Собирал чебурашек и обожал Россию. История самого эпатажного фигуриста XXI века
Джонни Вейр — наверное, самый русский из всех зарубежных фигуристов. Он начал кататься лишь в 11 лет, что немыслимо для современного фигурного катания, вдохновившись выступлением украинки Оксаной Баюл на Олимпиаде 1994 года. Пока американки Хардинг и Кэрриган разбирались между собой, железная Баюл взяла первое украинское золото на Олимпиадах. После этого Вейр занимался на роликах в подвале, его родители хотели сослать парня в хоккейную команду — но Джонни реализовался как фигурист, работал с русскими тренерами Галиной Змиевской, Мариной Анисиной, Татьяной Тарасовой, регулярно приезжал в Россию, выучил русский язык и собирал матрешки и чебурашек, называя себя русофилом.
В России его фамилию называют не совсем правильно. По-английски она звучит Уир. Но если учесть норвежских предков Джонни, то сойдет и Вейр. Как бы то ни было, он был и самым элегантным из фигуристов XXI века. За свою богатую и неоднозначную карьеру он успел стать чемпионом мира среди юниоров, трижды выиграл чемпионат США и ехал первым номером на чемпионаты мира — и лишь один раз, в 2008-м, стал на таком турнире третьим. Олимпиады в Турине и Ванкувере Вейр, финишировав пятым и шестым, хотя его таланта и артистизма, а значит, и второй оценки хватало для претензий на медали. Но американец слишком много внимания уделял своим блестящим нарядам и эпатажному поведению.
«Я в глубине души — старая русская женщина». Скандальный фигурист из США влюблён в Россию
Нечасто встретишь американца, который бы обожал Россию. Но в фигурном катании есть такой персонаж — экстравагантный Джонни Вейр. Призёр чемпионата мира фанатеет от нашей культуры и отлично знает русский. Безмерная любовь к России привела Джонни к конфликту с американской федерацией, а какое-то время он даже носил русскую фамилию. Откуда же у американского парня такая тяга к нашей стране?
Кто вдохновил Джонни стать фигуристом В 90-е годы в США был невероятный подъём женского катания. Кристи Ямагучи выиграла Олимпиаду в 1992 году, Нэнси Кэрриган и Тоня Хардинг были чуть ли не самыми популярными спортсменками страны. Но Джонни Вейра в фигурное катание привела отнюдь не соотечественница, а украинка Оксана Баюл. Увидев выступление девушки по телевизору, Джонни решил посвятить себя льду. Родители не особо верили в успех мальчика, но Джонни упорно следовал своей цели и никого не слушал. В 11 лет он тренировался на роликах в подвале собственного дома, а когда ему подарили коньки, тренировочной базой стало замерзшее кукурузное поле. Уже через неделю Джонни запрыгал аксель.
Одержимость Джонни катанием вынудила родителей записать его в секцию. Сначала Вейр пробовал кататься в паре с Джоди Радден, но заметно превосходил партнёршу в уровне и в итоге перешёл в одиночное катание. Слава об артистичном юноше, влюблённом в фигурное катание, быстро облетела Штаты. Уже в 16 он представлял свою страну на юниорском чемпионате мира и с первой попытке завоевал золото. На пути к Олимпиаде в Турине Вейр трижды становился сильнейшим фигуристом страны и был рядом с пьедесталом на чемпионатах мира. Олимпийский дебют тоже принёс ему лишь пятое место, после чего Джонни решил прервать многолетнее сотрудничество с тренером Присциллой Хилл.
Любовь к русской драме и тренировки у Тарасовой Ориентиром для Джонни всегда была русская школа фигурного катания. Размашистое и полное драматизма катание российских фигуристов импонировало ему куда больше, чем сдержанные и, часто шаблонные, выступления соотечественников. «Мне не нравится американская манера кататься. Это как американский смайл, сплошная искусственность», — признавался Джонни. При первой возможности Вейр поехал тренироваться к Татьяне Тарасовой в Коннектикут. Фигурист вспоминал, что на тренировках Татьяна Анатольевна безжалостно его гоняла, зато за пределами катка превращалась в заботливую бабушку. Однако сотрудничество с Тарасовой получилось недолгим. Вскоре американский фигурист перешёл под начало Галины Змиевской – авторитетного украинского тренера, воспитавшего кумира Вейра, Оксану Баюл.
