История города-крепости Сигнахи
О том, кто и когда начал строить город Сигнахи, достоверно ничего не известно. Есть масса предположений, версий и легенд. По одной из них, на территорию, где сейчас находится Сигнахи, переселились жители города Хорнабуджи после того, как он был разрушен монголами в 1264 году. Они заложили город и перенесли в него свой сложившийся уклад хозяйственной деятельности.
На том месте, где стоит сейчас город Сигнахи, было небольшое поселение. Есть предположение, что город основал в XVII веке царь Ираклий II. Он же и выстроил крепость. В XVIII веке для дальнейшего строительства города он переселил сюда армян.
Период развития города начался после того, как была выстроена крепость. Здесь жили преимущественно ремесленники и торговцы. Город выгодно располагался на пересечении нескольких торговых путей, что способствовало его процветанию. Расширяясь с южной стороны, городские постройки вышли за пределы крепостных стен.
Впоследствии Сигнахи пришел в упадок, его жители вымерли или разъехались по другим городам. Как жил город в ХІХ и в начале ХХ века – неизвестно.
По углам ограждение защищают башни в несколько этажей, квадратные или прямоугольные по форме. Между ними вдоль стен построены цилиндрические башни, увенчанные полукруглыми зубцами. В восточной части к одной из них примыкают ворота – главный вход в крепость. Кроме них, есть ещё несколько входов.
Размещение Сигнахи на горе и окружение его крепостными стенами свидетельствует о том, что город был построен для защиты от захватчиков. В те времена на территорию Кахетии особенно активно совершали набеги лезгины. Это коренной народ Кавказа, предки современных дагестанцев и азербайджанцев.
Легенды гласят, что Сигнахская крепость успешно выдерживала осады многочисленных завоевателей. Кстати, название города в переводе с тюркского означает «бункер» или «неприступный».
Сигнахская крепость сегодня
Это единственное старинное оборонительное сооружение на территории Грузии, сохранившее крепостные стены в первоначальном виде. Общая протяженность ограждений составляет 4,5 км. К ним примыкают 28 сторожевых башен.
Главные крепостные ворота очень красивы и имеют вид сложенной из камня арки. По обустроенной рядом лестнице можно подняться на стены, откуда просматривается город и Алазанская долина.
Отдельно стоит отметить современный город Сигнахи. В рамках государственной программы по развитию туризма в начале ХХI века он претерпел масштабную реконструкцию. В результате город стал совершенно не похожим на остальную Грузию – напоминает, скорее, городок на юге Италии. Узкие улочки до самых окраин выложены камнем, а домики в 1-2 этажа особым способом крыты красной черепицей. В городе очень много хостелов, гостиниц, кафе.
Находясь в центре Кахетии – старинной винодельческой области, – Сигнахи по праву считается центром винного туризма. Сигнахи называют городом влюбленных. На эту тему есть очень красивая легенда. А еще в городе круглосуточно работает дворец бракосочетания.
Как добраться
Из Тбилиси от станции метро Самгори в Сигнахи каждые два часа отправляются маршрутки. Первая идёт в семь утра, последняя – в шесть вечера. Стоимость проезда 6 лари, дорога занимает полтора-два часа.
Желающих посетить город влюбленных очень много, маршрутки всегда заполнены по максимуму. Зачастую пассажиры располагаются на табуретках в проходе салона. Обратно в Тбилиси из Сигнахи маршрутки отходят в 13:00, 16:00 и 18:00.
Стоимость продуктов обычная, не «туристическая». То же касается и питания в кафе. Естественно, в дорогих статусных ресторанах цены на порядок выше.
Великая стена на Кавказе от Чёрного моря до Каспийского — аналог Китайской
Кто ее построил в древности? От кого защищались?
Большинство людей знают о Великой Китайской стене. Однако мало кто подозревает, что на Кавказе тоже можно встретить фрагменты не менее интересного фортификационного сооружения. Оно включало в себя крепости, башни, цитадели и сотни километров стены.
Все эти сооружения выстраивались в линию, которая соединяет Каспийское и Черное моря.
Грандиозная система из сторожевых башен и стен существовала на территории Дагестана, Азербайджана и Грузии.
