Материнское воскресенье
Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли
Эта и ещё 2 книги за 299 ₽
Жизнь соткана из мгновений, впечатлений, ассоциаций. Мало кто их запоминает во всех подробностях. Но Джейн Фэйрчайлд всегда обращала внимание на детали. И Материнское воскресенье 1924 года, день, когда разбился в автокатастрофе Пол Шерингем – ее любовник – она запомнила во всех подробностях, вплоть до звуков и игры теней, запахов и ощущений. И именно в этот день перестала существовать сирота-служанка Джейн и появилась известная писательница, которой предстоит долгая, очень долгая жизнь, в которую уместится правление нескольких королей, две мировые войны и много что еще. И всю жизнь она будет разгадывать эту тайну – почему реальность отражается в нашем сознании так или иначе? И как найти нужные слова, чтобы воспроизвести цепь мгновений?
Нужно просто всегда быть уверенным в себе. Но тогда тебя, конечно же, захлестнет мучительное ощущение зыбкости всего окружающего мира.
Нужно просто всегда быть уверенным в себе. Но тогда тебя, конечно же, захлестнет мучительное ощущение зыбкости всего окружающего мира.
И на что он потратит остаток этого дня? Одну его часть он уже отдал ей, но это крошечная порция не может длиться вечно. Или всё-таки может? Нет, один крошечный эпизод никак нельзя растянуть на целую жизнь.
И на что он потратит остаток этого дня? Одну его часть он уже отдал ей, но это крошечная порция не может длиться вечно. Или всё-таки может? Нет, один крошечный эпизод никак нельзя растянуть на целую жизнь.
Умение говорить правду означает, что нужно быть правдивым не в мелочах, а в самой жизненной сути.
Умение говорить правду означает, что нужно быть правдивым не в мелочах, а в самой жизненной сути.
Ведь люди читают книги для того, чтобы спастись и от себя самих, и от тягот собственной жизни, не так ли?
Ведь люди читают книги для того, чтобы спастись и от себя самих, и от тягот собственной жизни, не так ли?
Все мы лишь топливо. Рождаемся и постепенно сгораем, причём одни гораздо быстрее других. Да и горим-то мы все по-разному. Но ничего не может быть печальнее, чем не гореть никогда, не быть способным хоть раз воспламениться.
Все мы лишь топливо. Рождаемся и постепенно сгораем, причём одни гораздо быстрее других. Да и горим-то мы все по-разному. Но ничего не может быть печальнее, чем не гореть никогда, не быть способным хоть раз воспламениться.