Любовь к Пугачёвой и самое красивое место в мире К тому моменту Джонни уже выучил русский язык и стал настоящим фанатом русской культуры. Вейр вспоминал, что далёкая и загадочная Россия манила его с пятилетнего возраста. Он хотел понять, что это за страна и почему в США к ней относятся негативно. «В Америке народ боится делать то, что нравится, боится кого-то обидеть или разозлить. Русским на это плевать. Да и вообще история России меня завораживает. Она очень романтичная, со всеми взлётами и падениями. Красная площадь — самое красивое место в мире. Всякий раз, когда хожу по ней, ахаю и охаю», — рассказывал Вейр в интервью «Спорт-экспресс». Джонни изучает русскую литературу, коллекционирует Чебурашек, смотрит советские фильмы и слушает русскую музыку. Даже сейчас Вейр частенько выкладывает в «Инстаграм» видео, как он катается под Сергея Лазарева или «Очи чёрные». Но особое место в его сердце занимает творчество Аллы Пугачёвой. «Я и сам в глубине души — старая русская женщина», — признавался Вейр.
Конфликт с федерацией США и депрессия после Олимпиады Из-за любви к России у Джонни возникали проблемы на родине. Эпатажные заявления фигуриста раздражали чиновников американской федерации. А появление Вейра в свитере с надписью «СССР» на Олимпиаде в Турине переполнило чашу терпения функционеров. Фигурист уверен, что после этой выходки федерация перестала его поддерживать. Дошло до того, что руководители команды не пришли на его предолимпийскую тренировку — им было интересно только то, как готов Эван Лайсачек. От строптивого американца отвернулся даже врач сборной США, из-за чего Вейр был вынужден консультироваться со специалистом из российской команды. После скандала в Турине скандальный фигурист Вейр больше ни разу не выиграл чемпионат США, зато смог добиться главного успеха в карьере – бронзы чемпионата мира-2008 в Гётеборге. На Олимпиаде в Ванкувере Вейр выдал лучшие прокаты в карьере и рассчитывал на медаль, но остался лишь шестым. После этого Джонни ушёл в депрессию и потерял интерес к фигурному катанию. Несмотря на все попытки вернуться, на крупных турнирах он больше не выступал. Джонни до сих пор считает, что на тех Играх должен был стать третьим.
Личная драма Джонни Вейра Помимо парадоксальной любви ко всему русскому Вейра всегда отличала страсть к эпатажному и вызывающему поведению. Скандальный фигурист выступал в экстравагантных костюмах с перьями и блёстками. Над Джонни часто посмеивались и шутили, что он органичнее бы смотрелся в женском катании. «Меня частенько зовут «мисс» или «сударыня», критикуя за женственность, но я сильный толстокожий человек, поэтому совсем не обижаюсь», — парировал фигурист. В 2011 году Вейр совершил каминг-аут, а вскоре зарегистрировал отношения с Виктором Вороновым – юристом из России. Джонни взял двойную фамилию Вейр-Воронов и на публике светился от счастья. Впрочем, через пару лет призёр остался один, а развод сопровождался взаимными претензиями и обвинениями. Джонни упрекал Виктора в нежелании работать, а тот заявил, что во время одной из ссор Вейр бросил в него… матрёшку.
Чем Джонни занимается сейчас После завершения карьеры и личной драмы у Джонни началась новая жизнь. Фигурист стал комментатором на NBC, посещал светские мероприятия, участвовал в ледовых шоу и даже снимался в сериале «Цепляясь за лёд» на Netflix. Вейр обожает русских фигуристок, дружит с Медведевой и Туктамышевой и постоянно поздравляет россиян с праздниками.
