Кутия, коливо
Кутия́, коли́во (ко́ливо) (греч. κολύβα (колива)) – сваренные пшеница или рис, приправленные сахаром либо медом, иногда смешанные с изюмом, черносливом или яблоками (приготовляется и потребляется в честь какого-либо святого или в память об усопших).
Поминальную пищу обычно называют — кутьёй; великопостную — коливом.
Кутия приносится в храм в память усопших христиан, поставляется на панихидном столе (кануне) с возжженной свечой, знаменующей незаходимый Свет вечной жизни, благословляется священником во время заупокойной службы (панихиды или литии) и вкушается за поминальным столом с молитвенным поминовением усопшего, прежде вкушения обычной пищи.
Пшеница, рис и плоды в кутии означают, что усопший воскреснет, подобно как истлевшее в земле зерно потом приносит обильные плоды, а мед знаменует сладость вечных благ Небесного Царства.
Принесенную в храм кутию (и другие продукты) можно или оставить на поминальном столике (кануне), чтобы вкушающие молитвенно помянули тех, за кого сделано приношение.
В пятницу первой седмицы Великого поста коливо приносится в церковь в воспоминание чуда мученика Феодора Тирона (306 г.). В 362 году греческий император Юлиан Отступник в насмешку над христианами приказал тайно окропить идоложертвенной кровью все съестные припасы, продававшиеся на рынках Антиохии. Отступник от христианской веры хотел таким образом осквернить верующих, которые строго постились в первую неделю Великого поста. Но великомученик Феодор, сожженный в 306 году за исповедание веры Христовой, явился во сне епископу Евдоксию, рассказал об этом распоряжении Юлиана и дал совет вместо оскверненной пищи употреблять в течение недели коливо.
Этим чином благословения колива Церковь как бы напоминает имущим, чтобы они ради праздника и в память усопших поделились с неимущими и от других ястий своей праздничной трапезы, да не остатками или отбросами, а лучшими, сладкими кусками, – напоминает о том, чтобы они в праздники вообще усугубили свои добрые дела, умножили милостыню всякого рода, совершая ее ради праздника и в память усопших, как бы их долю отдавая неимущим, как бы руками этих последних пересылая праздничное угощение дорогим и любимым, подобно тому как было в древней Руси, и как в некоторых местах до последнего времени сохранился обычай в праздники относить или посылать своим близким и друзьям в качестве подарка некоторые снеди праздничной трапезы. Отдать неимущим то, чем рады были бы угостить в праздник наших дорогих усопших, – вот лучший способ праздничного поминовения их, угодный Господу, указываемый и похваляемый Святою Церковью, отрадный для усопших, весьма спасительный и для самих совершающих его.
святитель Афанасий (Сахаров), исповедник
1 стакан риса, 100 гр. изюма без косточек, 100 гр. меда. Рис отварить до мягкости. Отдельно сварить изюм. Соединить с рисом. Подсластить медом, предварительно разведенным в небольшом количестве кипяченой воды.
Рецепты колива:
Коливо из риса. 1 стакан риса залить кипятком (1,5 стакана), плотно накрыть кастрюлю крышкой и варить три минуты на сильном огне, шесть — на среднем, три — на маленьком. Еще 12 минут не открывать крышку, давая рису настояться на пару. Соотношение всех компонентов для колива сохраняется. Иногда добавляют изюм, но это необязательно.
Можно также приготовить коливо из чечевицы или ячменя. В общем смысле — это скудная пища из зёрен.
Коливо
Коливо, иначе кутия, – вареная пшеница с медом, составлявшая пищу бедных римлян и носившая у них название «coliphia». В христианской церкви коливо приносится 1) в честь и память Господних праздников и святых, 2) в память усопших и 3) в пятницу первой недели Великого поста в воспоминание о том, как св. Феодор Тирон, явившись епископу Евдоксию, уведомил его о приказании Юлиана Отступника окропить идоложертвенною кровью все продававшиеся на торжище Антиохии припасы, посоветовал употребить в пищу коливо и тем спас христиан от осквернения (Никифор Кал., История X кн., 12 гл.). Обычай приносить коливо в двух первых случаях существовал уже в IV ст. Указание на это находится в толковании Вальсамона на 4-е апостольское правило. «Каким образом, – говорит он, – приготовленное на память святых и умерших и украшенное разного рода плодами коливо приносится к алтарю, – об этом узнаем из молитвы великого Афанасия, читаемой за умерших».
