Клингхоффер, Джош
День рождения 03 октября 1979
американский мультиинструменталист и продюсер
Джош Адам Клингхоффер (англ. Josh Adam Klinghoffer; 3 октября 1979, Лос-Анджелес, штат Калифорния, США) — американский мультиинструменталист и продюсер. C октября 2009 года является гитаристом группы Red Hot Chili Peppers, сменив в ней Джона Фрушанте.. Клингхоффер был включён в Зал славы рок-н-ролла в составе Red Hot Chili Peppers 14 апреля 2012 года, став самым молодым участником зала.
Личная жизнь
Родился 3 октября в городе Лос-Анджелес (штат Калифорния), в еврейской семье.
Помимо RHCP гастролировал и записывался как студийный музыкант со многими артистами, среди которых — Нарлз Баркли (Gnarls Barkley), Бек Хэнсен (Beck Hansen), Джон Фрушанте (John Frusciante), Джон Брайон (Jon Brion), Пи Джей Харви (PJ Harvey), Винсент Галло (Vincent Gallo), группы ‘The Bicycle Thief’, ‘The Butthole Surfers’, ‘Golden Shoulders’, ‘Thelonious Monster’, ‘The Insects’, ‘The Format’, ‘Warpaint’ и ‘Sparks’.
Дискография
В составе Red Hot Chili Peppers
Фильмография
Шоу Джонатана Росса (сериал 2011 – текущее время)
Оборудование
ЭТО ИНТЕРЕСНО
Топ 10 Шокирующих Вещей, Найденных Подо Льдом ТОП 10 НЕВЕРОЯТНЫХ СЛУЧАЕВ СПАСЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА ЖИВОТНЫМИ ТОП-10 футболистов, променявших карьеру на ночные клубы Всё видеоИнтервью с Джошем Клингхоффером
Интервью для немецкого журнала «Gitarre & Bass», 21 октября 2016.
Автор интервью: Marcel Anders
Джош Адам Клингхоффер заслужил у поклонников звание «Волка Одиночки» и «Студийной Крысы», поскольку, в свои 37 лет, выступая как сессионный музыкант, уже успел сыграть со многими музыкантами, среди которых Бек (Beck), Гнарлс Баркли (Gnarls Barkley), Пи Джей Харви (PJ Harvey), Батхл Сёфиз (Butthole Surfers) и другие.
33616 – обычный номер дома, на обычной улице Тихоокеанского Шоссе в Малибу. В конце улицы есть роскошное здание с видом на океан. Вы можете арендовать эту виллу за 75к в неделю. […] Это идеальное место для международного пресс-дня группы Red Hot Chili Peppers. Руководство и лейбл заказали звёздного шеф-повара, который будет подавать роскошное меню, в том числе экзотический чай и восхитительный салат. Такой прием кажется очень сюрреалистическим для автора, берущего данное интервью, впрочем, для все-ещё-нового-Перчика, гитариста Джоша Клингхоффера, окружающая атмосфера также вызывает удивление. Для интервью он ведёт меня в гостевую комнату на первом этаже, с шикарным видом из окна на море. Клингхоффер приветствует меня с лицом, на котором одновременно читаются удовольствие и раздражение. «Я знаю, что они вбухали тучу денег в эту роскошную виллу и всю эту еду, и я задумался, нужно ли нам всё это – всё какое-то декадентское и снобистское. Хотя, если лейблу и остальной части группы это нравится… Я буду говорить сам за себя: Я не веду такой роскошный образ жизни. Этот дом очень кажется мне чрезмерно выпендрежным».
Этот комментарий делает его ещё более симпатичным. Во время интервью оказалось, что Клингхоффер – единственный из участников Chili Peppers, кто на самом деле родился в Лос-Анджелесе. Он произвел впечатление непредубежденного, честного и очень самокритичного человека.
Джош, сейчас был первый раз, с 1989 года, когда «Перчики» не работали с Риком Рубином. Для записи альбома Getaway пригласили Брайана Бёртона, более известного под сценическим именем Danger Mouse. Был ли у тебя эффект дежа-вю, ведь ты уже работал с ними до этого?
Джош: Да, отчасти. Я работал с Брайаном много лет назад, мне кажется, это был 2005/2006. Мы записывали альбом с Мартиной Топли-Бёрд (Martina Topley-Bird) и Брайан был продюсером, а я играл на гитаре.
Т.е. ты знаешь Брайана уже долгое время? Было ли легче для тебя снова работать с ним? Ты знал, во что вы ввязывались?