Джонни Вейр влюблен в Россию: слушал Пугачеву, читал Пушкина и носил фамилию Воронов
В фигурное катание обычно приходят в раннем детстве – в 3-4 года: чтобы в 12 прыгать четверные, а в 15 – уже выиграть Олимпиаду. Чем позже начинаешь, тем страшнее разучивать рискованные элементы и сложнее перебарывать стеснение перед зрителями. Исключения есть, и одно из них – Джонни Вейр.
Он начал тренировки в 12 лет, вдохновившись олимпийским прокатом Оксаны Баюл в Лиллехаммере, а уже в 16 выиграл первую серьезную награду – золото юниорского ЧМ.
В Котсвилле, где родился Джонни, – живут 13000 человек. Почти все заняты в металлургии, но у некоторых есть свои фермы. На ферме рос и Вейр: его отец разводил лошадей, и на шотландском пони по кличке Моя Синяя Тень Джонни даже участвовал в соревнованиях по верховой езде. Прокаты Баюл быстро переключили его внимание на фигурку – спорт совершенно непопулярный в глубинке Пенсильвании и к тому же очень дорогой для обычной американской семьи.
Первые шаги Джонни делал на роликах, пока родители не нашли для него подержанные коньки. Катком для Вейра стало замерзшее поле около дома – профессионального льда в Котсвилле никогда не было.
У Джонни неплохо получалось – и тогда его записали на занятия при Университете Делавэра. Там была хоккейная команда, но мальчику больше нравилось прыгать и рисовать фигуры на льду. На курсах Вейра заметила тренер Присцилла Хилл. С ней он проработает вплоть до 2007 года – пока не поймет, что установившаяся между ними дружба мешает прогрессу.
У Хилл Джонни поначалу тренировался в паре: те времена он вспоминает со смехом и раздражением одновременно. С одной стороны, он жутко не любил кататься с кем-то, с другой – сопереживал партнерше, которой все удавалось намного хуже, чем ему самому. В какой-то момент он начал падать из солидарности с ней – и Присцилла поняла, что такой дуэт не доберется до медалей.
В одиночном катании дела у Джонни пошли значительно лучше. Он быстро осваивал прыжки и догонял сверстников, которые начали занятия на 6-7 лет раньше. К тому моменту семья переехала в Делавэр – поближе к катку, и Джонни часто оставался на льду допоздна. В 16 лет Вейр стал чемпионом мира среди юниоров, а в 19 – чемпионом страны. В США, где мужское одиночное всегда на высоте, это дорогое достижение.
Единственный элемент, которого отчаянно не хватало Джонни – четверной прыжок. Он и сам понимал, что соревноваться без него – значит, надеяться на ошибки соперников, и поехал учиться к Татьяне Тарасовой. У нее в США был тренировочный лагерь – там Вейр катался на одном льду с Сашей Коэн и прямым конкурентом Брайаном Жубером.
Тарасова, как вспоминает Джонни, на тренировках гоняла его безжалостно, зато за пределами катка вела себя как заботливая бабушка – это слово Вейр выучил быстро. Джонни не возражал – мягкости и обходительности ему хватило у Присциллы. Зато в лагере у Тарасовой он ближе познакомился с той классической русской школой, которая ему всегда нравилась – амплитудное драматичное катание с отсылками к балету.
Впрочем, Вейр не задержался у Тарасовой. Его тянуло на лед к той, которая воспитала его кумира Оксану Баюл, а значит – повлияла на его, Джонни, желание стать фигуристом. Новым наставником Вейр выбрал Галину Змиевскую – в то время она, как и многие экс-советские специалисты, приехала на заработки в США.
На тренировках у Змиевской Джонни разговаривал на русском. Тренеру так оказалось удобнее, а Вейр был несостоявшимся лингвистом – бросил университет во имя фигурного катания. Если Джонни чем-то увлекался, то погружался в это с головой. Он взялся за русский язык и быстро подружился с российскими фигуристами. Это не слишком нравилось американским спортивным чиновникам: окончательно Вейр разозлил их на Играх в Турине, надев вместо формы сборной свитер с надписью «СССР» (по другой версии – куртку Russia), подаренный Татьяной Тотьмяниной.
