Как создавали пентхаус Кристиана Грея, Красную комнату и другие атрибуты роскоши для «50 оттенков серого»
Мир, придуманный Э.Л. Джеймс в «50 оттенков серого», целиком и полностью описывает жизни Кристиана и Аны: начиная с невероятно богатого выбора галстуков и, кажется, бесконечного парка автомашин вплоть до комнаты Аны, которую она делит с соседкой, и демонстрации женственности посредством гардероба. Пентхаус Кристиана Грея и Красная комната
Фанаты трилогии с нетерпением ждут, когда увидят не только как выглядит Красная комната, но и что происходит внутри. В своих книгах Джеймс описала комнату очень старательно и скрупулезно. Любой читатель без труда ответит на вопрос: «Какие элементы обязательно должны появиться в кадре?». Писательница с улыбкой говорит: «Все! Красная комната — убежище Кристиана и самая интимная зона в его апартаментах. Мне пришлось побороться с продюсерами, чтобы комнату сделали именно такой, какой я ее себе представляла, так что результатами я довольна».
Джонсон говорит, что, попадая в такой интерьер, все прочее отходит на второй план: «Обстановка красноречиво говорит о том, что сейчас будет происходить, что Кристиан хочет сделать, и в чем моя героиня не хотела бы участвовать. В мгновение ока вы понимаете всю сложность в их отношениях. Кристиан осознает, что Ана будет отстаивать свои убеждения, она бросит ему вызов. Впервые в жизни Кристиан не хочет контролировать отношения с женщиной — он готов попытаться изменить свою точку зрения. В эту минуту он становится уязвимым и еще более привлекательным для Аны. Они влюбляются друг в друга еще сильнее».
Дизайнерская группа начала изучать мир доминирования и подчинения. Режиссер признается, что полностью доверяла им в этой работе: «Я могу гордиться тем, что на моих съемочных площадках всегда весело. Я хочу, чтобы все получали удовольствие от работы и чувствовали себя частью команды. Фильм держится не только на режиссере. Каждый из тех, кто работает на площадке, выполняет свою важную функцию, каждый незаменим. Успех фильма во многом зависит от командной игры всей съемочной группы и актеров».
Художник-постановщик обратился за помощью к консультантам, чтобы определить, что можно показывать в кадре, какой реквизит должен присутствовать в Красной комнате и как им пользоваться. Особое внимание декораторы уделили всему пентхаусу Кристиана, включая гостиную, кухню, столовую, его спальню и покои Аны (так называемую белую спальню). Дэвид Уоско говорит: «Квартира должна была красноречиво рассказывать о своем хозяине, но Эрика хотела обойтись без каких бы то ни было клише. Эти комнаты мы декорировали очень скрытно. Мы старались, чтобы до окончания строительства той или иной комнаты, никто ее не видел. Кроме того, не могу не отметить, что самые интимные сцены мы снимали, очень уважительно относясь к актерам».
В итоге были построены трехэтажные апартаменты. В своей работе декораторы черпали вдохновение в творчестве таких архитекторов, как Норман Фостер, Джон Парсон и одного из самых известных американских архитекторов Хью Ньюэлла Джейкобсона.
Учитывая то, что Кристиан Грей невероятно богат, что может радовать его взгляд? Дэвид Уоско размышляет: «Мы брали за отправную точку первоисточник: в книге описывается, что Ана почувствовала запах кожи и полироля. Описанные Эрикой запахи подтолкнули нас к тому, что в квартире Кристиана должно быть много кожаных и деревянных изделий. Сэм дала нам дельный совет относительно того, как закреплять различные предметы на стенах».
Дорнан рассказывает: «Кристиан чувствует себя совершенно свободным от всего и вольным делать то, что ему вздумается, только в Красной Комнате. В прошлом все его отношения со слабым полом были так или иначе связаны с предметами в этом помещении. Здесь он может себе позволить проявить свою сексуальность. Так было до тех пор, пока не появилась Ана. С ее появлением он решил выйти за рамки, в которые сам себя загнал, выйти за пределы Красной Комнаты».
