СПРАВКА: Обвал на Нью-Йоркской фондовой бирже (Черный четверг) – начало Великой депрессии
Указатель на Wall Street в Нью-Йорке
МОСКВА, 24 окт — ПРАЙМ. Девяносто лет назад на Нью-Йоркской фондовой бирже произошло резкое снижение акций, ознаменовавшее начало крупнейшего в истории мирового экономического кризиса — Великой депрессии.
Ниже приводится справочная информация.
Великая депрессия (Great Depression) – наиболее продолжительный экономический кризис в истории промышленно развитых стран, который продолжался с 1929 по 1939 год. Начался после обвала Нью-Йоркского фондового рынка в октябре 1929 года.
В 1920-х годах экономика США переживала бурный рост: реальный ВВП вырос с 688 миллиардов долларов в 1920 году до 977 миллиардов долларов в 1929 году, размер среднего дохода американцев вырос на 1500 долларов, а безработица составляла менее 4%. На долю США приходилась почти половина мирового производства.
С середины 1920-х годов фондовый рынок США был полностью во власти «быков» – трейдеров, играющих на повышение курсов акций. Если в 1923 году фондовый индекс Доу-Джонса находился на уровне 99, то в августе 1929 года он достиг 380 пунктов. При низком уровне процентных ставок банковские кредиты были доступны очень многим американцам, рассчитывавшим погасить их в будущем. Спекулянты брали банковские кредиты для вложения в акции. Промышленные компании рапортовали о прибылях и предпочитали инвестировать их в производство новых видов продукции, что побуждало биржевых игроков активно скупать их акции. Однако в 1929 года выяснилось, что акции не обеспечивают высокого уровня дивидендов, а прогнозы прибылей многих компаний-эмитентов оказались завышенными. Компании-эмитенты сталкивались с падением объемов продаж, в то время как курсы их акций росли. Все это создало благоприятные условия для манипулирования финансовым сектором и экономическим развитием страны.
3 сентября 1929 года фондовый индекс Доу-Джонса достиг своего пика 381,17 пунктов. В течение следующих нескольких недель цены на акции начали снижаться. К 23 октября 1929 года индекс Доу-Джонса упал почти на 20% от своего максимума, и в последний час торгов цены на акции резко упали. Рынок закрылся на фоне растерянности и беспокойства.
24 октября 1929 года (этот день вошел в историю как «черный четверг») на Нью-Йоркской фондовой бирже разразилась паника, приведшая к катастрофическому падению курса акций. Произошел невиданный за всю историю торгов их сброс. За день акций было продано 12 894 650 штук.
В середине дня в штаб-квартире J.P.Morgan собрались на экстренное совещание пятеро крупнейших американских финансистов, представлявших National City Bank, Chase National Bank, Guaranty Trust Company, Bankers Trust Company и J.P.Morgan. Проанализировав положение на бирже, банкиры пришли к выводу, что «многие котировки на бирже не отражают истинной ситуации» и причин для паники нет.
Инвестиционные компании и ведущие банкиры попытались стабилизировать рынок, скупив большие пакеты акций, что привело к умеренному ралли (росту) в пятницу.
Пять дней спустя 29 октября («черный вторник») котировки акций рухнули вновь.
За первые три минуты торгов на рынок были выброшены 650 тысяч акций U.S. Steel. За день до этого они котировались по 186 долларов за штуку. Через три минуты после начала торгов никто не хотел покупать их и по 179 долларов. Следом за U.S. Steel «посыпались» Westinghouse, General Motors, Paramount, Fox, Warner Bros и др. Попытки крупнейших банкиров остановить падение котировок ни к чему не привели. К концу дня на Нью-Йоркской фондовой бирже были проданы 16 410 030 акций.
После некоторой стабилизации обвалы продолжились в декабре 1929 года. В целом с естественными колебаниями падение продолжалось в течение многих месяцев, достигнув дна только в 1932 году на уровне 40 пунктов, что означало спад на 87% от высшего уровня в сентябре 1929 года. Это было самое глубокое падение биржевых индексов за всю историю бирж.