Правда, в интервью Джонни признавался, что полюбил Россию еще до того, как узнал о фигурном катании. Он с детства разглядывал фотографии Красной площади, пытался прочесть незнакомую кириллицу – и даже гадал, почему все вокруг не слишком любят эту страну. С годами любовь только усилилась – Вейр начал коллекционировать чебурашек, слушать Аллу Пугачеву, читать Пушкина и смотреть «Москва слезам не верит». В его телевизионном шоу появился русский герой с характерным акцентом – Вячеслав Романов – а сам себя Джонни назвал «старой русской женщиной в глубине души».
«О господи, да он же гей!» Каминг-ауты фигуристов
В конце концов, именно место проведения Олимпиады-2014 – Сочи – мотивировало Джонни вернуться в спорт. «Россия – мое вдохновение. Это касается и тренеров, и музыки, и вообще культуры и традиций фигурного катания. Завершить карьеру в России – мечта. К тому же я буду выступать под моей новой фамилией – Вейр-Воронов».
Юрист с русскими корнями Виктор Воронов стал мужем Джонни в канун 2011 года. Познакомились они в одном из русских ресторанов Нью-Йорка: от фигурного катания Воронов был далек, и Джонни понравилось то, что в нем видели человека, а не знаменитого спортсмена.
Впрочем, идиллия продлилась всего два года. Воронова раздражало то, что мама Джонни вмешивались в его финансовые дела, Вейра – отсутствие работы у супруга и ревность, с которой Виктор относился к путешествиям и работе в шоу.
Развод был бурным. Воронов утверждал, что Вейр его избивал и в пылу ссор кидался в него матрешкой. Джонни парировал, что он защищался и Виктор набрасывался на него первым. Делить супругам пришлось не только имущество, но и собаку: японского щенка Тему они завели, уже будучи в браке.
От постов в духе «Я благодарен Виктору за то, что он был в моей жизни» Джонни перешел к обвинениям: «Виктор, ты умер для меня и ты мне отвратителен. Вместо того, чтобы названивать мне – звони моим юристам. Я не могу дождаться того момента, когда слово «Воронов» исчезнет из моей фамилии».
Как когда-то Баюл стала ориентиром для маленького Вейра, сам Джонни тоже превратился в источник вдохновения для фигуристов. Его стиль чувственного катания, заметно отличавшийся в эпоху Плющенко и Жубера, конкуренты саркастично называли женственным и жеманным, но оказался близок двукратному олимпийскому чемпиону Юдзуру Ханю.
Выиграв вторые Игры, японец посвятил сезон кумирам в фигурном катании. Его произвольная – трибьют Евгению Плющенко, а короткая сделана по мотивам программы «Отонал» Джонни Вейра.
A post shared by •JOHNNY WEIR• (@johnnygweir) on Jul 8, 2018 at 7:58pm PDT
«Отонал» американцу поставили Татьяна Тарасова и Евгений Платов – им хотелось взять для Джонни проникновенную, но не заезженную музыку. Программа готовилась на предолимпийский сезон, но перед Играми-2006 Вейр вернулся к ней – хотя даже идеально подходящая постановка не компенсировала слабый технический набор. К тому же накануне соревнований американца замучили травмы.
Теоретически шансы у Джонни были – после короткой он шел вторым после Плющенко, опережая и Жубера, и Ламбьеля. Практически – и француз, и швейцарец жаждали реванша в произвольной, где можно многое отыграть техникой. В итоге Ламбьель взял серебро, бронза досталась канадцу Батллу, а Вейр откатился на пятое место, уступив не только призерам, но и соотечественнику Лайсачеку.
Для Джонни это был последний шанс на медаль Олимпиады – правда, понял он это уже перед своими вторыми Играми. Вейр признавался – к Ванкуверу он был готов идеально и откатал лучшие программы в жизни, но американская федерация предпочла поддержать другого американца – Лайсачека. Того самого, кто уже обходил Вейра в Турине, а теперь смог обыграть Плющенко без единого четверного.