Джош: Да. Но иногда было сложно. Но не из-за Брайана. Мне надо было менять свои привычки, поскольку я никогда не любил работать с продюсерами. Я не привык к этому. Теперь, с Брайаном, стало по-другому, — очень круто идти в студию и встречать там старого друга каждый день. Но я знаю, что можно сделать альбом и без продюсеров. Я узнал это, когда записывал свои альбомы. Я хочу сказать, что мне нравится быть частью группы и работать вместе с другими людьми. Но этот альбом показал мне, что порой для группы лучше отбросить все свои прочие обязанности и заниматься исключительно созданием музыки. Поэтому я счастлив, что работаю с людьми, которым доверяю, и я поддерживаю большинство их решений, хотя иногда это было очень тяжело.
Почему?
Джош: Проблема в том, как записывались песни. Раньше вся группа собиралась в комнате и мы просто играли и кайфовали – это нормально для рок-группы. В этот раз нам было очень неудобно, т.к. приходилось играть новые песни, разделенные по частям (хотя мы всегда открыты для чего-то нового). Сначала мы писали барабаны, потом бас, далее гитару и, наконец, вокал. В результате, мы получаем великолепные записи, но сам процесс немного напрягает, потому что большую часть времени остальная часть группы просто сидит и ждет, пока один человек записывает свою партию. В результате, каждый начинает задавать много вопросов самому себе и критически оценивать весь процесс записи.
Когда вся группа записывает песни одновременно, вы можете чувствовать непосредственность и своего рода волшебство. К тому же, можно слышать, насколько великолепно все звучит. Но покидая вечером студию, в которой Энтони еще пишет вокал, мы никогда не были уверены, будет ли песня звучать, так как мы изначально предполагали. На следующий день мы даже не знали, была ли песня завершена. Таким образом, было много сомнений, которые мне казались неудобными и ненужными. Но, так работает Брайан. Он создавал великолепную музыку с другими музыкантами в прошлом, и всегда достигал успеха.
Ты хочешь сказать, что если бы Перчики делали свой следующий альбом самостоятельно, вы вернулись бы к идее кайфовать?
Джош: У меня была такая наивная мысль, что мы можем продюсировать самих себя, без посторонней помощи. Но сейчас я понимаю, что это невозможно, или, по крайней мере, маловероятно.
Ты считаешь, что группа достигла достаточного опыта за прошедшие годы, чтобы спродюсировать свой альбом самостоятельно?
Джош: Конечно. Но группе нужно внешнее мнение. Именно в этом и кроется причина наших разногласий.
Ты всё ещё борешься за своё членство в группе?
Джош: Да, но теперь мне уже привычно играть с ребятами. В данный момент я знаю, как работает группа. Но у меня есть чувство, что мне нужно бороться, чтобы защищать себя и свое мнение. Особенно, когда есть продюсер, который берет на себя большую часть решений группы.
Изменилась ли твоя жизнь после того, как ты присоединился к RHCP?
Джош: Не так, чтоб очень сильно. Теперь у меня есть больше гитар и инструментов для игры, но это лишь приводит большему к разочарованию, потому что у меня мало времени для игры на них. Короче, моя жизнь не сильно изменилась. Я сейчас живу в доме, который больше всех моих прежних жилищ. Но это совершенно не значит, что у меня стало больше места для книг, гитар и одежды.
Осуществил ли ты какие-нибудь свои давние гитарные мечты?
Джош: Конечно! (смеётся)
Например, сделанная на заказ гитара Fender White Chicker Thinline Telecaster?
Джош: Точно! Fender сделали несколько Strat’ов для меня. Они были сделаны на базе гитары, которую я заметил в Стокгольме, она имела тонкий гриф, который я прежде никогда не видел. Мне сказали, что это бракованная гитара из 70-ых, когда качество исполнения и контроль качества у Fender были не на высоте. Небольшая партия таких гитар, попала в продажу, хотя не должна была. Эти гитары – нормальные Strat’ы, но с очень тонким грифом. Но именно это и понравилось мне в них. Гитара кажется уменьшенного размера, хотя на самом деле, это стандартная версия. Люди из Fender, такие, говорят мне: «Приходите в наш магазин гитар на заказ, и мы сделаем всё, что вы хотите». Конечно, я хотел, чтобы они смастерили для меня несколько Strat’ов с тонким грифом. Так что, когда я увидел эту «Белую Курицу», висящую на стене, я тут же спросил, могут ли они сделать такую же для меня. Им потребовалось некоторое время, но недавно я получил свой заказ. Теперь я играю на ней вместо «Белого Пингвина».
