«Мой фюрер, война проиграна…»
Но если в 1941 году Красная армия «разбрелась по лесам» и «массово капитулировала», то, очевидно, вермахт должен был без особого напряжения выполнить поставленные задачи в сроки, предусмотренные планом «Барбаросса».
Германии хватит месяца
После победы над Францией на совещании с высшим военным командованием 31 июля 1940 года Гитлер объявил о решении начать подготовку к войне с СССР. В августе–ноябре того же года в штабах вермахта прорабатывался план операции против Советского Союза. В декабре 1940-го штабом оперативного руководства Верховного главного командования вермахта (ОКВ) была подготовлена и 18 декабря подписана Гитлером Директива №21, имевшая условное наименование «Вариант «Барбаросса». Начало вторжения в СССР наметили на 15 мая 1941 года. Конечным рубежом операции назначалась линия Архангельск–Волга–Астрахань. Боевые действия вермахта планировалось вести в форме блицкрига. В директиве указывалось: «Вооружённые силы Германии должны быть готовы к тому, чтобы… одержать победу над Россией в быстротечной (выделено мной. – В.Л.) кампании».
«Быстротечной» – это сколько? Директива №21 конкретных сроков не называла, но мнения на этот счёт высказывались. 13 и 14 декабря 1940 года перед подписанием директивы №21 в Генштабе сухопутных войск вермахта состоялась дискуссия, высокопоставленные участники которой пришли к выводу, что для разгрома СССР потребуется не более 8–10 недель. На совещании командования вермахта 30 апреля 1941 года, где Гитлер уточнил дату начала войны против СССР – 22 июня, главнокомандующий сухопутными силами вермахта генерал-фельдмаршал Вальтер фон Браухич дал прогноз:
«Предположительно крупные приграничные сражения – продолжительностью до четырёх недель. В дальнейшем следует ожидать лишь незначительного сопротивления».
Зарубежные военные эксперты в 1941-м тоже были убеждены в быстром разгроме Красной армии. 14 июня Объединённый разведывательный комитет США сделал вывод, что Германии потребуется «самое большее шесть недель, чтобы взять Москву». Военно-морской министр США Франклин Уильям Нокс заявил: «Гитлер расправится с Россией за срок от шести недель до двух месяцев», а военный министр США Генри Льюис Стимсон 23 июня 1941 года информировал президента Франклина Делано Рузвельта: «Германия будет основательно занята минимум месяц, а максимально, возможно, три месяца задачей разгрома России».
В целом на разгром СССР руководство Германии и вермахта отводило не более четырёх месяцев. Поэтому весной 1941 года штаб ОКВ планировал на осень и зиму 1941–1942 годов операции по захвату Афганистана и наступлению на Индию. Замысел операций был изложен в директиве №32 «Подготовка к периоду после осуществления плана «Барбаросса», направленной командованию видов вооружённых сил Германии 11 июня 1941 года.
Но уже в тот момент в продвижении вермахта начались серьёзные сбои. Прошло и 20 июля. Ни Москва, ни Ленинград немцами не были взяты.
В конце июля немецкое командование назначило новый срок их захвата – 25 августа. 4 августа на совещании в Борисове Гитлер задал вопрос командующему группой армий «Центр» генерал-фельдмаршалу Фёдору фон Боку: «Когда, по вашим оценкам, ваши войска будут в Москве?» Фёдор фон Бок мгновенно ответил: «К концу августа».
6 сентября Гитлер подписал Директиву №35 о переходе группы армий «Центр» в генеральное наступление на Москву. Перед его началом, 29 сентября, генерал-фельдмаршал фон Бок провёл совещание с командующими армиями и танковыми группами. Войскам группы армий ставилась задача захватить Москву к 7 ноября – до наступления русской зимы. Генерал-фельдмаршал фон Бок обещал Гитлеру, что так и будет.
