Колыбель для кошки
«Можете звать меня Ионой» — такой фразой открывается роман. Герой-повествователь считает, что именно это имя куда более подходит ему, чем данное при рождении, ибо его «всегда куда-то заносит».
Боконон учит, что все человечество разбито на карассы, то бишь на группы, которые не ведают, что творят, исполняя волю Божью, причём карассы следует отличать от гранфаллонов, ложных объединений, к каковым, среди прочего, относится и коммунистическая партия.
Работа над книгой о конце света по необходимости приводит повествователя в карасc, главой которого является великий учёный Феликс Хонникер, лауреат Нобелевской премии и отец атомной бомбы, который живёт и трудится в вымышленном городе Илиум, возникающем во многих книгах Воннегута.
Когда на испытаниях атомной бомбы кто-то заметил: «Теперь наука познала грех», Хонникер удивлённо спросил: «А что такое грех?» Не знал великий учёный и что такое любовь, сострадание, моральные сомнения. Человеческий элемент мало интересовал гения технической мысли. «Иногда я думаю, уж не родился ли он мертвецом, — рассуждает один из тех, кто довольно близко знал его. — Никогда не встречал человека, который настолько не интересовался бы жизнью. Иногда мне кажется: вот в чем наша беда — слишком много людей занимают высокие места, а сами трупы трупами».
По воспоминаниям младшего сына Хонникера Ньюта, отец никогда не играл с детьми и лишь однажды сплёл из верёвочки «колыбель для кошки», чем страшно напугал ребёнка. Зато он с упоением разгадывал головоломки, которые преподносила природа. Однажды пехотный генерал пожаловался на грязь, в которой вязнут люди и техника. Хонникеру загадка показалась заслуживающей внимания, и в конце концов он придумал лёд-девять, несколько крупиц которого способны заморозить все живое на много миль вокруг. Учёному удалось получить сосульку, которую он положил в бутылочку, спрятал её в карман и поехал к себе на дачу встречать Рождество с детьми. В Сочельник он рассказал о своём изобретении и в тот же вечер скончался. Дети — Анджела, Фрэнк и лилипут Ньют — поделили сосульку между собой.
Узнав, что Фрэнк в настоящее время — министр науки и прогресса «банановой республики» Сан-Лоренцо, которой правит диктатор Папа Монзано, герой-повествователь отправляется туда, заодно обязавшись написать для американского журнала очерк об этом острове в Карибском море.
В самолёте он встречается с Анджелой и Ньютом, которые летят в гости к брату. Чтобы скоротать время в пути, герой читает книгу о Сан-Лоренцо и узнает о существовании Боконона.
Когда-то некто Л. Б. Джонсон и беглый капрал Маккейб волей обстоятельств оказались у берегов Сан-Лоренцо и решили его захватить, Никто не воспрепятствовал им в осуществлении задуманного — прежде всего потому, что остров считался совершенно бесполезным и народу там жилось хуже не придумаешь. Местные жители никак не могли правильно произнести фамилию Джонсон, у них все время получалось Боконон, и потому он и сам стал так себя называть.
На острове герой знакомится с рядом колоритных персонажей. Это — доктор Джулиан Касл, о котором ему, собственно, и заказыва ли очерк. Миллионер-сахарозаводчик, прожив первые сорок лет жизни в пьянстве и разврате, Касл затем решил по примеру Швейцера, основать бесплатный госпиталь в джунглях и «посвятить всю свою жизнь страдальцам другой расы».
Личный врач Папы Монзано доктор Шлихтер фон Кенигсвальд в свободное время самоотверженно трудится в госпитале Касла. До этого он четырнадцать лет служил в эсэсовских частях и шесть — в Освенциме. Ныне он вовсю спасает жизнь беднякам, и, по словам Касла, «если будет продолжать такими темпами, то число спасённых им людей сравняется с числом убитых примерно к три тысячи десятому году».
На острове герой узнает и о дальнейших подвигах Боконона. Оказывается, он и Маккейб попытались было устроить на острове утопию и, потерпев неудачу, решили поделить обязанности. Маккейб взял на себя роль тирана и притеснителя, а Боконон исчез в джунглях, создав себе ореол святого и борца за счастье простых людей. Он стал отцом новой религии бокононизма, смысл которой состоял в том, чтобы давать людям утешительную ложь, и сам же запретил своё учение, чтобы повысить к нему интерес. На Боконона из года в год устраивались облавы, но поймать его не удавалось — это было не в интересах тирана во дворце, и самого гонимого такие преследования от души потешали. Впрочем, как оказалось, все жители острова Сан-Лоренцо — бокононисты, в том числе и диктатор Папа Монзано.
