Фильм «Гемини»: актеры и роли
Осень 2019 года порадовала любителей фантастических боевиков выходом новой кинокартины «Гемини». Актеры и их роли в фильме, а также история создания и интересные факты – в материале редакции 24СМИ.
Создание
Новаторский фильм «Гемини» Энга Ли снят в формате 120 кадров в секунду. Сюжет фантастического боевика повествует о жизни киллера Генри Брогана, который столкнулся с преследователем. Этот опасный человек – сам Генри, только на 30 лет моложе.
Чтобы создать цифровую модель настоящего Уилла Смита, разработчикам потребовался год. Основная идея фильма в том, что придет время, когда человек обернется назад и смирится с прошлым.
Часть съемок прошла в Будапеште. Этот город выбрал режиссер Энг Ли. Акцент сделан на удивительных видах: мосты, театральные здания, дворцы, природа. Дата выхода фантастической кинокартины – 10 октября 2019 года.
Актеры и роли
Создателя гемини сыграл Клайв Оуэн. Он помогал Младшему восстанавливаться после очередной схватки с Генри, был для него отцом. На протяжении фильма его герой держит зрителя в напряжении, ведь неизвестно, что он замышляет. Его решения столкнули в жестокой битве одинаковых людей, знающих друг о друге все. В 2019 году с участием Оуэна вышла кинокартина «Три секунды».
Также в киноленте снялись Линда Эмонд, Дуглас Ходж, Тим Конноли, Бьорн Фрайберг и другие.
Интересные факты
Сценарий к фильму «Гемини» был написан еще в 1997 году. На роль главных персонажей взяли Харрисона Форда, Мела Гибсона, Николаса Кейджа, Клинта Иствуда. Но необходимых технологий для воссоздания цифровой модели в конце 90-х не было, поэтому съемки прекратили. За 22 года сценарий переделали, но главную задумку не тронули. Только к 2019 стало возможным воплотить ее в жизнь.
Главные актеры в фильме гемини
Разбираемся как VFX-мастерам студии Weta Digital удалось создать полностью цифрового 23-летнего Уилла Смита, которого нельзя отличить от настоящего актера даже при съемке в 4К на скорости 120 fps.
Над картиной «Гемини» Энга Ли работала мощная команда из четырех VFX-супервайзеров: Гай Уильямс (Weta Digital), Билл Вестенхофер, Шелдон Стосак и Пол Стори (анимация).
Среди десяти инноваций, сделанных для фильма, — новая методология съемки, включающая «грязный» бой, использование глубоких форм и создание процедурных пор для цифровой кожи.
Методология съемки
Для сцен, в которых два Уилла Смита должны быть в кадре вместе, сначала снимали Генри — Уилла Смита в костюме главного персонажа. Помогал ему дублер молодой версии. Потом команда снимала чистый фон, чтобы убрать дублера из кадра.
Затем вся команда перемещалась в павильон, где отсматривала результат съемок и на его основе создавала сцену для молодого Уилла Смита, которого играл все тот же актер, но с маркерами на лице и нашлемными камерами, захватывающими его мимику. А дублер в этот раз отыгрывал Генри.
После чего синхронизировали звук и снова записывали его с Уиллом Смитом в первой роли. Новым пунктом здесь были дополнительные камеры — RED RAVEN, чтобы обеспечить запись со скоростью 120 кадров в секунду. Кстати, для киносъемки с такой скоростью требуется невероятное количество света, ведь выдержка одного кадра очень мала.
«Мы сообразили, что когда Уилл Смит в кадре один, мы могли просто снять его действия, надев ему на голову мокап-шлем, — говорит Гай Уильямс. — Потом мы просто затирали голову и заменяли ее головой молодого Уилла».
«Пепси-челлендж»
Частью процесса верификации цифровой версии Уилла Смита было сравнение рендера с кадрами из тех фильмов, в которых он снимался, будучи примерно в возрасте Младшего. VFX-художники брали кадр из фильма, рендерили такой же свет на своей CG-копии, и смотрели отличается он или нет.
«В итоге мы добились того, что отличить их было очень сложно, — продолжает Уильямс. — это был наш Уилл Смит 1.0. Тот, что в фильме, был примерно версией 35.0».
И вот потом был сделан «пепси-челлендж», который заключался в том, что цифрового Смита поместили в диалоговые кадры фильма «Плохие парни», где они с Мартином Лоуренсом сидят в машине и разговаривают. Там примерно 30 шотов. Цифровая голова повторяла движения, звук тоже совпадал. Задачей этого упражнения было показать две версии сторонним зрителям и попросить их выбрать, какая из версий оригинал.