Московская битва началась 30 сентября при существенном превосходстве вермахта – и в численности, и в воинском мастерстве. За первые десять дней немецкого наступления на Москву (операция «Тайфун») гитлеровцы прорвали оборону Западного, Резервного и Брянского фронтов и сумели окружить большие группы советских войск. Гитлер был уверен, что Красная армия скоро будет низложена. В беседе с министром иностранных дел Италии графом Джан Галеаццо Чиано 25 октября он утверждал, что на Востоке судьба войны решена.
Вновь не сбылось. В подмосковных боях немцам не удалось ни захватить, ни окружить столицу СССР, а начатое 5 декабря 1941 года контрнаступление советских войск нанесло вермахту первое крупное поражение во Второй мировой войне. Итог действий немецких войск в 1941-м: ни одна из целей плана «Барбаросса» не достигнута.
Основной причиной провала стало упорное сопротивление Красной армии и советского народа нашествию. Это признают даже враги – генералы и офицеры вермахта. Бывший начальник штаба 4-й немецкой армии генерал Гюнтер Блюментрит в статье о Московской битве (сборник «Роковые решения») сообщает: «Поведение русских войск даже в первых боях находилось в поразительном контрасте с поведением поляков и западных союзников при поражении. Даже в окружении русские продолжали упорные бои…» Бывший начальник штаба командования люфтваффе генерал-майор Гофман фон Вальдад 3 июля 1941-го записал в дневнике: «Ожесточённое сопротивление русских, его массовый характер не соответствуют нашим первоначальным представлениям». В дневнике офицера 18-й танковой дивизии вермахта отмечено: «Несмотря на огромные пройденные расстояния, не было чувства, которое у нас было во Франции, не было чувства, что мы входим в побеждённую страну. Напротив – здесь было сопротивление, всегда сопротивление, каким бы безнадёжным оно ни было…»
Такое поведение советских войск разрушило стратегию блицкрига. Немцы не добились нарушения управления и снабжения обороняющихся войск за счёт стремительного (в обход без боёв сильно укреплённых позиций) продвижения танковых и моторизированных соединений. Стратегия блицкрига предполагала также, что будет сломлена воля к сопротивлению и русские быстро капитулируют, как это уже случилось в Польше и во Франции. Но в России уже в первых боях, как справедливо отметил английский историк Роберт Кершоу, «азбучные» истины блицкрига «оказались поставлены с ног на голову отчаянным, доходившим порой до фанатизма сопротивлением русских в, казалось, безнадёжнейших ситуациях». Из документов немецких войск следует: окружённые советские войска сдавались в плен, лишь находясь в безвыходном положении, когда полностью заканчивались продовольствие, горючее и боеприпасы. Их упорное сопротивление привело к тому, что «половина наступательного потенциала немцев ушла не на продвижение к поставленной цели, а на закрепление уже имевшихся успехов».
Надо особо отметить, что первый сбой блицкрига произошёл уже в ходе успешных для вермахта приграничных сражений. При ликвидации образовавшихся в конце июня 1941 года «котлов» под Белостоком и Минском немецкие войска пленили сотни тысяч красноармейцев. Но вермахту это стоило много времени и сил. Как следствие, 19 июля 1941 года ОКВ вынужден был издать Директиву №33 «По дальнейшему ведению войны на Востоке», в которой признавалось: «Группе армий «Центр» потребуется время для ликвидации сильных боевых групп противника, продолжающих оставаться между нашими подвижными соединениями». А 30 июля ОКВ направил в войска Директиву №34, которой командование вермахта сочло необходимым «предоставить 2-й и 3-й танковым группам для восстановления и пополнения их соединений около десяти дней» и «временно отложить выполнение целей и задач, поставленных в директиве №33 от 19.07». Группе армий «Центр» было предписано перейти к обороне.