Содержание молитвы Афанасия В. над коливом остается неизвестным. Дошедшие до нас молитвы этого рода принадлежат позднейшему времени, IX-X и XII в. Такова, напр., молитва над коливом в память святых по рукописи Синайской библиотеки IX-X в. № 957 и X в. № 958 и в память усопших по рукописи той же библ. 1153 г. № 973 (проф. А. А.Дмитриевский, Описание литургических рукописей II, стр, 6, 35. 111). Столь ранних известий о приношении колива в честь Феодора Тирона в литургических памятниках не имеется. О нем не говорят древнейшие из известных уставов, – Типикон великой Константинопольской церкви IX-X в. и Константинопольского Евергетидского монастыря XII ст., хотя в том и другом памятнике служба субботы первой недели Великого поста посвящена памяти этого святого (А. А. Дмитриевский, Описание I, стр. 115. 519), а песнопевцем XI в. Иоанном Евхаитским составлен ему особый канон (Филарет, архиеп. Черниговский, Исторический обзор песнопевцев, стр. 327). В Синайском Канонаре X-XI в. нет даже и подобного указания. Ввиду подобного обстоятельства, введение в церковную практику обычая приносить коливо в честь Феодора Тирона можно считать сравнительно поздним. В пользу такого предположения говорит и тот факт, что молитва над коливом молебного пения Феодору Тирону: «Вся совершивый словом Твоим, Господи», не есть специальная на этот случай молитва, а молитва над коливом в память вообще святых (рукоп. IX-X в. Синайской библ. № 957: А. А. Дмитриевский, Описание II, стр. 6; ср. Евхологион александрийской патриаршей библ. XIV в. ibid., стр. 351). Это несомненный признак того, что при составлении службы Феодору Тирону пользовались готовым материалом.
Что касается приношения колива в честь и память святых и всех вообще усопших, то оно составляет, как можно думать, остаток тех древних трапез, или вечерей любви, которые устраивались в древней христианской церкви в дни кончины мучеников и простых смертных. «Мы, – говорит, напр., Ориген, – празднуем день смерти потому, что не умирают те, которые кажутся умершими. Поэтому и поминовение святых совершаем и родителей наших и друзей, в вере усопших, набожно память творим. Когда же совершается память их, тогда созываем благочестивых со священниками и вместе с клиром угощаем верующих» (Толкование на кн. Иова). Существование и устройство агап в дни кончины отмечает также и Иоанн Златоуст (Беседа 27 на 1 посл. к Коринфянам). Право считать приношение колива остатком этих древних трапез дают следующие соображения. Как известно, по действующему ныне церковному Уставу поминовение усопших и приношение за них колива совершаются в Великий пост только в пятницу вечером, субботу и неделю и не имеют места в остальные седмичные дни (Последование вечера Сырной недели; см. еще Типикон Константинопольского Евергетидского монастыря XII в. и Типикон 1205 г Барбрриновой библ. в Риме III № 69: А. А. Дмитриевский, Описание 1, стр. 523. 827). Подобная практика возникла на почве постановлений Лаодикийского собора 364 г.: «ни памяти мученик творити (в Великий пост), токмо в субботу и неделю; не подобает в Великий пост ни брака, ни памяти по мертвых, ни иного коего пира творити» (50 и 51 пр.). Под «пиром» в память усопших собор разумеет вышеупомянутые трапезы, устроявшияся в древней церкви в дни кончины: – их совершение в четыредесятницу представляется несовместимым со строгостью поста. И если на основании соборного запрещения устраивать в Великий пост трапезы по умерших церковь отменяет на данное время приношение колива, то само собою понятно, что последнее рассматривается ею, как остаток этих именно погребальных трапез. И, действительно, молитва над коливом по рукописи Синайской библиотеки 1153 г. № 973 усвояет его приношению название « Σοχη’ » – вечеря любви. По ее словам, в приношении колива прославляются Господь и Его пречистая Матерь, принимают участие все святые и Ангелы. Объединяя церковь небесную и земную, оно подобно вечери Авраама, на которой последний принимал странников (А. А. Дмитриевский, Описание II, стр. 111–112). Как остаток древних трапез в дни памяти святых и усопших, коливо входит и в настоящее время в составь поминального стола и для него благословляется. «Последование над коливом на трапезу в память празднуемых святых» – читаем в рукописи Святогробской библиотеки 1584 г. № 134 (А. А. Дмитриевский, Описание II, стр. 806).
