Советские колхозы тогда и сейчас: 27 редких фото, показывающие реальность
Когда я смотрел недавно фильм «Вечный зов», то поразился тому, с каким энтузиазмом люди шли на поля, работали там целыми днями, как рьяно они выбирали председателя колхоза и переживали за сельское хозяйство.
Меня настолько впечатлил фильм, что я решил поискать в интернете побольше информации на тему распространенности колхозов в СССР. Мнения об их роли в жизни страны были разные, но я напишу о том, как сам вижу эту ситуацию.
Как появились колхозы в СССР
В марте 1927 года Правительство СССР издало указ о создании и внедрении в жизнь коллективных хозяйств.
Объяснялось это тем, что так будет усилена экономика страны и быстрее удастся распрощаться с кулаками (богатыми крестьянами, которые якобы наживались за чужой счёт).
Всего за 10 лет после начала образования колхозов около 93% частных дворов крестьян было коллективизировано на благо общества. На тот момент в СССР было 235 000 колхозов.
Государство гордилось тем, что искоренило кулачество в рядах честных советских граждан, ведь половина кулаков была посажены в тюрьмы, сослана в ссылку, а другие выселены из своих родных мест.
За селянами было закреплено право вступать в колхозы на добровольных началах. Но как говорится: «Наш колхоз – дело добровольное. Хочешь – вступай. Не хочешь – корову отберём».
В итоге люди были вынуждены подчиниться указу советской власти.
Земля за колхозами была закреплена на бессрочном пользовании. Стать членом колхозяйства могли любые лица старше 16 лет (исключение – бывшие кулаки и люди, лишённые избирательных прав).
Как выглядели колхозы в СССР
Оказывается, самые первые колхозы появились ещё в 1918 году после Революции. Только тогда они разделялись на коммуны, артели и товарищества. В то время ведущая роль колхозов в экономике СССР еще не была закреплена руководством страны.
Коммуны – появлялись там, где раньше властвовали помещики. У членов коммуны не было собственного хозяйства. Все доходы разделялись по едокам – тем, кто находился на пищевом обеспечении.
Артели – позволяли крестьянам иметь в личном пользовании дом и небольшое хозяйство. Доходы разделялись по тому, сколько человек отработал и насколько качественно.
Товарищества – земля и труд были общие. Дом, домашнее хозяйство и инвентарь оставались во владении крестьян.
Немного агитплакатов и еще фото
Колхозы в СССР образовывались довольно быстро. Правительство зазывало людей вступать в колхозы при помощи разных плакатов и агитационных лозунгов. Посмотрите на плакаты того времени и сами в этом убедитесь.
Государство предоставляло колхозам планы посевов. В них указывалось, сколько нужно засеять каждой культуры на гектарах полей. Такие решения принимались на основании потребностей района, прошлогодних урожаев и качества почвы.
Живы ли колхозы сегодня
Сегодня слово «колхоз» ассоциируется с вымирающим селом, в котором живут одни пенсионеры. По сути, так оно и есть.
Колхозы существовали примерно до 1992г., а потом стали распадаться. Статистика по РФ: из 115 000 сёл – 13 000 вообще вымерли и опустошены, а 35 000 – имеют население 10 человек и менее.
Молодёжь уезжает в города, забирает с собой родителей. А люди, которые остаются в сёлах, не имеют поддержки государства и занимаются сельским хозяйством только для удовлетворения своих нужд.
Развалившиеся здания, заброшенные элеваторы, пустые улицы. Такие места больше напоминают село-призрак.
Проекты по возрождению колхозов часто обсуждаются в правительственных кругах, но дальше разговоров дело не заходит. Я думаю, что, если взяться с умом за это дело и внедрить современную технику – результат будет хорошим.
На замену колхозам все больше приходят частные фермерские хозяйства. Я думаю, они более конкурентоспособны по сравнению с сельскохозяйственными пережитками прошлого.
А что думаете вы? Смогли бы вы переехать в тихую сельскую местность и работать в колхозе или для вас деревня – это просто способ уединиться с природой?
Рабочие красотки Советского Союза
Колхозница — в наши дни, скорее всего, это оскорбление. А вообще, колхозница — это работница колхоза. Раньше, в советские годы, журналисты много писали о доярках, механизаторах. Представители этих профессий всегда были в почёте, их часто награждали, выделяли путёвки в санаторий. А простых колхозниц, которые трудились на полях, убирали картофель, заготавливали вручную сено – их пресса как-то не замечала. А они — вон какие!