Сэнди Уоско утверждает, что любого, кто впервые оказывается в Красной комнате, ожидает шок. Но потом человек понимает, что это— обитель Кристиана. Комната очень важна для миллиардера. Он не живет в ней. Он не ест в ней. В этой комнате все его внимание направлено на выбранную партнершу.
Пятьдесят оттенков стиля: костюмы, реквизит и шикарные автомобили в фильме
Гардеробами на съемках фильма «50 оттенков серого» занимался обладатель премии «Оскар» Марк Бриджес. По его словам, он придерживался тех же принципов работы, что и декораторы. Кинематографисты стремились сделать акцент на Красной комнате. Поэтому во всех остальных случаях черный и красный цвета старались исключать (если не считать студенческой формы на церемонии окончания университета).
Главной задачей костюмера были костюмы Кристиана, каждый из которых был сшит специально для Дорнана. «В реальном мире я не так часто ношу костюмы, — признается актер. — Могу сказать, очень приятно ощущать, что костюм сшит специально под тебя». Все костюмы для Дорнана, за исключением одного, были сшиты вручную. На заказ обуви уже не оставалось времени, но каждая пара ботинок Грея была столь же безупречна, как и одежда.
Кристиан становится менее консервативным и выбирает более свободную одежду. Ана, в свою очередь, постепенно превращается из студентки-простушки в привлекательную девушку, она чувствует себя по-новому. Джонсон говорит: «В начале фильма Ана не представляет, как выглядит, и не заботится об этом. Но в ней чувствуется какая-то неповторимость и миловидность. Затем, по мере раскрытия сюжета, она начинает заботиться о себе. Она замечает, как та или иная вещь сидит на ней. Это становится заметно и зрителю. Одним из костюмов, которые разработал Марк, было платье из персикового шелка и шифона. Оно в точности повторяет наряд Фэй Данауэй, которое она носила на съемках фильма «Афера Томаса Крауна» в 1968 году. Бесподобное платье!» Одна из сцен, в которых дизайнеры хотели показать Ану во всей красе, стал день выпускного. Тогда она решается надеть серое шифоновое платье, которое было упомянуто в книге. Оттенок отлично подошел под цвет глаз Дакоты Джонсон.
Любой, кто знаком с книгами Джеймс, да просто любой, кто хоть мельком видел обложку, понимает, что одним из ключевых элементов гардероба является серебристый галстук Грея… по нескольким причинам. Когда аксессуару уделяется столь пристальное внимание, не каждый галстук подойдет, даже сшитый на заказ. Бриджес говорит: «При выборе галстука мы были особенно щепетильны, возможно, более чем когда бы то ни было. Учитывалось буквально все: толщина, прочность и, разумеется, оттенок серого». Учитывая многофункциональность галстука Кристиана, Бриджес предпочитал называть его не галстуком, а шейным платком или французским галстуком. Все многочисленные модели серебристого галстука были кропотливо выкроены и сшиты вручную.
По задумке писательницы, Ана привносит краски в серую жизнь Кристиана. Его гардероб, состоящий в основном из предметов серого и синего тонов, становится теплее. Подбирая костюмы и расцветку, дизайнер постоянно советовался с режиссером.
Реквизитом на съемках фильма «50 оттенков серого» занимался Дэн Сиссонс. Он утверждает, что многие предметы были воспроизведены в точном соответствии с теми, что описаны в книге. «Мы с нуля создавали меню, винные карты и прочие ресторанные предметы», — говорит он. Однако самым важным предметом в фильме стал контракт, составленный адвокатом Кристиана и предложенный для подписи Ане.
По словам Сиссонса, ему и его команде пришлось анализировать каждый элемент реквизита, чтобы не допустить ошибку: «Основную информацию о Кристиане мы получали из костюмерного отдела. Мы точно знали, что будет представлять собой его костюм —изысканный, сшитый вручную, без единой лишней ниточки. Это стало для нас отправной точкой. Будь то кейс или бритвенный набор, или наручные часы — чего бы ни касалась рука Кристиана, все это подбиралось особенно тщательно».