«Лайсачек был всем удобен. Он, в отличие от меня, никогда ни с кем не спорил, не пытался отстаивать свою точку зрения», – открыто говорил Джонни. Эта ситуация напоминала противостояние Плющенко – Ягудин: не столько спортивной борьбой, сколько закулисными играми. Как когда-то российские функционеры прекратили поддерживать Ягудина и его неугодного тренера Тарасову, так и Джонни перестал интересовать собственную федерацию.
Дошло до того, что на его контрольную предолимпийскую тренировку не пришел ни один чиновник – всех интересовало только то, как готов Эван. Не было даже американского врача – Вейра консультировал доктор российской команды.
На Играх в Сочи Джонни так и не выступил. После Ванкувера он взял перерыв – записал сингл «Грязная любовь», издал книгу «Добро пожаловать в мой мир», много выступал в шоу. В 2013-м Вейр попытался вернуться в спорт – приехал на московский этап Гран-при, занял после короткой последнее место и снялся. Спорное решение российских чиновников отправить на Игры Плющенко вместо чемпиона страны Ковтуна Джонни всецело поддержал: « Плющенко – великий фигурист, и это было бы неправильно – проводить Олимпиаду в России без него. Думаю, он сумеет произвести впечатление на зрителей, передать трибунам эмоции от катания, продемонстрировать силу. Он может заставить затихнуть огромный зал, очень мало кому это удается. И неважно, какое место Женя займет».
В Сочи Джонни все-таки приехал – правда, в качестве комментатора. Он и сейчас работает на NBC: освещает фигурку в паре с олимпийской чемпионкой Тарой Липински. Помимо этого участвует в модных показах, занимается благотворительностью и иногда выступает в шоу. Несколько раз работал с Плющенко: катался у него в «Королях льда» вместе с Жубером и Ламбьелем, потом сыграл Кая в «Снежном короле».
Джонни до сих пор влюблен в Россию: часто постит в твиттере на русском языке; называет Татьяну Тарасову королевой и тепло поздравляет с праздниками; а после женской произвольной на Олимпиаде в Пхенхчане опубликовал фото Медведевой и Загитовой с комментарием «спасибо за сказку».
В автобиографии, которую Джонни посвятил родителям, он написал: «Жизнь фигуриста сводится к тому, чтобы вместе с тренером ждать оценок в кисс-энд-крае: все, ради чего ты так долго работал, превращается в несколько цифр. Ты убиваешься и отдаешь всего себя, готовясь к соревнованиям – а они пролетают как вспышка, не оставляя ничего, кроме глубокой пустоты. И неважно, получил ты медаль или провалился, любишь или ненавидишь все это – в эту секунду ты летишь в пропасть».
Возможно, эмоциональность, иногда переходящая в эксцентричность, не позволила Джонни стать чемпионом мира и подняться на олимпийский пьедестал – но она точно помогла ему войти в историю как одному из самых ярких фигуристов.
В конце концов, если тобой вдохновляются олимпийские чемпионы, значит, это кому-нибудь нужно?
С легендарной Тарасовой работал открытый гей из Америки. Он обожает Россию, женился на русском и вообще самый яркий
Он смотрел прямой эфир «Евровидения» в кокошнике, поставил Манижу на первое место по итогам полуфинала, а потом станцевал под ее песню на льду. Те, кто хоть немного знает Джонни Вейра, ничуть не удивлены. Ярче него фигуриста в XXI веке найти невозможно.
Джонни начал заниматься фигурным катанием в 11 лет. Рассчитывать при этом на что-то серьезное в наше время — безумие. Джонни, вдохновившись катанием Оксаны Баюл, оставившей позади его соотечественниц Нэнси Кэрриган и Тоню Хардинг на Олимпиаде 1994 года, бросил занятия конным спортом и профессионально стартовал в фигурном катании.
