был на Комик Коне в Сан-Диего, напился и наткнулся на М. Найт Шьямалана, который посмотрел на мою лысую башку и такой: «Эй! Я никогда не видел тебя таким прежде». И тут же предложил мне роль в своем новом фильме («Сплит»). А потом я случайно пересекся еще с одним режиссером и он тоже сказал, что ему нравится моя новая прическа и тоже предложил мне роль. Так что, похоже, людям нравится, что я лысый.
Наверное, все актеры так говорят, но я терпеть не могу, когда меня фотографируют без спроса. Они, видимо, думают, что они ниндзи или шпионы и что я не замечаю. Меня это жутко раздражает! Просто спросите и я сфотографируюсь с вами! Мне не сложно!
Если Вам говорят: «может быть, ты делаешь не то, что нужно» или «это нереально» или что-то наподобие, то, пожалуй, это лишь означает, что нужно сильнее стараться.
Я стараюсь быть аполитичным. К тому же, я не американец. Так что инаугурация Трампа вообще не моя проблема.
Джеймс Макэвой: «Я интересный объект для психоанализа»
Мы видели его на копытах и в инвалидном кресле, покрытым шерстью и лысым, психопатом и социопатом, влюбленным идеалистом и продажным полицейским. В триллере «Сплит» он и вовсе расщепился на 23 персонажа. Очевидно, у Джеймса Макэвоя дар менять лицо. И не только в кино.
Раньше шлема он снимает кожаную куртку. На нем тяжелые ботинки. Джинсы в дырках. Часы Casio по цене примерно 100 долларов. Но над всем этим — самый открытый, веселый взгляд. Мы встречаемся в районе, где он живет, похожем на староанглийский провинциальный городок. Мой собеседник блаженно щурится, подставляя лицо лучам, а мне не удается удержаться и не съязвить. Но оказалось, искренняя несдержанность — лучший способ расположить к себе этого мужчину.
Psychologies: Вы как-то сказали, что главным минусом своей внешности считаете веснушки. А им ведь так полезно солнце!
Джеймс Макэвой: Да, на солнце они размножаются, я в курсе. Но это был ответ на дурацкий вопрос гламурного журнала: «Что вам не нравится в вашей внешности?» Будто и так непонятно, что я не Брэд Питт.
А вам хотелось бы обладать внешними данными Брэда Питта?
Да я и так ничего. У меня средний рост, бумажно-белая кожа, пять кило веснушек — передо мной открыты все пути! Нет, правда. Я не заложник своих данных, я могу быть кем нужно. То есть я хочу сказать, что неплохо смотрелся с хвостиком и на копытах — в «Хрониках Нарнии». Согласитесь, Брэд Питт в этой роли увел бы фильм далеко в сторону гротеска.
Мне было, наверное, 23–24, я снимался в «…А в душе я танцую». И кое-что тогда про себя понял — хорошо, что довольно рано. Это был фильм о жителях дома для инвалидов, не способных передвигаться самостоятельно. Я играл потрясающего, полного жизни парня с диагнозом «мышечная дистрофия Дюшенна», это атрофия мышц, приводящая к почти полному параличу.
Мне нравится быть обыкновенным и в этом смысле незаметным. Метр семьдесят. Не загораю. Серые волосы
Чтобы сыграть эту роль, мне было мало усвоить пластику страдающих этой болезнью, то есть полную неподвижность. Я много разговаривал с людьми с этим диагнозом. И узнал, что они предпочитают оставаться незамеченными. Потому что боятся жалости.
Я тогда вдруг почувствовал, что мне как-то очень близка такая позиция. Меня не за что жалеть, дело не в этом. Но мне нравится быть обыкновенным и в этом смысле незаметным. Метр семьдесят. Не загораю. Серые волосы. Среднестатистический европеец.
Непонятно, как с таким мнением о себе вы стали актером и звездой.
Во-первых, я не стремился ни к тому, ни к другому. А во-вторых, в юности я был куда более обыкновенным, чем вообще нужно для жизни. Мне было 15, и я хотел чего-то большего, чем быть нормальным парнем из нормальной школы в нормальном районе Глазго. Я не был отличником и не попадал на заметку инспекции по делам несовершеннолетних, я не особенно нравился девочкам, но мне не отказывали, когда я приглашал кого-то танцевать. Я хотел быть хоть в чем-то особенным.