То, что можно было в любой момент проконсультироваться с автором книги, было большим подспорьем. «С Эрикой работать очень забавно — иногда она оттаскивала меня в сторону, чтобы дать ценные указания. Например, Ана на выпускном отмечает окончание учебы бутылкой «Боллингера» — очень редкого и дорогого сорта шампанского. В другой раз Сэм и Эрика пошушукались, и Эрика подошла ко мне с фотографией на экране мобильного телефона. На картинке были изображены две великолепные чайные чашки. Каждой из них было более 100 лет, а компании, которая их произвела, давно не существовало. Эрика мне заявила тогда: «Это фото из моего дома в Англии. Если вы сможете найти такие чашки или подобные этим здесь, я буду поражена». Ну какой реквизитор не мечтает о подобном вызове?»
Сиссонс и его команда нашли шесть подобных чашек с точно таким же рисунком и доставили их на съемочную площадку. Они выяснили, что патент на нанесение этого рисунка был выкуплен одной из современных компаний и чашки все еще производятся, так что оставалось только утрясти вопрос с юристами. Между разговором с Джеймс и съемками сцены, в которой должны были появиться чашки, было всего 48 часов. За это время Сиссонс успел не только найти сервиз, но и договориться о появлении его в кадре фильма. «Эрика была неподдельно счастлива, да и Сэм чашки очень понравились, — вспоминает реквизитор. — Трудно описать, какое для нас всех было наслаждение ощущать, что мы приложили руку к воссозданию мира Эрики на съемочной площадке».
Одним из первых выпадов Кристиана в сторону Аны становится первое издание одной из ее любимых книг — «Тэсс из рода д’Эрбервиллей» Томаса Харди 1891 года. Поисками редчайшей книги Сиссонс занялся сам еще до официального начала съемок. К слову сказать, в библиотеке Кристиана было множество книг о великих изобретениях (например, о Тесле), о новаторах в области технологического дизайна (Микеланджело), о новейших информационных технологиях… словом, явно не Томас Харди. Библиотека столь же наглядно свидетельствовала о пристрастиях Кристиана, сколь «Тэсс» свидетельствовала о натуре Аны.
Говоря о расточительстве Кристиана, можно во многом сравнить миллиардера с Джеймсом Бондом. И это сравнение, разумеется, не утаилось от читателей, грезивших о беспечной жизни героя книги. Каждая из игрушек Грея должна была быть лучшей, самой большой и самой блестящей из всех, которые только можно найти. И не важно, владеет ли он этой игрушкой или просто арендовал на уик-энд.
В распоряжении приятеля Аны — последняя линейка автомобилей Audi, включая R8 (спортивная модель), S8 (седан представительского класса) и новый A3 (его подарок Ане). На самом деле кинематографистам очень повезло получить в свое распоряжение модель A3, которая пока не выставлена на продажу. Во всяком случае не была выставлена на момент окончания съемок.
Грей владеет всем, о чем только может мечтать человек. Однако самые острые эмоции он испытывает во время полета, когда они с Аной летят на планере. Этот момент становится моментом откровения и единения для них обоих. Помимо Красной комнаты, глайдер— единственное место, где Кристиан чувствует себя свободным.
50 оттенков серого 2015 — Ап! И тигры у ног моих сели…
В 2015 году появилась экранизация 1 части романа-трилогии Эрики Леонард «50 оттенков серого». Удалось ли режиссеру Сэму Тэйлору Джонсу передать таинственную атмосферу книги? Здесь мнения кинокритиков расходятся, как и о том, в чем смысл фильма «50 оттенков серого».
Краткое содержание
Прежде чем размышлять о смысле фильма «50 оттенков серого», вспомним сюжет 1 части трилогии.
Выпускница литературного факультета Анастейша Стил (Ана) заменяет свою заболевшую подругу Кейт – берет интервью у молодого олигарха Кристиана Грея. Миллиардер должен говорить речь на их выпускном. Между молодыми людьми возникает взаимная симпатия.
Кристиан приходит в магазин, где Ана работает продавцом, покупает изоленту, стяжки для проводов и веревку. Девушка предлагает олигарху провести фотосессию для газеты, он соглашается. После фотосессии мистер Грей и Анастейша идут в кафе. Там Кристиан узнает о романтическом настрое спутницы и сбегает, решив, что им не по пути. Главному герою не нужны отношения.
