В. М. Акимов (Н. В. Гоголь), докт филол наук
Н. Г. Чернышевский
Взбудораженная подготовкой реформ, Россия пришла перед 1861 годом к революционной ситуации, и Чернышевский стал негласным вождем радикального движения. Его прямые связи с руководителями молодежных революционных организаций, с заграничными революционными кругами были глубоко законспирированы; Чернышевский был очень осторожен и не оставлял никаких следов, поэтому когда в июле 1862 года он был арестован и царское правительство хотело найти хоть какие-нибудь юридические улики, то их не удалось обнаружить. Следователи пошли на прямой подлог: нестойкий участник революционного движения, ставший предателем Всеволод Костомаров сфабриковал «записку Чернышевского», якобы уличающую его в связях с революционным подпольем, и, хотя фальсификация всем была ясна, «государственный преступник», отсидев два года в Петропавловской крепости, был подвергнут обряду «гражданской казни» (публичное привязывание к «позорному столбу» и преломление шпаги над головой) и отправлен на 7-летнюю каторгу в Сибирь с последующим пожизненным там поселением.
В 1889 году Чернышевскому было разрешено вернуться на родину, в Саратов, где он и умер 17 (29) октября 1889 года.
ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ ЧЕРНЫШЕВСКОГО
Единственным дошедшим до нас в завершенном виде и опубликованным целиком при жизни писателя беллетристическим произведением Чернышевского является его роман «Что делать?» (1863).
Произведение это, тесно связанное с русской реалистической литературой эпохи, в частности с тургеневским романом, рисовавшим «быстро изменяющуюся физиономию русских людей культурного слоя» (Тургенев), вместе с тем находилось в органическом родстве с широкой традицией европейского фи-лософско-утопического романа.
Утопия составляла неотъемлемую часть мировой культуры на протяжении многих веков. В утопических произведениях выражалась стихийная вера в прогресс, в необходимость и неизбежность усовершенствования общества и личности человека. Термин «утопия», обозначающий иллюзорный общественный идеал и литературное его воплощение, произошел от названия идеального островного государства «Утопия», описанного английским мыслителем и политиком Томасом Мором в XVI веке (от греч. ои – отрицание «нет», topos – место, т. е. не имеющее места, не существующее). Литературные утопии рисуют картины жизни совершенного общества, где созданы условия для благоденствия людей, и внушают уверенность, что подобный порядок осуществим и даже где-то существует. Утопическая литература всегда была связана с философией и наукой эпохи. Она сродни научной фантастике: в лучших ее произведениях звучит надежда на творческие силы человечества. Поэтому великие утопии, которые создавались философами и художниками, имеют непреходящее значение.
Но огромная сила внушения, которая исходила от утопий, побуждала их критиков предостерегать общество от увлечения идеальными проектами и от попыток воплощения их в жизнь. В моменты исторических кризисов и общественных разочарований возникали многочисленные антиутопии, предупреждавшие об опасности энтузиазма фанатиков, воспринявших фантастику как программу действий.
«Что делать?» Чернышевского, безусловно, принадлежит к числу великих утопий. Находясь в заключении в Петропавловской крепости, изолированный от друзей, он вел героическую борьбу со следственной комиссией сената и со стоящим за нею правительством, инспирировавшим политический процесс против него. Подобно своему предшественнику по судьбе итальянскому социалисту-утописту XVI – начала XVII столетия Томмазо Кампанелле, Чернышевский испытал в заключении подлинный творческий подъем и сумел, обманув бдительность тюремщиков, выразить в книге свои идеалы, а затем, вступив в контакт с читателями, доказать своим гонителям, что воля творческой личности и мысль не могут быть порабощены.
