Финансирование «Росгеологии» из бюджета сократят на 20%
Правительство уточнило объем господдержки «Росгеологии» в ближайшие три года, в 2023–2025-м. На обновление оборудования будет выделено 12 млрд руб., сообщила РБК официальный представитель Минприроды Марина Евсеева. Еще 3 млрд руб. получат институты Роснедр на лабораторное оборудование.
В сентябре глава Минприроды, председатель совета директоров «Росгеологии» Александр Козлов говорил в интервью РБК, что на эти цели компании будет выделено 15 млрд руб. «[Премьер-министр] Михаил Мишустин принял решение о том, чтобы выделить 15 млрд руб. на три года на поддержку «Росгеологии». Это большие деньги, но на них мы всё [оборудование] не обновим», — отмечал он. По словам Козлова, эти деньги буду направлены туда, где планируется финансирование новых работ по геологоразведке.
«Техническое перевооружение государственного сектора геологоразведки одобрено, и на него будет предусмотрено финансирование. 3 млрд из 15 млрд руб., заявленных на это направление, предназначены для регионального геологического изучения недр, опытно-методических и тематических работ, связанных с воспроизводством минерально-сырьевой базы. Этими исследованиями занимаются подведомственные Роснедрам институты», — говорит теперь Евсеева. А 12 млрд руб. пойдут на закупку полевого оборудования для геологов, работающих в территориальных органах «Росгеологии», добавила она. По словам Евсеевой, окончательные суммы будут известны к началу ноября, когда пройдет второе чтение по бюджету в Госдуме.
Гендиректор «Росгеологии» Сергей Горьков в недавнем интервью РБК указывал, что и 15 млрд руб. недостаточно для модернизации оборудования компании. «В этих объемах [15 млрд руб.], к сожалению, проблему технической оснащенности «Росгеологии» полностью не решить», — предупреждал он. Но Козлов отмечал, что компанию, когда она покажет результаты геологоразведочных работ, «с радостью примут наши коллеги в Минфине». «Тогда мы попросим еще денег [на геологоразведку], потому что это приносит доходы стране», — уверял министр.
У «Росгеологии» в начале 2019-го было около 90% изношенности оборудования и техники, с 2019 по 2021 год она вложила больше 10 млрд руб. в оборудование и снизила износ техники до 80%. «Мы инвестировали очень точечно, туда, где будет эффективность и загрузка в следующий период. К примеру, в Восточной Сибири нам нужно было обновить парк сейсморазведочных 3D-партий, потому что этот регион является центром их применения», — объяснял Горьков. Сейчас оборудование, в которое компания инвестировала в 2020 году, «загружено под завязку», добавлял он.
Горьков настаивает, что «Росгеологии» по-прежнему «необходима докапитализация». Ранее он оценивал потребность компании в 65 млрд руб. в течение десяти лет, но у правительства просил только 25 млрд. «Это позволило бы сократить износ оборудования с 90 до менее 50%. К сожалению, 12–15 млрд руб., о которых сейчас идет речь, не позволят перейти границу в 50% износа», — предупреждает гендиректор.
При этом докапитализация должна быть синхронизирована с объемами контрактов, подчеркивает Горьков: «Наши инвестиции в модернизацию оборудования привязаны как к действующим, так и к потенциальным контрактам на следующий год (коммерческим и государственным). Мы не будем проводить модернизацию ковровым способом, потому что это бессмысленно», — заключил он.
Новый претендент на средства ФНБ
Горьков предложил выделить деньги ФНБ на восполнение фондов объектов поискового задела (перспективные участки недр, степень изученности которых достаточна для начала поиска нефти, газа и твердых полезных ископаемых) и перспективного лицензирования. По его словам, эти средства можно будет окупить за счет прямого прироста условных запасов полезных ископаемых, ориентировочная оценка которых может составить не менее 2,5 трлн руб. С учетом же совокупного эффекта от разработки открытых месторождений, освоения новых территорий, роста занятости и т.д. «общее влияние понесенных расходов ФНБ на формирование ВВП России может составить свыше 30 трлн руб.», считает он.