Благословение колива в честь и память святых ограничивалось по древней практике чтением одной из трех молитв: современной – «Сотворивый вся словом Твоим, Господи», или – «Боже Вседержителю, создавый небо и землю и море и вся, яже в них», или «Благословен еси, Господи, единый человеколюбивый и безгрешный» (А. А. Дмитриевский, Описание II, стр. 6. 157. 181. 191. 287; 35. 45. 71. 82. 148. 196, 111). Что же касается благословения колива в память усопших, то иногда оно состояло из одной молитвы: «Владыко, Господи Боже наш, во свете живый», или «Благословен еси Боже отцев наших, создавый человека и введший его в мир», или даже «Вся сотворивый словом Твоим, Господи» (А. А. Дмитриевский, ibid, стр. 110. 111. 148), иногда же принимало форму целого последования с различным составом в зависимости от того, в память кого приносилось коливо: – мирянина, священника или же монаха (А. А. Дмитриевский, ibid, стр. 327. 771. 921). По сравнению с современным оно имело больший объем, – содержало пение погребального канона и погребальных стихир.
В русской церкви обычай приносить коливо отмечается уже в вопросах Кирика к епископу Нифонту. «Слышал я негде, – говорить Кирик, – что над кутьею за упокой нужно зажигать две свечи или четыре или сколько бы ни было, но чет, а за здравие пять или три. Клим (один из числа тех, к которым Кирик обращался с вопросами), сказал мне на это: сколько хочешь – и за здравие, и за упокой, но без просфор, ибо просфора проскомисается в алтаре и не кладется на кутию» (проф. Е. Е. Голубинский, История русской церкви I, 2, стр. 396 по 1-му изд.).
Коливо что это такое
Сегодня мы начинаем новый цикл материалов — о церковных «профессиях». Может быть, и не профессиями стоило бы их назвать — прежде всего, это послушания, важные, нужные. Но занимаются ими настоящие профессионалы своего дела, вкладывающие в свой труд не только мастерство, но и душу, и молитву, и любовь к Богу. Зачастую эти люди неизвестны обычным прихожанам — видны только результаты их усилий. Так что, рассказывая о них и об их умениях, мы не только приоткрываем дверь в переносном, а иногда и в прямом смысле на кухню, но и воздаем этим труженикам дань уважения.
Рассыпчатое, ароматное, вкусное, так и тает во рту… За ним всегда выстраивается очередь. Порой думаешь: а вдруг не достанется, а возможность угоститься в следующий раз нескоро будет. Нет, речь идет вовсе не о каком-то дефицитном лакомстве — а о коливе, которое во многих храмах нашей епархии готовят на великие и двунадесятые праздники, в дни поминовения усопших и памяти особо чтимых святых.
Оказывается, коливо распространено не во всех регионах России, и многие, услышав это название, ошибочно представляют себе кутью, то есть вареный рис с медом и изюмом, которую обычно готовят для поминальных трапез. О секретах приготовления настоящего колива мы поговорили с диаконом Виктором Сигаревым, который уже больше пяти лет готовит его в Покровском храме Саратова.
Заступничество великомученика
Слово «коливо» буквально переводится с греческого как «вареная пшеница». Это название связано с древним обычаем делать поминальные подношения из зерна и фруктов — «kolibo», однако сейчас это блюдо готовят не только для поминовения усопших.
Традиция освящения колива появилась в Церкви полторы тысячи лет назад и связана с именем великомученика Феодора Тирона. Император Юлиан Отступник велел окропить идоложертвенной кровью все продукты на рынке, чтобы благочестивые христиане, не желающие нарушать пост, сами того не осознавая, вкушали оскверненные продукты. В эти дни константинопольскому архиепископу явился во сне святой Феодор, который предупредил архиерея о замысле императора и повелел христианам в дни строгого поста не посещать торговые ряды, а употреблять вареную пшеницу из домашних запасов — коливо. В память об этом событии в Церкви установлен чин освящения колива. Он совершается в православных храмах в пятницу первой седмицы Великого поста.
Традиция приготовления колива и в другие дни церковного года широко распространена в Греции, Болгарии и Сербии и понемногу начинает возрождаться и в нашей стране. В Саратове этим благословили заниматься диакона Виктора Сигарева, тогда еще просто прихожанина Покровского храма. Кандидатура была выбрана не случайно: за плечами отца Виктора учеба в кулинарном училище, а затем — освоение профессии художника-скульптора и работа декоратором.