Фрэнк Хонникер предлагает повествователю стать будущим президентом Сан-Лоренцо, так как дни Папы сочтены и он умирает от рака. Поскольку ему обещают не только президентство, но и руку очаровательной Моны, герой соглашается. Предполагается, что об этом будет всенародно объявлено во время праздника в честь «ста мучеников за демократию», когда самолёты будут бомбить изображения знаменитых тиранов, плавающие в прибрежных водах.
Но во время очередного приступа боли Папа принимает болеутоляющее и мгновенно умирает. Выясняется, что принял он лёд-девять. Кроме того, всплывает ещё одна печальная истина. Каждый из потомков доктора Хонникера выгодно сбыл свою часть папиного наследия: лилипут Ньют подарил понравившейся ему советской балерине, получившей задание Центра любой ценой добыть сокровище, некрасивая Анджела ценой «сосульки» приобрела себе мужа, работавшего на спецслужбы США, а Фрэнк благодаря льду-девять стал правой рукой Папы Монзано. Запад, Восток и третий мир оказываются тем самым владельцами страшного изобретения, от которого может погибнуть весь мир.
В убежище герой изучает собрание сочинений Боконона, пытаясь найти в них утешение. Он не внемлет предупреждению на первой же странице первого тома: «Не будь глупцом. Сейчас же закрой эту книгу. Тут все сплошная фома». Фома у Боконона означает ложь. Мало утешает и четырнадцатый том сочинений. Он состоит из одного-единственного произведения, а в нем одно слово — «нет». Так коротко откликнулся автор на вопрос, вынесенный им в заглавие: «Может ли разумный человек, учитывая опыт прошлых веков, питать хоть малейшую надежду на светлое будущее человечества?»
На последних страницах загадочный Боконон является героям. Он сидит на камне, босой, накрытый одеялом, в одной руке держит лист бумаги, в другой карандаш. На вопрос, о чем он думает, мудрец и мистификатор отвечает, что пришло время дописать последнюю фразу Книг Боконона. Именно этим пассажем и завершается апокалипсическое повествование: «Будь я помоложе, — вещает Боконон, — я написал бы историю человеческой глупости. Я забрался бы на гору Маккейб и лёг на спину, подложив под голову эту рукопись. И я взял бы с земли сине-белую отраву, превращающую людей в статуи. И я стал бы статуей и лежал бы на спине, жутко скаля зубы и показывая длинный нос сами знаете кому!»
Понравился ли пересказ?
Ваши оценки помогают понять, какие пересказы написаны хорошо, а какие надо улучшить. Пожалуйста, оцените пересказ:
Что скажете о пересказе?
Что было непонятно? Нашли ошибку в тексте? Есть идеи, как лучше пересказать эту книгу? Пожалуйста, пишите. Сделаем пересказы более понятными, грамотными и интересными.
Курт Воннегут. «Колыбель для кошки». Рецензия
«Колыбель для кошки» — одно из самых известных произведений Курта Воннегута. По форме это научно-фантастическая проза, однако это не совсем та фантастика, к которой мы привыкли. Это не Гарри Гаррисон. Для Воннегута фантастический фон, фантастические элементы — зачастую представляют собой метафору, повод поразмышлять о нашей жизни. Вот и здесь с первых страниц вы сначала не сможете понять, что же здесь вообще фантастического.
[stextbox defcaption=»true»]Оригинальное название: Cat’s Cradle.
Жанр: научная фантастика, фантастический роман, сатира.
Год издания: 1963.
Где купить: «Колыбель для кошки» в магазине Лабиринт.[/stextbox]
Вообще, пересказывать сюжет книг Воннегута — занятие неинтересное и несколько нелепое. Его произведения не о сюжете вовсе, они представляют собой нечто большее, событийная часть не самая главная. Да и все каждый раз настолько одновременно просто и запутанно, что в какую-то разумную цепочку все это уложить невозможно. Наверно, поэтому и стиль книг часто такой специфический, с нарушением обычной житейской логики, переключением от прошлого к настоящему, от размышлений к действию и наоборот. С самого начала Колыбели для кошки вы сможете понять, ваш это автор или нет.