Юный фигурист схватывал все на лету. Он очень быстро освоил сложные прыжки, что в сочетании с его природной растяжкой и хорошей хореографической подготовкой давало задел на будущее. Первый громкий успех пришел к нему в 2001 году (золото на чемпионате мира среди юниоров). Тогда он обошел Эвана Лайсачека, который через 9 лет оставил Евгения Плющенко без олимпийского золота в Ванкувере. Соперничество с Лайсачеком прошло через всю карьеру Джонни.
Getty Images
С юниорского возраста Вейр выделялся экстравагантностью в костюмах. Перья, стразы, мех, яркие расцветки — это все о нем.
Getty Images
Фан-клуб «Ангелы Джонни», который спонсировал его, помогая осуществить самые смелые идеи, ездил за фигуристом по всему миру. Большинство участников фан-клуба составляли женщины средних лет. В одном из интервью фигурист рассказал, что несколько поклонниц приезжали из других стран на его каток и долгое время жили в отеле рядом.
Джонни всегда говорил о своей любви ко всему русскому, в том числе нашей школе фигурного катания. Поэтому его трехлетнее сотрудничество с Татьяной Тарасовой не вызывало удивления. Татьяна Анатольевна помогала ему с программами, в то время как тренировать Вейра продолжала его первый наставник Присцилла Хилл. Rondo Capriccioso, Otonal и «Лебедь» Камиля Сен-Санса, поставленные в этот период, справедливо считаются одними из лучших в карьере фигуриста. Otonal Вейра восхищался и двукратный олимпийский чемпион 2014 и 2018 годов Юзуру Ханю. В 2018 году японец также поставил программу под Otonal как дань уважения одному из героев своего детства.
К Олимпиаде-2006 Джонни несколько раз выиграл чемпионат страны. Американская федерация всерьез рассчитывала на успех фигуриста на Играх в Турине. После короткой программы Вейр имел все шансы на успех, так как он проигрывал только Евгению Плющенко. Но произвольная программа перечеркнула надежды на медаль. Джонни пропустил один из прыжковых элементов и не делал четверных. В результате яркий американец остался только пятым.
В сезоне-2007/2008 Вейр покинул своего тренера Присциллу Хилл, ее сменила Галина Змиевская — тренер кумира детства Джонни Оксаны Баюл.
Этот сезон можно смело назвать лучшим в карьере фигуриста. На чемпионате мира в Швеции он завоевал долгожданную бронзовую медаль, блестяще откатав короткую программу под музыку из рок-оперы «Юнона и Авось».
Спустя два года на Олимпиаде в Ванкувере Вейр выдал лучший прокат произвольной программы в карьере, однако это не позволило ему добраться до пьедестала. Позже фигурист признался, что Евгений Плющенко, проигравший в борьбе за золото Эвану Лайсачеку 1,31 балла, после соревнований пошутил, что русских (имея в виду себя и Вейра) засудили.
Во время национального отбора на главный старт четырехлетия Джонни оказался еще и мишенью для американских защитников животных, ведь фигурист использовал в своем костюме лисий мех. Вейр обещал отказаться от костюма из лисы во время выступлений на Олимпиаде, но так и не сменил костюм, сказав, что искусственный мех для него неудобен.
Джонни приходили многочисленные письма с угрозами. Опасаясь за свою жизнь на Играх, он поселился не в отеле, как планировал, а в олимпийской деревне.
Джонни не раз говорил о желании поехать на Олимпиаду в Сочи. Сделать это удалось, правда, уже в качестве комментатора. После Ванкувера Джонни поставил карьеру на паузу и так и не смог полноценно вернуться.
Уже 7 лет он комментирует соревнования в тандеме с олимпийской чемпионкой Тарой Липински. Вейр отмечал, что ему не всегда нравилось то, что говорили о нем комментаторы. Поэтому он старается комментировать доброжелательно, даже если прокат не задался.
По окончании карьеры фигурист активно монетизировал свою популярность. Он снялся в телепроектах и нескольких фильмах, два из которых автобиографические, неоднократно участвовал в эпатажных фотосессиях и активно ведет социальные сети по сей день.