— В церковь я пришел, когда стал читать Библию и понимать, что в жизни есть вещи гораздо важнее мирской суеты,— вспоминает отец Виктор.— Когда начал воцерковляться и увидел красоту православного богослужения, стал задумываться о том, как я лично могу послужить Богу. Поэтому, когда предложили помогать в храме — заниматься коливом, я обрадовался. Мне было интересно попробовать себя в чем-то новом. О принятии сана я тогда и мечтать не смел, считая себя недостойным человеком. Но не мы выбираем Бога, а Он нас, как апостолов из рыбаков и мытарей. Для меня моя хиротония является чудом из чудес!
Что такое коливо, наш собеседник не представлял, поэтому искал информацию в Интернете. Примерно год ушел на освоение технологии, изучение нюансов, и, наконец, стало получаться.
— Лично для меня самым важным было понять, как украшать готовое блюдо, ведь к изготовлению колива я скорее приступал как художник, а не как кулинар,— говорит отец Виктор.— Хотя, конечно, в этом процессе важно всё, потому что если красиво украшено, но невкусно, есть никто не будет. Увлекаясь творчеством, не стоит забывать о рамках традиции, чтобы не превратить коливо из блюда церковного в обычный десерт.
В книгу рецептов
Основу колива составляет пшеница, и выбирать ее необходимо тщательно, так как ее качество решающим образом сказывается на вкусе конечного продукта. Белая яровая пшеница лучше всего: после обработки она становится мягче, чем остальные сорта, и при этом зерно держит форму и не разваривается.
Мы попросили отца Виктора поделиться рецептом настоящего колива.
— Рецепт простой: два стакана пшеницы заливаем двенадцатью стаканами воды, слегка подсаливаем и ставим варить на 2–3 часа,— рассказывает он.— Вареное зерно откидываем на дуршлаг и промываем прохладной проточной водой. Равномерным тонким слоем раскладываем пшеницу на столе — на любую чистую ткань, даем подсохнуть 40–60 минут. После этого пересыпаем в емкость. Посуду лучше брать латунную, не стоит использовать пластиковые, эмалированные тазы и изделия с неблагочестивым рисунком. Добавляем к пшенице один стакан кокосовой стружки, 1/4 стакана черного изюма, 1/4 стакана светлого изюма, 1/2 стакана молотого постного печенья, цедру одного лимона, натертую на мелкой терке, стакан грецких орехов, треть которых мелко порезана, а две трети — молотые. Тщательно перемешиваем все ингредиенты, чтобы получилась однородная рассыпчатая масса, напоминающая правильно приготовленный плов. После этого разравниваем поверхность колива и посыпаем перемолотыми сухарями из пшеничного хлеба — это уберет все неровности и излишнюю влагу. Через мелкое сито припорошим все сахарной пудрой и снова — сухарями.
Чем будем рисовать?
Когда видишь на поверхности готового колива лик святого или затейливый орнамент, в голове не укладывается: как можно сотворить такую красоту? Карандашом и красками такое не каждый изобразит, а тут-то вообще… Чем, кстати, это всё делается?
Рисунок — действительно, самая сложная часть работы. Он должен соответствовать православным канонам и традициям. Разрешается дополнить изображение орнаментом, что дает возможность использовать больше цветов в оформлении.
— Сначала у меня была одна техника украшения — роспись красителями по глазури,— рассказывает отец Виктор.— Но это занимало очень много времени, 7–8 часов. Потом я узнал, что на Афоне для создания рисунка применяют крашеный сахар. Попробовал, но в работе это оказалось неудобным, потому что кристаллы крупные — мелкие детали из них не сделаешь. На Афоне коливо в больших блюдах, и детали, соответственно, больше. В качестве цветных ингредиентов я стал использовать молотые маковые зерна, какао-порошок, специи с неярко выраженным вкусом — сладкую паприку, например. Но настал момент, когда этих цветов перестало хватать, и нужна была какая-то альтернатива. Так я перешел к крашеным сухарям. С помощью пищевых красителей можно создать огромную цветовую палитру. Применяю и натуральные красители: например, черный цвет получаю из чернил каракатицы.