Для стиля Воннегута в целом характерны ирония, в некоторой степени черный юмор, стремление к нестандартному, образному взгляду на мир. Автор всегда остроумен и всегда — философ, в его книгах множество интересных идей, занятных и жизненных размышлений. В данном романе даже названия глав подобраны с юмором. Характерен символизм заглавия книги: колыбель для кошки — это детская игра с веревочкой, которую взрослые завязывают, создавая для ребенка причудливые узоры.
«– Это одна из самых древних игр – заплетать веревочку. Даже эскимосам она известна.
– Да что вы!
– Чуть ли не сто тысяч лет взрослые вертят под носом у своих детей такой переплет из веревочки.
– Угу.
Ньют все еще лежал, свернувшись в кресле. Он расставил руки, словно держа между пальцами сплетенную из веревочки «кошкину колыбель».
– Не удивительно, что ребята растут психами. Ведь такая «кошкина колыбель» – просто переплетенные иксы на чьих-то руках. А малыши смотрят, смотрят, смотрят…
– Ну и что?
– И никакой, к черту, кошки, никакой, к черту, колыбельки нет!»
Прочитав книгу, вы поймете, к чему здесь вообще этот образ, хотя он и сам по себе очень поэтичен. В романе есть сатира на современное Воннегуту общество — а надо сказать, что автор — один из участников второй мировой войны, один из немногих военнопленных американцев, переживших бомбардировку Дрездена (наиболее полно данное событие отразилось в другой известной книге Воннегута — в романе «Бойня номер пять, или Крестовый поход детей»). Еще здесь есть и элементы антиутопии, постапокалиптики — уже в финале. Курт Воннегут все-таки писатель-фаталист и пессимист, его видение будущего человечества довольно мрачное и безнадежное. Но это не значит, что читать его тяжело. Вовсе нет — он чудесный автор, текст его необыкновенно легкий, интригующий, у него отличный стиль, он всегда ироничен. Его произведения не оставляют тяжелого впечатления, а наоборот заставляют относиться к жизни и ко всем несчастьям в ней философски и с юмором. Но взгляд писателя лишен напускной романтики. Одна из главных мыслей и тем во всем его творчестве — ответственность человечества за все его изобретения и свершения. Колыбель для кошки — как раз об этом, это роман-предостережение. Но не только. Она много о чем: и об искусстве, и о религии, и в целом о современном обществе и жизни в нем.
Для романа Воннегут даже придумал новую религию — боконизм, ее исповедуют в Сан-Лоренцо, где эта вера в то же время находится под строжайшим запретом. Главное в ней — это убежденность в неслучайности всего происходящего, в предопределенности, связанности и братстве всех людей. Это не столько религия даже, сколько философия. И рассказчик, собственно, сам ей проникся. Можно сказать, что книга еще и об этом, о таинственных силах, управляющих нашей жизнью, случайностях, ведущих нас к какой-то далекой и непонятной цели.
«Будь я помоложе, я написал бы историю человеческой глупости, взобрался бы на гору Маккэйб и лёг на спину, подложив под голову эту рукопись. И я взял бы с земли сине-белую отраву, превращающую людей в статуи. И я стал бы статуей, и лежал бы на спине, жутко скаля зубы и показывая длинный нос — Сами знаете Кому!»
Смысл книги «Колыбель для кошки» Курта Воннегута
Сюжет книги довольно сложен, поэтому для понимания идеи произведения его стоит кратко пересказать.
Он кладет волшебную сосульку в пробирку, приезжает домой, рассказывает о своем изобретении детям и отдает Богу душу. Дети делят сосульку между собой.
Узнав, что сын покойного Фрэнк работает министром в банановой республике, повествователь отправляется туда. В самолете он встречается в двумя другими детьми Хонникера.
На острове повествователь узнает историю Боконона. Когда-то давно беглый капрал Маккейб и некий Джонсон попали на остров. Поскольку фамилия Джонсон оказалась непроизносимой для аборигенов, те стали звать его Боконон, а позже и сам он принял это имя. Эти два героя решают разделить обязанности: Маккейб становится тираном, а Боконон – проповедником.
На острове тем временем кипят страсти. Лечащим врачом диктатора оказывается бывший эсэсовец. Выясняется, что Фрэнк отдал свой лед за должность министра, их брат-лилипут презентовал свой советской балерине, а сестра использовала свою порцию в качестве приданого, чтобы выйти замуж на сотрудника ЦРУ.
Смертельно больной диктатор умирает, потому что ему дали порцию лед-девять. Вскоре во дворец врезается самолет и лед-девять начинает свое смертельное действие. Все замерзает, солнце становится маленьким шариком и лишь Бококнон сидит в убежище, дописывая свою книгу.