Потери 880 эмитентов, чьи акции котировались на Нью-Йоркской фондовой бирже, составили почти девять миллиардов долларов. Эта цифра в два раза превысила количество денег, находившихся в то время в обращении. В стране началась Великая депрессия. Совокупная стоимость акций, котировавшихся на Нью-Йоркской фондовой бирже 1 сентября 1929 года, равнялась почти 90 миллиардов долларов. К июлю 1932 года эта цифра составила примерно 16 миллиардов долларов. Держатели акций потеряли 74 миллиарда долларов. Последняя сумма в три раза превысила расходы страны на первую мировую войну. Национальный доход Америки с 87,8 миллиарда долларов в 1929 году снизился до 40,2 миллиарда долларов в 1933 году. Потерпели крах более 135 тысяч торговых, промышленных и финансовых компаний. Не было ни одного общественного института, который бы не пережил в годы депрессии коллапс.
К 1933 году почти половина американских банков обанкротилась. Многие банки, потеряв все инвестированные активы, должны были отвечать по долгам перед вкладчиками и держателями акций. Между тем охваченное паникой население изымало деньги из уцелевших банков. Количество денег в обращении выросло с 454 миллионов долларов в 1929 году до 5,7 миллиарда долларов в конце 1932 года.
Уже через несколько месяцев после коллапса рынка акций безработица стала принимать угрожающие масштабы. К марту 1930 года без работы остались более четырех миллионов человек. Через год эта цифра увеличилась вдвое. Весной 1932 года число безработных достигло отметки 12,5 миллиона человек (10% от всего населения). Пик пришелся на начало 1933 года, когда безработных в Америке было 16 миллионов человек. Примерно 17% трудоспособного населения США осталось без средств к существованию.
«Новый курс» президента Франклина Рузвельта, сущность которого заключалась в проведении государственно-монополистического регулирования экономики, позволил постепенно нормализовать положение в стране. Политика «Нового курса» включала в себя регулирование цен, инициирование объединения производителей в крупные предприятия, социальную программу – установление минимальной заработной платы, максимальной рабочей недели, введение пенсий работникам, достигшим 65 лет и др.
Лишь к 1940 году США вышли по основным экономическим показателям на уровень 1929 года, но даже в это время уровень безработицы составлял 14% (7,5 миллиона человек).
24 октября 1929 года на Нью-Йоркской бирже начался обвал акций
«В отличие от Европы Соединенные Штаты вышли из войны (Первой мировой. – «Газета.Ru») более сильными, чем были когда-либо раньше, — пишет в своей книге «Краткая экономическая история от палеолита до наших дней» известный американский экономический историк Рондо Камерон. — Если говорить о чисто экономической стороне вопроса, то США превратились из нетто-должника в нетто-кредитора, завоевали у европейских производителей новые рынки внутри страны и за рубежом, а также добились в высшей степени благоприятного торгового баланса. Америка, с ее емкими рынками, растущим населением и быстрым технологическим развитием нашла, казалось бы, ключи к непрерывному процветанию».
Особенно важный вклад в процветание 20-х внесло появление новых отраслей промышленности, прежде всего автомобилестроения. В 1920-х годах парк автомобилей в США вырос на 250%, достигнув к 1929-му уже 26 млн (при населении 120 млн человек). В автомобильной отрасли работал каждый 12-й рабочий Америки.
Стремительно растущая автопромышленность породила спрос на продукцию смежных отраслей – производство стали, резины, стекла, добыча и переработка нефти получили мощный стимул.
Огромную роль сыграло и широкое распространение электричества. Электрифицированные жилища американцев начали заполняться доселе невиданными приборами – холодильниками, радиоприемниками и т.п.
Для тех, кто не мог себе позволить купить все эти вещи сразу, широко практиковалась продажа в кредит. А чтобы убедить потребителей в необходимости приобрести все и сразу, появилась современная реклама.
Рост промышленного производства сопровождался ростом стоимости акций компаний, которые стали предметом вожделения миллионов быстро богатевших американцев «среднего класса». Ценные бумаги привычно покупались в кредит, который охотно предоставляли банки под низкий процент. В итоге индекс Доу-Джонса вырос с 80 пунктов в начале 20-х до 300 к концу 1928 года. На пике, 3 сентября 1929 года, он составлял 381 пункт.