Александр Дюма в своей книге «Кавказ» в 1861 год писал:
Где и как далеко идет Кавказская стена? Далеко ли остались ее развалины, не расхищенные на постройку деревень, как во многих местах? Вот вопрос, который останется задачей.
Еще Дюма описывал, как стена уходила под воду, а торчащие башни были похожи на цепь островов.
Интересно, что о Большой Кавказской стене знают многие путешественники 19 века. Публикации о ней есть и в газете «Кавказ» в 1864 году. В этом же году о стене пишет и Зубарев.
В газете «Тифлисские ведомости» в 1830 году также есть статья о этом сооружении. Так что в первой половине 19 века сведений об этой стене было немало.
Скорее всего, кавказские сооружения, как и китайские, представляет собой некий комплекс защитных фортификаций.
Что же сейчас осталось от Великой Кавказской стены?
Дагестан, Цитадель Нарын-Кала в Дербенте.
Это начало сооружений у берегов Каспийского моря, один из наиболее хорошо сохранившихся комплексов.
Это шедевр фортификационного искусства. Еще в 1647 году путешественник рассказывали об этой крепости, построенной из дербенского камня, стены которой тянулись на 60 миль (примерно 100км) в сторону Понта (Черное море).
Высота стен достигала 25 метров, а ширина более 5, по стене свободно перемещались вооруженные всадники. Это сооружение ни чем не уступало Великой Китайской стене.
Далее фрагменты Великой Кавказской стены можно встретить в Азербайджане.
Они лучше всего сохранились в Белоканском районе в поселке Катехи, где связывают эти сооружения с царицей Тамарой.
Но факт в том, что когда-то стена тут шла от города Шеки в Азербайджане до села Сабуе в Грузии. Сооружение состояло из большого количества сторожевых башен, а длина составляла около 150 км.
И сейчас высота фрагментов стены в Азербайджане достигает 3 метров. Тут остатки стены строго охраняется законом, её нельзя разбирать. Поэтому местами местные жители используют ее для ограждения своих участков не разрушая.
Тут в 19 веке побывал русский писатель Александр Александрович Бестужев, который тоже описывал эти сторожевые башни.
Исследователи считают, что когда-то она соединялась с Дербентской стеной в единую оборонительную линию.
К сожалению, в Грузии фрагментов стены практически не осталось. Все что не было уничтожено завоевателями, то разобрали местные жители или было уничтожено в эпоху индустриализации.
Недалеко от города Лагодехи находится практически такая же башня, как в Белоканском районе Азербайджана.
Далее стена встречается недалеко от Сабуе, на границе Северного Кавказа. Тут есть остатки древних оборонительных сооружений.
В вопросе возраста Великой Кавказской стены нет ясности. Но историк Заза Алексидзе во время изучения грузинских рукописей нашел интересные данные в монастыре на Синайской горе. В исторической летописи «Обращение к Грузии» в конце 6 века по реке Кяласур персы построили стену. Летописец описывает, как персы захватили Грузию, Эрети, и Армению, как возвели они стену даже больше той, которую они возвели против хазар. Выходит, что Келасурскую стену от берега Черного моря построили персы в период войны с Византией. А со стороны Каспийского моря в Дербенте они построили ее для защиты от хазар.
Все это говорит о том, что Великая Кавказская стена — это не выдумка. Это сооружение построенное кавказскими племенами во времена персидского владычества, оно веками было защитой от захватчиков.
Великую Китайскую стену строили не китайцы
Великую Китайскую стену еще называют «Длинной стеной». Длина ее составляет 10 тысяч ли, или более 20 тысяч километров, а чтобы достичь ее высоты, десяток человек должны встать друг другу на плечи… Ее сравнивают с извивающимся драконом, протянувшимся от самого Желтого моря до Тибетских гор. На земле нет больше ни одного подобного сооружения.
Начало строительства Великой Китайской стены
По официальной версии, строительство началось в период Воюющих царств (475-221 годы до нашей эры), при императоре Цинь Ши-Хуанди с целью защиты государства от набегов кочевников хунну, и продолжалось десять лет. Строило стену около двух миллионов человек, что тогда составляло пятую часть всего населения Китая. Среди них были люди самых разных сословий — рабы, крестьяне, солдаты… Руководил постройкой полководец Мэн Тянь.
