Горечь победы
Понятие это явно выбивается из привычного нам словосочетания «радость победы и горечь поражений» и явно тяготеет к парадоксальному ряду типа «горячий снег», «белая тьма», «холодный огонь». Тем не менее горечь победы существует, она знакома многим и, пожалуй, сильнее всего — гроссмейстеру Мигуэлю Найдорфу, пронесшему ее через всю свою долгую жизнь.
Горькая победа Мигуэля Найдорфа
После 80-летнего юбилея, отмеченного буквально всеми шахматистами мира, остроумного, доброжелательного, бесконечно влюбленного в шахматы «Дона Мигеля» везде встречали с неподдельным удовольствием. В одном из интервью НаЙдорфа спросили о наиболее памятных партиях, и он, отметив победы над Михаилом Ботвинником в первом крупном послевоенном турнире в Гронингене-1946 и над Робертом Фишером в Санта-Монике ровно через 20 лет, выделил еще один практически неизвестный поединок с неизвестным нынче шахматистом.
«Шахматное содержание его неинтересно, — сказал Найдорф, — помнится мне эта партия ее значением в человеческой судьбе. В начале 1939 года в Варшаве проходил турнир сильнейших польских шахматистов, который должен был определить состав национальной команды, отправляющейся на Всемирную Олимпиаду в Буэнос-Айрес. К последнему туру борьба велась за последнее вакантное место в команде. Оспаривали его Теодор Регедзинский, поляк по национальности, и мой близкий друг Исаак Аппель, талантливый мастер еврейского происхождения. Почему я упоминаю о национальностях шахматистов, станет ясным чуть позже. Итак, в последнем туре Аппелю предстояло играть со мной, только победа обеспечивала ему место в команде и поездку в Аргентину. Я уже выиграл турнир, оторвавшись от всех на два очка. Но играли мы честно и я, увы, победил. Говорю «увы» потому, что до сих пор горько жалею об этом выигрыше. В команду попал Регедзинский, Аппель остался дома. Во время Олимпиады, как известно, Гитлер напал на Польшу, началась Вторая мировая война и многие шахматисты — евреи в первую очередь — остались в Аргентине. Аппель же был загнан фашистами в гетто, где погиб. Если бы он играл в команде, а в Польше остался Регедзинский, у него, уверен, было бы гораздо больше шансов спастись».
Горечь победы сына над отцом
«Горький» день рождения Тиграна Петросяна
С этой темой соседствует рекордно горький день рождения: праздник, который в принципе радует каждого человека, особенно если это так называемая круглая дата. Но свое 40-летие Тигран Петросян встретил отнюдь не в приподнятом настроении: он должен был идти доигрывать — или даже сдавать сразу — отложенную 23-ю партию матча на первенство мира. И даже предложенная по телефону Борисом Спасским ничья его не утешила: в свой юбилейный день рождения Тигран Вартанович потерял титул шахматного короля.
Горечь победы
Скачать книгу в формате:
Аннотация
Наконец-то мы прибыли в Малакку. Напряжение перехода сразу спало и матросы загомонили, пытаясь правдами и неправдами выбраться на палубу посмотреть на незнакомый город-порт. Я привел себя в порядок и отправился в город на представление командующему объединенными силами адмиралу Макрейзеру.
Мне быстро подсказали куда проехать. Здание штаба ВМОС находилось на горе, откуда весь город был как на ладони.
Адмирал встретил тепло и непринужденно.
— Хотите что-нибудь горяченькое. У меня есть отличный кофе. Сам жарил, сам и варил.
— Спасибо, господин адмирал. Не надо. Уж больно очень жарко.
— Давно ждем вас, господин капитан третьего ранга. Уже подошли англичане и французы. На подходе американцы и австралийцы. Силы собираем внушительные.
— Господин адмирал, пока все по старому?
— Да, разбой идет по трем направлениям. Особенно в Целебском мореюжное направлени.
Отзывы
Популярные книги
Сидя в роскошном кресле в своей спальне, Атарашики отдыхала. Уже пара часов, как последний гост.
Без масок (Маски 10) Книга десятая
Автор бестселлера «Радикальное Прощение» предлагает нам новый инструмент, который поможет вам пр.
Техники Радикального Прощения: Радикальное Проявление
Чужая территория (Альфа-4)
Объятые Пламенем (ЛП)
Третья часть из цикла книг Ренсома Риггза, «Дом странных детей». Джейкоб, Эмма и пес Эддисон отправл.
Библиотека душ(ЛП)
Всемирно известный психолог Эрик Берн — создатель трансакционного анализа и основанной на нем знаме.
Люди, которые играют в игры
Новинки
Данфейт Белови долгие годы готовилась к поступлению в Академию Зрячих, чтобы пройти обучение и обрес.