Продолжить наступление на Москву смогли лишь 11 дивизий группы армий «Центр». А другие 48 дивизий вынужденно вели тяжёлые бои с окружёнными советскими войсками (ещё несколько немецких дивизий были заняты прикрытием флангов наступающей группировки). Бои в вяземском и брянском «котлах» были упорными и продолжительными. Через неделю после окружения советских войск – 14 октября 1941 года – в сводке Главного командования сухопутных войск вермахта (ОКХ) сообщалось: «Противник, окружённый… западнее Вязьмы, полностью уничтожен…» Но на ежедневных отчётных картах ОКХ «Lage Ost» ещё более двух недель показывалось, что несколько немецких дивизий (от девяти до пяти) продолжали вести боевые действия с «уничтоженным» противником.
Упорное сопротивление окружённых войск позволило советскому командованию восстановить оборонительные рубежи на московском направлении, а начавшееся 5 декабря контрнаступление Красной армии стало для гитлеровцев холодным душем. Генерал Гюнтер Блюментрит так подвёл итоги действий вермахта в 1941 году: «Теперь политическим руководителям Германии важно было понять, что дни блицкрига канули в прошлое…»
29 ноября 1941 года рейхс-министр вооружения и боеприпасов Фриц Тодт обратился к Гитлеру с призывом: «Мой фюрер, войну необходимо немедленно прекратить, поскольку она в военном и экономическом отношении нами уже проиграна». Гитлер призыву Тодта не внял. Чем это кончилось – известно.
Владимир Литвиненко,
доктор технических наук, профессор
Почему Германия проиграла войну. Мнение немцев
Чем дальше от нас события Второй мировой войны, тем больше мы узнаем о ней. Почему же такой парадокс? Все дело в том, что для историков, интересующихся этими событиями, становятся доступными все больше и больше материалов, ранее скрытых под грифом «секретно». Сейчас, они становятся доступными, можно прочитать по документам, как оценивали одни и те же события, одни и те же сражения, в штабах противников.
Армейские документы, если только они не уничтожены при бомбежках или другими средствами воздействия, дают полное представление о прошедшей войне. Ранее историки ссылались на мемуары генералов и маршалов противоборствующих сторон, а человеческая память не всегда бывает надежным источником информации. Другое дело – документ. Недаром народная пословица звучит – «что написано пером, не вырубишь топором». И сейчас на многие события стали смотреть по-другому.
Есть много опубликованных книг различных историков на тему Второй мировой войны. Эти же историки выступают по телевидению, по радио, в различных интернет-ресурсах, с сообщениями и лекциями. Одним из таких, наиболее компетентных, на мой взгляд, историков, является кандидат исторических наук Алексей Исаев. Из его сообщений я очень многое почерпнул интересного для себя, большого любителя военной истории.
Но кроме причин победы должны быть и причины поражения. Историков, по-прежнему, удивляет, как Германия, имея большой перевес в ресурсах и используя фактор неожиданности, проиграла во Второй мировой.
Давайте разберем, что об этом думают сами немцы.
У немцев в начале войны был значительный перевес в ресурсах. На момент начала войны у Германии и ее союзников – 4,3 млн человек личного состава, у СССР – 3,3 млн. Добавим к этому преимущество в оснащении и фактор неожиданности – на бумаге результат очевиден: победа немцев. Исаев говорит, что вермахт в 1941 году был объективно сильнейшей армией мира. Не только за счет численного превосходства, но и за счет опыта и умения воевать как солдат, офицеров, а также генералов. Они имели опыт двух военных компаний 1939 и 1940 года против Польши и Франции, во время которых отработали тактику и стратегию блицкрига. Кроме этого, для нападения на СССР немцы собрали не только вермахт, но и союзников, а так же все вооружения, доставшиеся им во время войн в Европе. А Красная армия, хотя и выросла численно, но провести мобилизацию не могла, чтобы не спровоцировать нападение немцев, и тем самым в дальнейшем получить помощь от американцев по ленд-лизу.
Итак, мнение самих немцев: историков, журналистов и военачальников о причинах поражения Германии во Второй мировой.