Легенда гласит, что сам император проехал верхом на волшебной белой лошади, прокладывая маршрут будущего сооружения. И там, где его лошадь оступалась, потом возводили сторожевую башню… Но это всего лишь легенда. А вот история о споре между Мастером и чиновником выглядит куда более правдоподобно.
Дело в том, что для возведения такой громады требовались талантливые умельцы-строители. Их среди китайцев водилось предостаточно. Но один особенно отличался умом и смекалкой. Он был настолько искусен в своем деле, что мог точно вычислить, сколько необходимо для такой стройки кирпичей…
Императорский чиновник, однако, усомнился в способности Мастера и поставил условие. Если, мол, Мастер ошибется только на один кирпич, он сам установит этот кирпич на башне в честь умельца. А если ошибка выйдет на два кирпича, тут уж пусть пеняет на свою самонадеянность — последует суровое наказание…
Много камней и кирпича пошло на сооружение. Ведь, кроме стены, поднялись еще и сторожевые, воротные башни. На всем протяжении маршрута их насчитывалось около 25 тысяч. Так вот, на одной из этих башен, что находится близ знаменитого древнего Шелкового пути, можно увидеть кирпич, который, в отличие от других, заметно выдается из кладки. Говорят, это тот самый, что обещал положить Чиновник в честь искусного Мастера. Следовательно, тот избежал обещанного наказания.
Читайте также:
Но и без всяких наказаний при работах по возведению Стены погибло столько людей, что место это стали называть еще и «самым длинным кладбищем в мире». Весь маршрут строительства был устлан костьми погибших. Всего, говорят эксперты, их насчитывается около полумиллиона. Причиной были плохие условия труда.
По преданию, одного из этих несчастных пыталась спасти любящая жена. Она поспешила к нему с теплой одеждой на зиму. Узнав на месте о смерти мужа, Мэн — так звали женщину — горько заплакала, и от обильных слез ее часть стены обвалилась. И тут вмешался сам император. То ли он опасался, что от женских слез поползет вся Стена, то ли приглянулась ему прекрасная в своей печали вдова, — словом, он распорядился взять ее к себе во дворец.
А в том, что такая «ограда» была объектом большой государственной важности, сомневаться не приходилось. По мнению историков, стена не столько охраняла великую «Поднебесную срединную империю» от кочевников, сколько стерегла самих китайцев, чтобы они не бежали из своего милого отечества… Говорят, самому великому китайскому путешественнику Сюань-цзан пришлось перелезать через стену, крадучись, среди ночи, под градом стрел пограничной охраны…
Читайте также:
Великую Китайскую стену возводили вовсе не китайцы, а жители севера
Многих удивляет, что целый ряд бойниц в стене обращен на юг, внутрь страны. Неужели против самих же жителей Поднебесной? Правда, существует версия, что Великую Китайскую стену возводили вовсе не китайцы, а жители севера, чтобы обороняться от южного воинственного соседа…
Если основная часть стены возводилась между 445 и 222 годами до нашей эры, как считают многие исследователи, то стоит вспомнить, что тогда ни о каких монголо-татарских кочевниках еще и слыхом не слыхивали, получается, и обороняться было не от кого… Более того, тогда еще не существовало Китая как единой страны. На карте значились восемь небольших государств, каждому из которых было не под силу возвести столь грандиозное сооружение.
А династия Цинь, к которой принадлежал Ши-Хуанди, ведет свое начало с 221 года до нашей эры, то есть получается, что к тому времени уже была завершена основная часть стены. К тому же, Великая Китайская Стена очень уж напоминает европейские оборонительные сооружения, строившиеся уже после Средневековья, для защиты от пушек и осадных орудий.
Так что, вероятно, та часть стены, которую привыкли видеть туристы — с башнями, бойницами и широкой дорогой поверху — строилась гораздо позже, чем это принято считать…
Читайте также:
Великая Китайская стена превратилась в руины?