Процедурная система пор
Обычно для получения текстуры кожи актера с него снимают слепок, потом получают копию его лица и наносят тонкий слой латекса маленькими частями. Таким образом получают текстуру кожи. Дальше эти кусочки кладут в плоский сканер и сканируют. Получается очень точная текстура, но поскольку она плоская, то какая-то часть данных теряется.
«Мы создали систему „выращивания“ пор на лице, — делится Уильямс. — Для этого применили карту пор, потому что у них есть структура и определенное разнообразие форм. И дальше уже управляли шириной, глубиной и высотой и анизотропией. Мы работали над отдельными областями до тех пор, пока не добивались абсолютного сходства с кожей актера. Главный плюс такой системы — поры получаются правильной формы. Да, они не абсолютно такие же, но они нужного размера и расположены на нужном расстоянии друг от друга в зависимости от области лица».
Меланин
Цвет кожи определяется эумеланином и феомеланином — двумя подтипами меланина. «Важно, что вместо простого раскрашивания разных зон лица с помощью цветовой карты, мы получили нечто, что выглядит правильно, в зависимости от ракурса, с которого ты смотришь. Свет проникает в кожу и взаимодействует с правильным меланином, что дает спектральную реакцию и соответствующий визуальный результат — вместо простой карты цветов для отражения.
Вид кожи в принципе зависит от внешних факторов. У одной и той же кожи можно увидеть разные оттенки в зависимости от того, с какой стороны и под каким углом смотреть. А еще есть кровь и ее поток, и когда дотрагиваешься до лица (например, при ударе), то „выдавливаешь“ кровь из разных областей. Это мы реализовывали в нашем рендере Manuka».
Глубокие формы
Один из аниматоров студии придумал новую систему, названную системой глубоких форм, ее использовали еще на фильме «Мстители: Финал». С ее помощью компьютер считает бленд-шейпы лица слоями разной глубины. Так сначала двигаются мускулы, а уже потом — кожа, что лежит на них. Именно эффект задержки создает реалистичность движения. Например, когда глаз моргает, веко не просто идет вниз и вверх. Когда веко начинает подниматься, глазной мешок все еще двигается вниз — это дает натурализм живой кожи.
Моделлинг зубов и глаз
В этот раз зубы смоделированы правильно: в двух частях. Дентин и эмаль создавали отдельно. Поэтому зубы имели правильные переходы от желтого к голубому.
Что касается глаз, то была создана слизистая оболочка, чтобы края глаз были желтоватые, как положено. И ее не просто «приклеили» к глазному яблоку: когда глаз смотрит вбок, радужка задерживается там на долю секунды дольше. Это придает движению реалистичность.
«Грязный» бой
4К, 120 fps, нативное стерео
Фильм снимали в 4К на скорости 120 fps в настоящем стерео. В итоге получили в 40 раз больше данных, чем обычно (в 5 раз больше кадров, в 4 раза больше пикселей на кадр для двух глаз). Так загрузка одного двухминутного клипа в систему занимала до шести часов.
«У нас есть кластер от Penguin Computing, работающий на BeeGFS для хранилища данных, — рассказывает техник-супервайзер Бен Жервэс. — Это жесткие диски на 3 петабайта и 300 терабайт твердотельных накопителей, привязанные к 100-гигабитной сети. Весь материал, что прошел DI (финальный монтаж), занимал 360 терабайт, а архив фильма занимает 92 терабайта и представляет собой 1,8 миллиона кадров. Для сравнения, обычный фильм (2К, 24 fps, 2D) занимает 2,3 терабайта и содержит примерно 173 тысячи кадров».
Для фильма было проделано много ротоскопирования для удаления из кадра ненужных элементов и восстановления фона. И все работы удваивались автоматически — из-за стерео.
Заменять тело компьютерной графикой или нет?
Это был насущный вопрос. Если просто поставить цифровую голову на тело дублера, то будет видно, что она чужая. Ибо у каждого человека свой язык тела. Уилл Смит принимает одни решения по движениям, а дублер — другие. По идее, всегда нужно делать цифровое тело, анимированное с помощью мокап-данных. Ведь когда актер говорит, он производит какие-то, даже небольшие, движения. И даже когда не говорит, он все равно играет телом.
Цифровой двойник создавался практически во всех сценах, кроме двух случаев. В сценах, когда Уилл Смит не играет с самим собой — можно было одеть его под Младшего и тогда заменять только голову. И когда перед камерой каскадер — оставляли его тело, потому что Уилл Смит вряд ли отыграет этот экшн лучше.
