Картинки стена и форда
Перфекционизм не доводит до добра? Внешний вид, личная жизнь и блестящая карьера дизайнера и кинорежиссера Тома Форда говорят об обратном: сделать ставку на безупречность и сорвать джекпот возможно. Любой успех, однако, имеет свою цену. Сам Форд признается, что, «может быть, действительно склонен к навязчивым состояниям». Но потом добавляет: «Стремление к совершенству сослужило мне хорошую службу». И действительно: по всем внешним признакам перфекционизм Тома Форда никак не намекает на болезненность. Мы видим идеальный образ, а процесс достижения идеала остается за кадром.
Как воспринимать аромат через музыку и картинку?
Детство и поиски себя
Родившийся в 1961 году в техасском Остине Томас Карлайл Форд на первый взгляд не имел никаких предпосылок к тому, чтобы стать дизайнером одежды. Оба его родителя — Том Форд-старший и Ширли Бантон — работали агентами по недвижимости, а сам Форд был регулярным гостем на ранчо дедушки и бабушки. Несмотря на все это Форд, по собственному признанию в интервью People, «родился в блейзере и лоферах»: «Когда я был во втором классе, я отказывался ходить в школу с портфелем. Вместо него я носил дипломат». Подобные стилевые предпочтения не могли не повлиять на отношения с техасскими одноклассниками: Форда дразнили. Вопреки этому сам он описывает свое детство как счастливое благодаря любящим родителям и благожелательной атмосфере в семье. «Они верили в меня и помогали мне стать тем, кем я хотел».
Поиски своего предназначения в юношестве, однако, не были простыми: в 18 лет Форд переехал в Нью-Йорк, чтобы учиться в New York University, однако спустя год (проведенный большей частью в стенах клуба Studio 54) он бросил учебу ради актерской карьеры в Калифорнии. Накопив денег, работая актером, Форд поступил в школу дизайна Parsons, чтобы стать архитектором. Однако поездка в Ленинград с другими студентами заставила его передумать, и Форд переключился на моду. После окончания университета в 1985 году он устроился ассистентом к дизайнеру Кэти Хардвик, спустя два года сменив место работы на Perry Ellis.
Том Форд переехал в Милан и начал работать в Gucci в 1990 году. В то время бренд был на грани банкротства: компания несла убытки, кредиторы и сотрудники требовали платежи. К тому же внук основателя Маурицио Гуччи активно продавал лицензии, в результате чего логотип Gucci стоял на всем: от пепельниц до кофейных кружек. Креативным директором марки тогда был Доун Мелло, который и разглядел в юном Форде потенциал. Так молодой дизайнер стал сначала отвечать за выпуск женских, а потом и мужских коллекций. В 1994 году Форд занял кресло Мелло: на эту должность его назначил новый исполнительный директор Доменико де Соле, который пользовался поддержкой нового мажоритарного владельца бренда — инвестиционной группы из Бахрейна Investcorp. Получив после назначения больше свободы, Форд довольно быстро добился успеха: его вторая коллекция (осень–зима 1995/1996) по-новому представила бренд, сделала его гламурнее и сексуальнее. Дела Gucci быстро пошли в гору: «Был период, когда казалось, что все, чего я касаюсь, превращается в золото, — вспоминает Форд в интервью Business of Fashion. — С того момента, как я начал в Gucci, наши цифры удвоились, затем удвоились, а потом снова удвоились». Такой рост стал возможным отчасти и благодаря добавлению новых категорий: именно при Форде Gucci начал выпускать мужскую и женскую спортивную одежду, вечерние наряды и мебель.
Летом 1999 года Gucci стал камнем преткновения интересов двух групп: LVMH Бернара Арно и PPR Франсуа Пино. Первая приняла попытку поглощения, вторая смогла предотвратить ее, отдав при этом де Соле и Форду опционы на покупку 1 млн и 4 млн акций соответственно.
