Если бы меня попросили изобразить на рисунке всю прожитую мною жизнь, я нарисовала бы кучу надкусанных конфет без фантиков. Я искала ту, с моей любимой начинкой. Искала так, как делаю всё, за что ни возьмусь: быстро, жадно и бестолково. И вот, остановившись, я думаю: а существует ли та конфета, или я просто терпеть не могу сладкое?
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
Если бы я мог встретиться с Богом, я бы поблагодарил его за то, что он подарил мне такую маму.
Жизнь, как коробка шоколадных конфет, не знаешь с какой начинкой попадется.
Спрашивают меня, оптимист я или пессимист. Мой ответ: оптимисты и пессимисты умирают одинаково, а живут по-разному. И если я могу предложить людям, то я бы предложил жить, как оптимисты.
Когда я сказала ему, что не хочу его видеть, он взял и выключил свет. А ты бы просто обиделся и ушел, вот поэтому я с ним.
Кто бы ни встретился на вашем жизненном пути – поблагодарите его за участие в вашей судьбе. Было ли это эпизодом или на всю жизнь – ни один человек не приходит в жизнь другого случайно.
Я вот перебираю фотографии и думаю: как же хорошо, что есть воспоминания. Они, конечно, связаны с прошлым, на которое мы часто злимся. Но без него не было бы нас сегодняшних.
Все, кто имеет хоть малую долю ума, знают, что если бы я ударил свою жену я бы просто оторвал ей голову. Это все ложь. Я никогда и пальца не поднимал на нее.
Проснулась и думаю. «Господи, дай мне. » И остановилась. О чём просить Его. Семья у меня есть. Друзья есть. Я слышу и вижу. Я ем и пью. Меня любят и я люблю. А что мне надо. Вот что. «Боже, спасибо за всё»
Проснулась и думаю. «Господи, дай мне. » И остановилась. О чём просить Его. Семья у меня есть. Друзья есть. Я слышу и вижу. Я ем и пью. Меня любят и я люблю. А что мне надо. Вот что. «Боже, спасибо за всё»
Я никогда не отдам жизнь за свои убеждения, потому что я могу заблуждаться.
Если бы меня попросили изобразить на рисунке всю прожитую мною жизнь
Если бы меня попросили изобразить на рисунке всю прожитую мною жизнь, я нарисовал бы кучу надкусанных конфет без фантиков. Я искал ту, с моей любимой начинкой. Искал так, как делаю все, за что ни возьмусь: быстро, жадно и бестолково. И вот, остановившись, я думаю: а существует ли та конфета, или я просто терпеть не могу сладкое?
А. Ривелотэ
Убегай, если хочешь, чтобы тебя любили.
Монро
В человеке не должно быть дна.
Ты знакомишься с новым человеком и ныряешь в него.
Есть те, в которых глубоко, и ты купаешься в них, наслаждаешься новыми ощущениями, новыми знаниями, новым опытом. Но в самом себе ты знаешь, что однажды и у этого глубокого человека ты нащупаешь дно, и будет ли достаточно имеющейся глубины, чтобы остаться?
А есть мелкие люди, ты заходишь в них как будто в ручей и сразу чувствуешь дно.
Ты выходишь из них быстро, безболезненно, без эмоций и легко идешь дальше, будто их и не было никогда.
Глубокие люди запоминаются надолго.
С глубокими людьми есть смысл оставаться
в голове каша и не ясно что дальше,
вроде всё есть, но уже не так как раньше.
любовь – это купание, нужно либо нырять с головой, либо вообще не лезть в воду. если будешь слоняться вдоль берега по колено в воде, то тебя только обрызгает брызгами и ты будешь мёрзнуть и злиться.
Кто ничего не даёт, тот ничего не имеет.
Самое большое несчастье не в том, что тебя не любят,
а в том, что не любишь сам.
Альбер Камю
Ну что ты ломишься ногами в душу?
Пиная двери, ручку теребя!
Я говорила, только ты не слушал,
Что в душу двери открывают на себя.
Ты знаешь сам: от совершенства ты далёк.
Чего же от других ты ожидаешь?
Твое несовершенство прощено Другими.
Так почему же им ты не прощаешь?
Ты хочешь видеть идеальными других,
Но разве ты при этом идеален
От любви до безумия пара шагов.