После выпускного экзамена Ане приносят посылку от Грея с книгами любимого автора героини. Ана с Кейт идут на вечеринку, где фотограф Хосе признается девушке в любви, начинает к ней приставать. Кристиан защищает Анастейшу, увозит ее к себе. Наутро он признается в своих странных вкусах относительно секса и говорит о договоре, который Стил должна подписать.
Вечером Ана и Кристиан летят в Сиетл на вертолете. Мужчина показывает игровую комнату пыток-удовольствий. Здесь, по договору, доминант (мистер Грей) будет наказывать совмесива (миссис Стилл). При этом к обычным романтическим отношениям, в том числе спать в одной постели, Кристиан не готов. Герои занимаются сексом, но договор девушка подписывать не спешит.
Это интересно! Джейми Дорнан не первый раз исполняет роль героя со звериной сущностью. Ранее в сериале «Крах» актер сыграл настоящего маньяка.
Утром Анастейша знакомится с добродушной мамой Кристиана. По пути домой герой рассказывает Ане, почему он стал таким — в 15 лет подруга матери сделала из него совмесива (секс-раба).
Красная комната: так манит и пугает
Девушка долго не решается дать согласие на жесткие отношения. На выпускном Ана обещает попробовать. Они занимаются сексом в игровой комнате Кристиана. Легкие наказания девушке оказываются по душе.
На следующий день молодые люди едут к родителям Грея – приехала его сестра. Здесь олигарх узнает, что Анастейша собралась в Джорджию. Он злится, хочет ее наказать — отшлепать.
Ана едет в Джорджию к родителям. Грей приезжает к ней. Вместе они обедают, летают на планерах.
По приезде домой Кристиан продолжает знакомить героиню со своей игровой комнатой. После очередного секса Анастейша спрашивает партнера о причинах его странностей. Ответ прост: «Это мои 50 оттенков серого». Чтобы понять любимого, девушка просит наказать ее максимально сильно. Тогда она получает в пыточной 6 ударов ремнем. После перенесенной боли Ана отказывается продолжать отношения, уходит.
Объяснение сюжета
Зрители и критики часто спорят о смысле эротического фильма «50 оттенков серого». Одним кажется, что мелодрама о маньяке, насилии и царящем беспределе, другим – о любви и ее возможностях изменить человека к лучшему.
Смысл фильма «50 оттенков серого» заключается в 2 основных идеях:
На груди у Кристиана ожоги. Неспроста герой так оберегает эту зону от прикосновений – они приносят ему боль и навевают воспоминания о страшном прошлом.
Ненависть к матери заставляет его ненавидеть всех женщин, особенно брюнеток. Вот один из отзывов к фильму «50 оттенков серого»: «А ведь Грей мог стать маньяком. И все было бы намного интересней!».
Надо отдать должное герою – он не стал маньяком, насильником и убийцей, как это происходит со многими психически травмированными тяжелым детством людьми. Грей научился справляться со своей сущностью зверя. Наказывает он только тех, кто на это согласен, кто хочет острых ощущений. При этом герой контролирует себя и не делает того, чего не хочет совмесив.
Любовь побеждает
Из-за тяжелого детства Кристиан не верит в то, что его могут полюбить, что сам он способен любить. И когда встречает Анастейшу, возникшие чувства пугают его. При этом отказаться от объекта притяжения герою сложно.
А заметили ли Вы? Фильм «50 оттенков серого» повсеместно имеет сходство с сагой «Сумерки». Таинственность атмосферы, поведение героев, даже их внешность – все напоминает о фантастической драме с вампирами.
С момента встречи с Аной Стил жестокий олигарх начинает меняться. Мужчина не романтик, но ведет девушку в кафе, дарит ей книги, летает с ней на вертолете и планерах, танцует перед выходом в свет и украдкой любуется реакцией героини на знаки внимания. Кристиан находит предлог для введения романтических свиданий – так хочет возлюбленная. Однако сам герой тоже этого хочет – не с кем-то, а именно с Анастейшой.