Умельцы «оцифруют» Великую китайскую стену
Добавьте «Правду.Ру» в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google, либо Яндекс.Дзен
Быстрые новости в Telegram-канале Правды.Ру. Не забудьте подписаться, чтоб быть в курсе событий.
Крепость Сигнахи
Крепость Сигнахи находится в одноименном городе на востоке Грузии, в Кахетии.
Крепость в городе Сигнахи считается самым крупным фортификационным сооружением Грузии. Ее масштабы действительно впечатляют: протяженность крепостных стен составляет более 4 километров, площадь крепости около 40 га, количество сторожевых башен на крепости — 28.
С крепостных стен Сигнахи, расположенных на высоте 835 метров над уровнем моря, открываются завораживающие виды на город и живописную Алазанскую долину. Название крепости Сигнахи переводится с тюркского как «укрепление» или «неприступный».
История
Подтвержденных исторических фактов о строительстве крепости Сигнахи не так много. По некоторым данным, монументальная крепость начала строиться еще в XII веке, во времена правления знаменитой грузинской царицы Тамары. Однако, окончание ее строительства и расширение поселения за крепостными стенами — самого города Сигнахи — относится только к XVIII веку, периоду царствования Ираклия II.
Интересен тот факт, что город Сигнахи намного моложе крепости и появился здесь, когда её строительство уже подходило к завершению. Расширяясь с южной стороны, постройки вышли за пределы крепостных стен, город стал расширяться и постепенно превратился в процветающий центр ремесленников и торговцев. В то время больше половины населения составляли армяне, специально переселенные сюда царем Ираклием II для дальнейшего строительства и развития Сигнахи.
К 1812 году относится упоминание об участии крепости в Кахетинском восстании — мятеже сел Кахетии против российской администрации на территории Грузии.
Расположение на горе обеспечивало крепости Сигнахи отличный обзор окрестностей, мощные крепостные стены — надежную защиту от неприятелей. По всей видимости, в те времена главными противниками были лезгины, которые активно совершали набеги на территорию Кахетии.
Архитектура
Планировка крепости весьма своеобразна: она представляет собой неправильный многогранник, окруженный крепостными стенами, четко проходящими по рельефу горы, на которой она расположена. Три стороны крепости тянутся по хребтам гор, причем на разных высотах, а северная сторона спускается в глубокое ущелье. Многие туристы сравнивают крепостную стену Сигнахи с Великой китайской стеной, которая также поднимается и опускается, повторяя изгибы ландшафта.
До наших дней в хорошем состоянии дошли мощные стены из камня и 28 сторожевых башен. Крепостные стены состоят из двух ярусов: верхнего и нижнего. Нижняя часть стены глухая, а верхняя оснащена оборонительными системами.
Крепостная стена Сигнахи тянется через весь город, обходя возвышенности и низины. На улице Чавчавадзе расположен самый живописный и длинный ее участок с арками, воротами и башней. Стена крепости окружает всю старую часть города и выходит за городские границы.
К сожалению, на сегодняшний день не все части крепости отреставрированы, нет единого маршрута осмотра достопримечательности, а также доступа ко всем башням. Вход на территорию крепости Сигнахи остается бесплатным.
Вид из крепости на Алазанскую долину зимой
Внутри крепости
На территории крепости не сохранилось много сооружений. Улица Горгосали — единственная улица, расположенная внутри периметра крепости Сигнахи, по ней проходит пешеходный маршрут.
В начале улице Горгосали, у крепостных стен, находится самый большой храм города — храм Святого Георгия (армяне называют его Сурб Геворг). Он был построен в 1793 году перемещенными в эту местность армянами и представляет собой небольшую базилику с рельефными арками на фасаде — классический образец армянской архитектуры того времени. Колокольня храма была построена рядом, прямо на крепостной башне. Именно её открыточный вид украшает фотографии города на фоне Алазанской долины. Долгое время храм был закрыт: с середины XIX века и почти до наших дней. Только относительно недавно храм был отреставрирован, передан Грузинской православной церкви и вновь открыт для посетителей.