Забавно, что в одной сцене каскадер для Младшего был сильно меньше ростом. Его заменили от пояса и выше. Если знать, в какой сцене и присмотреться, можно понять, что его ноги короче, чем должны быть. Однако, сделать это очень сложно, потому что ноги в тот момент согнуты при езде на мотоцикле.
Определение сходства
«Мы обнаружили, что добиться идеального сходства сложная задача, — говорит Уильямс. — Довольно легко было получить Улла Смита, который выглядел похоже. Но как только начиналась анимация и камера меняла ракурс, сразу выпирала какая-то деталь и сходство разрушалось. Так что нам постоянно приходилось следить за каждой мелочью».
Плюс во время анимации нужно было не забывать, что особенности персонажа должны проступать в любой сцене. И это в 10 раз сложнее. А еще нужно было следить, чтобы все формы, которые нужны для анимации, не изменяли внешности и не «убивали» сходство.
«Нам казалось, что если мы получим похожего персонажа в одном кадре, все остальные тоже заработают, — делится Уильямс. — А оказалось, что все совсем не так. Мы также не ожидали, что убедительность (в том, что это живой человек) и сходство будут настолько несвязанными друг с другом».
Зрители говорили: «Он выглядит как двоюродный брат Уилла, почти как Уилл, но как-то не совсем», — не связывая сходство с убедительностью.
«Представьте, что у вас система лица состоит из сотен форм, которые в свою очередь создают тысячи или даже десятки тысяч таких же и находятся в процессе постоянного изменения, — продолжает супервайзер. — И если хоть одна из них в процессе движения становится чуть-чуть неверна, вы больше не узнаете в этом лице Уилла Смита. Аниматоры назвали сходство лезвием ножа, по которому они все время двигались, пытаясь не упасть ни в одну сторону, ни в другую, и не потерять сходство».
Рубрики: Видео, Визуальные эффекты, Кино, Уроки | 
Комментариев нет »
Добавить комментарий Отменить ответ
Для отправки комментария вам необходимо авторизоваться.
«Гемини» Энга Ли: за и против фильма с двумя Уиллами Смитами
В новом фильме Энга Ли «Гемини» появляются сразу два Уилла Смита, на что мы отвечаем сдвоенной рецензией — с мнениями за и против.
Зельвенский — против
В-третьих, в 2019 году поразить зрителя, избалованного высокобюджетной фантастикой и компьютерными играми, подобным трюком очень сложно. Профессионалам это должно быть любопытно. Обычному человеку — в меру, мягко говоря. Ну нарисовали, похож, и что теперь. А в «Стражах Галактики» дерево с глазками. В драматургическом смысле это «Гемини» ничего не добавляет. Посмотреть на работу артиста и гримеров — скажем, на Тильду Суинтон в роли старичка — и сегодня куда увлекательнее. А драка двух Уиллов Смитов — подумаешь. В фильме «Двойной удар» два Ван Дамма дрались в 1991 году.
Виленкин — за
Сверхуспешный киллер Генри Броган (Уилл Смит) на очередном задании наблюдает за скоростным поездом. Его пуля должна поразить человеческую цель в составе, несущемся на огромной скорости. Кажется, что круче и опытнее Генри нет никого на всем земном шаре. Чуть позже Броган обнаруживает, что за ним ведется слежка, а его преследователь быстрее, маневреннее и, стыдно сказать, талантливее. Когда враг окажется на мушке, Генри помешкает с выстрелом, ведь он увидит самого себя — только, как в песне, вечно молодого.
За новаторским форматом и неоспоримыми достижениями по созданию настоящей цифровой копии Уилла Смита кроется метафорическая история серийного убийцы, который борется с несмываемым прошлым, материализованным в лице молодого двойника-преследователя. Вообще, «Гемини» — одна большая непрерывная погоня героя Смита за собственной идентичностью в хаотическом противостоянии реальности. Первоклассный экшен нивелирует некоторые простительные условности вроде того, что необходимые персонажи оказываются в нужном месте в нужный момент, но, увы, не всегда выручает сюжетную прямолинейность в духе брукхаймеровского «Ученика чародея». Клайв Оуэн, к сожалению, играет злодея злодеича с довольно туманными целями, а к техническим вопросам появления двойника действительно лучше не применять анализа серьезнее, чем к «Халку» того же Энга Ли. С другой стороны, сам Брукхаймер утверждает, что «Гемини» — семейный фантастический фильм, и в Голливуде едва ли найдется продюсер, который понимает в семейном кино больше.