Трактористка за рулем своего железного коня, сидя на телогрейке, подбадривающе улыбается, как-будто говорит: «Ну, погнали пахать и сеять!»
С 1943-го по 1947 годы на подземных работах в шахтах Донбасса работало до 80 % женщин. Всего на подземных работах в военные и послевоенные годы работали от 200 до 250 тысяч женщин, соответственно. Медалью «За восстановление угольных шахт Донбасса» награждено 46 300 человек, из них больше половины — женщины. В 1957 году вышло постановление Совмина СССР и ВЦСПС «О мерах по замене женского труда на подземных работах в горнодобывающей промышленности и на строительстве подземных сооружений». Но с женским трудом отрасль еще не была готова расстаться. На протяжении 1958 года на поверхность было выведено 40590 чел., а на 1 января 1960 года под землей еще оставалось работать 50885 женщин. Окончательно с подземных работ женщины были выведены в 1966 году.
Девушки на обувной фабрике
Профессия «сварщик» стала популярной среди женщин по неволе, когда вместо мужчин, ушедших на фронт, они встали на их место. Стали первопроходцами в этой области
Среди доярок, как и среди шахтеров, трактористов и прочих рабочих в СССР были рекордсменки, ударницы-труда, которые выдаивали коров досуха и раз за разом побивали норму надоев. Эти труженицы не только становились заместителями председателя колхозов, но даже продвигались в политике, по партийной линии.
Пилот Челябинского аэропорта Галина Игнатьевна Челибанова. 1969 г. Автор фото — Маторин Н.
Эх, так и хочется сказать: «Кровь с молоком!» И запеть, глядя на это фото: «Не кочегры мы не плотники, но сожалений горьких нет. »
В один прекрасный момент озабоченные здоровьем народа Коммунистическая партия и советское правительство ввели производственную гимнастику. Истоки этой идеи можно найти уже в 1930-е гг. Вплотную ею занялись в середине 1950-х гг. Президиум ВЦСПС постановлением от 22 июня 1956 г. ввел на предприятиях и в организациях производственную гимнастику, разрешив директорам предприятий содержать методистов (инструкторов) по производственной гимнастике за счет средств, выделяемых на охрану труда.
В начале 1960-х гг. всесоюзное радио начало каждый рабочий день передавать специальную передачу с комплексом упражнений производственной гимнастики. Бодрый голос под фортепьяно призывал наклоняться, приседать и т.д.
Потом все как-то затихло. В 1970-е гг. снова возвращаются к этому вопросу.
Деревенский гламур (70 фото) девушки без стеснения, в азарте
Деревенский гламур в фото приколах – та ещё тема. Особенно, если вспомнить яркое шоу, где внешне гламурная дама лихо отплясывает дабстэп вместе с таким же перцем на фоне заросших сорняками огородов, где бродят очумелые от жары курицы.
И одёжка у наших шоуменов и местных звёзд соответствующая русские валенки, сарафанчик на ножках-окорочках и, конечно же, шапка ушанка.
А дальше уже встречаются фото, где та же парочка уже без одёжки, почти в том, в чём мать родила… Впрочем, фото девушек в неглиже и в бикини пользуется в интернете особым спросом и вниманием. Это – топовая тема, особенно если на фоне покосившихся заборов и луж, где спят хрюшки, блистает прелестями местная девченка.
Сельский гламур особенно проявляется в фото приколах, где миру представлены самые современные модели деревенских туалетов типа «сортир». Несмотря на нехитрую схему конструкции, местные умельцы превращают деревянный ящик с дыркой посреди пола в произведение искусства. Тут тебе и мельница, а здесь уже видим сказочную избушку на курьих лапах гламурной тётки Яги. Кажется, вот-вот откроется скрипучая дверь, и старушка пригласит в избу отведать хлеб-соли, э-э, сходить на горшок, извините.
Правда о «колхозном рабстве беспаспортных крестьян» в СССР
Тут и там периодически всплывают рассказы о «колхозном рабстве беспаспортных крестьян» при Сталине.
Как это водится у широкой публики, знаний мало, понимания ещё меньше, но вой стоит – мама не горюй.
А что же там было-то при Сталине?
Придя к власти, большевики царские паспорта отменили. Полная свобода: живи кто хочешь и где хочешь. Правда, города при этом быстро наполнились преступным, неработающим и просто асоциальным элементом.