Самый факт своего ареста, произвола властей Чернышевский использовал как средство воздействия на читателей. Голос из-за тюремной решетки, утверждавший: «Будущее светло и прекрасно», призывавший молодых людей верить в разум человечества и жить во имя будущего: «Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите из него в настоящее сколько можете перенести», – звучал особенно убедительно. Виртуозное владение искусством общения с аудиторией помогло писателю не только «объясниться» с читателями-друзьями, довести до их сознания свой замысел, но и провести сквозь рогатки цензуры «крамольное» произведение. Чернышевский учитывал психологию восприятия литературного текста и рассчитал, что чиновники III отделения и цензор получат роман по частям, тогда как читатель сможет перечитать его целиком и в свете последующих эпизодов переосмыслить предыдущие. Текст романа пронизан «отсылками» к предыдущим эпизодам и намеками на последующие. Сложное построение, необычное для произведений современной Чернышевскому литературы, сдвиги временных пластов, обилие загадочных, не всегда до конца разъясняемых эпизодов, вынесенный вперед и поставленный перед предисловием эпизод из середины романа – все это настраивало часть публики на разгадывание авантюрного сюжета. Для другой части, в особенности для читателей «Современника», привыкших к стилю Чернышевского-публициста, более значимыми оказались иронические интонации писателя, иносказания, намеки. Такие читатели расшифровывали тайнопись, истолковывали подтекст, между строк прочитывали завуалированные мысли автора. Подтекст помогал понять, что политический и философский пласт повествования составляет душу романа, повествующего о новом историческом типе – разночинце, демократе, радикале по политическим убеждениям, материалисте по философским взглядам. Называя своих героев «новыми людьми», Чернышевский связывает их особенности со спецификой исторического момента. Писатель из-за стен крепости перехватил инициативу в споре о «нигилизме»: он противопоставил нападкам на «нигилистов» и бездоказательному осуждению молодого поколения демократов рассказ об их идеалах, трудах, их этике.
Реакционеры использовали в борьбе с демократией созданный Тургеневым в сурово-реалистической манере образ «нигилиста» Базарова (роман «Отцы и дети»). Чернышевский, как и Тургенев, характеризует современность через порожденный ею тип человека – идеолога; как Тургенев, он связывает возникновение и развитие этого типа с конкретной исторической ситуацией, приветствует новизну и выявляет ее высокие «идеальные черты». Но он прогнозирует будущую жизнь наблюдаемого им современного типа, которому предрекает длительный исторический путь с взлетами, падениями, временными исчезновениями и возвращениями на политическую арену. Таких прогнозов Тургенев никогда не делал. Автор «Что делать?» нигде не называет своих героев «нигилистами», он подчеркивает в качестве определяющей черты нового поколения демократов не нигилизм как отрицание ради отрицания (от лат. nihil – ничего), а созидательную активность. Однако сам характер деятельности героев его романа неотделим от неприятия ими современных форм социального быта, от решимости игнорировать и в конечном счете упразднить этот порядок.
Определение задач, которые стоят перед молодежью, желающей активно содействовать обновлению, идеалы современного деятеля и картины будущего общества составляли особый пласт повествования. Этот пласт содержания романа был явно обращен к читателю-другу, который ждал от Чернышевского совета и которому Чернышевский указывал, во имя чего и как жить, трудиться и бороться.
Роман «Что делать?» представляет собой «мысленный эксперимент», описание опыта воплощения социалистических идей в условиях современной писателю России. Чернышевский беседовал со своим читателем как философ, социолог, историк, «добрый учитель». Он представлял живые, как бы списанные с натуры, картины социалистических преобразований (семья, в которой полностью соблюдается равноправие и независимость мужа и жены, организация мастерских на артельных социалистических началах, бытовой коммуны, «университета», общеобразовательных курсов для работниц), подробно разъяснял, каким образом «ставился» тот или другой опыт, доказывал его возможность и плодотворность, вызывал молодых современников на попытки проверить и продолжить эксперимент.
Дух эксперимента характерен для всего повествования. Самый тон, которым говорится о героях, подчас как бы подчеркивает условность их характеристик, целенаправленность и прикладное значение рассказа о событиях их жизни – автор останавливает свое внимание только на тех чертах, которые нужны ему по ходу рассуждений. Известная доля условности, упрощенности присуща ряду ситуаций романа. Писатель выделяет главное в действиях своих героев, в их поступках и в последствиях этих поступков. Так, Чернышевский, сознававший трагизм положения революционеров в современном обществе, сложность их взаимоотношений с народом, лишь приподнимает завесу над этими серьезными проблемами; легко и радостно, как праздник, совершается революция в его романе, между тем как сам он уже в молодые годы был убежден, что революция явится тяжелым испытанием для всех слоев общества, что это исторический риск, который потребует величайшего напряжения сил, чтобы сохранить здоровые начала жизни.