Еще ты владеешь гитарами Hagström и Airline с того времени, когда играл с Бэком, правильно?
Джош: Да, мне нужны были эти гитары для совместного тура с ним. Иногда я играю на них, дома или в студии, но не на сцене. Они не сильно подходят под звучание группы. Поэтому я стараюсь брать меньше своих гитар в тур. Для «Перчиков» нужны особые гитары и особое звучание (смеётся).
Насколько велика твоя коллекция гитар? Они заполнили весь твой новый дом?
Джош:(смеётся) К сожалению, да! Поэтому, сейчас, я пытаюсь уменьшить их количество. Я понял, что у меня просто не времени, чтобы играть на всех гитарах. Поэтому я редко покупаю новые и, наоборот, раздаю их. Ну, по крайней мере, пытаюсь это делать…
Значит, ты купил очень много гитар, до вступления в группу?
Джош: (усмехается) Я купил их ОЧЕНЬ много!
Ты — любитель техники?
Джош: Отчасти (смеётся).
А что насчёт усилителей и прочих эффектов?
Джош: У меня их также очень много. Это еще один факт, который беспокоит меня насчёт нового альбома: Я надеялся, что смогу использовать все эти педали, которые собирал годами. Я хотел натурального звука. Говоря проще, я хотел самостоятельно создать кое-какие спецэффекты, используя свои усилители и всякие микрофоны.
Вместо педальной клавиатуры?
Джош: Вот именно! Но из-за организации процесса записи альбома, и скорости, с которой мы записывали песни в студии, я вернулся обратно к моей педальной клавиатуре со всеми видами звуков – что, в общем, тоже прикольно. Процесс записи, был выстроен точно так же, как в последнем альбоме, который получился немного грустным. В этом и кроется причина, моей неудовлетворенности процессом записи альбома. Я не разочарован альбомом, но это не то, чего я хотел. Мне кажется, что мне все еще не хватает знаний, чтобы всегда получать от записи то, что я хочу. И членство в группе открывает мне возможности для развития.
Есть ли различие между живыми выступлениями и вашими сборами в студии?
Джош: Немного. На сцене я пытаюсь играть с минимальным количеством педалей. Просто потому, что когда играю на сцене, я не хочу думать о педалях. Я просто хочу скакать и наслаждаться моментом. Поэтому я пытаюсь сократить свой набор педалей. Я хочу, брать с собой только самые необходимые.
Я не состоял в группе в то время, когда была записана большая часть песен, поэтому я хочу иметь своё собственное видение, как эти песни должны звучать. Кажется, этим я отличаюсь от предыдущего гитариста. Я знаю, как должны звучать эти песни, так как слушал их всю свою жизнь. Чтобы добиться максимально похожего звучания, а также перенести его на новый материал, я строю целую систему переключений, со своим гитарным технологом Иэном. Я хочу иметь возможность менять количество эффектов от трёх до четырёх нажатием одной кнопки. Мне требуется быстрая педаль, чтобы я был в состоянии сделать это одной ногой, в то время как буду подпевать, или делать что-либо иное на сцене.
Есть только два способа играть песни, накопленные за 26-летнюю историю группы из 7 гитаристов: или ты играешь их в своём стиле, или точно так же, как твои предшественники.
Джош: Точно. И я люблю песни группы, написанные в прошлом, до меня, так сильно, что хочу играть их настолько близко к оригиналу, насколько возможно. Во всех песнях, есть некоторые детали и определённые элементы, которые должны быть там. Я пытаюсь уловить их.
Изменился ли за последние годы твой стиль игры на гитаре? Как на твою игру влияет исполнение чужой музыки.
Джош: Конечно, изменился. Но мне нелегко это объяснить. Когда мы вернулись с последнего тура, я не играл на гитаре долгое время. Вместо этого, я играл на пианино и писал тексты для новых песен. Когда начались первые записи для нового альбома, я опять взялся за гитару. Так что я не могу сказать, КАК моя игра на гитаре изменилась, – я только знаю, что она изменилась. Но я до сих пор стараюсь играть чисто, и постоянно веду борьбу с сидящим внутри «неряшливым гитаристом», от которого пытаюсь избавиться всю свою жизнь.
Т.е. ты разбираешься в смежных музыкальных областях?