По мнению главы «Росгеологии», из-за неудовлетворительного состояния фондов перспективных объектов добывающие компании через пять—семь лет могут столкнуться с дефицитом возможностей проводить геологоразведочные работы (ГРР) и, как следствие, риском «необратимого снижения объемов добычи полезных ископаемых». Для восполнения этих фондов необходима существенная активизация региональной геологоразведки, включая крупномасштабные исследования с прогнозами нефтегазоносности, а также оценкой ресурсов твердых полезных ископаемых. Речь идет о переводе ресурсов в запасы с возможностью последующей продажи таких участков на аукционах.
Такие виды геологоразведки не дают непосредственного коммерческого результата для добывающих компаний (не влияют на их капитализацию), а частные геологоразведочные компании не способны решить эту проблему в государственном масштабе. Сейчас такие работы финансируются из бюджета, но объем поддержки в рамках профильной госпрограммы неуклонно снижается, а после 2025 года будет полностью прекращен в соответствии со Стратегией развития минерально-сырьевой базы, принятой в конце 2018 года, предупреждает Горьков. По данным Минприроды, объем ежегодного бюджетного финансирования ГРР на нефть, газ и твердые полезные ископаемые (разные виды руд и уголь) составит в 2020–2021 годах 17,38 млрд руб., что ниже плана на 2019 год на 18,7%. Из них на разведку нефти и газа пойдет 12,11 млрд руб., твердых полезных ископаемых — 5,27 млрд руб. В 2019 году государство выделило на геологоразведку 21,4 млрд руб., сообщил летом глава Минприроды Дмитрий Кобылкин.
Горьков называет средства ФНБ единственным источником финансирования геологоразведочных работ для восполнения запасов. «Мы считаем необходимым увеличение затрат государства на геологоразведку, поскольку старый задел [изученных запасов] фактически исчерпан. Одним из источников финансирования может стать ФНБ. Эти инвестиции позволят добиться увеличения запасов различных типов полезных ископаемых и придадут рост экономике страны в целом», — пояснил РБК причину обращения представитель «Росгеологии».
25 июля на заседании госкомиссии по Арктике Горьков попросил выделить компании 300 млрд руб. на геологоразведку в высоких широтах сроком на 25 лет, написал «Коммерсантъ». Но эта инициатива пока не согласована, сказали РБК два чиновника правительства.
Шансы «Росгеологии» на госфинансирование
Медведев поручил проработать обращение Горькова вице-премьеру, министру финансов Антону Силуанову и главе Минприроды Дмитрию Кобылкину. «С учетом принятых по ФНБ решений прошу подготовить и доложить предложения по финансированию ГРР в стране в форме государственно-частного партнерства», — написал он на письме руководителя «Росгеологии». Пресс-секретарь премьера Дмитрия Медведева Олег Осипов подтвердил направление письма и добавил, что вопрос находится в проработке.
Источник в Минфине сказал РБК, что на рассмотрение письма у ведомства есть месяц с момента его получения. Представитель Минприроды сообщил, что готовится ответ, представитель Минфина отказался от комментариев.
Источник в Роснедрах (подведомственно Минприроды) сказал РБК, что рабочего механизма государственно-частного партнерства в геологоразведке региональных этапов нет, что сводит к нулю шансы предоставления средств из ФНБ для этих целей. В рамках соглашений о концессиях невозможно финансировать региональную геологоразведку за счет частно-государственного партнерства, подтверждает руководитель InfraONE Research Александра Галактионова. «Корректировка законодательства с целью создания такого механизма потребует нескольких лет и будет целесообразна только в том случае, если частный инвестор получит гарантии доступа к добыче полезных ископаемых по итогам успешной геологоразведки. Либо если государство полностью компенсирует расходы инвестора на этапе эксплуатации», — считает она.