В мастерской отца Виктора много баночек с сухарями разных цветов — действительно, хоть картину рисуй. Съедобные «краски» он заготавливает заранее. Процесс несложный: берем буханку пшеничного хлеба, срезаем со всех сторон корку, чтобы она не добавляла дополнительный тон. Режем на мелкие кубики и сушим до полной готовности. Затем разводим в воде пищевой краситель нужного цвета и погружаем туда сухари. Покрасив сухари в разные цвета, снова их сушим и перекручиваем через мясорубку в мелкую крошку — каждый цвет отдельно. Просеиваем через мелкое сито и засыпаем в емкости. Пудру из сухарей не следует хранить очень долго, так как она может прогоркнуть.
— Приготовить и украсить коливо может любой человек, даже не имеющий художественных навыков,— объясняет отец Виктор.— Главное — уметь держать в руках карандаш и линейку и быть готовым к кропотливому труду. Когда я только начал заниматься коливом, то решил для себя никогда не повторяться в рисунках. Пока получается. Обычно образы сами приходят в голову — тогда сажусь и начинаю рисовать. Как правило, это крест с каким-либо орнаментом или лик святого. Некоторые люди настороженно относится к тому, что на коливе изображен святой. Но такова традиция. На том же Афоне в монастырях святых изображают на коливе очень часто, и это никого не смущает.
После того как образ придуман и перенесен на бумагу, изготавливается трафарет. Круг с вырезанным крестом накладывается на поверхность колива, и незакрытое пространство засыпается цветными сухарями. Подобным же образом наносятся на поверхность колива остальные детали.
— Цвета должны гармонично сочетаться между собой,— продолжает отец Виктор.— Я стараюсь делать акцент не на цвет, а на сюжет. Помимо крашеных сухарей коливо можно украсить любыми орехами, зернами граната или очищенными тыквенными семечками. Но, повторюсь, это не кондитерское изделие, поэтому цукаты, мармелад, шоколад добавлять не стоит — это уже перебор.
Где можно научиться?
Коливо обычно делается за день до его освящения. На ночь его нужно ставить в холодильник, иначе зерно может вступить в реакцию с сахарной пудрой и начнется процесс брожения.
На всю работу уходит около трех–четырех часов, но если рисунок сложный, то до восьми. Чтобы нарисовать образ святого, нужно последовательно наложить 10–15 цветов. Приготовлением колива отец Виктор всегда занимается один — включает Псалтирь, сам что-то напевает. Иногда работает в полной тишине, если рисунок сложный и трудоемкий. Для него это прежде всего послушание, часть жизни в Церкви.
Свои умения саратовский мастер передает и другим людям: проводит уроки, консультирует дистанционно. В Покровском храме даже сняли учебный фильм по изготовлению колива, где весь процесс показан пошагово.
— Приезжали к нам из разных епархий, и сейчас периодически пишут, звонят, просят подсказать что-то. Далеко не везде есть традиция готовить коливо на все праздники, да и не каждый храм может себе это позволить — ингредиенты недешевые, особенно орехи. А главное, нужен обученный человек. У нас в епархии это прижилось и продолжает развиваться: смотрю на работы своих учеников и вижу, что некоторые из них уже превзошли меня в мастерстве,— говорит он.
А можно ли приготовить коливо дома?
— Даже нужно! — улыбается отец Виктор.— В Греции, например, есть такая традиция: на поминовение своих родственников каждый православный грек готовит коливо, пишет на нем инициалы усопшего и приносит в храм на панихиду, а потом дома за семейной трапезой вкушает. Это как у нас на Пасху куличи приносят. А в Болгарии есть колеварни: если сам не умеешь или времени нет, то можно купить, освятить и принести домой. С первого раза самостоятельно приготовить вряд ли удастся, поэтому наберитесь терпения — и все получится.
Учебный материал по изготовлению колива можно найти на портале Саратовской епархии «Православие и современность» и сайте Покровского храма Саратова. На странице Покровского храма «ВКонтакте» можно ознакомиться с образцами работ.
Газета «Православная вера» № 21 (641)
Пятница первой седмицы Великого поста
Пусть никто не будет коварным, пусть никто не питает злобы,
пусть никто не питает яда в душе, чтобы не причащаться во осуждение.
Святитель Иоанн Златоуст
В пятницу первой седмицы Великого Поста после вечерни и Литургии Преждеосвященных Даров в храмах совершается молебный канон святому великомученику Феодору Тирону и благословляется в честь его коливо – рис, сваренный с медом. Празднование это установлено по следующему случаю.