Джош: Я всегда любил структуру аккордов, и не скрываю, что у меня нет музыкального образования. Да, я – самоучка. Поэтому, я всегда немного нервничаю, когда дело доходит до обсуждения деталей структуры песни, и вынужден признавать свою неполноценность. На самом деле, я не всегда знаю, что я делаю – я просто делаю это. Но последовательности аккордов меня очаровывают, и я всегда пытался придумать что-нибудь интересное… такое, чего я не слышал прежде. У меня нет убежденности, насколько человек с ограниченными теоретическими знаниями в музыке, имеет право менять или создавать новую музыку.
Возможно ли сегодня придумать что-нибудь совершенно новое, что-то революционное?
Джош: Я так не думаю. Поэтому я и не волнуюсь. Я просто пытаюсь выложиться по полной.
Ты редко играешь соло. Можно ли спросить, почему? Что не так с сольными партиями?
Джош: Ничего. Я просто никогда не учился играть их. Когда я начал играть на гитаре, я практически не слушал музыки с ярко выраженными сольными партиями. Помимо этого, я начал играть на гитаре, когда мне было 15 или 16 лет, а это, мне кажется, очень поздно. Когда я услышал Red Hot Chili Peppers в первый раз, я был ещё барабанщиком и не имел никакого понятия о гитарах. Так что, нет никаких проблем с соло, это просто тип игры, который требует очень много практики. Когда я начал играть на гитаре, я знал только аккорды. И я никогда не предполагал стать профессиональным гитаристом.
Когда я встретил Боба Форреста и начал играть в своей первой группе «Bicycle Theif», я играл только на аккордах. С каждым туром или сессионной работой, я учился больше и больше, и увеличивал свои познания. Сейчас я просто пытаюсь избегать соло, потому что я никогда не фокусировался на них – до того, как я присоединился к группе. И это было основной предпосылкой для присоединения к группе.
Так что причина, по которой я играю мало соло, не потому что я не люблю играть их, или избегаю их. Просто это то, что я никогда на самом деле не учился делать.
Тебе было около 17, когда ты стал профессиональным музыкантом. Положа руку на сердце: ты когда-нибудь мечтал играть в группе, уровня RHCP?
Джош:(смеётся) Нет, никогда. Хочу напоминать, как это произошло: Я был другом Джона Фрусчанте и играл с ним в его сольном альбоме. Затем я был запасным гитаристом в Chili Peppers и ездил с ними в турах, а когда Джон решил уйти из группы, они просто спросили меня, хочу ли я присоединится к группе. Я думаю, что это была цепочка удачных совпадений, о которых даже не имело смысла мечтать – ибо это невозможно. Я оказался в правильном месте и в нужное время несколько раз подряд.
Ты все ещё поддерживаешь связь с Джоном?
Джош: Едва ли. Мы оба очень заняты. К тому же, было бы очень странно играть с Перчиками, и тусить с Джоном. Я думаю, это было бы не нормально и для него тоже. По-моему, в нашей ситуации, лучше держать дистанцию.
Но вы были лучшими друзьями, верно?
Джош: Да, конечно. И я не планирую до самой смерти сторониться его. Мы решили пойти разными путями. Было бы странно, если бы мы продолжали активно общаться. Особенно в свете моих проблем с новым альбомом. Я не стану звонить ему и жаловаться насчёт своих взаимоотношений внутри группы и обсуждать происходящее. Зачем я должен показывать свою слабость? Зачем он должен слушать это? Я думаю, нам еще предстоит в будущем вернуться к этому вопросу и разобраться в своих отношениях друг с другом.
Можешь ли ты вообразить, что когда-нибудь примешь такое же радикальное решение как Джон, и покинешь группу для записи сольного альбома.
Джош:(Смеётся) Без понятия! Я думаю, у него было больше причин для ухода из группы, чем просто идея – тратить меньше времени на туры и больше на сольное творчество. Поэтому, думаю, у меня нет причин сделать такой поступок в ближайшее время. Особенно, учитывая, как сильно мне нравится играть с группой и открывшиеся перспективы для создания чего-нибудь особенного.
Мне будет очень приятно, если ты поделишься этой статьей с друзьями 😉
Джош клингхоффер личная жизнь
“Гитарист Red Hot Chili Peppers, Джош Клингхоффер, попал в яблочко с первым релизом его группы Dot Hacker “(с) Sayre Berman/Corbis
Октябрь 2009 был важным для Джоша Клингхоффера. Ему стукнуло 30 лет, он переехал в новый дом и закончил работу над дебютным альбомом его группы Dot Hacker. «Я чувствовал, что я действительно сделал что-то значимое.», – говорит Джош. Через девять дней после его Дня Рождения, он начал писать песни с Red Hot Chili Peppers, и когда было официально объявлено о том, что он стал полноценным членом этой группы, его жизнь изменилась навсегда.