В предпоследней главе он задает вопрос: способен ли человек разумный, учитывая опыт прошлых лет, питать надежду на светлое будущее человечества. И отвечает одни словом: Нет. И ведь большинство разумных людей с ним согласно.
В романе технократы показаны бездушными людьми, заинтересованными лишь в результатах собственных исследований. Воннегут от лица автора показывает таких людей чудовищными эгоистами, замкнутыми в абстракции своих формул.
Можно подумать, что автор приписывает свою точку зрения Боконону, но это это не так.
Задача писателя –заставить думать читателей. Какой же главный вывод можно сделать, прочитав «Колыбель для кошки». Ложь стоит во главе этого мира, правит им, обеспечивает интересы человека, создает приятные иллюзии. Боконон, который кажется выразителем мыслей автора вовсе не таков. Он занимается созданием равновесия между добром и злом, но согласно Воннегуту, любую устойчивость можно вывернуть наизнанку и обнаружить недостижимость целей. Монж сказать, что «Колыбель для кошки» — это выражение энтропии существующего мира.
В результате у автора складываются непростые отношения с Бокононом. Ведь, с одной стороны, бокононовские принципы позиционируют иронию, как верный способ продемонстрировать относительность устойчивости, а, с другой, писатель в чисто игровом отношении к мирозданию видит конец света. Можно сказать, что автор симпатизирует Боконону, но не принимает его воззрения.
В романе «Колыбель для кошки» описан один из вариантов апокалипсиса, причем рукотворного, а не вызванного прилетом гигантского астероида или инопланетян. И конец света не обязательно должен стать закономерным финалом технического прогресса. Разрушение души, всеобщий эгоизм –это вещи пострашнее ядерной бомбы.
Насколько публикация полезна?
Нажмите на звезду, чтобы оценить!
Средняя оценка 3.8 / 5. Количество оценок: 5
Антивоенный пафос романа Курта Воннегута «Колыбель для кошки»
Т.Д. Кириллова
Американский писатель Курт Воннегут в интервью корреспонденту журнала «Нейшн» Роберту К. Мьюзилу сказал: «Никто не отважится упоминать вслух об истине, пронизывающей самую основу нашего бытия: людям не хочется жить». Горькие слова. Но говорят они не о разочаровании, «нелюбви» к жизни самого автора (хотя Воннегут настойчиво называет себя пессимистом). Это вызов, протест против безответственной эскалации гонки вооружений. Вызов, потому что далее в этом же интервью писатель говорит: «У меня есть дети, я их очень люблю и хочу, чтобы они не падали духом и любили жизнь».
Каждая строка произведений Воннегута отражает эту любовь к детям планеты Земля, искреннее беспокойство за судьбы мира перед лицом ядерной опасности. Поэтому на любое преступление против человечества, или хотя бы его части, писатель откликается гневными романами-памфлетами. Так, атомный апокалипсис Хиросимы послужил поводом для создания романа «Колыбель для кошки» (1965), основная тема которого — ответственность ученых перед лицом человечества за свои открытия.
«Колыбель для кошки» — не фантастика. Это реалистическое произведение, в котором нет ничего фантастического, кроме льда-девять — сверхгениального изобретения Феликса Хонникера. При всей абсурдности исходных ситуаций и перипетий «Колыбель» — это реальность сегодняшней Америки.
Иона-рассказчик (модернизированный библейский тип) собирает материал об августовском дне 1945 года, когда были сброшены первые атомные бомбы на Японию: «. я начал собирать материал для книги под названием «День, когда наступил конец света. » Ничего личностного в отношении Ионы к атомной бомбардировке нет. А вот отношение автора ко «Дню» весьма определенно проявляется в рассуждении о христианских истинах, о несовместимости заповедей с тем, что происходит в действительности.
Каждую страницу, главу романа пронизывает ненависть писателя к войне. Вот история о «человеколюбивом» эсэсовце докторе фон Кенигсвальде, бывшем враче лагеря Аушвиц (Освенцим), удалившемся от мира лечить больных туземцев в джунглях Сан-Лоренцо.
Монстры населяют мир романа. Вот мистер Кросби, достойнейший американец, антикоммунист, бизнесмен, рвущийся «помогать» слаборазвитым странам. выпуском велосипедов. А чего стоит инстинктивная попытка «истинных патриотов», мистера и мисс Кросби, остановить всемирную катастрофу заклинанием «Мы американцы! Мы американцы!»