Хроника пикирующего рынка
Первый тревожный звоночек прозвучал летом 1929 года, когда обнаружились махинации на рынке земельных участков Флориды (еще один предмет лихорадочного спроса). Выяснилось, что под видом первоклассной земли продавались в лучшем случае болота, а порой участок, успевший сменить десяток владельцев, оказывался океанским дном в нескольких метрах под водой.
На этих новостях инвесторы несколько утратили вкус к риску, и 5 сентября акции на Нью-Йоркской бирже подешевели на 9 пунктов. Однако жажда наживы взяла верх, и уже к вечеру рост возобновился.
Лучше всего господствовавшие в обществе настроения выразил один из самых известных американских экономистов того времени Ирвинг Фишер. Всего за несколько дней до краха он заявил, что рынок акций не переоценен и биржу ожидают по крайней мере несколько месяцев роста. Эти слова даже попали в заголовок передовицы The New York Times, что вызвало рост припавшего было рынка.
Однако спасти надувшийся пузырь было уже невозможно.
На следующий день ситуация стала еще хуже. Из рук в руки перешло 3 488 100 акций. Серьезные потери понесли «голубые фишки», а самые популярные среди спекулянтов акции перешли в крутое пике.
Дальнейшие события красочно описывает в своей книге «Великий крах 1929 года» (1929: The Great Crash) известный американский экономист Джон Кеннет Гэлбрейт: «Четверг, 24 октября, стал первым из тех дней, которые впоследствии окрестят периодом паники. И такая оценка, пожалуй, оправданна, если учесть состояние неопределенности, страха и полного непонимания обстановки, которое охватило публику. В тот день было продано 12 894 650 акций, причем большинство из них за бесценок. Из всех тайн биржи самой непостижимой является то, что в период массовой продажи кто-то еще надеется найти покупателей.
24 октября 1929 года покупатели находились с большим трудом, и то только после того, как цена снижалась до минимума».
Собственно, в первые часы ничто не предвещало катастрофы. Открытие биржи прошло довольно спокойно, и цены держались на стабильном уровне. Однако объем торгов был значительным, и стоимость акций начала снижаться.
«Затем цены перешли в крутое пике, и телеграф уже совершенно не поспевал за ними, — пишет Гэлбрейт. — К одиннадцати часам начался ажиотажный сброс акций». Многие бумаги опустились до исторических минимумов. Брокерские конторы по всей стране были забиты людьми, которые пытались как можно быстрее избавиться от ценных бумаг, на глаза терявших свою ценность.
К одиннадцати тридцати уже весь рынок был охвачен паникой. Один из очевидцев писал, что на лицах людей было «не столько страдание, сколько выражение недоверия в сочетании со страхом».
Впрочем, к обеду паника в Нью-Йорке немного улеглась. В это время началась долгожданная «организованная поддержка» биржи. В 12 часов стало известно, что в офисе J.P. Morgan and Company проводится совещание крупнейших финансистов страны. Уже сам факт их встречи был призван успокоить инвесторов. Но на этом почувствовавшие угрозу миллионеры не остановились и приняли решение объединить денежные ресурсы для поддержки финансового рынка.
После этого был объявлен перерыв, и старший партнер Morgan Томас Ламонт вышел к журналистам, которым заявил: «На бирже произошли небольшие неприятности, связанные с массовой продажей акций, которая объяснялась не фундаментальными, а чисто техническими причинами». Это заявление впоследствии назвали «самым поразительным примером недооценки опасности».
Впрочем, помогло все это плохо. Все попытки возобновления роста наталкивались на многочисленные приказы продавать на разных ценовых уровнях (stop loss). «И все же замедление катастрофического падения стало таким же примечательным событием «черного четверга», как и обвальная волна продаж, которой он обязан своим именем», — отмечает Гэлбрейт.