В замечаниях к трем главам «Оснований политической экономии» своего современника – английского философа и экономиста Джона Стюарта Милля – Чернышевский обосновал применение метода умственного экспериментирования для познания особо сложных явлений социальной жизни. Он считал, что, гипотетически упростив явления, можно выявить их основополагающие свойства и описать их существенные черты. «Этот метод состоит в том, – пояснял писатель, – что, когда нам нужно определить характер известного элемента, мы должны на время отлагать в сторону запутанные задачи и приискивать такие задачи, в которых интересующий нас элемент обнаружил бы свой характер самым несомненным образом, приискивать задачи самого простейшего состава. Тогда, узнав характер занимающего нас элемента, мы можем уже удобно распознать ту роль, какую играет он и в запутанной задаче, отложенной нами до этой поры».
Таким методом пользуется писатель и в своем романе, сводя запутанные ситуации к более простым. Герои его живут в соответствии со своими убеждениями, игнорируя предрассудки, традиции и запреты, которые идут вразрез с их «естественными» и разумными стремлениями. Так, убедившись, что закон не дает права девушке покинуть родителей, готовых торговать ее красотой, бескорыстный друг Веры Павловны студент Лопухов вступает с нею в фиктивный брак и становится ее признанным законом покровителем. Под руководством Лопухова Вера, получившая до того весьма поверхностное «женское» образование, делает быстрые успехи в самообразовании, читает серьезные книги и организует быт их необычной семьи на совершенно новых принципах. Впоследствии, когда между Лопуховым и Верой возникает любовь и их фиктивный брак превращается в реальный, быт, устроенный Верой, не меняется. Все в нем разумно, основано на уважении к личности и ее правам. Взяв на себя ответственность за судьбу Веры, Лопухов вынужден отказаться от завершения медицинского образования и защиты диссертации, над которой он уже начал работать. Однако он быстро находит себе дело, которое его удовлетворяет и обеспечивает. Чернышевский исходит из того, что человек в каждодневной жизни руководствуется эгоистическими стремлениями, желанием личной пользы. Люди лучше всего делают то, что им выгодно. Эгоизм, по мнению Чернышевского, присущ всем. Но собственную выгоду можно понимать по-разному. Разные выгоды у вора и у героя. Чернышевский приводит очень любопытные примеры. Ньютон и Лейбниц вели уединенный образ жизни не потому, что жертвовали житейскими радостями во имя науки, а, наоборот, научные исследования настолько их занимали, доставляли такое удовольствие и такие выгоды, что ради них можно было легко отказаться от всего. Они делали то, что им приятно, выгодно. Причем правильно понятая личная польза (Чернышевский уповает на разум!) не противоречит общественному благу. Расчетливы только добрые поступки, рассудителен только тот, кто добр. Разумный эгоист, стремясь к личной выгоде, приносит пользу всем. Чернышевский хотел соединить добро и пользу, исключить противопоставление личного и общего, найти разумные основы счастья и блага для всех, но схематичность и умозрительность его теории встретила критическое отношение русских писателей. Самым серьезным оппонентом Чернышевского был Ф. М. Достоевский.
Тема творческой активности женщины, ее организаторских способностей – важный мотив романа. Вера Павловна становится инициатором многих начинаний, демонстрирующих плодотворность и осуществимость социалистических идей. Успех неизменно сопутствует ее предприятиям. Она легко добивается доверия швей, работающих в ее мастерских, заводит идеальный порядок, достигает того, что заказы исполняются наилучшим образом и что клиентура мастерских растет. Удается даже, обманув бдительность властей, организовать бытовую коммуну для работниц и под видом вывески выставить социалистический лозунг на французском языке над магазином.