На протяжении всего фильма в Кристиане борются между собой 2 части души:
Здесь уместно обратиться к вопросу о том, какой смысл у названия фильма «50 оттенков серого». В мелодраме показаны все оттенки многогранной личности главного героя Грея (серого): от черного (темной стороны) к белому (светлой части души).
Кристиану сложно признать поражение своей темной стороны – он привык не зависеть от других, контролировать все вокруг, быть равнодушным или жестоким. Но любовь устанавливает свои правила – и бороться с ней бесполезно.
На заметку! Многие зрители ошибочно рассматривают фильм «50 оттенков серого», как отдельную мелодраму. Поэтому иногда неправильно трактуют суть картины. Не нужно забывать о наличии еще 2 частей эротической трилогии. Все описанное в первой главе – это лишь начало истории, многие тайны здесь еще не раскрыты. Смысл фильма во многом откроется после просмотра второй («на 50 оттенков темнее») и третей («50 оттенков свободы») частей трилогии.
В чем суть концовки
Чем закончился фильм «50 оттенков серого»? Каков смысл финала?
В конце мелодрамы Ана увидела воистину темную сторону своей любви. Герой получал наслаждение, когда наказывал девушку ремнем. И это вызвало отвращение в Анастейше. Она не готова мириться с такой жестокостью даже ради любимого.
Способен ли Кристиан измениться во имя любви? Уже в красной комнате герой осознает весь ужас произошедшего – он сделал больно той, что так дорога ему. Боль эта не только физическая, даже больше эмоциональная. Грей явно не готов терять женщину, которая преобразила его, сделала из него человека, способного любить и быть любимым. Герой готов стать другим ради Аны – это можно понять по последнему кадру.
Смысл фильма «50 оттенков серого» в том, что любовь способна менять все вокруг. Даже противники эротических картин смотрят его, не отрывая глаз. 2 часа проходят, как одно мгновение. Интригующий сюжет, чувственная игра актеров настолько затягивают, что хочется пересматривать картину снова и снова.
Красная комната мистера грея
Если вам понравилась книга, вы можете купить ее электронную версию на litres.ru
Я стою посередине огромной комнаты, не зная, куда себя деть. Мне страшно неловко и неуютно.
— Я не могу рисковать экипажем. Нет, отмените… Сбросим с воздуха… Договорились.
Кристиан отключает телефон. Быстро взглянув на меня холодными глазами, уходит в кабинет и возвращается через минуту.
— Это контракт. Прочти, и в следующие выходные мы обсудим условия. Думаю, тебе надо изучить вопрос, чтобы ты знала, что тебя ожидает. — Он на секунду замолкает. — Если ты согласишься, конечно, на что я очень надеюсь.
— Ты не поверишь, сколько всего на эту тему можно найти в Интернете, — ухмыляется он.
В Интернете! У меня нет компьютера, Кейт иногда пускает меня за свой ноутбук, но не могу же я использовать компьютер в Клейтонсе для таких «вопросов»?
— В чем дело? — спрашивает Кристиан, чуть склонив голову набок.
— У меня нет компьютера.
Он протягивает мне конверт из плотной бумаги.
— Думаю, я смогу… э-э, одолжить тебе компьютер. Бери вещи, я отвезу тебя обратно в Портленд. Пообедаем где-нибудь по дороге. Мне надо одеться.
— Я пока позвоню. — Мне хочется услышать голос Кейт.
— Фотографу? — Его челюсти сжимаются, во взгляде — ярость. Я изумленно хлопаю ресницами. — Я не люблю делиться, мисс Стил. Запомните. — Окинув меня ледяным взглядом, он уходит обратно в спальню.
Черт возьми. Я только хотела позвонить Кейт. Куда делся благородный, спокойный, улыбающийся человек, с которым я занималась любовью всего полчаса назад?
— Готова? — спрашивает Кристиан, стоя в дверях.
Я неуверенно киваю. Он снова холоден, сдержан и вежлив, публике предлагают любоваться его обычной маской. В руках у него кожаная сумка. Зачем она ему? Может, он собирается остаться в Портленде? И тут я вспоминаю про выпускную церемонию. Ах, да… он будет там в четверг. В черном кожаном пиджаке Кристиан похож не на миллиардера, а на парня из бедного района, эксцентричную рок-звезду или топ-модель. Я внутренне вздыхаю: мне бы хоть десятую часть его самообладания. Он так спокоен и уверен в себе. Тут я хмурюсь, вспоминая его вспышку насчет Хосе… Ну, по крайней мере, внешне.