Колебания между Москвой и Ленинградом
Главный этап войны – 1941 год, когда все могло решиться в пользу фашистов. Но они не смогли взять ни Москву, ни Ленинград. Дальше война затянулась, и СССР смог накопить силы и дать полноценный отпор.
На это сетовал генерал Вальтер Шаль де Больё, отмечая, что именно эта неуверенность командования сыграла ключевую роль в войне. Это не позволило развить успех, с которым немцы атаковали летом 1941 года.
У наших историков на этот счет другое мнение. Немцы еще до этих колебаний значительно отставали от своих планов по захвату территории СССР, к 40-му дню они должны были захватить Москву. К тому же захват Ленинграда был стратегической задачей. Захватив портовые сооружения, немцы могла доставлять свои вооружения по Балтийскому морю, а не тащить их через всю восточную Европу с неразвитой железнодорожной сетью. Поэтому немцы очень долго не бомбили Мурманский порт, куда позже стали приходить транспорты из Англии с грузами по ленд-лизу. Мурманск должен был стать для войск на севере, как Ленинград в более южных районах – портом, через которые пойдут войска и техника.
Некомпетентность Гитлера
Можно долго копаться в нюансах тех или иных сражений и принятых решений, но основная проблема – это отсутствие у Гитлера серьезных компетенций военачальника. Он был большим авантюристом, это и влияло на ход войны. А авантюры не могут всегда заканчиваться успехом.
Война – сложное мероприятие, где сочетается стратегия, тактика, экономика и политика. Здесь не место авантюрным попыткам в стиле «повезет – не повезет».
В дальнейшем ситуация только ухудшалась. После того, как немцы не смогли взять Москву, Гитлер стал единоличным главой армии.
У Гитлера отсутствовала гибкость, необходимая в такой масштабной войне. Тут нужно учитывать длину фронта, уметь быстро перебрасывать войска на важные рубежи. В итоге, немцы тратили свои ресурсы бездарно, собирая их в ненужном месте в ненужное время и оголяя важные участки фронта, пишет военный историк Курт фон Типпельскирх.
А вот российский историк Юрий Мухин наоборот, считает Гитлера чуть ли не сильнейшим полководцем Второй мировой войны. Потому что именно Гитлер поддержал инициативу более продвинутых генералов и фельдмаршалов (Манштейна, Гудериана), и перестроил вермахт на маневренную войну, с массированным применением бронетанковый войск и авиации в местах прорывов, что давало преимущество немцам и в Польше, и во Франции, и в первые месяцы войны с СССР. И применение тяжелых танков как средства подавления противотанковой обороны – тоже заслуга Гитлера. Он поддержал в этом вопросе Гудериана в его спорах с другими немецкими полководцами. И на Курской дуге танки «Тигр» и «Пантера» нанесли немалый урон наших бронетанковым войскам. Сталин, узнав об этом, даже собрался снять генерала Ротмистрова с командования танковой армией, но потом успокоился, и понял, что надо создавать танки, которые могут бороться с гитлеровским «зверинцем». После Курска в РККА появились танки «Т-34-85» и танки серии ИС – «Иосиф Сталин», которые своими мощными пушками срывали башни с немецких танков.
Историк и писательница Елена Прудникова из Питера также считает, что у Гитлера были шансы выиграть войну, если бы он сумел разбить в приграничных сражениях Красную армию и захватил крупнейшие оборонные предприятия Советского Союза, расположенные на западе страны. Но ни первого, ни второго он не сумел сделать, хотя ему и достались огромные трофеи на складах, опрометчиво сосредоточенных близко к границе. Но тут Гитлера подвела своя разведки и советский народ.
Погода
Русский климат – первое, на что пытались свалить вину за поражение немцы. Они готовились воевать в условиях бездорожья и холода, но недооценили риски.