Небольшой храм Святого Стефана необычен тем, что построен прямо внутри крепостной башни. Точная дата его строительства неизвестна, предположительно, он был возведен в конце XVIII — начале XIX веков. Храм Святого Стефана расположен на самой высокой точке города, а его колокольня является самой лучшей обзорной площадкой Сигнахи, с которой открываются головокружительные виды. Специально для этих целей здесь даже установлен бинокль. Храм Святого Стефана является действующим храмом.
Крепость Сигнахи на панораме Google maps
Как добраться
Город-крепость Сигнахи — отличный вариант однодневной экскурсии из Тбилиси. Расстояние от Тбилиси до Сигнахи составляет всего 110 километров. Добраться возможно несколькими способами.
Маршрутки Тбилиси — Сигнахи
Из Тбилиси от станции метро Самгори в Сигнахи каждые два часа отправляются маршрутки. Первая идёт в 7:00, последняя — в 18:00. Стоимость проезда 6 лари, путь занимает примерно 2 часа. Желающих посетить Сигнахи всегда достаточно, поэтому приходить лучше заранее перед отправлением и приобрести сразу же и обратные билеты. Обратно в Тбилиси из Сигнахи маршрутки отправляются в 13:00, 16:00 и 18:00.
На автомобиле
Качество дороги Тбилиси — Сигнахи — отличное, кроме того, она очень живописна. Весь путь займет немногим более полутора часов.
Маршрут Тбилиси — город-крепость Сигнахи на карте
На такси
Если вы путешествуете большой компанией, то поездка на такси станет самым комфортным и экономичным вариантом. Для заказа такси в Грузии можно использовать сервис Яндекс такси. Кроме того, можно воспользоваться услугой трансфера от KiwiTaxi, а также поискать попутчиков на сервисе BlaBlaCar.
Поднебесная во мраке: китайский энергетический кризис грозит мировой экономике
Китай переживает сильнейший за много лет энергетический кризис: из-за нехватки электроэнергии в стране останавливаются промышленные предприятия и регулярно ограничивается энергоснабжение жилых домов. Возникла эта ситуация из-за быстрых темпов восстановления Китая после пандемии, в результате чего спрос на электричество опередил предложение. Еще недавно главным риском для мировой экономики, исходящим от Китая, считались дефолты закредитованных компаний КНР, однако теперь на первый план выходят проблемы в энергетике. Возможные потери компаний по всему миру из-за очередного нарушения глобальных товарно-логистических цепочек уже оцениваются в десятки миллиардов долларов, а надежды на быстрое замещение угольной генерации Китая зеленой энергией выглядят все более несбыточно.
Призывы руководства партии и правительства к населению и бизнесу экономить электроэнергию были постоянным фоном новостей из Китая на протяжении нескольких месяцев. Некоторые из этих сообщений выглядели вполне двусмысленно, — например, под предлогом энергосбережения повсеместно началась борьба с майнингом криптовалют, которые давно попали под подозрение китайского руководства по совершенно другим причинам. Но к концу сентября точечные проблемы в энергетике слились в полномасштабный кризис: отключения электричества приобрели регулярный характер, затронув крупнейшие промышленные районы страны.
В частности, в юго-восточной провинции Цзянсу, одной из богатейших в стране, было остановлено почти 150 предприятий, а для более чем тысячи заводов и фабрик был введен режим энергоснабжения «два часа через два». С ограничениями в подаче электричества столкнулись и компании в еще одной важнейшей для экономики КНР провинции Гуандун, а в северо-восточных провинциях Хэйлунцзян, Цзилинь и Ляонин отключения затронули главным образом жилые районы, несмотря на существенное похолодание.
В общей сложности энергетический кризис проявился как минимум в двух десятках регионов Китая, на которые приходится две трети ВВП страны; по сообщению агентства Bloomberg, проблемы ощутили на себе такие отрасли, как автомобилестроение, производство электроники, металлургия, химпром, мебельная промышленность и т. д. Нехватка электричества уже отражается в экспортной статистике Китая по энергоемким товарам. Например, экспорт алюминия из КНР за восемь месяцев этого года снизился более чем на 10%, а экспорт стальной продукции с апреля по август упал с почти 8 млн тонн до 5 млн тонн.