Декан факультета геологии и геофизики нефти и газа РГУ им. Губкина Александр Лобусев считает целесообразным рост затрат государства на геологоразведку, связанную с подтверждением запасов новых месторождений. Однако он утверждает, что рост финансирования на эти цели нуждается в другом обосновании. «Доказанных запасов нефти и газа в случае отсутствия их прироста хватит минимум на ближайшие 20 лет при текущем уровне добычи нефти (560,2 млн в 2019 году. — РБК), запасов газа — на 50–100 лет (в 2019 году было добыто 737,59 млрд куб. м). Однако рентабельные запасы в стране истощаются, а компании предпочитают вкладывать средства в доразведку действующих месторождений, это менее рискованно и затратно, чем бурить на новых территориях», — отмечает он.
В конце 2018 года глава Минприроды Кобылкин говорил, что запасов нефти и газа в России хватит на 50–60 лет, без учета сланцевой нефти и трудноизвлекаемых запасов.
Другие претенденты на средства ФНБ
Силуанов сообщил, что из средств ФНБ следует помочь проектам, которые без государственной поддержки «туго запускаются». Речь шла о газохимическом проекте «Газпрома» и Артема Оболенского (экс-партнера Аркадия Ротенберга) и о втором заводе по сжижению газа НОВАТЭКа «Арктик СПГ-2». Ранее НОВАТЭК получил 150 млрд руб. из ФНБ на свой первый СПГ-завод «Ямал СПГ». Министр энергетики Александр Новак сказал в интервью РБК, что основными претендентами на средства ФНБ могут стать проекты по нефтегазохимии: «Они очень капиталоемкие, а финансирование ФНБ — дешевое».
Минфин отказал Росгеологии в докапитализации на 25 млрд рублей
«Росгеология» осенью просила правительство о докапитализации на 10,3 млрд рублей для модернизации оборудования. По мнению компании, эта сумма была фактически «недополучена» на этапе создания «Росгеологии», потому что оценка имущественного комплекса не учитывала реальный износ фондов, передаваемых госхолдингу. Еще 14,7 млрд рублей «Росгеология» просила для расширения своей инвестпрограммы.
Обосновывая свою позицию, Минфин обратил внимание, что в 2017 году «Росгеология» получила из федерального бюджета 621,1 млн рублей на ремонт научно-исследовательского судна «Бавенит». В 2018 году «Росгеология» получила из бюджета 716,9 млн рублей в виде взноса в уставный капитал для замены устаревшего бурового оборудования на установки российского производства.
Минфин подчеркнул, что приоритетное выполнение государственного заказа в широком смысле является одной из форм государственной поддержки. При этом ведомство обратило внимание, что сумма неосвоенных бюджетных средств, предусмотренных для финансирования работ «Росгеологии» по госконтрактам, растет. Так, на конец декабря 2019 года остаток неосвоенных бюджетных средств вырос до 6,3 млрд рублей, тогда как в 2018 году составлял 4,3 млрд рублей.
Минфин предложил привлекать займы
В качестве альтернативы Минфин предлагает привлекать заемные средства, отмечая, что без них «невозможна эффективная финансовая деятельность любой организации».
Просьба Горькова не нашла понимания
Между тем, осенью глава «Росгеологии» Сергей Горьков в письме правительству (о нем сообщал «Коммерсантъ»- ИФ) писал, что кредитный портфель компании составляет более 10 млрд руб., и высокая кредитная нагрузка не позволяет провести «требуемую условиями рынка модернизацию основных производственных фондов» за счет собственных и заемных средств.
В то же время, по расчетам Минфина, увеличение кредитного портфеля до соотношения долг/EBITDA с текущих 1.5 до 2.0 «без ущерба для кредитного качества» позволит увеличить инвестпрограмму как минимум на 2 млрд рублей в год. Инвестпрограмма «Росгеологии» в 2018 году составила 3 млрд рублей.
Также Минфин отметил «положительную динамику по обновлению основных средств» не только за счет покупки новых, но и деконсолидации убыточных активов, упомянув «Самаранефтегеофизику». По данным министерства, средний износ по машинам и оборудованию на конец 2018 года составил 53% по сравнению с 58% в 2017 году; по транспортным средствам в 2018 году он снизился до 30% по сравнению с 36% в 2017 году.