Yves Saint Laurent
Рост прибыли Gucci подтолкнул де Соле и Форда ступить на путь покупок и поглощений: так начало строиться то, что впоследствии станет Gucci Group. Первым приобретением стал дом Yves Saint Laurent, где Форд стал креативным директором линий прет-а-порте. Над кутюрными коллекциями в те годы работал сам Сен-Лоран, который любил критиковать Форда, называя его «хорошим маркетологом» и «беднягой, который работает в меру своих способностей». Несмотря на низкие оценки мэтра, доходы дома росли, а коллекции Форда получали в основном положительные отзывы критиков. В полномочия Форда входила также и возможность влиять на стратегические решения группы: к примеру, он отстаивал необходимость инвестиций в молодых дизайнеров — в Александра Маккуина, чей бренд был приобретен в 2000 году, и в Стеллу Маккартни (в 2001-м).
Однако в 2004 году положение дел резко изменила борьба за власть в Gucci Group: как объяснял позднее Форд, акционеры хотели получить больше контроля над работой брендов. Такое объяснение не противоречит и официальной версии, согласно которой степень самостоятельности тандема Форда и де Соле «в принятии коммерческих, кадровых и творческих решений» не устроила наблюдательный совет PPR. Долгие переговоры между ними и первыми лицами Gucci и Yves Saint Laurent завершились увольнением последних: на пресс-конференции и де Соле, и Форд признавались, что им «жаль покидать компанию».
2004 — настоящее время
«Я с самого начала осознавал, что мне нужно продвигать свое имя. После ухода из Gucci я подумал: „Я очень горжусь тем, что сделал. Хочу заявить об этом миру, собрать все мои достижения в большую толстую книгу и назвать ее Tom Ford“», — вспоминал Том Форд в интервью The Business of Fashion. Книга появилась на прилавках в 2004 году, а в 2005-м Том Форд заключил две крупные сделки — с производителем очков Marcolin и бьюти-гигантом Estée Lauder. Как позднее отмечал дизайнер, это было необходимо для развития личного бренда: «Я понял, что такие лицензионные соглашения прославят мое имя. Если я решу вернуться в моду, это будет очень кстати». Это был продуманный шаг и с точки зрения бизнес-стратегии: Том Форд решил выпускать продукцию по более доступным ценам под крылом надежных партнеров. От него самого никаких крупных вложений не требовалось.
Когда Том Форд решил выпускать собственную одежду, он обратился к Ermenegildo Zegna. В 2006 году в сотрудничестве с итальянским брендом дизайнер запустил линейку люксовой мужской одежды, которая включала в себя костюмы, аксессуары и обувь. Почему именно Zegna? «Zegna построили целый бизнес только на мужской одежде. Я мог бы начать со своего собственного офиса. Я мог бы обратиться к одной фабрике за куртками, к другой — за рубашками, но мне нужно было действовать быстро. Zegna — единственный партнер, у которого была возможность делать все сразу: костюмы, рубашки, галстуки, спортивную одежду», — рассказывал Том Форд. Дизайнер продолжал контролировать процесс и, в частности, следил за производством тканей и дистрибуцией.
К созданию женской одежды, которую Том Форд не раз называл «самым тяжелым и жестким бизнесом в мире», дизайнер триумфально вернулся в сентябре 2010 года. На свое секретное шоу Форд пригласил всего 100 человек — самых влиятельных представителей модной тусовки. Никаких публикаций в твиттере и собственных фотографий — снимать образы разрешили только Терри Ричардсону (которому, в свою очередь, запретили где-либо публиковать кадры до того, как коллекцию привезут в бутики). Вещи демонстрировали не только супермодели, но и звездные друзья Тома Форда — Бейонсе, Джулианна Мур, Лорен Хаттон. Этой же стратегии Форд придерживается до сих пор. В грандиозных показах бренда, которые глава Совета модных дизайнеров Америки уже несколько раз переносил в Лос-Анджелес, всегда участвуют самые знаменитые модели, а front row занимают главные голливудские (и не только) звезды.