Относительно легко преодолевают «новые люди» и трагическую семейную коллизию, когда Вера Павловна и друг Лопухова – Кирсанов после длительной внутренней борьбы вынуждены признать, что полюбили друг друга. Не видя разумных оснований в сохранении брака без любви, герой романа Лопухов симулирует самоубийство и, явившись из-за границы под другим именем, женится. Вера Павловна тоже вступает в брак, поверив в его самоубийство, затем семьи Бьюмонта (Лопухова) и Кирсанова (второго мужа Веры Павловны) встречаются и сохраняют близкие дружеские отношения. Фоном этих приключений служит участие героев в революционном движении, в кружках по изучению социалистических теорий, в пропаганде
среди рабочих на фабриках. На протяжении романа писатель неоднократно давал понять, что точное и убедительное описание успехов деятельности его героев есть некоторая условность, что он сознательно опускает изображение многих препятствий. Писатель ставил себе целью передать свою глубокую веру в возможность и реальность переустройства общества, пробудить инициативу, энергию молодых демократов. Герои Чернышевского не только энергичны и деятельны, но одержимы «страстью к ассоциации». Они стремятся вовлечь в свои начинания по возможности больше сочувствующих их идеям и нуждающихся в их помощи людей. Иллюзия того, что кружок Лопу-хова (Бьюмонта) и Кирсанова реально существует где-то рядом с читателем-петербуржцем, создается при помощи ярких подробностей, как бы выхваченных из жизни. Упоминается, скажем, что знаменитый английский социалист Роберт Оуэн узнал о мастерских Веры Павловны через приятеля Лопухова, что Лопухову удалось получить фотографию этого «святого старика»; сам автор – Чернышевский изображается в общении с членами кружка, в частности с Рахметовым.
Пример героев, их образ жизни был «заразителен» и породил многочисленные подражания. Не только современники Чернышевского, но и последующие поколения молодежи испытали воздействие его романа. Это относится прежде всего к либеральной и революционно настроенной молодежи, которая считала эту книгу своеобразным «учебником жизни». Воздействие «Что делать?» на культуру и этические представления русского общества носило разнообразный и часто неожиданный характер. Например, в романе Ф. М. Достоевского «Идиот» генеральша Епанчина, у которой в доме нет даже сочинений Пушкина, читала «Что делать?» и пересказывает эпизод из романа, осуждая нравы, изображенные Чернышевским, а молодежь, посещающая ее дом, спорит с нею, защищая постановку женского вопроса в «Что делать?». Дочери генеральши Епанчиной – «лучшего общества барышни», – по ее собственному мнению, «нигилистки растут, да и только», из их библиотеки, очевидно, она и заимствовала «Что делать?», в их поведении, как ей кажется, проявляются «новые идеи», «проклятый женский вопрос». В драме Л. Н. Толстого «Живой труп» певица из цыганского хора Маша предлагает Федору Протасову, считающему свое положение безвыходным и пытающемуся покончить жизнь самоубийством, обойти закон и освободиться от брачных уз по примеру героя «Что делать?».
Многими читателями «Что делать?» был понят и усвоен не только опыт героев, описанный в романе, но и подтекст этих описаний, утверждавший революционную деятельность как высшую форму общественного служения.
Большое впечатление на читателей произвели поэтические эпизоды романа, которые автор обозначил как «сны Веры Павловны». Особенно оживленные споры вызвали содержащиеся в четвертом сне подробные описания жизни общества при социализме. Эти картины стали для многих читателей источником их представлений о светлом будущем человечества.
Какие фантастические произведения о будущем вам известны и как они соотносятся с утопией Чернышевского?
Совмещение предельной конкретности описаний с идеальными и символическими образами составляет своеобразие романа Чернышевского. Накладывание обобщенной, «символизированной» характеристики на индивидуальный характер персонажа – также органическая черта стиля романа. Чернышевский ставит перед собой задачу прежде всего создать «групповой портрет», образ определенной «породы людей» – «новых людей». И в Лопухове, Кирсанове, Вере Павловне, Рахметове он подчеркивает те черты, которые их объединяют. Развернув в главе «Замужество и вторая любовь» рассказ о семейном конфликте, автор и здесь подчеркивает не различия Лопухова и Кирсанова, а то, что делает их людьми одной «породы». Мотивировка «разочарования» Веры Павловны в Лопухове и любви ее к Кирсанову проста: характеры Веры и Кирсанова – непосредственные, открытые, эмоциональные – сходны, и Кирсанов оказывается ей более близок, чем Лопухов, любовь к которому была формой уважения, восхищения им и благодарности за помощь. Идейно, нравственно ни один из героев не» имеет преимуществ перед другим.