Управлять городским хозяйством, когда в городе неизвестно, сколько народу живёт, тоже несколько затруднительно. Преступность была – ого. Поэтому было принято решение разобраться и навести порядок. Но сначала необходимо сделать отступление.
Итак… Общее замечание: завывания о том, что переток сельского населения в города есть следствие созданного большевиками «колхозного ада» — они не от большого ума. В связке «деревня-город» миграционное сальдо всегда в пользу города. Со времён как бы не Древнего Рима ещё. При любых строях и режимах.
по состоянию на конец 20-х годов СССР являлся аграрной страной, в которой большинство населения (более 80%) составляли крестьяне.
Руководством был взят курс на коллективизацию и индустриализацию.
Одно неотделимо от другого.
Село представляло собой океан мелких хозяйств. Крайне неэффективных. Хозяйствование велось на уровне времён Ивана Грозного: вспашка сохой, ручной сев, жатва вручную (косой, а то вообще серпом), хранение урожая в амбаре, транспортировка телегой. Товарность была исключительно низкой, ниже, чем в 1917 году, на четвёртом году изнуряющей войны, прикончившей Империю. Большая часть продукции, произведённой на селе, там же и потреблялась. Коллективизация позволяла повысить эффективность сельского хозяйства и увеличить товарность производства.
Городское население в силу своей малочисленности физически было неспособно удовлетворить потребности создаваемой промышленности в рабочих руках. Это было понятно изначально.
Никакой альтернативе крестьянам, как источнику рабочих рук, не было.
Казалось бы, злодеям-большевикам, желающим закрепостить крестьян и проводить переток рабочей силы из одного сектора народного хозяйства в другой под бдительным присмотром, имело смысл сначала ввести паспортную систему, привязать крестьян к земле, а уж потом строго под контролем устраивать миграцию. По оргнабору (о нём будет речь дальше). В реальности же было совсем не так: коллективизация и индустриализация начались безо всяких паспортных систем. В первую пятилетку никаких паспортов не было.
Он же вербовка. Часто можно услышать, что, дескать, это был практически единственный способ для беспаспортного крестьянина покинуть село. Враньё. В действительности же дела обстояли так: для гигантов индустрии типа Кузнецкого или Норильского комбинатов набрать необходимое количество рабочих рук самостоятельно было невозможно – местности кругом малолюдные. Только набирать по всей стране. Поэтому на помощь предприятиям пришёл Наркомат труда. Он помогал с оргнабором. Но вот какое дело: оргнабор – удовольствие не из дешёвых.
Затраты на организацию и проведение ложились на само предприятие. У гигантов индустрии выбора не было – самостоятельно (своим ходом) людей не наберёшь, но вот многие предприятия, которые находились не в таком пиковом положении, стали самостоятельно отказываться от оргнабора и набирать работников исключительно «самотёком». Подчеркнем: набор «самотёком» был изначально. Он не был запрещён ни в начале, ни даже в 1940 году, когда запретили самовольный уход и переход. Брать же новых сотрудников сами не запрещалось никогда. Например, вчерашний выпускник школы сам выбирал: куда ему пойти, а заводу, соответственно, который был им выбран, никто не запрещал самостоятельно взять нового работника.
Важный момент: предприятие само решало – как ему набирать людей. Ещё более важный момент: начиная со второй пятилетки, как раз когда стала действовать паспортная система, активность оргнабора снизилась. Всё больше людей (в массе своей – те самые беспаспортные крестьяне) стало устраиваться на работу «своим ходом»: пришёл на завод/фабрику, поступил на работу.
Завыватели про это не знают, а данный факт, стоит заметить, ну совершенно не вписывается в концепцию «привязали крестьян к земле, вся движуха строго организованно, под контролем властей».
Итак, каковы были итоги первой пятилетки? Миллионы крестьян ушли в промышленность. Требовались ещё миллионы. Индустриализация продолжалась. При этом наблюдались и сугубо негативные явления: города прямо-таки кишели преступниками и просто сомнительными личностями. Помимо того, что расцвёл криминал, так ещё в полный рост встали проблемы управления городским хозяйством.
А что же крестьяне, паспортами не «осчастливленные»? Говорят, они были прикованы к селу отсутствием паспортов.
Во-первых, стоит понимать, что «нет паспорта», «нет документов». Документы-то как раз были. Удостоверения личности, книжки колхозника, справки, метрики – документов хватало.