Трутнев обвинил «Росгеологию» в давлении на рынок
Вице-премьер и полномочный представитель президента в Дальневосточном федеральном округе Юрий Трутнев обратился к главе Минприроды Александру Козлову с просьбой проанализировать работу «Росгеологии». С таким предложением Трутнев выступил на совещании по вопросам эффективности использования полезных ископаемых и проведения геологоразведочных работ на территории Якутии, передает корреспондент РБК.
«Александр Александрович, у меня просьба, закрепим в протоколе. Надо как-то повнимательней проанализировать работу компании «Росгеология». У меня такое ощущение, что она стала таким отдельным субъектом права, который не то чтобы выполняет стоящие перед государством задачи, а в общем начинает работать как акционерное общество. Мы же ее не для этого создавали», — сказал Трутнев.
Трутнев отметил, что считает, что это плохо, поскольку в республике есть возможности частных инвестиций в геологоразведку и чем больше инвестиций получит эта область, тем выше будет стоимость недр России. «Когда есть такая компания, которая получает значительное государственное финансирование, но, по сути дела, давит рынок, это не есть очень хорошо», — указал Трутнев.
По его словам, для частных компаний необходимо создать условия для развития, чтобы они вложениями в геологоразведку повышали стоимость недр и тем самым улучшали экономику страны. «Для этого нужны некоторые изменения в законодательстве, чтобы это работало. Я прошу вас все эти вопросы посмотреть, отрегулировать для того, чтобы максимальное количество инвестиций приходило на рынок геологического изучения», — сообщил Трутнев.
Беспризорная российская геология
Некомпетентное руководство отраслью ведет к ее полной деградации
Об авторе: Григорий Аронович Шехтман – геолог-геофизик, доктор технических наук, лауреат Государственной премии.
Институты, призванные развивать геологоразведку в России, закрываются, и вместо них появляются совершенно чуждые геологии учреждения. Фото автора
Поводом для данной статьи стал обнародованный в Интернете ролик, в котором один из руководителей крупнейшего холдинга страны «Росгеология» вел себя, мягко говоря, недостойно, матерясь и кому-то угрожая.
Российская геология свое начало ведет с 1700 года, когда Петром I была создана горно-геологическая служба (Рудный приказ). В 1882 году император Александр III утвердил положение и штаты Геологического комитета России (Геолком).
Создание Геолкома было вызвано: 1) необходимостью составления по единому плану геологической карты страны, которая, помимо ее важного научного значения, дала бы твердую основу и для практической деятельности; 2) потребностью в детальном геологическом описании страны; 3) исследованием тех минеральных богатств, которые могут иметь общегосударственное значение и служить источником развития той или другой отрасли промышленности; 4) необходимостью такого учреждения, к которому как правительственные и общественные организации, так и частные лица могли бы обращаться за советами и разъяснениями по всем вопросам, связанным с геологией.
Создание Геолкома знаменовало собой начало создания научных основ выявления полезных ископаемых в недрах России. В дореволюционное время сформировалась плеяда геологов с мировым именем. Последующие поколения российских геологов создали мощную минерально-сырьевую базу (МСБ) страны.
Геолком был исходным пунктом зарождения всех составных частей геологической службы России. Имея статус государственного учреждения, он решал научные и прикладные геологические задачи, а также управлял геологическим изучением территории страны.
После Октябрьской революции и Гражданской войны функции управления сосредоточились в органах государственной власти. Одним из первых декретов Совнаркома, причем в разгар Гражданской войны (февраль 1918 года), было постановление о возобновлении деятельности Геолкома. В 1929 году на созданном им научном фундаменте был сформирован ряд научно-исследовательских институтов.
В советский и постсоветский периоды сектор управления геологическими исследованиями и геолого-разведочными работами реформировали более 30 раз! Однако в названиях органа государственного управления слово «геология» все же сохранялось. Рубежом стало создание рыночной экономики, при которой из числа государственных приоритетов были изъяты задачи усиления научного и производственного секторов геологической службы, а также опережающего прогноза МСБ.