В октябре пошли ливни, началась распутица, и армии буквально застряли в трясине. И войска, легко захватившие Киев, не успели помочь армии, которая атаковала Москву. Немцы потеряли время, а русские укрепили оборону столицы.
Русские холода заморозили не только немецких солдат, но и технику. Ломалось все – замерзала смазка в стрелковом оружии, тормозная жидкость в технике. Повсеместно отказывали пушки.
Боевой дух
Это причину мы знаем и сами. Признают ее и немцы.
В начале войны фашисты превосходили СССР по человеческим ресурсам. Но советские солдаты бились самоотверженно, на каждом клочке земли.
Во время войны 10 человек, решивших биться до победного конца, стоят несколько сотен слабо мотивированных солдат. Что и случилось. Разбили нашу дивизию? Ушел в партизаны! Кончились патроны? Дожму врага рогатиной!
У немцев были большие проблемы на нашей территории. Они не привыкли к такому сопротивлению. В Европе мирное население и солдаты легко сдавались, и в целом были готовы признать власть более сильного врага. Там обходились минимумом войск в тылу. А у нас прошлось держать огромные гарнизоны, и этих войск не хватало на передовой.
Почему переходили на сторону немцев некоторые народы – крымские татары, чеченцы, ингуши, калмыки? Как правило, они жили по заветам своих старейшин, не успели получить даже мало-мальское образование, и им задурить голову не составило труда. Старейшие от советской власти ничего не получили, не хотели, чтобы грамотная молодежь узнала многое из того, что скрывали старейшины, которым было выгодно держать народ в невежестве.
Германия ставила на свои ресурсы и недооценила мобилизацию СССР
Фашисты были уверены в легкой победе за счет превосходства в ресурсах. И тут уже дело не в Гитлере. Все командование Германии было уверено в легком сценарии победы.
Все казалось логичным. Быстрый захват важных территорий – важных сельскохозяйственных площадей и производственных площадок. СССР в начале войны потерял до 60% промышленных мощностей. При том, что изначально военных ресурсов меньше. Это полный крах!
Но СССР в считанные месяцы мобилизовал ресурсы, наладил производство в тылу. Заводы ставили в чистом поле под дождем, и они работали! Исправно выпускали военную технику и отправляли на фронт. Работа советского тыла во время войны – это фантастика! Мол, даже Сталин не смог бы этого предсказать, куда уж Гитлеру.
Так можно прочитать у немцев. Но в этом высказывании они ошибаются. Сталин не предсказывал, а был уверен в том, что наш тыл окажется сильнее немецкого. Потому что в первый месяц войны по плану Сталина были призваны в армию сразу 14 возрастов, и перемещены в восточные районы страны более 2000 важнейших оборонных предприятий, вместе с ними 10 миллионов квалифицированных рабочих. Для этого потребовалось 1,5 миллиона вагонов. И не всегда эти предприятия начинали работать в голом поле, еще до войны по плану строились цеха, к ним подводились коммуникации, и хаоса при перемещении оборонных предприятий не было, все делалось по плану, составленному еще до войны. И это не сумела узнать немецкая разведка абвер. Эти данные приводит в своей лекции историк Андрей Фурсов, и с ним полностью согласна Елена Прудникова. Войска выигрывают сражения, а войну – тыл.
Война на два фронта
Немецкие историки сетуют, что СССР мог позволить мобилизовать все ресурсы против фашистов, в то время, как Германия должна была держать границы на Западе. Германия бросила в наступление на СССР 145 дивизий, а 38 остались на западном фронте.
Ну что тут сказать?! А зачем полезли-то? Что второй фронт тоже имеет значение – это было очевидно в начале войны.
Да и вообще, когда ты объединил против себя крупнейшие державы мира, на какой результат ты рассчитывал? Никогда в истории человечества война против всех не давала результат. Даже всесильные римляне активно ссорили своих соседей друг с другом и старались замириться и подкупить часть врагов, чтобы не воевать на два фронта.