Тейлор держится на заднем плане.
— Жду завтра, — говорит Кристиан Тейлору, и тот кивает.
— Да, сэр. Какую машину вы берете, сэр?
Кристиан бросает быстрый взгляд на меня.
— Счастливого пути, мистер Грей. Всего доброго, мисс Стил. — Тейлор смотрит приветливо, однако в глубине его глаз я вижу жалость.
Он, конечно же, считает меня новой жертвой сомнительных сексуальных пристрастий мистера Грея. Рано. Пока речь только о необычном сексе, хотя, возможно, в этом нет ничего особенного. От этой мысли я хмурюсь. Мне не с чем сравнивать, и я не могу спросить Кейт. Придется просить разрешения у Кристиана. Надо же мне с кем-то поговорить, а как я могу обсуждать это с ним, если сейчас он нежен и ласков, а буквально в следующую секунду холоден и враждебен.
Тейлор, провожая нас, придерживает дверь. Кристиан вызывает лифт.
— В чем дело, Анастейша?
Откуда он знает, что у меня на уме? Он протягивает руку и берет меня за подбородок.
— Прекрати кусать губу, или я трахну тебя прямо в лифте.
Я вспыхиваю, но на его губах мне чудится улыбка.
— Кристиан, у меня проблема.
— Да? — Он весь внимание.
Лифт приезжает. Мы входим, и Кристиан нажимает на кнопку с буквой G.
Он закатывает глаза.
— Ладно, поговори с ней, если нужно. Только возьми с нее слово, чтобы она ничего не говорила Элиоту.
Что за намеки! Кейт не такая.
— Она ему ни словом не обмолвится, и я тоже не буду пересказывать тебе, что узнаю у нее про Элиота, — добавляю я быстро.
— Разница в том, что меня не интересует его сексуальная жизнь, — с кривой улыбкой произносит Кристиан. — Элиот — любопытный гаденыш… Она, скорее всего, возьмет меня за яйца, если узнает, что я тебе предлагал, — добавляет он очень тихо. Похоже, эта фраза не предназначалась для моих ушей.
— Договорились, — с готовностью соглашаюсь я. Мысль о Кейт, держащей Кристиана за яйца, мне не очень нравится.
Кристиан кривит губы и качает головой.
— Чем быстрее ты станешь моим сабмиссивом, тем лучше. Тогда с этим будет покончено, — бурчит он.
— С твоим открытым неповиновением. — Он приподнимает мой подбородок и запечатлевает на моих губах быстрый, легкий поцелуй. Потом берет меня за руку и ведет в подземный гараж.
За лифтом я вижу знакомый внедорожник «Ауди», но на клик брелока отзывается шикарный спортивный автомобиль, из тех, что изображают с голой длинноногой блондинкой на капоте.
— Красивая машина, — ехидно замечаю я.
Кристиан поднимает голову и ухмыляется.
— Я знаю. — На мгновение я снова вижу молодого и беззаботного человека. У меня теплеет на душе. Вот они — игрушки больших мальчиков. Я закатываю глаза, но не могу сдержать улыбку.
Кристиан открывает дверь, и я залезаю на сиденье. Ух, как низко… Он с непринужденной грацией обходит машину и, несмотря на свой рост, изящно устраивается на соседнем сиденье. Как у него так получается?
— А что это за машина?
— «Ауди R8 спайдер». Погода хорошая, мы можем опустить верх. Там должна быть бейсболка. Даже две. — Он указывает на бардачок. — И темные очки, если тебе надо.
У нас за спиной рычит мотор. Кристиан кладет сумку на свободное место за сиденьями, нажимает на кнопку, и крыша медленно открывается. Щелкает переключатель, и нас окружает голос Брюса Спрингстина.
— Люблю Брюса, — улыбается Кристиан. Машина трогается с места, въезжает вверх по крутому пандусу и замирает, ожидая, пока откроется шлагбаум.