Данфейт
Данфейт Белови долгие годы готовилась к поступлению в Академию Зрячих, чтобы пройти обучение и обрес.
В этот раз бездна посмотрит первой, и никто не скроется от её внимания. Реки крови обагрят алтари и.
Вкус победы
Все слышали про горечь поражений!
И многим довелось её отведать,
Но не возникнет, я надеюсь, возражений,
Хочу напомнить вам про горечь от победы.
Она приправлена солёными слезами,
Что ждали сей минуты все года.
Удобрена седыми волосами,
По тем, кто не вернётся никогда.
И мутной поволокой пред глазами,
Длинною в жизнь оставит грубый шрам
На памяти о тех, кто уж не с нами,
Кто о себе позволил помнить нам!
Вы слышали, про горесть поражений,
Но горше только горесть от победы.
Пройдя сквозь череду больших сражений,
Познали вкус победы наши деды!
Дубликаты не найдены
Сообщество поэтов
9.5K постов 3.6K подписчиков
Правила сообщества
Строгих правил нет. Просто старайтесь вести себя достойно. Нецензурная лексика в стихотворных произведениях не запрещена, но не должна становиться самоцелью.
Сообщество создается для представления собственных произведений, но не возбраняется выкладывать и стихи известных авторов.
Публикующие свои стихи авторы должны быть готовы ко всевозможной критике. В постах не допускаются ссылки на сторонние ресурсы.
Авторы, с тонкой душевной организацией, не желающие критики должны ставить #без критики. Критика в таких постах запрещена и будет караться баном.
Камнем в дурные головы.
К 9 МАЯ
Вспоминая забытых героев Великой Отечественной войны
На фотографии Николай Фёдорович Кузнецов (его качают на руках). Лётчик-ас после успешного выполнения очередного боевого задания на своём самолёте Р-40 «Киттихаук». За железную выдержку, мужество и воинскую доблесть, проявленные в боях с грозным врагом, удостоен звания Героя Советского Союза.
Всё в этой жизни тленно,
Всё проходяще в ней,
Одно лишь здесь бесценно –
Она у нас с рожденья
Дедовы медали
Люблю этот стих. Жалко, что нет в школьной программе. Для любителей «можем повторить»
Д Е Д О В Ы М Е Д А Л И
Мне однажды наподдали —
И всерьёз, а не слегка, —
Что я дедовы медали
Утащил из сундука.
«Ты попробуй, постарайся —
На войне их заслужи,
А уж после — хошь, играйся,
Хошь, в сундук их положи…»
Ждали деда.
Дед награды
Взял — и, вспомнив про бои,
Молвил: «Пробовать не надо —
Лучше носит пусть мои…»
Я помню обоих дедов, оба воевали. И оба говорили, что главное, чтобы не было войны.
Пономарев Андрей Михайлович 1903-1942. Вечная память
Отец сидел на стуле и все подходили к нему и целовались. Он держал между коленями сестренку Алю (она была самая маленькая, около 4 лет), целовал ее, а она ничего не понимая, сердилась и била отца по щекам.
Только в период прощания с отцом я понял что к чему, и у меня защемило сердце. Затем отец пошел с вещами на сборный пункт около военкомата. Мы с Колей тоже пришли туда. Запомнился момент, когда я сидел у забора с понуренным лицом и отец, проходя мимо, потрепал меня по голове. Это было последнее прикосновение отца ко мне. Больше он не подходил и даже не смотрел, хотя мы вращались здесь же, а потом провожали мобилизованных далеко в степь, затем потихонечку отстали, остановились и долго смотрели, как они удаляются вместе с повозками.
Отец по видимому был за старшего, ходил туда-сюда и размахивал рукой, что то говоря. Он был в черном бархатном костюме, брюки галифе, рубашка навыпуск подпоясанная толстым шнуром с кисточками на концах, обут в сапоги. Таким, я и запомнил его навсегда»
«Отец сразу попал в город Сталинград. Как явствует из его писем, размещались они на территории Тракторного завода и здесь, по видимому проходили военную подготовку.
В дальнейшем (по его письмам) он попал в 38-ю мотострелковую бригаду, в роту автоматчиков, которая входила в состав 62-й армии под командованием генерала В.И. Чуйкова. Эта армия обороняла Сталинград и вся тяжесть защиты города в основном, лежала на ней. «
«По моим соображениям он погиб где то в конце октября 1942 года, в самый напряженный период обороны Сталинграда. В те дни и часы В.И. Чуйков бросил в бой весь наличный состав, и даже солдат, находившихся на хозяйственной работе, в охране командного пункта и штаба армии. В этот же период прекратились письма от отца»