Та же пара шагов от порока до власти.
Счастье-это когда понимают без слов.
Если этого нет-значит, это не счастье.
От любви до потери-минута в пути,
И минута в пути от разлуки до встречи.
счастье-это когда ты не можешь уйти.
Если можешь уйти-значит, хвастаться нечем.
От любви до безумия- сутки бежать,
Друг до друга бежать, распадаясь на части.
Счастье-это когда тебе нечем дышать.
Если это не так-значит, это не счастье
я уже поняла систему. каждый раз, когда ты летаешь от счастья, через пару моментов судьба хорошенечко долбанет тебя об землю, выбьет из тебя душу. чтоб высоко не улетал, херня счастливая.
Ненавижу людей, которые разрешают собой дышать.
А потом уходят, и ноги у них не дрожат.
Почему они могут, а я не могу разрушать?
Просто руку разжать и не переживать.
Ненавижу людей, которых хочется удержать.
Знаете, что пугает больше всего, кроме страха остаться одной? Провести всю жизнь не с тем человеком.
Я думаю, что лучше одиноким быть, чем жар души «кому-нибудь» дарить. Бесценный дар отдав кому попало. Родного встретив, не сумеешь полюбить.
Омар Хайям
я промолчу — не услышишь, не вспомнишь
вот и сбылась полуправда-пророчество
и этим вечером снова втроем:
я, тишина, и моё одиночество..
Мужчины любят то, чем не могут обладать. Каждый раз, когда кто-то говорит, что вскроет ради меня вены,
мне хочется рассмеяться. Потому что всякой женщине нравится быть любимой.
Monica Bellucci
«- Боль, которую ты чувствуешь сегодня, превратится в силу, которую ты почувствуешь завтра».
Книга: «От грехов до истины». © Stella Amilb.
Не удерживай то, что уходит, и не отталкивай то, что приходит. И тогда счастье само найдет тебя.
Омар Хайям
Обиды записывайте на песке, благодеяния высекайте на мраморе.
А время бежит с бешеной скоростью, а мы все откладываем на завтра, даже не зная наступит ли оно.
Не понимаю, откуда у тебя такая власть над моим несуществующим сердцем?
Колин Маккалоу.
— Мне показалось, что я нахожусь в другом месте. Вроде все так же, но все изменилось
— Это синдром «Летнего лагеря»
— Очередная твоя теория?
— Ты едешь в лагерь и отрываешься там по полной. Это лучшее лето в твоей жизни. Ты уезжаешь домой и целый год ждешь следующего лето, чтобы все повторилось. И вот, ты приезжаешь. А все изменилось. И вожатые, и дети, и друзья не такие… Какие-то странные…
— И?
— И все. Прошли лучшие годы… Лучшие… И их не вернуть…
© Три метра над уровнем неба. Я тебя хочу
моя гордость иногда меня подводит, но чаще всего
она помогает мне. помогает понять что мое, а что нет
помогает вести себя по-мужски, как надо. даже если я очень
хочу, я не позвоню, если так надо. нельзя прощать подлость
и предательство, нельзя. моя гордыня так же не любит лицемерие
и людей, которые ставят себя выше. жизнь показывает,
что сильные мужчины, как и лучшие из женщин,
чаще всего земные. они могут поддержать диалог и помочь
в сложной ситуации. а люди без содержания ставят себя так высоко,
что если упадут- не соскребешь. нельзя быть самовлюбленным человеком, нужно просто любить себя, своих близких и трезво
оценивать ситуацию. гордость- это то, из-за чего многие пройдут мимо нас, другие подумают что мы слишком увлечены собой,
но если она в рамках- то мы обойдем стороной не наших людей.
очень приятный грех- гордыня
Глаза слепы. Искать надо сердцем.
Я никогда не говорю о людях плохо, просто перестаю говорить о них хорошо.
бывают такие люди, с которыми не так как с остальными. им уступаешь отдельное место в душе, прощаешь и доверяешь абсолютно все
Дорогая, мы расстались с тобой уже, кажется 500 лет назад, но я до сих пор по тебе скучаю.