Историк Андрей Фурсов приводит данные о военном потенциале в 1941 году. Американцы обладали 40,3% всего мирового потенциала, Германия – 14,3%, СССР – 14%, Англия – 10,8%. Разве могла Германия устоять против такого военного потенциала союзников. Но чтобы он объединился, пришлось пожертвовать началом войны, чтобы именно Германия напала на СССР, и тогда наша страна как жертва агрессии могла рассчитывать на помощь, в первую очередь США.
Но тогда почему Гитлер начал войну на два фронта? Считается, что он перед нападением на СССР планировал замириться с англичанами. Именно поэтому и полетел заместитель Гитлера по партии Рудольф Гесс в Англию в мае 1941 года. Замириться не удалось, но получить от англичан заверение, что они три года не будут серьезно воевать с Третьим Рейхом, вышло. И все надежды Гитлера были на блицкриг, но его сорвало упорное сопротивления РККА в первом полугодии 1941 года. Больше шансов на победу у немцев не было. Об этом и Гальдер, начальник штаба сухопутных войск, писал еще в 1941 году.
Кстати, далеко не все знают, что первой объявила войну США именно Германия. Это произошло после того, как союзник немцев Япония вероломно напала на крупнейшую военно-морскую базу американцев на Тихом океана Перл-Харбор. И Гитлер решил поддержать союзника по антигитлеровской коалиции. Как поддержал и Италию, которая стала терпеть поражения в Северной Африке, послав туда корпус под командованием «лиса пустыни» Роммеля. А этого корпуса очень не хватало немцам в боях на Восточном фронте в 1942 году.
Сталинград
Про ошибки в начале войны я уже писал выше. Ленинград не взяли, на юге затормозились, а от Москвы фашисты и вовсе были отброшены назад. Но роковая ошибка была совершена в 1942 году. Так считают многие немецкие генералы и историки.
Немцы недооценили возможности советской армии по обороне Сталинграда. На бумаге снова все выглядело красиво. В июле 1942 году на Сталинград двинулась армия Паулюса – 270 тыс. солдат и 700 танков. У нашей группировки в Сталинграде было 160 тыс. солдат и 400 танков. Но за год немцы могли бы научиться не верить одним цифрам! Или хваленый немецкий порядок не может предусмотреть такие вещи, как мотивация, отвага и агрессия людей, прижатых к стенке?
Генерал-майор Вермахта Ганс Дёрр в своей книге «Поход на Сталинград» пишет: «Сталинград должен войти в историю войн как величайшая ошибка, когда-либо совершенная военным командованием, как величайшее пренебрежение к живому организму своей армии, когда-либо проявленное руководством».
Так что под Сталинградом была решена судьба гитлеровского Рейха. И то, что немцы после поражение под Сталинградом почти 2,5 года упорно сопротивлялись, говорит о том, что армия Германии была очень сильна. Но советский народ оказался сильнее. Не армия, а именно народ, который вел Отечественную войну с захватчиком, вероломно напавшим на нашу землю. Эта главная причина поражения Германии во Второй мировой войне.
Вот такие высказывания немецких генералов и историков написаны в мемуарах или исследованиях на тему Второй мировой войны. Это далеко не полные данные, многие немецкие фельдмаршалы и генералы, сидя в плену у союзников, написали свои мемуары, с частью которых мне удалось познакомиться. Многие из них обвиняли в своих поражениях фюрера, который не мог им ответить. Но если бы его не поддержали ведущие промышленники Германии и всей Европы, не спровоцировали на нападение на СССР политики и банкиры Англии и США, жаждущие гибели последних империй и передела сфер влияния, не появился бы покоритель почти всей Европы Третий рейх со всеми этими генералами. У Гитлера не было выбора, он должен был воевать, иначе долговая удавка стянула бы его шею.