Последствия рыночных реформ
С переходом к рыночной экономике прирост запасов перестал компенсировать объемы использования топливно-энергетических и минерально-сырьевых ресурсов, и это противоречило современным мировым тенденциям. Нынешняя ситуация чревата угрозами экономической и оборонной безопасности страны с возникновением социально-экономических проблем.
Толкование геологии в широком смысле слова заменено толкованием ее как практики поисков и разведки полезных ископаемых. Вне геологической общественности геологию стали идентифицировать с горнодобывающим производством. Геологические исследования низвели к недропользованию, а основная деятельность чиновников от геологии свелась к банальному процессу выдачи лицензий на недропользование. В постсоветское время сильно пострадал научный сектор геологии. Приоритет ставили перед производственными работами, подчас не учитывая тот очевидный факт, что геология – это прежде всего исследования и наука.
Рыночная эпопея создала серьезные кадровые проблемы. Разрушение геологической отрасли подтолкнуло исход специалистов из геологии в банки, торговлю и бизнес. Это усугублялось низкой оплатой труда и социальной незащищенностью геологов и их семей, особенно в малоосвоенных районах. В результате этого образовался разрыв в естественной смене поколений геологов, достигший практически целого поколения. Считают, что потеря поколения геологов привела к тому, что отсутствуют компетентные специалисты в возрасте около 50 лет, способные стать лидерами в геологической службе и главных направлениях геологических исследований.
В 1996 году было создано Министерство природных ресурсов. Оно появилось в результате усилий отечественных специалистов, направленных на повышение статуса органа государственного управления геологическими исследованиями и геолого-разведочными работами со стороны Комитета РФ по геологии и использованию недр (Роскомнедра). От нового министерства ожидали многого, но практически получили потерю лица геологической службы.
В настоящее время в России, по общему мнению, имеет место нещадное «проедание» ранее созданного сырьевого задела без достаточной компенсации выработанных запасов, созданных предыдущими поколениями геологов. По объему разведанных запасов газа Россия занимает первое место в мире, угля – второе, нефти – шестое, никеля, платиноидов и платины, алмазов, ряда других полезных ископаемых – первое–третье места в мире. Существенно, что в СССР запасы полезных ископаемых прирастали с опережением в 1,3–1,5 раза скорости их «проедания». Этот задел по углеводородам позволил стране выживать в период пресловутых реформ. Однако за последние десятилетия не открыли ни одного крупного месторождения. Виной тому – некомпетентность руководителей, на которых было возложено воспроизводство МСБ страны.
Как реализуется кадровая политика в геологической отрасли
 |
| Закрытие НИИ под предлогом получения доходов от сдачи внаем их площадей ведет к деградации российской геологической науки. Фото автора |
Министерство природных ресурсов и экологии РФ ведет свою историю от Государственного комитета РСФСР по экологии и природопользованию, образованного в июле 1990 года. В последующие 18 лет это главное природоохранное ведомство неоднократно реформировалось, а его название менялось: Министерство экологии и природопользования, Министерство охраны окружающей среды и природных ресурсов и т.д. За годы работы этого министерства сменилось восемь его руководителей. Виктор Орлов занимал пост дважды, дольше всех на этом посту проработал Виктор Данилов-Данильян (3105 дней), а меньше других – Виктор Некрутенко (160 дней).
Министерство природных ресурсов и экологии России, как ожидалось, должен был бы возглавить специалист широкого профиля, желательно – опытный профессионал в такой области, как геология. Или в крайнем случае – в такой области деятельности, как лесное хозяйство, гидрология, экология. Однако в последние годы это министерство возглавлял Сергей Донской, и лишь с мая 2018 года – геофизик по профессии Дмитрий Кобылкин.