И вот мы уже едем по залитому солнцем Сиэтлу. Я достаю из бардачка бейсбольные кепки. На них эмблема «Маринерс». Кристиан любит бейсбол? Я передаю ему кепку, и он надевает ее на голову. Я протаскиваю хвост через отверстие и надвигаю козырек пониже.
Когда мы едем по улице, на нас пялятся люди. Сначала мне кажется, что это из-за него… потом у меня мелькает параноидальная мысль, что все смотрят на меня, потому что знают, чем я занималась в последние двенадцать часов, но наконец я догадываюсь, что это из-за машины. Кристиан, похоже, задумался о чем-то своем.
Скоро мы уже несемся по I-5 на юг, и в ушах свистит ветер. Брюс поет, что сгорает от желания. Актуально. Я краснею, вслушиваясь в слова. Кристиан надел «Рей-Бен», поэтому я не вижу, о чем он думает. Его рот слегка изгибается, он тянется к моему колену и легко сжимает его рукой. Я задерживаю дыхание.
Да, но этот голод едой не утолишь.
— Надо есть, Анастейша. Я знаю отличный ресторан, рядом с Олимпией. Мы туда зайдем.
Он снова сжимает мое колено, а потом возвращает руку на руль и давит на газ. Меня прижимает к спинке сиденья. Да, машинка умеет ездить.
Ресторан маленький и уютный — деревянное шале посреди леса. Интерьер выдержан в деревенском стиле: простые стулья и столы, накрытые клетчатыми скатертями, полевые цветы в маленьких вазочках. «Дикая кухня» — гласит объявление на двери.
— Давно я тут не был. У нас нет выбора — они готовят то, что им удастся поймать или собрать. — Кристиан поднимает брови в притворном ужасе, и я не могу удержаться от смеха. Официантка спрашивает, что мы будем пить. При виде Кристиана она краснеет, опускает глаза, пряча их под длинной светлой челкой. Он ей правится! Я не одна такая!
— Два бокала «Пино Гриджио», — распоряжается Кристиан.
Я в негодовании поджимаю губы.
— Я хотела диетическую колу.
Его серые глаза сужаются.
— Здесь подают вполне приличное «Пино Гриджио», оно будет сочетаться с любым блюдом, — терпеливо объясняет он.
— Что бы мы ни заказали?
— Да. — Кристиан улыбается ослепительной улыбкой, наклонив голову набок, и у меня все внутри переворачивается. Я не могу не улыбнуться в ответ.
— Ты понравилась моей матери, — сухо говорит он.
— Правда? — Я краснею от удовольствия.
— Ага. Она считала, что я гей.
Я раскрываю рот от удивления и вспоминаю тот вопрос на интервью. Ужас.
— А почему она так решила? — шепотом спрашиваю я.
— Она никогда не видела меня с девушкой.
— Ни с одной из пятнадцати?
— Ты запомнила. Нет, ни с одной из пятнадцати.
— Знаешь, Анастейша, в эти выходные я тоже многое делал в первый раз, — говорит он ровным голосом.
— До вчерашнего дня я всегда спал один, никогда не занимался сексом в своей постели, никогда не катал девушек на вертолете, никогда не представлял их своей матери. — Его глаза горят таким огнем, что у меня перехватывает дыхание.
Нам приносят вино, я немедленно отпиваю глоток. Кристиан открывает мне душу или просто фиксирует происходящее?
— Лично мне все понравилось, — смущенно бормочу я.
— Прекрати кусать губу, — рычит он и добавляет: — Мне тоже.
Официантка приносит суп. Мы оба смотрим на него в недоумении.
— Суп из крапивы, — сообщает она, прежде чем развернуться и снова скрыться на кухне. Наверное, ей неприятно, что Кристиан не обращает на нее внимания.
Я неуверенно пробую. Очень вкусно. Мы с Кристианом с облегчением смотрим друг на друга. Я хихикаю.
— Какой чудесный звук, — говорит он вполголоса.
— А почему ты не занимался ванильным сексом раньше? Ты всегда занимался… э-э, а как это называется? — спрашиваю я, заинтригованная.