Единственной проблемой было то, что Dot Hacker, группа, которую он создал вместе со своими друзьями Клинтом Волшем (Clint Walsh), Эриком Гарднером (Eric Gardner) и Джонатаном Хишке (Jonathan Hischke) – все из которых могут похвастаться достаточно серьезными достижениями, вроде гастролей с такими музыкантами, как Gnarls Barkley, Charlotte Gainsbourg и Broken Bells – все это должно было быть отложено в долгий ящик. «Это была только одна из таких вещей, – говорит Джош,– Такова жизнь».
Два с половиной года после завершения записи, первый альбом группы Dot Hacker, Inhibition,наконец увидел свет.(1 мая он появился на OrgMusic).Джош признает тот факт, что его членство в группе Red Hot Chili Peppers, несомненно, привлечет к его собственной группе внимание миллионов фанатов по всему миру. Но хорошая новость в том, что это не тщеславный проект. Музыка, которую можно охарактеризовать как увлекательное и пронизывающее сочетание звуковых эффектов и различных ритмов, увенчанная волшебным вокалом Джоша Клингхоффера, растет в масштабах и значении при каждом прослушивании, каждый раз открываешь для себя что-то новое.
MusicRadar решили побеседовать с Джошем о записи Inhibition, гитарах и различных приспособлениях, которые он использовал, о его планах и мыслях насчет будущего его группы и о том, как он привыкает к роли гитариста Red Hot Chili Peppers.
Dot Hacker (слева на право) Eric Gardner, Klinghoffer, Clint Walsh и Jonathan Hischke. © Geoff Moore
MusicRadar:Таким образом, перед тобой встала неудобная задача. Сказать ребятам: «У меня есть хорошая новость. Я теперь часть крутой группы. Плохая- у Dot Hacker теперь очень странное расписание.»
Josh: Да, именно. Но один из этих ребят уже покинул нас первым. И все же были какие-то недомолвки, вроде : «Пошел ты, ты вышел первым!»,но все эти мысли были полны скорее братской любви, чем какой-то обиды или злости. Было много глупых споров вокруг всего этого. Все хотели заниматься Dot Hacker,потому что эта группа была основана на дружбе. Но я люблю Red Hot Chili Peppers, я люблю ребят. И мне повезло оказаться в такой ситуации.
MusicRadar: Когда все участники Dot Hacker все же собрались вместе, какие группы послужили для вас ориентиром и примером для подражания?
Josh: Мне всегда нравится говорить, что музыка, которую я хочу создавать и придумывать, находится где-то между Pan Sonic и Скоттом Волкером (Scott Walker).Но все же я не пою ничего в стиле Скотта Волкера (Scott Walker) *смеется*. Мне нравится электроника и сложная, интересная структура аккордов. Все мы слушаем много разной музыки.
«Это все могло привести в никуда. Мы могли бы записать песни, но существовали бы они лишь в наших умах. Так что я очень рад выпустить этот альбом и я благодарен ребятам из OrgMusic за то, что они выпустили его. Это то, за счет чего существует наша группа, пусть мы и не можем сейчас нормально выступать.»
«Мне кажется, мы можем сделать что-нибудь хорошее. Когда мы записываем что-то новое, я чувствую, будто я делаю шаг вперед, развиваюсь. Этому альбому уже три года, и мне кажется, будто это творение группы, которая не тратила все свое время на запись этого альбома»
MusicRadar: Твой голос необычен и поразителен. Он хрупок и призрачен. Не чувствуешь ли ты какой-либо дискомфорт, будучи фронтменом?
Josh: В душе я всегда был певцом. Быть фронтменом в группе – это что-то новое для меня, ведь всегда я занимался чем-то другим. Это то,чем я хочу заниматься. И чем больше я это делаю, тем естественнее себя чувствую. Я всегда был робок и застенчив. Но игра в обеих группах – Red Hot Chili Peppers и Dot Hacker сделала меня куда более уверенным в себе.
MusicRadar: Что ты можешь сказать о процессе записи? Часто ли ваши демо-записи попадают в альбом?