И тут в школе возникла рок-группа. И выяснилось, что можно быть несколько другим, иным, и такие люди вдруг окружили меня. Я перестал бояться отличаться. Я вышел из круга безопасности, где все были как все. И тут учительница по литературе пригласила к нам в школу своего соседа, актера и режиссера Дэвида Хэймана — рассказать о кино и театре. А Хэйман сыграл леди Макбет в постановке с полностью мужским актерским составом Theatre у нас в Глазго.
Это был знаменитый спектакль! И парни из нашей школы… В общем, встреча прошла не очень позитивно. И я решил поблагодарить Хэймана — чтобы он не думал, что зря потратил на нас время. Хотя, может быть, раньше, до рок-группы, я бы и не решился — это же поступок «не как все».
А то, что Хэйман меня, как ни странно, запомнил. И когда месяца через три он готовился снимать «Соседнюю комнату», то пригласил меня сыграть небольшую роль. Но я не думал становиться актером. Я неплохо учился и получил место на факультете английского в университете. Туда не пошел, а поступил в военно-морскую академию.
Но пришло приглашение из Шотландской королевской академии музыки и театра, и морским офицером я не стал. Так что все довольно обычно. Я человек вполне обычных поступков, все исключительное со мной происходит исключительно на экране.
Все-таки вы совершили как минимум два необычных поступка вне профессии. Женились на женщине почти на 10 лет старше вас и развелись после десяти лет с виду безоблачного брака…
Да, Энн-Мэри, моя бывшая жена, старше меня. Но, вы не поверите, это никогда не имело хоть какого-то значения. Мы познакомились на съемках «Бесстыдников», у нас было общее дело, одна профессия, общие интересы и неделимая жизнь. Понимаете? Я даже не могу сказать, что сначала у нас был роман, а потом мы соединились.
Это было все сразу — любовь, и мы вместе. То есть сразу было понятно, что теперь мы вместе. Никаких добрачных ухаживаний, никакого специального романтического политеса. Мы сразу оказались вместе. Уж что не имело значения, так это возраст.
Но, насколько я знаю, вы выросли без отца… Есть такое мнение, возможно обывательское, что мальчики, выросшие в неполных семьях, склонны искать родительского внимания от тех, кто старше их…
Да я вообще неплохой объект для психоанализа! И знаете, я спокойно смотрю на эти вещи. Мы все годимся для какого-нибудь анализа… Мне было 7, когда родители развелись. Мы с сестрой переехали жить к дедушке с бабушкой. Дедушка был мясником. А мама то жила с нами, то нет — мы родились, когда она была еще совсем юной, ей нужно было учиться, работать. Она стала психиатрической медсестрой.
Мы жили с бабушкой и дедушкой. Они никогда нам не лгали. Не говорили, например: ты можешь стать кем захочешь. Это ведь неправда, я и в своем ребенке не хочу сеять ложные надежды. Но они говорили: надо пытаться стать тем, кем ты хочешь, или, по крайней мере, стать кем-то. Они были реалистами. Я получил практичное, безыллюзорное воспитание.
В одном таблоиде вышло интервью с моим отцом, которого я, в общем-то, не знал. Он говорил, что счастлив был бы встретиться со мной
До 16 лет жил по строгим правилам, утвержденным бабушкой. Но в 16 я вдруг заметил, что могу делать все что хочу, и бабушка, провожая меня на вечеринку, напоминала, что надо зайти за пивом. Бабушка с дедом дождались момента, когда смогли мне доверять, когда я смог принимать собственные решения и нести за них ответственность… В 16 лет это было потрясающим приключением — собственные решения. И в результате я в самом деле довольно практичен.
Я знаю, кто я, откуда я… Когда я получил первую награду Британской академии кино и телевизионных искусств (BAFTA), в одном таблоиде вышло интервью с моим отцом, которого я, в общем-то, не знал. Он говорил, что счастлив был бы встретиться со мной.
Меня это удивило: зачем это ему? Мне точно не нужно — у меня нет вопросов к прошлому, в нем нет ничего непроясненного, мне не нужно искать никаких ответов. Я знаю, что сделало меня, кто я, и смотрю на вещи с практической точки зрения. Жизнь сложилась так, что мы практически не знакомы. Ну и нечего ворошить старое.