Когда Гитлер понял, что война против СССР точно проиграна и что он после этого приказал сделать фельдмаршалам
При подходе советских войск к Берлину, главные силы 1-го белорусского фронта, словно лавина, с флангов обходили разбитый корпус Вейдлинга ( Генерал артиллерии германской армии. Командующий обороной и последний комендант Берлина), армия за армией советские войска приближались к окраинам столицы Германии.
В начале апреля 1945-го года, когда советские войска располагались менее чем в ста километрах от Берлина, перед Гитлером стояла дилемма: остаться в столице или бежать в альпийскую крепость.
«Надежда» Гитлера
Свою надежду он возлагал на армейскую группу под командованием Обергруппенфюрера СС Феликса Штайнера.
Гитлер телеграфировал генералу Штайнеру:
Первоочередной задачей армейской группы является наступление с севера от успешного выполнения вашей задачи зависит судьба столицы Германского Рейха Гитлер Штайнеру
Спустя два дня, выяснив, что его приказ до сих пор не выполнен, Гитлер в бешенстве кричал о коррупции, слабости, предательстве, проклинал немецкую армию.
23 апреля Венк, командующий 12-й армией, начал разворачивать свои войска на столицу. Но ни Штайнер, ни Венк, спасти Берлин уже были не в силах. В город с Одерского фронта удалось пробиться лишь корпусу Вейдлинга, который насчитывал 15 000 солдат, что было небольшой помощью в укреплении гарнизона немецкой столицы.
30 апреля Гитлер застрелился.
Сопротивление безумцев
После Висло-Одерской операции в феврале 1945 года, когда Красная Армия форсировала реку Одер и встала в 80 километрах от Берлина, союзники (чьи силы в два с лишним раза превышали численность немецких войск) начали наступление на Кёльн. Поражение Германии оказалось неминуемым. Собственно, оно стало таковым уже после Сталинграда, но ещё осенью 1944-го многие офицеры вермахта были уверены — у Рейха получится выйти из войны без существенных потерь и даже сохранить некоторые оккупированные земли. Однако в последний месяц зимы 1945-го у отдельных нацистских министров (например, у Риббентропа, Шпеера и Розенберга) не осталось сомнений в приближающемся — и очень скором крахе. Чего уж там — даже сам Геббельс написал фюреру письмо, весьма деликатно намекнув о возможности переговоров со Сталиным. Послание осталось без ответа. С Гитлером, конечно, всё понятно, но вот и правда интересно — почему в Рейхе не произошло народной революции, как в 1918 году? Отчего Германия не восстала против Гитлера, а продолжала бессмысленное сопротивление, погубив миллионы своих граждан в кровавой бойне?
Концерт на краю катастрофы
В одном из советских военных фильмов раненый у Зееловских высот немецкий офицер говорит окружившим его красноармейцам — “Мы стояли у стен Москвы, а вы верили, что дойдёте до Берлина. Вот и мы знаем, что обязательно вернёмся под Москву”. Отчасти это объясняет фанатичное упорство Германии — но не полностью. Зимой 1941 года у СССР в тылу были заводы, производившие танки, на фронт поступал бензин для самолётов с нефтепромыслов Каспийского моря, а свежие дивизии из Сибири ехали к подмосковным рубежам. У нацистов ситуация к тому времени была много хуже: военная промышленность наполовину уничтожена англо-американской авиацией, нефтяные промыслы в Румынии потеряны, пенсионеры и подростки из “фольксштурма” со старыми винтовками остановить советские войска не могли. При этом, в нацистской Германии вплоть до самой капитуляции (!) исправно выплачивалась зарплата на предприятиях (задержек жалованья никогда не было), письма и посылки педантично доставлялись почтой по адресам в разрушенных городах, в кинотеатрах шли фильмы, а 12 апреля 1945 года симфонический оркестр Берлина выступил с концертом, и билетов было не достать. Неужели немцы серьёзно думали за три месяца до капитуляции, что способны выиграть войну?
Виселица перед освобождением
20 000 казнённых солдат
Собрание НСДАП в Мюнхене | Фото из открытых источников