Я давно собирался написать тебе это письмо, но то предрассудки, то обстоятельства и прочие бытовые мелочи отвлекали меня, мешали. И вот я решился. Как сказал Фредерик Бегбедер : «Наше самое прекрасное доказательство любви – вечная разлука.» Я с ним полностью согласен. Я люблю тебя уже целую вечность в разлуке и буду любить дальше. Я знаю, что у тебя всё отлично. Господи! От правды никуда не денешься, не убежишь. Я следил за тобой. Ездил, ходил, фотографировал. Мне хотелось видеть тебя. Я скучал по твоим глазам, смеху и улыбке.
Мы расстались, как это обычно и делают влюблённые из-за глупости, ревности. Чёрт, как же я жалею. Надо было остановить тебя, закрыть дверь и съесть ключ, но я не догадался, не смог. Тогда я ещё так сильно тебя не ценил, как ценю сейчас.
Так вот самое главное, я схожу с ума. Ты моё наваждение. Я даже ходил в психдиспанцер, просил дать мне таблетки от тебя, от любви. Но мне указали на дверь и сказали, что если еще раз приду с подобной просьбой, то упекут, как душевнобольного. А я не удивился. Я же в правду душевнобольной. Моя душа болеет без тебя.
Я не звонил тебе и никогда не позвоню. Я знаю, ты будешь мне не рада. Я не приду в гости, не назначу встречу. Не хочу, чтобы у тебя было ко мне deja vu. Мы больше не сможем быть вместе. Я до того тебя люблю и скучаю, что просто убью, задавлю, задушу, заглушу тебя своими чувствами. Я просто хочу, чтобы ты всё это знала, может быть иногда меня вспоминала.
Я уезжаю в другую страну навсегда.Испания. помнишь ты о ней мечтала? Там Европа, прогресс, высокий уровень жизни. Знай, что если ты любишь меня, под старость лет приезжай в Барселону и каждый день приходи на центральную площадь. Я верю, если мы любим друг друга по-настоящему и взаимно, то эта любовь сведёт нас, Земля ведь круглая. А если нет, то мне будет очень больно и печально. Прощай, я ждал тебя вечность и подожду ещё.
«Чем упорней она сопротивляется, тем сильнее меня к ней влечет.” Пауло Коэльо
Мужчины, вы думаете женщины любят красавцев или героев. Нет, они любят тех, кто о них заботится
Ахматова
Другие статьи в литературном дневнике:
Портал Проза.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.
Ежедневная аудитория портала Проза.ру – порядка 100 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более полумиллиона страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.
© Все права принадлежат авторам, 2000-2021 Портал работает под эгидой Российского союза писателей 18+
Если бы меня попросили изобразить на рисунке всю прожитую мною жизнь
Отчего сегодня так странна музыка?
Отчего лишь черные клавиши помню?
Мой костюм романтика мне сегодня узок,
Воспоминанье осталось одно мне.
Показать полностью.
В моей копилке так много ласковых
Воспоминаний о домах и барышнях.
Я их опускал туда наскоро
И вот вечера мне стали страшны.
Писк мыши, как скрипка, и тени, как ведьмы,
Страшно в сумраке огромного зала!
Неужели меня с чьим-то наследием
Жизнь навсегда связала?
И только помню. И в душе размягченной
— Как асфальт под солнцем—следы узорные
Чьих-то укоров и любви утонченной!
— Перестаньте, клавиши черные!
Все туман. Бреду в тумане я
Скуки и непонимания.
И — с ученым или неучем —
Толковать мне, в общем, не о чем.
Показать полностью.
Я бы зажил, зажил заново
Не Георгием Ивановым,
А слегка очеловеченным,
Энергичным, щеткой вымытым,
Вовсе роком не отмеченным,
Первым встречным-поперечным —
Все равно какое имя там.
Точно из развратного дома вырвавшаяся служительница
Душа забегала по переулкам (без эпитета).
Ноги—как папиросы, ищущие пепельницу;
Ах, об этих признаниях другим не говорите.
Показать полностью.
Правда,часто глазам, покрасневшим от нечести,
Какие-то далекие селения бредятся,
И даже иногда плавающая в вечности,
Обстреливаемая поэтами Медведица.
Анна Ривелотэ. Река Найкеле
Если бы меня попросили изобразить на рисунке всю прожитую мною жизнь, я нарисовала бы кучу надкусанных конфет без фантиков. Я искала ту, с моей любимой начинкой. Искала так, как делаю всё, за что ни возьмусь: быстро, жадно и бестолково. И вот, остановившись, я думаю: а существует ли та конфета, или я просто терпеть не могу сладкое?…
Другие цитаты
Он же голубой, как майское небо.