Фактически акции 24 октября сумели отыграть существенную часть дневного падения. После закрытия биржи представители крупнейших телеграфных агентств собрались в офисе компании Hornblower and Weeks и, посовещавшись, сообщили прессе, что «фундаментальные показатели экономики находятся в полном порядке, а технические даже лучше, чем за многие последние месяцы».
Hornblower and Weeks распространила заявление, в котором говорилось, что «сегодняшние торги заложили фундамент конструктивного роста, который, по нашему убеждению, будет определяющим на протяжении всего 1930 года».
Дальнейшее известно. За «черным четвергом» пришли «черный понедельник» и «черный вторник», чудовищный обвал продолжался почти три года. В июле 1932 года, когда индекс Доу-Джонса достиг минимума, он составлял всего 41 пункт, снизившись почти в 10 раз. Началась Великая депрессия.
Правда, отмечает Рондо Камерон, «крах фондового рынка не являлся причиной депрессии — она уже началась как в США, так и в Европе, — но это был ясный сигнал того, что депрессия шла уже полным ходом».
Уроки и последствия
Депрессия с разной степенью интенсивности длилась на протяжении десяти лет. В 1933 году американский валовой национальный продукт был почти на треть меньше, чем в 1929 году. Лишь в 1937 году физический объем продукции вернулся к уровню 1929 года, а затем снова упал. Вплоть до 1941 года долларовая стоимость всей произведенной продукции оставалась ниже, чем в 1929 году. Фактически только новая война помогла США оправиться от последствий «Эпохи процветания».
Нельзя сказать, что уроки 1929 года прошли даром. Именно под влиянием тех событий в 1934 году, когда фондовый рынок начал наконец расти, было принято решение о создании практически всесильной Комиссии по ценным бумагам и биржам (U.S. Securities and Exchange Commission, SEC), которая железной рукой правит на фондовом рынке США.
Была запрещена покупка акций в кредит, введена обязательная регистрация фондовых бирж и брокеров, сформулированы правила ведения дел по доверенности. Комиссия предписала компаниям, акции которых котируются на бирже, раскрывать значимую информацию о себе. Также с тех пор на биржах практикуется приостановление торгов в случае слишком резких движений в ту или иную сторону. Это не позволяет начавшемуся падению перейти в самоподдерживающийся режим, как это было в 1929 году.
Однако все эти меры не помогли предотвратить ни Азиатский кризис 1997–1998 годов, ни «крах доткомов» в 2001 году, ни «ипотечный кризис» 2007 года, не говоря уже о многочисленных более локальных кризисах.
И можно уверенно утверждать, что пока существует фондовый рынок, на нем то и дело будут надуваться новые пузыри. Хотя благодаря опыту 1929 года их схлопывание обойдется гораздо меньшими потерями, чем 85 лет назад.
Bloomberg назвал главные темы фондового рынка в 2022 году
Bloomberg назвал основные факторы, на которые стоит обратить внимание инвесторам в 2022 году. По мнению издания, в следующем году мировые рынки будут двигаться в основном под влиянием тех же факторов, что и в 2021-м — пандемия, инфляция, декарбонизация, метавселенная, а также новости из Китая.
COVID-19
Динамика фондовых индексов будет зависеть от коронавируса вне зависимости от новых штаммов и силы их воздействия на человека, считают в Bloomberg. Если COVID-19 продолжит бушевать, ограничения, направленные на изоляцию заразившихся, «превратятся в более устойчивое препятствие для роста», приводит Bloomberg слова глобального директора по инвестициям в акции Fidelity International Ромена Бошера.
Если же вирус исчезнет, это все равно будет влиять на динамику фондового рынка, так как у правительств пропадут причины для фискального и денежно-кредитного стимулирования — двух основных драйверов рынка в текущем году.
Инфляция
Если инфляционное давление снизится в ближайшие месяцы, вряд ли стоит ждать ралли, считают в Bloomberg, так как такое развитие событий уже заложено в цены.
При сценарии, когда ценовое давление сохранится или даже усилится, ситуация может усложниться. Во-первых, акции перестанут защищать от инфляции, так как, по словам главы отдела макроэкономики и мультиактивов швейцарской банковской группы Lombard Odier Флориана Иелпо, устойчивый рост цен выше 4% ведет к снижению прибыли и котировок акций.