Типовая коллизия, считавшаяся в быту и в литературе испокон века неразрешимой, – любовный «треугольник» – в романе Чернышевского предстает как экспериментальная ситуация, демонстрирующая самобытность и созидательную силу этики молодых демократов. Ревность, себялюбие, стремление во что бы то ни стало «обладать» любимой как вещью с презрением изгнаны из их отношений. Каждый из них высшим правом человека и высшим благом в отношениях между людьми считает свободу, независимость личности.
Рахметов – персонаж, как бы «случайно» появляющийся в романе, играющий второстепенную роль в происшествиях, изображенных в нем, тем не менее стоит в центре повествования о «новых людях». Присущие им свойства находят в характере Рахметова особенно полное выражение. Он беспощадный аналитик, теоретик, революционер, отказавшийся от всех благ комфорта, от счастья личной жизни во имя служения делу преобразования мира; многие считают его «мрачным чудовищем», но, по существу, «это нежный и добрый человек».
Чернышевский окружает этого героя ореолом таинственности. Подробно говоря о его происхождении (в отличие от других героев романа, он происходит из старинного дворянского рода), образовании, оригинальном образе жизни, он дает понять, что Рахметов – деятель особенно крупного масштаба. «Таких людей, как Рахметов, мало», – утверждает писатель и называет своего героя «особенным человеком». Намекая, сколь широки размеры тщательно законспирированной деятельности Рахметова, Чернышевский косвенно утверждает значительность и силу самого революционного движения в России: «. дел у него (Рахметова) была бездна, и всё дела, не касавшиеся лично до него; личных дел у него не было, это все знали; но какие дела у него, этого кружок не знал».
«Странность» привычек Рахметова, всячески подчеркиваемая автором, как будто увиденная глазами «непосвященного», «постороннего» человека, должна была восприниматься «блюстителями порядка», цензорами всех мастей и «проницательными читателями» из реакционного лагеря как чудачество студента из богатой дворянской семьи. Представители же демократии – читатели-друзья, рано учившиеся «читать между строк», – увидели в Рахметове не только идеальный образ «нового человека», последовательно реализующего свои политические убеждения, но и образец самовоспитания, тренировки воли, подчинения личных интересов интересам дела, служению общему благу. Образ Рахметова оказал большое влияние на революционеров и радикалов нескольких поколений как в России, так и за ее пределами.
В романе «Что делать?» Чернышевский предлагал легкое решение тех общественных коллизий, которые особенно остро сказывались на судьбах молодых людей. Его роман давал упрощенные, но вдохновляющие советы, как преодолеть препятствия на пути к достойной и осмысленной жизни, как поверить в себя, найти высокую цель и обрести власть над обстоятельствами. Удачливость героев, картины их благополучия содержали элементы своего рода игры, близкой сердцу молодых людей, вчерашних подростков.
За таким изображением героев стояло представление о том, что народ, а в конечном счете – и все человечество, должен усвоить истины, открытые современной наукой, чтобы создать совершенное общество будущего. Усвоение этих истин совершится быстро и безболезненно, так как людям по их природе присущи здравый смысл, на котором зиждется научный метод, и склонность к коллективизму. Именно молодые люди, которые не испорчены приспособлением к современным условиям, способны проявить эти природные качества человека, внушал писатель.
Дух бодрости, веселости и оптимизма захватывал молодых читателей более, чем логика писателя. Но и его идеи соответствовали интересам юношества. Чернышевский защищал материальную и нравственную независимость молодежи от старшего поколения, выступал против вмешательства административных инстанций в семейные дела, требовал предоставления женщинам прав на образование, на организаторскую деятельность наравне с мужчинами, считал необходимым серьезное обучение рабочих, участие их в управлении производством.
Все эти права, которые отстаивал Чернышевский, постепенно вошли в быт, стали нормой жизни современного общества.