Все события на острове — злой и правдивый памфлет на политику США в Латинской Америке, гротескное обобщение современного политического лицедейства, возведенного на уровень поистине «демократического» абсурда. Режим Монзано, триумф «демократии», предоставляет жителям острова полную свободу выбора: либо быть повешенными на «ку-рю-ка» (крюке), либо обожать власть.
Эпизоды из жизни Сан-Лоренцо, предшествующие тотальной катастрофе, — едва ли не самые жуткие страницы книги, потому что гипербола абсурда воспринимается здесь естественно, во всех подробностях быта, как документальный отчет. Кого поразит «крюк», если газеты ежедневно приносят сообщения о новых изощренных, варварских пытках? Кого ужаснет «Папа», когда подобные «гориллы» восседают в президентских креслах многих латиноамериканских республик? Нагнетение ощущения неминуемости, ужаса перед грядущей катастрофой, нагнетение гиперболизированного кошмара, воспринимаемого нами как действительность, разлагают эту «действительность» Сан-Лоренцо изнутри: непомерное увеличение достоверных подробностей нереального действия приводит к взрыву, к самоотрицанию, к самоуничтожению безумного мира острова.
Безответственность политического лицедейства на острове — оборотная сторона безответственности людей науки, в трактовке Воннегута. Недаром конец света наступает тогда, когда «Папа» Монзано и лед-девять, последнее, что подарил человечеству Феликс Хонникер, соединились и «вступили в реакцию». Именно образ Хонникера определяет центральную мысль повествования.
Вот так Воннегут обобщает, объединяет в одно целое безответственность «инфантильную» — Хонникера, безответственность лицемерную — доктора Брида и безответственность их порождения — детей Хонникера. По Воннегуту — это порождение века, порождение американской действительности. Используя разнообразные приемы гротеска, писатель дает понять читателю, что мировая катастрофа — логичный исход развития общества, конечная возможность НТР, когда ее двигателем становится сциентизм, т. е. абсолютизация социальной роли научного знания.
Рассказчик попадает в институт, где вел свои разработки Хонникер, накануне Рождества. В приемной секретарша доктора Брида подвешивает к люстре бумажную гирлянду с надписью «Мир на земле», а Ионе предстоит выслушать от доктора Брида историю льда-девять. «Новые знания — самое ценное на свете. Чем больше истин мы открываем, тем богаче мы становимся», — провозглашает Брид перед началом рассказа про лед-девять, который все живое превращает. в лед. Например, болото, которое встретится на пути армии. Для Брида это чудовищное изобретение — некая абстрактная субстанция. Иона же за этой абстракцией видит живую реальность и, охваченный ужасом, говорит: «А я все думаю про то болото». Доктор Брид уверяет его, что льда-девять не существует. Ему непонятен ужас Ионы.
Но и последователи Хонникера переходят в другое измерение. Логично (по логике абсурда) приходит в этот мир катастрофа: лед-девять, выпущенный на волю, замораживает его.
Мир Сан-Лоренцо после катастрофы — как страшный, бесконечно длящийся, леденящий душу сон. Расчеты, надежды людей, чудом уцелевших на глыбах льда-девять, призрачны. И даже тут молчит их сознание, молчит разум. «Всем нам чего-то жаль, мамуля», — говорит Иона мисс Кросби. «Да, что теперь горевать над пролитым молоком!» — домашней поговоркой отвечает «мамуля». Людская глупость остается живой в страшнейших катаклизмах. «Мы так ко всему приспособились, так приладились, что никто не удивился, не возразил, когда Хэзел (мисс Кросби) сказала: «Хорошо, хоть комаров нету». Она занята сшиванием полос красной, белой и синей материи для американского флага. Страшна ирония автора: изготовление флага, когда на Земле осталось несколько человек?! Смешон, жалок и трагичен этот мирок выживших: мисс Кросби уютно мурлыкает в такт передатчику, сконструированному Фрэнком и безотрывно передающему «SOS», а сам Фрэнк занимается «научными исследованиями» — муравьиным питомником.