Декарбонизация
Переход к климатической нейтральности — одна из причин того, что инфляция может остаться высокой. Bloomberg объясняет это тем, что более высокие цены на углерод и экологические налоги увеличивают производственные затраты для промышленных предприятий, а недостаточные инвестиции в добычу ископаемого топлива (нефти) способствуют резкому скачку цен на энергию. В свою очередь это может замедлить экономический рост и негативно отразиться на производстве.
С другой стороны, декарбонизация создает беспрецедентные инвестиционные возможности. Один из примеров — Tesla, акции которой с начала прошлого года выросли более чем на 1000%.
Метавселенная
Курс на создание метавселенных, то есть цифровых миров, где пользователи могут общаться, играть в игры и вести бизнес, позитивен для многих компаний — от социальных сетей до игровых платформ. Производитель микросхем Nvidia и производитель видеоигр Roblox — всего лишь два примера акций, которые резко выросли после переименования Facebook в Meta Platforms, отметил Bloomberg и добавил, что хотя тенденция к уходу в цифровой мир была основной чертой эпохи пандемии, когда люди были вынуждены сидеть дома, по ее окончании она сохранится.
Китай
В этом году Пекин принял решительные меры по ограничению прибылей технологических гигантов и обучающих фирм, а также ввел ограничения на кредитование девелоперов, чтобы снизить свою зависимость от этого сектора. В то же время из-за резкого роста цен предприятиям стало сложнее поддерживать темпы роста прибыли, а из-за того что китайский ЦБ не прибегал к сильному смягчению политики, в стране замедлился экономический рост.
На этом фоне индекс MSCI China обвалился почти до минимальных уровней с 2006 года, а гонконгский индекс высокотехнологичных компаний Hang Seng Tech достиг минимума с момента его запуска в июле прошлого года.
Тем не менее эксперты оптимистичны в отношении акций китайских компаний. В инвестиционной компании BlackRock полагают, что пик ужесточения регулирования в КНР уже пройден. Кроме того, власти Китая принимают больше мер по стимулированию экономики, которые начнут влиять на нее в 2022 году.
Аналитики Goldman Sachs, опрошенные Bloomberg, видят хорошие инвестиционные возможности в фокусе КНР на возобновляемые источники энергии. В UBS отмечают, что ужесточение регулирования уже заложено в цены на рынке, и ожидают роста прибылей и оценок китайских корпораций.
Тем не менее Bloomberg отмечает, что быть в курсе перечисленных факторов — не гарантия высокой доходности на фондовом рынке в 2022 году. «Потенциально«черные» или «белые лебеди» таятся повсюду: от промежуточных выборов в США до президентских выборов во Франции и от напряженности на Тайване до полномасштабного кризиса в экономике Турции после падения лиры», — отмечает издание. Кроме того, инвесторам придется учитывать перебои в цепочке поставок и глобальное потепление.
Больше новостей об инвестициях вы найдете в нашем аккаунте в Instagram
«Черный понедельник». Из-за чего произошел самый крупный обвал на бирже
В течение торговой сессии индекс обвалился на 508,32 пункта, то есть на 22,6%. Это рекордная величина дневного падения, аналогов которому рынок с тех пор не переживал. По своему масштабу обвал превзошел биржевой крах 1929 года, который привел к Великой депрессии.
Впервые текст был опубликован 19 октября 2019 года
Почему восьмидесятые были лучшим временем для инвестора
Одной из главных примет того времени был мощный рост фондовых рынков. Он начался в первой половине восьмидесятых, а преодолев середину десятилетия, заметно ускорился.
За первую половину 1987 года Dow Jones Industrial Average вырос на 44%. Вкладывать деньги в акции было чрезвычайно популярно: торговлей на бирже занимались не только крупные инвесторы, но и простые американцы.