Сергей Донской, выпускник факультета автоматики и телемеханики Госуниверситета нефти и газа имени И.М. Губкина, в перечисленных направлениях деятельности вообще никак не отметился. Примечательно, что по своей специальности он проработал всего год, а затем занимался финансами в разных компаниях и министерствах. В 2011 году он возглавил пресловутый холдинг «Росгеология», но менее чем через год оказался в кресле министра природных ресурсов и экологии РФ. Среди его заместителей имелся всего лишь один геолог, он же возглавлял Федеральное агентство по недропользованию – Роснедра.
Занятно, что до этого (с марта 2004 года) в кресле руководителя этого агентства целых 8 лет успел посидеть Анатолий Ледовских, по специальности – ветеринар. Это не шутка: в 1965–1970 годах он учился в Ленинградском ветеринарном институте, а в 1970–1984-х работал главным ветеринарным врачом совхоза…
Роснедра занимаются лишь организаторской деятельностью, не отвечая за результаты проводимых работ: организуют проведение конкурсов и аукционов на право пользования недрами, государственное изучение недр и экспертизу этого изучения. Через Роснедра осуществляется бюджетное финансирование подрядных работ. Планирование геолого-разведочных работ, как правило, не проводится.
Уместно остановиться на деятельности «Росгеологии», которую вначале возглавлял Сергей Донской.
Когда в октябре 2012 года в Государственном Кремлевском дворце проводился VII Всероссийский съезд геологов, звучали разные предложения по комплексу первоочередных мер по спасению геологической отрасли. Ряд полезных предложений высказал председатель фракции «Справедливая Россия» Государственной думы Сергей Миронов, ушедший в 1991 году из разведочной геофизики в политику. Наиболее ценным из этих предложений было создание единого органа по управлению государственным фондом недр – Министерства геологии и недропользования. Приведу фрагмент его речи, касающийся данного предложения:
«…Пока решение о создании министерства не принято, необходимо срочно назначить квалифицированного специалиста на должность генерального директора созданной по нашей с вами инициативе «Росгеологии», передав госкорпорации средства на геолого-поисковые работы».
«Росгеологии» предназначалась роль единственного исполнителя государственных работ по воспроизводству МСБ страны, которые от имени государства заказывает Роснедра. Этот холдинг был создан в 2011 году указом президента, и пакет его акций принадлежит государству. В него были включены оставшиеся к тому времени еще не развалившиеся остатки прежних геологических предприятий. На 1 января 2018 года в составе холдинга числилось 36 дочерних акционерных обществ с суммарной численностью сотрудников свыше 15 500 человек. В самой же «Росгеологии» в 2017 году числились 538 человек. При создании холдинга полагали, что это явится началом восстановления геолого-разведочной системы в России. Именно на это надеялись и сотрудники предприятий, оказавшихся в подчинении у «Росгеологии». Увы, этого не получилось.
После Сергея Донского в качестве «квалифицированного специалиста» в кресле генерального директора «Росгеологии» оказался Роман Панов, выпускник Военного университета Министерства обороны РФ по специальности «референт-переводчик с арабского и английского языков». Далее все проходило по привычной для россиян схеме. Своим первым замом Панов поставил Руслана Горринга, который вместе с ним учился не только в одном и том же университете, но и в одном и том же взводе в суворовском училище. Не столь разговорчив Роман Панов. Но, как говорится, «скажи мне, кто твой друг, и я скажу, – кто ты». Занятно, что когда одного из этих «друзей» уволили, а другой (Панов) получил выговор от министра природных ресурсов, то они вместо покаяния действия министра сочли незаконными. Почему? А потому, что они подчиняются не ему, а напрямую руководству страны.
Кому нужна такая «Росгеология»?