Но было в романе и преувеличенное представление о возможностях безболезненного благодетельного переустройства социальных устоев, утопическая вера в быстрое, легкое просвещение большинства народа под воздействием «новых людей». Упрощенными были и взгляды автора на природу человека, на соотношение разума и чувства, на роль страстей как импульсов поведения личности и, в конечном счете, само представление автора романа об идеальном обществе будущего.
Попытки внедрить в жизнь идеализированные «образцы» социалистического быта, нарисованные Чернышевским, еще при жизни современного автору поколения оказались неудачными, а в дальнейшем привели к тяжким социальным последствиям и выглядели мрачными пародиями на светлые стремления автора.
Являясь произведением своеобразного, оригинального стиля и жанра, «Что делать?» занимает особое место в русской реалистической литературе XIX века. Открытая публицистичность и экспериментальное, использование разнообразных средств «тайнописи», наличие символических эпизодов и аллегорических образов (в «Снах Веры Павловны»), многоплановость повествования, рассчитанная на неоднородность читательской аудитории, политическая тенденциозность автора, активность его теоретической мысли – все эти черты стиля дают основание говорить об уникальности романа в литературе эпохи.
Вместе с тем «Что делать?» – органическое порождение русской литературы, выражение ее общих тенденций. Гражданственный пафос, напряженность идейных и нравственных исканий, бесстрашное выражение убеждений, искренность в отстаивании своей позиции, стремление сочетать анализ реальных противоречий действительности с поисками в ней «идеальных начал», в частности желание найти и воплотить идеал человеческой личности и общественной жизни – эти особенности творческой индивидуальности писателя, отраженные в романе «Что делать?», в той или иной форме присущи всем выдающимся представителям русской литературной классики. Чернышевский внес в литературу русского реализма оптимистическую веру в близкое торжество социальной справедливости, порыв радостного служения идеалу, пример мужества и стойкого сопротивления насилию над разумом и творческим духом.
В тюрьме и на каторге Чернышевский задумал и частично осуществил сложный, разветвленный замысел системы романов. В эту систему должен был, вероятно, быть включен и роман «Что делать?». В Петропавловской крепости писались, но не были завершены романы «Алферьев» (1863) и «Повести в повести» (1863) – произведения, связанные между собой и чрезвычайно сложные по художественной структуре. Из произведений, созданных Чернышевским в Сибири, наиболее крупным является «Пролог» – политический роман, продолжавший автобиографический роман «Старина» (не сохранился). «Пролог» был частично издан в 1877 году в Лондоне при жизни писателя.
ЛИТЕРАТУРА
Чернышевский Н. Г. Что делать? Из рассказов о новых людях. Изд. подг. Т. И. Орнатская и С. А. Рейсер. – Л., 1975. (Серия «Литературные памятники».)
ВердеревскаяН. А. Роман Н. Г. Чернышевского «Что делать?». – М., 1982.
Д е м ч е н к о А. А. Н. Г. Чернышевский. Научная биография. Т. 1 – 4. – Саратов, 1978 – 1994.
Лебедев А. А. Герои Чернышевского. – М., 1962.
Наумова Н. Н. Роман Н. Г. Чернышевского «Что делать?» – Л., 1974.
П и н а е в М. Т. Н. Г. Чернышевский. Художественное творчество. – М., 1984.
П и н а е в М. Т. Комментарий к роману Н. Г. Чернышевского «Что делать?» – М., 1963.
П о к у с а е в Е. И. Н. Г. Чернышевский: Очерк жизни и творчества. – 5-е изд. – М., 1976.
РуденкоЮ. К. Роман Н. Г. Чернышевского «Что делать?». Эстетическое своеобразие и художественный метод. – Л., 1979.
Скафтымов А. П. Художественные произведения Чернышевского, написанные в Петропавловской крепости // Скафтымов А. П. Нравственные искания русских писателей. – М., 1972.
Тамарченко Г. Е. Чернышевский-романист. – Л., 1976.
Чернец Л. В. Экспериментальная поэтика Н. Г. Чернышевского // Чернец Л. В. Литературные жанры. Проблемы типологии и поэтики. – М., 1982.
Н.Г.Чернышевский: Эстетика. Литература. Критика: Сборник статей. – Л., 1979.