Во-вторых, стоит знать, что крестьяне с документами постоянно прибывали в города по своим надобностям: что-то продать, что-то купить, проведать родню и т.д. Поездка в город – не экстраординарное событие, но рутина. Крестьяне постоянно ездили в города и, соответственно, постоянно получали справки у себя в селе. Кстати говоря, зимой, когда в деревне делать особо нечего, многие «прикованные к земле» беспаспортные крестьяне уезжали на подработки в города. На месяцы.
Не шибко обременённые знаниями граждане утверждают, что получить справку можно было только, дескать, с письменного разрешения председателя колхоза.
Это враньё. Как водится, врунишки упускают несколько моментов.
Во-первых, не все селяне были колхозниками. Например, учительница, направленная в сельскую школу до введения паспортной системы – она селянка без паспорта, но не колхозница. Зарплату ей платит наркомат (министерство) образования, а не колхоз. Соответственно, председатель колхоза ей не начальник. Плюс, ещё были единоличники.
Во-вторых, форм справок было две: от колхоза и от сельсовета. Это разное. Колхоз – это, фактически, кооператив. Где правление избирается самими крестьянами. Избирается, понятно? Колхоз по своей сути – фирма, предприятие. Не государственное, нет. А вот сельсовет – орган Советской власти.
Рекомендуется их не путать. Колхоз относится только к колхозникам, сельсовет – ко всем селянам, поскольку граждане – все. Орган Советской власти не подчинялся негосударственной фирме «колхоз». Они сами по себе. Один другим не управляет. Колхозник, если кто не понял, имеет отношение не только к колхозу, но и к Советской власти. И даже в первую очередь к Советской власти. Потому что гражданин СССР.
Справки выдавались и там, и там. Давали справки легко. Имели ли место случаи самодурства? Когда документы зажимали? Да, имели. Только не стоит их выдавать за систему: в стране продолжалась индустриализация, властям были нужны рабочие руки крестьян в промышленности, ибо альтернативы крестьянам не было. Председатель колхоза – такой же царь и бог, как сейчас гендиректор фирмы. Сейчас точно так же, как тогда, могут не отпустить, скажем, в отпуск или на учёбу (не подпишем обходной, не выдадим трудовую), когда, например, горят сроки, нет замены и т.д. Или работай, или вообще увольняйся нафиг. И рассчитайся. Тогда было то же самое.
Постановление СНК СССР «Об устранении препятствий к свободному отходу крестьян на отхожие промысла и сезонные работы» от 16 марта 1930 г.:
. Совет Народных Комиссаров Союза ССР постановляет.
1. Решительно воспретить местным органам власти и колхозным организациям каким бы то ни было образом препятствовать отходу крестьян, в том числе и колхозников, на отхожие промысла и сезонные работы (строительные работы, лесозаготовки, рыбные промысла и т. п.).
2. Окружные и районные исполнительные комитеты, под личной ответственностью их председателей, обязаны немедленно установить строгое наблюдение за проведением в жизнь настоящего постановления, привлекая его нарушителей к уголовной ответственности.
О как! Вплоть до уголовной ответственности. Как видим, советские власти строго следили, чтобы даже на местном уровне никаких преград у сельских жителей с переездом в города не было – рабочие руки были нужны городам, без них заводы и фабрики не могли ни построиться, ни начать выпускать продукцию.
Паспорта ввели позже – в 1932 г. И речь здесь не об окончательном переселении в город. Однако, логика государства прозрачна: вас в деревне и так много, а вот в города рабочие руки необходимы. Так что и после 1932 г. отказ в выдаче колхознику справки для выезда в город вполне мог привести к уголовной отвественности.
Стоит понимать, что реально переселившихся в города было ещё больше. Поскольку из города шёл поток специалистов: врачей, учителей, механизаторов, агрономов, зоотехников и т.д. Даже в конце 60-х, когда масштабная индустриализация была давно завершена (а крестьяне по рассказам завывателей в массе паспортов не имели аж до 1974 года, следовательно были «крепостными»), в течение 1968-69 годов в город из села переехало 4,4 миллиона человек, из города в село – 1,7 миллиона.
Кстати, за это же время ещё 2,5 миллиона «крепостных» переехали из одного сельского административного района в другой.
Закрытие крестьянам дороги в город отсутствием паспортов (без которых, якобы, не устроишься на работу) — заурядная ложь.
В стране было столько новых вакансий, что обладатели паспортов (абсолютное меньшинство населения, между прочим) заведомо не могли их заполнить.