Еще одним сигналом о критической ситуации стало недавнее обращение Государственной электросетевой компании Китая к российской «Интер РАО» с просьбой увеличить поставки электроэнергии. Еще в 2012 году между ними был заключен 25-летний контракт на совокупный импорт из России 100 млрд кВт·ч электроэнергии, однако в последние три года использовалось лишь меньше половины пропускной способности построенных для этого сетей (6−7 млрд кВт·ч). В 2018−2020 годах «Интер РАО» поставляло в Китай в среднем порядка 3,1 млрд кВт·ч, но с 1 октября увеличит экспорт примерно на 90% по сравнению с плановыми объемами.
Но для Китая из-за политического конфликта с Австралией уголь из этой страны теперь недоступен — китайские власти еще в прошлом году отказались от его импорта, переключившись на поставки из Индонезии, России, США, Канады и других стран. В результате за восемь месяцев импорт угля в КНР сократился на 10% к январю — августу прошлого года (до примерно 198 млн тонн), а теперь его приходится искать буквально по всему миру. Например, юго-восточная провинция Чжэцзян, также столкнувшаяся с пиковыми нагрузками на энергосистему, была вынуждена возобновить импорт угля по железной дороге из Казахстана, который обходится дороже, чем морские поставки. Летом местная энергетическая компания также впервые ввезла уголь из США. Кроме того, по сообщению Reuters со ссылкой на китайские источники, сейчас с таможенных складов активно выбирается австралийский уголь, который лежал на хранении целый год после того, как китайские власти фактически ввели запрет на его ввоз.
Ситуация усугубляется еще несколькими обстоятельствами. Прежде всего, найти уголь на мировом рынке действительно непросто, поскольку серьезную его нехватку сейчас испытывает еще один крупнейший потребитель — Индия, где угольная генерация обеспечивает более 70% производства электроэнергии. О масштабе проблем свидетельствует такая недавняя статистика: на 29 сентября на 16 из 135 индийских ТЭС запасов угля не было вообще, а более половины электростанций имели резерв менее чем на три дня. Спрос на электроэнергию в Индии подскочил в связи с выходом экономики из серии коронавирусных локдаунов — с похожими проблемами столкнулся и Китай, сделав ставку на восстановление прежних темпов роста в кратчайшее время.
Однако быстро оказалось, что этот рост не вполне адекватно обеспечен энергоносителями, даже несмотря на резкое увеличение собственной добычи угля — в первом полугодии ее объем вырос на 6,4%, до 1,95 млрд тонн. Тем временем производство электроэнергии в Китае за восемь месяцев увеличилось на 13%, и основная нагрузка легла именно на угольные электростанции, поскольку уровень воды в водохранилищах ГЭС сильно снизился из-за летней жары. В результате тепловые электростанции сработали на пределе, сжигая запасы угля, так что власти были вынуждены обратиться к шахтерам в северо-восточных регионах Шаньси, Шэньси и Внутренняя Монголия с призывом срочно увеличить добычу.
Ситуация выглядит тем более драматично, что китайская экономика по-прежнему остается заложником угля, на который приходится порядка 57% энергогенерации в стране, а международное давление на власти КНР с требованием снижать выбросы парниковых газов постоянно нарастает. Несколько дней назад председатель КНР Си Цзиньпин в своем онлайн-выступлении на сессии Генеральной Ассамблеи ООН заявил, что Китай больше не будет участвовать в строительстве угольных электростанций в рамках своего международного проекта «Один пояс — один путь», хотя раньше очень активно поддерживал это направление в таких странах, как Пакистан или Египет.
До недавнего времени китайским властям так или иначе удавалось смягчать все более жесткие экологические требования, — например, Китай декларирует цель добиться полной декарбонизации своей экономики не к 2050 году, как Евросоюз, а десятилетием позже, причем заявляет, что пик потребления нефти и газа будет достигнут к 2025 году, а пик выбросов — к 2030 году. Усилия Китая по выводу из эксплуатации «грязных» угольных электростанций действительно довольно масштабны, но пока они несопоставимы с объемом ввода новых ТЭС. Так, в прошлом году, по данным неправительственной организации Global Energy Monitor, Китай построил 38,4 ГВт новых угольных электростанций — в три с лишним раза больше, чем во всем остальном мире (11,9 ГВт), а вывел из эксплуатации лишь 8,6 ГВт угольных мощностей.