«Росгеология» с момента своего создания взялась не за созидание, а за разрушение. Больше всего пострадали те попавшие в подчинение к ней организации, которые размещались в престижных зданиях, которые жадные руководители холдинга наметили для продажи или сдачи в аренду. Я уже подробно писал о трагической судьбе Всероссийского научно-исследовательского института геофизических методов разведки (ВНИИГеофизика) (см. «НГ» от 14.12.16). Повторяться не буду, сообщу только о том, что сталось со зданием, в котором трудились последние геофизики этой «легенды отечественной геофизики» перед их принудительным увольнением руководством «Росгеологии». Это здание вскоре после его освобождения от геофизиков было сдано в аренду салону красоты. У парадного входа красуется соответствующая вывеска, а у входа со двора – пока еще не содранная вывеска ВНИИГеофизики.
А ведь именно единственная в Москве лаборатория ВНИИ Геофизики занималась тем приоритетным направлением, которое было указано в перспективных планах «Росгеологии» до 2020 года.
Примечательно, что уничтожение «человеческого капитала» ВНИИГеофизики происходило при попустительстве министра природных ресурсов Сергея Донского, занимавшего тогда этот пост. Не сомневаюсь, что, будь тогда на этом посту нынешний министр Дмитрий Кобылкин, он еще тогда «посмел бы» вмешаться в беспредел, чинимый руководством «Росгеологии». Нынешняя ситуация с «Росгеологией» это подтверждает.
Этому холдингу с его руководителями определенно не везет, причем уже давно. Еще до прихода Романа Панова в нем должность и.о. генерального директора занимал Андрей Третьяков. Как следует из письма возмущенных генеральных директоров геологических предприятий Сибири и Дальнего Востока министру природных ресурсов Сергею Донскому и руководителю Роснедр, Третьяков позволил себе вести себя по-хамски на совещании руководителей ряда геолого-разведочных предприятий, включаемых в холдинг. На письмо же возмущенных гендиректоров Сергей Донской не прореагировал (как выяснилось, он с Третьяковым учился вместе в Госуниверситете нефти и газа им. И.М. Губкина по той же, отнюдь не геологической, специальности).Явилось ли это обстоятельство отсутствием реакции или какие-то другие причины пока судить трудно.
«Росгеология», не оправдав ожиданий геологов, оказалась мертворожденным дитем. Видимо, требуются меры прямо-таки «хирургические», и это уже ясно многим. Да и потребность в существовании такой «Росгеологии» явно отпадает.
Дело в том, что непосредственно «Росгеология» в стоимостном выражении выполняет лишь 10% заказываемых в «Роснедрах» работ, остальную же часть выполняют в основном дочерние предприятия холдинга. Непосредственно «Росгеология» оказывается излишней, и ее безболезненно можно ликвидировать как посредника, паразитирующего на своих «дочках». Сами же дочерние предприятия целесообразно передать в ведение вновь созданного Министерства геологии и недропользования РФ, о необходимости создания которого выше уже шла речь. Основой такого министерства могут быть «Роснедра». В рамках такого министерства вполне естественно могут уживаться интересы государства и бизнеса. Само же Министерство природных ресурсов следует упразднить, при необходимости создав вместо него наряду с Министерством геологии недропользования другие министерства. Думаю, что если бы не торопились создавать столь ущербную структуру, как холдинг «Росгеология», то от бездумного «хозяйствования» последней не пострадали бы такие знаковые предприятия, как ВНИИГеофизика и Центральная геофизическая экспедиция, из которых неправомерно были уволены подлинные профессионалы.
Почему же наша геология «беспризорная»?
Нынешнюю российскую геологию «беспризорной» назвал впервые не я, а нефтяник Фаиз Хафизов, профессор и лауреат Государственной премии СССР («Тюменские известия» от 17.09.09). Применительно к нефтяной геологии он дал следующее тому объяснение: «Геологическое изучение недр выполняется бессистемно, во многом зависит от уровня ответственности и желания руководителей предприятий-недропользователей». Он отмечает, что многие компании практически свернули геолого-разведочные работы: «Особенно резко это проявилось после отмены отчислений на воспроизводство МСБ. В Государственной думе это решение было принято из-за некомпетентности (или из-за чего-либо более серьезного) депутатов. И, разумеется, из-за давления нефтяных компаний, желающих получить сиюминутную максимальную прибыль и не думающих о будущем».
Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.