Жизнь — это «Книга Блаженств» Одни читают ее глубоко и вдумчиво, другие быстро и жадно, третьи по диагонали, а кто-то вовсе грамоты не знает. Нам неведомо, кто ее пишет для нас, кто предназначает ее нам, безликим, спящим в коконе небытия, кто готовит нам волшебный, уму непостижимый дар.
Обладание невозможно никем и ничем. К чему бы ни стремился человек, что бы ни завоевывал, чего бы ни желал страстно, эта страсть всегда одна и та же. Владеть. Мы хотим обладать знаниями, силой, властью, талантом, деньгами, друг другом, хотим иметь семью, любовь, дружескую поддержку. Все равно, получим ли мы желаемое от рождения, заработаем тяжким трудом, дождемся, выклянчим, дотянемся и схватим, догоним и отберем, — мы не сможем владеть этим долго. Жизнь будет вести нас от потери к потере, тыча в каждую носом: обладание невозможно. Здесь, в этом мире, ничто не может быть нашим, кроме нас самих. Наши дети вырастут и покинут нас, наши подвиги забудутся, наши любовные истории закончатся. Есть только один способ мириться с таким положением вещей: раз и навсегда приучить себя к мысли, что все данное нам — в нашем временном пользовании, и радоваться этому надо сегодня.
Я влюблена в двадцатый век. Я буду жить жизнью консервированной говядины на забытом стратегическом складе. Я не испорчусь — в совке консервы делали на совесть, — но уже никому не пригожусь. Для таких, как я, изобрели целые радиостанции. Там днем и ночью играют песни, которые кажутся мне офигенно модными. Просто невероятно, как быстро заканчиваются те самые десять лет, за которые нужно успеть всё. Но это так, порция ежедневного нытья.
Наше солнце так быстро прошло зенит, словно любовь — бабочка-поденка, проживающая жизнь за световой день.
Дорогой, любить тебя — это все равно, что отапливать тундру полярной ночью в расчете на урожай. Сколько бы ни сжег — результат нулевой. Ты как абсолютно черное тело, поглощающее все лучи, ни единого не отражая и не преломляя. Гигантская пиявка, которая всасывает мою любовь, пока не разбухнет и не отвалится, чтобы переварить ее и превратить в дерьмо. Знаешь, я смотрю на людей и вижу, если они хотят быть счастливыми, они не стесняются бросать таких, как ты, в самом грустном, постыдном и поучительном одиночестве и отправляются искать свое счастье. Они верят, что, пока живы, у них всегда остается еще одна попытка. И только уроды вроде меня всю жизнь мучаются какой-то призрачной надеждой, хотя каждый последующий день очевидно хуже предыдущего.
Послушай: шаги мои странно и гулко и остро звучат в глубине переулка, от стен отражаясь болезненным эхом, серебряным смехом. качаясь на пьяных своих каблучках, куда я такая? — не знаю, не знаю, мой голод, мой страх. как ангел барочный, наивной любовью моей позолочен, убийственный мой. однажды тебе станет жаль этой ночи, всех этих ночей не со мной. послушай: шаги мои дальше и тише и глуше, сырой акварелью, размытою тушью становится мой силуэт. я таю, и воздух меня растворяет, и вот меня нет. есть город, деревья, дома и витрины, и странные надписи на осетрином, фигурная скобка моста. и до отупенья, кругами, часами, вот женщина с темными волосами, догнал, обернулась, простите. не та. не знаешь, теряешь, по капле теряешь, по капле, как кровь. не чувствуешь, я из тебя вытекаю, не видишь, не спросишь, куда я такая, и сколько шагов моих гулких и острых до точки, где мир превращается в остров, не обитаемый мной — огромный, прекрасный, волшебный, холодный, ненужный, пустой.
Мне кажется, когда марсиане наконец-то перестанут за мной следить и заберут на межпланетном корабле в свою марсианскую лабораторию для опытов, они найдут в моей крови антитела к счастью.
Жаль всех непостижимо добрых людей, наносящих друг другу смертельные раны, страшные, сабельные, незаживающие, просто потому, что они люди.