«Учитывая, что новые угольные электростанции все еще строятся и Китаю потребуются дополнительные металлургические заводы, следует ожидать, что уголь будет продолжать играть значительную, хотя и снижающуюся, роль в течение многих лет», — прогнозируют исследователи Высшей школы экономики в своей аналитической записке, посвященной развитию энергетики Китая в период XIV пятилетнего плана, утвержденного в нынешнем марте. Они обращают внимание на то, что некоторые «зеленые» амбиции, которые Китай декларировал совсем недавно, в этот документ не вошли. К примеру, в конце прошлого года Си Цзиньпин в выступлении на виртуальном климатическом саммите под эгидой ООН говорил, что к концу десятилетия выработка солнечной и ветровой энергии в Китае достигнет 1,2 тераватта (ТВт). Но в пятилетний план до 2025 года эта цель не вошла, а целевые показатели по установленной мощности возобновляемых источников энергии (ВИЭ) установлены не были. Два энергетических сценария XIV пятилетки предполагают довольно косметическое сокращение доли угольной генерации — при столь же скромном увеличении потребления энергии из ВИЭ, к которым в Китае относятся «мирный атом» и гидроэнергетика.
Нынешний энергетический кризис в целом наглядно продемонстрировал истинную цену ожиданий, что заместить угольные электростанции ветряными установками и солнечными панелями Китаю удастся быстро и относительно безболезненно. Абсолютные показатели ввода мощностей ВИЭ действительно могут впечатлять. По данным Национального энергетического управления КНР, в 2020 году в стране были построены ветровые электростанции общей мощностью 71,67 ГВт. Это был не только национальный рекорд, превысивший уровень 2019 года втрое, но и достижение глобального масштаба: во всем остальном мире мощность новых ветряных установок составила лишь 60,4 ГВт. Кроме того, в 2020 году в Китае было введено 48,2 ГВт солнечных мощностей.
Но на относительной шкале доля ВИЭ в китайском энергобалансе по-прежнему мизерна, а главное, эти источники энергии в лучшем случае лишь дополняют традиционные. Как отмечают специалисты ВШЭ, несмотря на быстрый рост производства энергии на основе возобновляемых источников, в 2019−2021 годах выработка угольных электростанций увеличилась на 330 ТВт·ч, или почти на 7%. Международное сообщество ожидало от климатической политики КНР резкого перехода к углеродной нейтральности — «прыжка», который на поверку оказался «ползком», отмечает в своем комментарии к новому пятилетнему плану Чжан Шувэй, главный экономист исследовательского центра Draworld Environment Research.
Выходом из тупика может стать строительство новых крупных гидро- и атомных электростанций, и мегапроекты в этих сегментах энергетики у Китая в самом деле есть. В гидроэнергетике Китай хочет построить еще один циклопический объект, сопоставимый с самой большой в мире ГЭС «Три ущелья» на реке Янцзы мощностью 22,5 ГВт, имеющей 32 энергоблока. В прошлом году на реке Цзиньша, притоке Янцзы на юго-западе Китая, началось возведение ГЭС «Байхетан» мощностью 16 ГВт, которая будет производить 60 млрд кВт·ч электроэнергии в год. А в атомной энергетике в нынешнем мае вместе с «Росатомом» началось строительство седьмого и восьмого блоков Тяньваньской АЭС и третьего и четвертого блоков АЭС «Сюйдапу». К 2025 году Китай планирует увеличить установленную мощность атомной энергетики с нынешних 52 ГВт до 70 ГВт.
Но все это пока относительно долгосрочные планы на фоне энергетического кризиса, который застал врасплох многих мировых аналитиков. В последние месяцы эксперты активно обсуждали проблемы крупных китайских компаний наподобие застройщика Evergrande, которые из-за проблемной задолженности оказались на грани дефолтов, способных навредить всей мировой экономике. Теперь же аналитики оценивают как вполне реальные перспективы замедления китайской экономики из-за энергетических проблем и расползание токсичных эффектов далеко за пределы КНР.