Никакого смысла держать на селе массу народу при том, что промышленности были нужны миллионы рабочих рук, не было. Ведь что фактически изменилось с введением института прописки и паспортной системы?
Исчезла вольница «живу где угодно на основании лишь собственного желания и более ничего».
Чтобы жить в городе, стали обязательны законные основания. Работа, учёба. Что характерно, вольница исчезла для всех. Житель, например, Казани, не мог переехать жить, скажем, в Саратов «просто так», только потому, что хочется жить в Саратове. Хоть и с паспортом.
Паспортная система и институт прописки ограничили всех граждан страны, а не только крестьян. Ограничения, следует заметить, были вполне разумны. Выбор между вариантом «в городе живут люди, имеющие работу, которым есть где жить» и вариантом «в городе живёт кто угодно» достаточно очевиден даже с обывательской точки зрения. Желающие могут прикинуть для себя разницу между «в соседней квартире поселилось 20 цыган без определённого занятия» и «в соседней квартире могут селиться только имеющие работу граждане, причём не в каких угодно количествах».
Отдельно стоит упомянуть и об учёбе. Некоторые утверждают, что и тут коварные большевики ставили палки в колёса колхозникам. Комментировать подобный бред трудно, но можно и нужно. Крестьяне были, если кто помнит, одним из двух привилегированных классов. Вместе с рабочими. Советская власть, надо отдать ей должное, реально много делала для того, чтобы подтянуть культурный и образовательный уровень отсталых слоёв населения. Уже само по себе происхождение было бонусом в силу «классовой близости» крестьян и Советской власти.
Более того: существовала вполне официальная система льгот для поступающих в учебные заведения. Не только для крестьян. Для рабочей молодёжи, направленных от предприятий, сирот, демобилизованных из армии и т.д. В союзных республиках ещё и для национальных кадров.И таких были миллионы. В основном вчерашние крестьяне шли в заведения попроще: техникумы, меды, педы и проч. Но поступали и в академии, и даже в университеты. Те самые «бесправные беспаспортные» крестьяне.
Многих волнует вопрос уголовного преследования колхозников. Как с этим обстояло дело? Очень просто. Паспортный режим был для всех. Первое нарушение паспортного режима не влекло уголовной ответственности ни для кого. Ни для кого. Разница между беспаспортным гражданином и паспортным действительно была: попервости штрафовались оба, но беспаспортного ещё и высылали обратно. Высылали незатейливо: своим ходом. Штраф, справка, предписание прибыть по месту жительства в родное село к такому-то сроку. Далее: второе нарушение паспортного режима влекло уголовную ответственность для всех. Для всех. Независимо от паспортности/беспаспортности. Вплоть до двух лет лишения свободы. Неискушённым в работе дознания/следствия могут впарить следующую байку: дескать, беспаспортного колхозника могли замести и бросить на месяц в спецраспределитель (бомжатник).
И вообще, мол, колхозник для городских милиционеров – потенциальный носитель «палки». Важное пояснение: гражданина с документами (будь то паспортный с иногородней пропиской или колхозник с просроченной справкой) в бомжатник совать нельзя.
Оформляется административный протокол, штраф за нарушение паспортного режима – всех делов-то. Уголовное дело возбуждать не за что. Если не рецидив, конечно. Задержанный без документов городской проверялся по ЦАБу (центральное адресное бюро), сельский – по ОАБу (областное). Дальше обычным порядком (см. выше). Вот если на гражданина данных не было, то тут действительно бомжатник и выяснение – кто это вообще такой. Но это уже про бомжей, это другая история.
Десятки миллионов беспаспортных селян переселялись в города. Басни же о том, что большевики старались крестьян прикрепить к земле, но находчивые крестьяне находили лазейки в «крепостном праве», лучше оставить для слабоумных. Десятки миллионов переселившихся в города – это результат не близорукости властей, проморгавших якобы дырки в законодательстве, это результат целенаправленной политики.
Паспорт советского колхозника 1938 года
Как «известно», крестьяне в СССР находились на положении бесправных рабов, не имеющих права на свободное перемещение. Даже Википедия пишет, что у крестьян не было паспортов.
Выдан этот документ Евдокимову Петру Евстафьевичу, крестьянину-колхознику, жителю села Втарасовка Томаковского района Днепропетровской области УССР (да, паспортисты такие паспортисты – что сейчас, что тогда). Втарасовка – это село Высшетарасовка, оно и сейчас существует.