Josh: Я играл много разного, делал демо-записи, играл для ребят, а потом мы что-то меняли. Я бы сказал, что многое из демо-записей попало в альбом, как определенные песни. Некоторые песни мы играли вместе, некоторые были выбраны из демо-записей. Но не было такого, чтобы мы сначала специально записывали демо,а затем делали полноценную версию. Я бы хотел делать это, как певец. Чем дольше живешь с чем-то, тем комфортнее себя чувствуешь.
MusicRadar: Какие гитары ты использовал при записи?
Josh: Я пользовался своим Telecaster ’67 Custom, который я так же использую в туре с Red Hot Chili Peppers. Это была гитара Джона Фрущанте. Можно сказать, что я ее унаследовал. Также я пользовался своим Fender Starcaster, новеньким Rickenbacker и черным Jaguar ‘62
MusicRadar: Искажение звука гитары в песни Order/Disorder очень сильно и заметно. Ты предпочитаешь пользоваться педальными эффектами, или перегружать свои усилители?
Josh: В общем-то, я использовал достаточно хороший усилитель. The Silvertone – это то, с чем мы записываемся. Вероятно, Клинт(Clint Walsh) использовал какие-нибудь эффекты при записи. Для меня были головоломкой некоторые песни Red Hot Chili Peppers. Я часто использую разные изменяющие звук педали, а когда я перехожу на чистый звук, я думаю, что это звучит куда лучше. *смеется.* И у меня не всегда получается резко поднять тон или что-то в этом роде. Я еще не чувствую, что во всем разобрался и поймал их волну.
Josh: Насколько я помню, у меня был Electro–Harmonix Holy Grail [-цифровой ревербератор],Boss DD-3 и Boss DM-2 [-компактные педали,служащие для задержки звука] Я не могу сказать точно,использовал ли я это при записи конкретно этой песни, но я люблю добавлять к звучанию гитар нотки синтезатора Korg MS-20.
MusicRadar: Завершающая песня, Puncture – настоящий музыкальный и звуковой шедевр. Можете ли вы играть ее на живых выступлениях?
Josh: Да-да, конечно. Мы заметно посмелели с этой песней, когда играли пару лет назад. Это всегда очень весело. Гитара Клинта (Clint Walsh) всегда звучит очень хорошо, но мы добавляем в звучание достаточно много Hammond B-3 [-электрический орган] и немного других клавишных. Каждый раз,когда мы играем эту песню, она звучит по-разному. И я жду – не дождусь, когда мы снова будем выступать и надеюсь, что мы будем делать это чаще, чем раз в неделю.
MusicRadar: Оценивая расписание Red Hot Chili Peppers, можешь ли ты сказать, какого расписания сможет придерживаться Dot Hacker?
Josh: У Red Hot Chili Peppers действительно строгое и постоянное расписание. Две недели мы находимся в туре, две недели-дома. Ведь у всех, кроме меня, уже есть свои семьи. В теории, моя группа могла бы отправляться в путь в любой из этих двухнедельных перерывов. У нас еще нет никаких планов. У всех какие-то небольшие дела тут и там. Но как только у нас будет возможность, мы начнем выступать. 
MusicRadar: Говоря о Red Hot Chili Peppers, ты все еще чувствуешь себя новичком? Уже прошло несколько лет с тех пор, как ты присоединился к этой группе.
Josh: Определенно, в некоторой степени я все еще чувствую себя новичком. Но они уже не заставляют меня чувствовать себя неуютно, и я стал членом группы на все 100%.Я никогда не чувствовал, что меня никто не слушает и не уважает. Но всегда будет чувствоваться что-то вроде : «Какого черта я здесь вообще делаю?» *смеется*
«Иногда мне кажется, что даже Чад(Chad Smith) порой чувствует себя новичком. Потому что когда ты идешь против дружбы и связи Энтони(Anthony Kiedis) и Фли(Flea), сложно не почувствовать, насколько они близки друг другу. Они уже как братья. С другой стороны, они все разносторонни и способны на многое. Я действительно хочу продолжить творить в одной команде с ними.
«Даже с Джоном (John Frusciante), который дважды покидал группу, у них было более 10 лет совместной работы. Для меня, несмотря на то, что я часто играл с ними, было невозможно наверстать 10 лет истории. Нельзя сравнивать 10 лет с одной неделей. Даже несмотря на то, что всем было очевидно, что мы сможем сработаться. Нам всем это понравилось, и мы решили посмотреть, к чему это приведет.»
MusicRadar: Какой самый большой урок, который ты извлек, играя с Red Hot Chili Peppers?