Освящение колива. Фото: Патриархия.Ru
В 362 году греческий император Юлиан Отступник в насмешку над христианами приказал тайно окропить идоложертвенной кровью все съестные припасы, продававшиеся на рынках Антиохии. Отступник от христианской веры хотел таким образом осквернить верующих, которые строго постились в первую неделю Великого Поста. Но великомученик Феодор, сожженный в 306 году за исповедание веры Христовой, явился во сне епископу Евдоксию, рассказал об этом распоряжении Юлиана и дал совет вместо оскверненной пищи употреблять в течение недели коливо.
В конце первой седмицы Великого Поста все члены Церкви Христовой исповедуются и причащаются святых Христовых Таин. Приступающий к Таинству покаяния приходит к священнику, совершающему исповедь у аналоя, и кается в своих грехах. На аналое лежат Крест и Евангелие, символизируя невидимое присутствие Самого Бога, Которому исповедуется человек, тогда как священник является лишь свидетелем при этом Таинстве. Священник, видя чистосердечное раскаяние человека, возлагает конец епитрахили на его приклоненную голову и читает разрешительную молитву, прощая ему грехи от имени Самого Иисуса Христа, и осеняет его крестным знамением. Поцеловав Крест и Евангелие, исповедавшийся принимает благословение от священника на причащение Святых Христовых Таин.
Креста Твоего Господи, сила великая: ибо образующе сего в себе, абие демонов крепость отражаем.
«Велика сила Креста Твоего, Господи: ибо, им себя ограждая, тотчас демонскую силу побеждаем».
Велия веры исправления, во источнице пламене, яко на воде упокоения, святый мученик Феодор радовашеся: огнем бо всесожжегся, яко хлеб сладкий Троице принесеся. Того молитвами, Христе Боже, спаси души наша.
«О великие успехи веры! Посреди пламени, как в прохладной воде, святой мученик Феодор радовался: ибо, сгорев в огне, стал подобным сладкому хлебу для Троицы. Его молитвами, Христе Боже, спаси души наши».
Тропарь святому Феодору Тирону
Веру Христову яко щит внутрь приим в сердце твоем, противные силы попрал еси, многострадальче: и венцем небесным венчался еси вечно, Феодоре, яко непобедимый.
«Приняв, как щит, в сердце твоем веру Христову, вражеские силы попрал, многострадальный, и небесной вечной наградой увенчан был ты, Феодор, как непобедимый».
Кондак святому Феодору Тирону
Грехи оплаканные, исповеданные и разрешенные, уже не в нас, или не на нас. Они тоже, что сучья, отрубленные от дерева: когда любили грехи, они были на дереве жизни нашей живыми ветвями и питались от него; когда же мы отвратились от них, стали мерзить ими, раскаялись и исповедались, – этим действием мы отсекли их от себя. В минуту разрешения они отпали от нас. Теперь это сухие ветки, и Господь идет попалить в нас сие терпение прегрешений. Чрез разрешение грехов Он Себе приготовляет в нас достойную Себя обитель.
Исповедь. Фото: А.Поспелов / Православие.Ru
Не говори: сегодня согрешу, а завтра покаюсь, но лучше сегодня покаемся, ибо не знаем, доживем ли до завтра.
Хорошо делают те, которые, готовясь к исповеди в первый раз после долгого пребывания во грехах, находят случай предварительно переговорить с духовным отцом и рассказать ему всю историю жизни своей греховной. Таким нет опасности забыть или пропустить что-либо в смятении во время исповеди. Всячески стоит позаботиться о полном открытии грехов своих. Господь дал власть разрешать не безусловно, а под условием раскаяния и исповеди.
Если же не будем достодолжно об грехах исповедоваться, то во время исхода нашего страх некий неопределенный найдем в себе. А нам, любящим Господа, надлежит желать и молиться, чтобы в то время оказаться непричастными никакому страху, – ибо кто тогда будет находиться в страхе, тот не пройдет свободно мимо князей адских, потому что эту боязливость души они считают за признак соучастия ее в их зле, как это в них самих есть.
Когда согрешашь ты, не плачь и стенай не о том, что будешь наказан: это еще не важно; но о том, что ты оскорбил своего Владыку, который столько благ, столько тебя любит; столько заботится о твоем спасении, что и Сына Своего предал за тебя. Вот о чем ты должен плакать и стенать, и плакать непрестанно. Ибо в этом состоит исповедание.