Иона-рассказчик, выступающий в романе как пассивный наблюдатель происходящего, постоянно обращается за подтверждением своих мыслей, за советами к одному источнику, так называемым Книгам Боконона. Это — недвусмысленная пародия на Ветхий и Новый Завет. Бокононизм — единственная религия, достойная абсурдного мира, изображенного К. Воннегутом. «И я вспомнил четырнадцатый том сочинений Боконона — прошлой ночью я прочел его весь, целиком, — размышляет автор романа. — Четырнадцатый том озаглавлен так: «Может ли разумный человек, учитывая опыт прошедших веков, питать хоть малейшую надежду на светлое будущее человечества?» Прочесть четырнадцатый том недолго. Он состоит всего из одного слова и точки: «Нет». За этим гротескным приемом скрывается авторский ответ, хоть и не весьма однозначный: все беды человечества проистекают от нежелания людей воспользоваться данным им от природы разумом, взглянуть в лицо правде и принять на себя ответственность за все происходящее в мире.
В главе сто двадцать седьмой, которая называется «Конец», Иона впервые встречает Боконона:
Можно спросить, о чем вы думаете?
Я думал, молодой человек, о заключительной фразе Книг Боконона. Пришло время дописать последнюю фразу.
Он пожал плечами и подал мне листок бумаги. Вот что я прочитал.
Тут следует насыщенный мощным антивоенным смыслом заключительный аккорд книги: «Будь я помоложе, я написал бы историю человеческой глупости. ». Но она для Воннегута — отнюдь не синоним истории человеческого общества. Это скорее синоним существования безответственных ученых, инфантильных государственных деятелей, от прихотей которых может зависеть судьба всего человечества. Последняя фраза Книг Боконона заставляет нас задуматься над вопросом: существует ли в действительности мир, где глупость старых младенцев может привести к безумству? Ответ однозначен: да, существует.
Л-ра: Вестник Белорусского университета. Серия 4. – 1988. – № 1. – С. 26-29.
Курт Воннегут «Колыбель для кошки»
Курта Воннегута можно без преувеличения назвать одной из ключевых фигур американской литературы ХХ столетия. В его произведениях крайне удачно сочетаются фантастические и сатирические элементы, обильно сдобренные чёрным юмором. Одним из лучших произведений писателя считается роман «Колыбель для кошки».
Интересные факты про книгу
Краткое содержание романа «Колыбель для кошки»
Повествование начинается с того, что главный персонаж представляется как Иона, ведь, по его мнению, это имя гораздо лучше описывает его, чем данное при рождении, потому что его всю жизнь где-то носит.
Этот философ утверждал, что все люди делятся на группы, которые, помимо совей воли, исполняют волю бога, именуемые карассами. Но при этом человечество создаёт ложные сообщества — гранфаллоны, которые уводят его от избранного пути, например компартия.
Он любил решать различные сложные технические задания. Однажды высокопоставленный военный рассказал Феликсу, что у пехоты есть одна большая проблема — грязь, которая очень мешает технике и людям. И тогда он изобрёл лёд-девять. Он являл собой вещество, одна частица которого замораживало всю воду в радиусе многих миль.
Хонникеру удалось создать сосульку из такого льда, которую он поместил в бутылку. Он забрал её с собой на дачу, когда уехал встреть рождество с детьми. Он рассказал им о своём изобретении и вскоре умер. Анджела, Фрэнк и Ньют разделили лёд-девять между собой.
Герой узнал, что старший сын Феликса Фрэнк является министром науки островной квазиреспублики Сан-Лоренцо, которой правит диктатор-самодур. Он отправляется на этот остров и в самолёте встречает Анджелу и Ньюта, которые летят погостить к брату. В дороге он читает книгу об истории Сан-Лоренцо, из которой он узнает о Бокононе.
Однажды беглого военного Маккейба вместе с некоим Джонсоном занесло на бедный покинутый богом остров в Карибском море, и они захватили там власть. Местные жители не могли правильно провести имя Джонсон и произносили его как Боконон, со временем он и сам себя так начал называть.
Боконон и Маккейб пытались создать на острове утопию, но замысел потерпел неудачу. Тогда они разделили обязанности — Маккейб стал диктатором, а Баконон утешителем обездоленных. Он создал свою религию, смысл которой был во лжи, облегчающей жизнь страждущим. Со временем все жители Сан-Лоренца стали боконостами.
Фрэнк предлагает главному герою стать правителем острова, ведь тиран находится при смерти. Он соглашается, о новом правителе должны объявить на главном островном празднике, во время которого самолёты бомбят изображения врагов демократии. Но умирающий от рака диктатор принимает вместо обезболивающего частицу льда-девять (за которой у него приобрёл должность Фрэнк Хонникер) и умирает. В это время на дом диктатора падает неисправный самолёт, и лёд девять попадает в океан. Весь мир замерзает.
Читайте на нашем бесплатном онлайн-ресурсе самые лучшие произведения известного американского писателя Курта Воннегута.