Для восьмидесятых было характерно появление крупных институциональных инвесторов, таких как пенсионные фонды. Их приход стимулировал спрос, что в свою очередь дополнительно тащило верх индексы и ценные бумаги. Одновременно это приводило к раздутию финансового пузыря — стоимость акций росла быстрее, чем прибыль выпускающих их компаний.
Расчет соотношения стоимости компании к ее прибыли применяется в том числе и для индекса широкого рынка S&P 500. Средним значением здесь принято считать соотношение 1:15. В октябре 1987 года соотношение выросло до 1:20, что говорило о высокой переоценке.
Как рушился Доу Джонс: хроника падения
Цепочка событий, кульминацией которых стал обвал 19 октября, началась за несколько дней до «черного понедельника». Еще на предшествующей неделе, 14 октября, индекс Доу Джонса потерял рекордные в тот момент 96 пунктов. Это произошло на фоне сообщений об изменении налогового законодательства США.
15 октября — еще один мощный скачок вниз на 58 пунктов. На этот раз причиной стали слухи о росте напряженности в Персидском заливе. Пятница, 16 октября — новый рекорд в 108 пунктов снижения Доу Джонса. Объемы торгуемых в пятницу акций установили абсолютный максимум.
Брокеры, работавшие тогда на бирже, вспоминают, что ни до, ни после пятницы 16 октября им не приходилось работать с подобным количеством контрактов на операции с ценными бумагами. Но это стало только началом.
В то время большинство заявок на покупку или продажу акций обрабатывались вручную. С электронными системами трейдинга работали только крупные игроки. «Ручная» цепочка работы с заявкой выглядела так: клиент звонит по телефону брокеру и просит купить/продать акции — запрос по телефону передается в отдел торговли — отдел торговли звонит клерку на биржу — клерк передает запрос «флор брокеру» — «флор брокер» с полученным запросом идет по торговому залу на бирже к торговому специалисту — торговый специалист принимает заявку. Если цена покупки и цена продажи сходятся, то сделка осуществлена.
Разумеется, при гигантских количествах заявок брокеры перестали справляться с работой. Более того, через несколько часов из строя вышла компьютерная система по автоматизированному исполнению заявок.
Но она была лишь одной из многих автоматизированных систем — другие продолжали работать и безостановочно продавать ценные бумаги. В возникшем хаосе из системы «испарились» свыше 100 млн акций.
Как эксперты объяснили этот кризис
О том, что послужило причиной произошедшего, аналитики продолжают спорить и сегодня. Популярно мнение, что к обвалу привело несовершенство инструментов электронного трейдинга. Компьютерные системы выдавали торговые заказы в зависимости от состояния рынка, поэтому начавшееся 14 октября падение усугублялось системами, которые массово продавали акции, ориентируясь на конъюнктуру.
Внесли свой вклад торговый дефицит бюджета США и перспектива ослабления доллара, на фоне которых взлетела доходность долгосрочных государственных облигаций и начался отток денег с рынка акций.
Как мы знаем сейчас, «черный понедельник» не привел ко второй Великой депрессии. Важную роль в ликвидации последствий обвала сыграли власти США. Федеральная резервная система выпустила на рынок дополнительные государственные бумаги, которые обеспечили рынку ликвидность.
Тогда главой ФРС был Ален Гринспен. В своих заявлениях он успокаивал инвесторов, обещая помогать рынку в том объеме и так долго, как того будет требовать ситуация. Тогда же ФРС фактически уговорила банки финансировать компании, которые предоставляют услуги на биржах.
Более того, уже в 1990 году в США начался самый быстрый рост за всю историю американской экономики. Некоторые эксперты считают, что обвал 1987 года носил исключительно технический характер — он был вызван не реальным состоянием экономики или политической обстановкой, а особенностями электронных систем торговли на бирже. Повторение истории сейчас просто невозможно: компьютерные системы стали совершеннее, а биржи заранее готовы к возможным падениям.
В сервисе «РБК Инвестиции » можно купить или продать валюту по выгодному курсу. Сделки проходят онлайн, вы не потеряете деньги на комиссиях, а в качестве партнера-брокера выступает банк ВТБ. Начните с открытия счета. Это займет не более пяти минут.