Преподобный Нил Синайский
Всякий грех совершается для наслаждения, и всякое прощение грехов получается через злострадание и печаль.
Преподобный авва Фаласий
Кто здесь не плачет о себе, тот будет вечно плакать там. Итак, необходимо плакать или здесь – добровольно, или там – от мучений.
Преподобный авва Арсений
Коливо. Фото: iliya-monastery.org
Исповедуюся Господу Богу Вседержителю, в Святой Троице славимому и поклоняемому Отцу, и Сыну, и Святому Духу…, во всех моих грехах, зле мною, содеянных мыслью, словом, делом и всеми моими чувствы.
Согрешил я пред Господом и Спасителем моим неблагодарностью, маловерием и неверием. – Каюсь, Господи, помилуй, прости и спаси!
Согрешил вероломством и неверностью, непостоянством в добродетели, легкомыслием, суетностью, тщеславием, боязливостью, ропотом, унынием, малодушием. – Каюсь, Господи, помилуй, прости и спаси!
Согрешил я Господи: самолюбием, гордостью, унижением других, завистью, ненавистью, злобою, ехидством, грубостью, дерзостью, жестокостью. – Каюсь, Господи, помилуй, прости и спаси!
Согрешил объядением, пьянством, курением, леностью, похотью, блудом, нечистотою. – Каюсь, Господи, помилуй, прости и спаси!
Согрешил своенравием, самочинием, непослушанием, неповиновением, строптивостью нрава. – Каюсь, Господи. Помилуй, прости и спаси!
Согрешил корыстолюбием, скупостью, жадностью, лживостью, лукавством, клеветою, придирчивостью, божбою, лицемерием. – Каюсь, Господи, помилуй, прости и спаси!
Согрешил похищением, татьбою, присвоением чужого, утаением найденного, обвешиванием и обманом в купле и продаже, поблажкою и потворством грехам и преступлениям. – Каюсь, Господи, помилуй, прости и спаси!
Согрешил я, Господи: суетным провождением времени, пустословием, празднословием, сквернословием, игрою в карты, страстью и чтению пустых книг, нерадением к чтению Священного Писания и других духовных и душеполезных книг. – Каюсь, Господи, помилуй, прости и спаси!
Согрешил недоброжелательством, зложелательством, злорадством, злопамятством… Каюсь, Господи, помилуй, прости и спаси!
Согрешил недобросовестным исполнением служебных обязанностей, роскошью, неуважением к старости, оскорблением родителей, придумыванием извинения своим грехам и самооправданием вместо самоосуждения и самообличения…, подстрекательством на зло, проклятием на ближнего, ругательством, убийством … … – Каюсь, Господи, помилуй, прости и спаси!
Каюсь во всех беззакониях своих, горько сокрушаюсь о согрешениях и впредь, при Божией помощи, буду от них блюститься.
Прости меня, отче честный, и будь мне свидетелем в день суда против обличителя моего диавола, что все сие я исповедал и, по данной тебе от Бога власти прощать кающимся грехи, разреши от них, и помолися, да управит Господь путь мой во спасение.
Житие святого великомученика Феодора Тирона
Это произошло около 306 года при Римском императоре Галерии. Неповрежденное огнем тело святого Феодора было погребено в городе Евхаитах, недалеко от Амасии. Впоследствии мощи его были перенесены в Царьград, в храм, освященный во имя его. Глава же его находится в Италии, в городе Гаэте.
Спустя 50 лет после мученической кончины святого Феодора, император Юлиан Отступник (361 – 363), желая надругаться над христианами, приказал градоначальнику Константинополя окроплять в первую седмицу Великого Поста все съестные припасы на рынках идоложертвенной кровью. Святой Феодор, явившись во сне архиепископу Евдоксию, повелел ему объявить всем христианам, чтобы никто не покупал ничего на рынках, а ели вареную пшеницу с медом – коливо (кутью или сочиво). В память этого события Православная Церковь ежегодно совершает празднование в субботу первой недели Великого Поста. В навечерие субботы, в пятницу, на Божественной Литургии Преждеосвященных Даров после заамвонной молитвы читается канон молебный Святому Великомученику Феодору, составленный преподобным Иоанном Дамаскиным. После этого коливо благословляется и раздается верующим. Празднование великомученику Феодору в субботу первой седмицы Великого Поста описывал патриарх Константинопольский Нектарий (381 – 397).
Настольная книга священнослужителя, Т. II