Генри Броган — наёмный убийца. Один из тех прекраснодушных киллеров, что бывают лишь в кино: стреляет только в плохих парней, тридцать лет верно работает на правительство, а выйдя на пенсию, вдруг задумывается. Может, плохие парни на самом деле были хорошими и начальство устраняло их для собственной выгоды? И вот «прозревший» стрелок сам становится мишенью. По следу Брогана отправляется единственный агент, способный тягаться с ним в мастерстве, — его молодой клон…
Гости из прошлого
Какому герою боевиков не хочется сразиться с самим собой? До Уилла Смита в «Гемини» могли сыграть Том Круз, Брэд Питт и Харрисон Форд
Gemini Man
«Гемини» оставляет в замешательстве. По всем внешним признакам это типичный малобюджетный трэш-боевик, которому стоило бы выйти сразу на DVD. Однако на главной роли здесь не какой-нибудь заштатный рестлер, а сам Уилл Смит, одна из главных звёзд поколения. Члены творческой группы — все сплошь оскаровские лауреаты и номинанты во главе с Энгом Ли. К тому же фильм бравирует передовыми эффектами от студии Weta и новаторской техникой съёмки, разработанной великим Дугласом Трамбаллом («Космическая одиссея», «Бегущий по лезвию»).
Поневоле задумываешься. Ну чем-то же проект «Гемини» привлек всех этих талантливых и явно неглупых людей? И почему тогда, несмотря на все старания, материал буквально разваливается у них в руках? Попробуем разобраться.
По завязке сюжета может показаться, будто сценарий был написан ещё в 1990-е. Что ж, вам не кажется: первый черновик «Гемини» начинающий драматург Даррен Лемке продал студии Disney как раз в 1997 году. На двойную роль киллера и его молодого клона тогда рассматривались самые популярные актёры Голливуда, от Шварценеггера и Сталлоне до Клинта Иствуда и даже Шона Коннери. Однако проект постоянно буксовал — по официальной версии, из-за несовершенства компьютерных эффектов, неспособных убедительно «омолодить» главного героя. Фильм постоянно переписывался и дополнялся, но так и не шёл в производство. Один за другим к «Гемини» подступались создатели «Армагеддона», «Гаттаки», «Козырных тузов», «Восьмой мили» и «Игры престолов».
«Гемини» безобразно растрачивает актёрский талант Мэри Элизабет Уинстед, звезды «Скотта Пилигрима» и «Кловерфилд, 10»
Наверное, не должно удивлять, что после двадцати лет мучений в руках столь разных авторов окончательный результат выглядит максимально обезличенно и картонно — сценарий словно написала голливудская нейросеть. Из всех форм взаимодействия персонажи предпочитают клише («Тебе стоит гордиться». — «А тебе стоит сдохнуть!») и мучительно долгую экспозицию. Остальное по ГОСТу: немного юмора, немного драмы, щепотка злых русских, лёгкий продакт-плейсмент «Кока-Колы», а в конце то ли сюжетная дыра, то ли заявка на сиквел. Почему? Потому что так принято.
Главный злодей в исполнении Клайва Оуэна — роль неблагодарная, но потенциально интересная
Единственная драматическая линия, разыгранная хоть сколько-нибудь интригующе, — отношения между молодым киллером-клоном и его «папой», злодейским военным чиновником в исполнении Клайва Оуэна. Антагонист, кажется, действительно заботится о своём подопечном: живёт с ним под одной крышей, штопает его боевые раны и утешает хлопьями с молоком. А юный убийца искренне, по-сыновьи любит приёмного отца, не замечая, как тот эксплуатирует его таланты. Но рано или поздно герою придётся сделать выбор между единственным близким человеком и собственным будущим. В буквальном смысле: по ту сторону прицела на него смотрит его собственное лицо, только на двадцать лет старше.
Вполне вероятно, что в одной из ранних версий сценария именно младший убийца был главным героем. А сам сюжет, таким образом, выглядел куда менее банально: история о взрослении, но разыгранная в жанре шпионского триллера. Такое выходит не каждый год! Увы, в окончательном варианте «Гемини» рассказывает не о муках переходного возраста, но о страхе старости. И, кажется, винить за это стоит главную звезду фильма.
Лекарство против морщин
Уилл Смит — актёр харизматичный и невероятно трудолюбивый, но последние лет десять его карьеру лихорадит. Попытки создать собственную франшизу («После нашей эры») пошли прахом, а фильмы, где он играл серьёзные драматические роли («Защитник», «Призрачная красота»), были разгромлены критиками и провалились в прокате. В поисках новой ниши Смит ушёл на Netflix, начал инвестировать в «экологическую воду», запоздало завёл аккаунты в твиттере и инстаграме. Этот год для него явно проходит под знаком ностальгии по 1990-м: ремейк «Аладдина», третьи «Плохие парни» и вот «Гемини». В последнем случае Смита буквально возвращают во времена его расцвета как суперзвезды, убедительно «омолодив» актёра на компьютере. Принц из Беверли-Хиллз снова на экранах!
Однако сюжет при этом откровенно подыгрывает «старому» герою. Уилл Смит образца 2019 года постоянно оказывается умнее, сильнее и попросту лучше своего цифрового клона. Мало того, что это во многом убивает саспенс в экшен-сценах, — меняется само прочтение истории. Соперники заведомо не равны: Броганы взаимодействуют не как две стороны одной личности, а скорее как отец и сын. Главный герой не столько сражается с собственным прошлым, сколько пытается подчинить себе будущее. Образумить свою молодую смену, вывести несмышленого юношу из-под влияния злых дядей из правительства.
«Омоложенный» Уилл Смит настолько похож на реального сына актёра, Джейдена, что возникает вопрос: а нужно ли было тратиться на компьютерные эффекты?
Тем ироничнее, что «родительская» динамика истории лишь подчеркивает возраст Смита. Хотя, казалось бы, немолодые герои боевиков сейчас в тренде. Вон, Том Круз по-прежнему неутомимо бегает, гоняет на вертолёте, прыгает с парашютом и попросту спасает мир. В 2022 году, когда выйдет восьмая «Миссия: Невыполнима», актёру уже исполнится 60. Но вопрос воспитания следующего поколения перед ним не стоит — он сам ещё не все трюки попробовал! Смит же старательно загоняет себя в роль отца-наставника и словно боится рисковать.
И правда, по сравнению с той же «Миссией» экшен в «Гемини» выглядит очень сдержанно и экономно, особенно в финале. Концовку будто переписали в последний момент, чтобы урезать бюджет, и вместо эпического столкновения в логове злодея фильм неожиданно завершается скромной перестрелкой в «предбаннике». Впрочем, боевые эпизоды хотя и не отличаются масштабом, но сделаны с выдумкой, не стесняются сложных длинных планов и необычных визуальных решений. Особенно впечатляет погоня в Колумбии, с её яркими цветами, отражениями и многоэтажностью: действие разворачивается одновременно на крышах и мостовых.
Многие моменты в боевых сценах сняты от первого лица, из-за чего фильм очень напоминает видеоигру
В этом безусловная заслуга Энга Ли — режиссёра-визионера, который за свою карьеру перепробовал все возможные жанры, от фрейдистского кинокомикса («Халк») и сентиментальной гей-драмы («Горбатая гора») до китайского исторического боевика о боевых искусствах («Крадущийся тигр, затаившийся дракон»). В последние годы он тоже задумался о будущем и увлёкся исследованием передовых кинотехнологий: компьютерные персонажи, цифровые камеры, 4K-разрешение и съёмка в режиме 120 кадров в секунду. В этом отношении Ли — такой же пионер-безумец, как Питер Джексон или Джеймс Кэмерон. Им мало просто рассказать интересную историю, они ищут новые формы и новый язык.
И правда, в хорошем HFR-зале «Гемини» смотрится совершенно не похоже на обычное кино. Картинка выглядит сверхчёткой, глубина пространства кажется бесконечной, а цифровое лицо «молодого» Уилла Смита поражает детализацией. Работает ли это на реализм? Сказать сложно. Скорее изображение напоминает VR-игру: поначалу зритель лишь сильнее подмечает бутафорию и условности, но постепенно мозг принимает новые правила. Судя по всему, Энг Ли намерен развивать эту технологию дальше, и кто знает, чем завершатся его эксперименты — провалом или прорывом?
Неоспоримо одно: даже самые перспективные технические новшества не будут работать на костях устаревшего сюжета. В этом смысле «Гемини» глубоко шизофреничен. Он застрял где-то между 1997-м и прекрасным высокотехнологичным будущим.
Подобно самому Уиллу Смиту, фильм вроде бы и хочет оставаться чем-то актуальным и востребованным, но по привычке продолжает цепляться за ностальгию и былую славу, лишь формально переписывая себя под модные веяния. А в итоге окончательно теряет собственное лицо. То ли кино, то ли цифровой клон.
По словам Энга Ли, он уже так долго работает с высокой частотой кадров, что «нормальное кино» кажется ему слишком медленным