— Типа того, — отвечает Кристиан осторожно. На его лице отражаются следы внутренней борьбы. Приняв решение, он поднимает на меня глаза. — Подруга моей матери соблазнила меня, когда мне было пятнадцать.
Черт возьми, так рано!
— Дама с очень специфическими вкусами. Я шесть лет был ее сабмиссивом. — Он пожимает плечами.
— Ох. — От такого признания я замираю, как громом пораженная.
— Поэтому я знаю, что это такое. — Кристиан проницательно смотрит на меня.
Я таращусь на него, не в силах произнести ни слова Даже мое подсознание молчит.
— У меня ни разу не было всего того, что обычно предшествует сексу.
Любопытство просыпается вовремя.
— Так значит, ты ни с кем не встречался, когда учился в колледже?
— Нет. — Он отрицательно качает головой.
Официантка прерывает нас на минуту, чтобы забрать наши тарелки.
— Почему? — спрашиваю я, когда она уходит.
Кристиан насмешливо улыбается.
— Ты действительно хочешь знать?
— Потому что не хотел. Мне никто не был нужен кроме нее.
Да, уж! Лучше бы мне этого не знать… но я все равно спрашиваю:
— Подруга твоей матери… сколько же ей было лет?
— Достаточно, чтобы быть осмотрительной.
— Вы с ней по-прежнему видитесь?
— И ты по — прежнему… э — э. — Я краснею.
— Нет. — Он качает головой и снисходительно улыбается. — Она просто хороший друг.
Он смотрит на меня как на дурочку.
Официантка возвращается с олениной, но аппетит у меня пропал. Какое открытие. Кристиан в роли сабмиссива. Ничего себе. Я отпиваю еще немного «Пино Гриджио».
Господи, столько всего надо обдумать. Я должна переварить это в одиночестве, когда меня не отвлекает его присутствие. Мне казалось, что он настоящий альфа-самец, во всем, а теперь… Он испытал это на себе.
— Субмиссивом… все время? — Я в полном замешательстве.
— Вообще-то все, хотя мы не обязательно были вместе. Это было… трудно. Ведь я еще учился в школе, а потом в колледже. Ешь, Анастейша.
Я потрясена его рассказом.
— Ешь, — говорит он тихо, слишком тихо.
Я смотрю на него. Этот человек подвергся сексуальному насилию в подростковом возрасте…
— Не торопи меня, — отвечаю я мягко.
— Хорошо, — соглашается он.
— Наши… э-э… отношения будут строиться таким образом? — шепчу я. — Ты будешь мне приказывать? — Я не могу заставить себя посмотреть ему в глаза.
— Более того, ты будешь хотеть, чтобы я это делал, — добавляет он низким голосом.
Честно говоря, сильно сомневаюсь. Я отрезаю еще один кусочек оленины и подношу ко рту.
— На это трудно решиться, — говорю я и кладу кусочек в рот.
— Согласен. — Кристиан на мгновение закрывает глаза. Когда он снова их открывает, они мрачно-сосредоточенны. — Анастейша, ты должна прислушаться к внутреннему голосу. Изучи Интернет, почитай контракт. Я с радостью объясню тебе все, что смогу. Я пробуду в Портленде до пятницы. Если захочешь поговорить раньше, позвони мне, мы поужинаем. Скажем, в среду? Я очень хочу, чтобы все получилось. Если честно, я в жизни ничего так не хотел.
Я вижу по глазам, что Кристиан говорит искренне, что он в самом деле хочет этого всей душой. Но тут, должно быть, что-то не так. Почему я? Почему не одна из пятнадцати? Может, дело просто в числе?
— А почему ты расстался с пятнадцатью другими? — спрашиваю я.
Он поднимает брови, потом сдается и качает головой.
— По-разному, но все сводилось к… — Кристиан замолкает, подыскивая правильное слово. — Несовместимости.
— И ты думаешь, что я окажусь совместимой?
— А ты с ними больше не видишься?
— Нет. Я по своей природе моногамен.
Ого… вот это новость.
— Покопайся в Интернете, Анастейша.
— Это все? Ты больше ничего не будешь?
Он явно злится, но молчит. Я вздыхаю с явным облегчением. Мой живот переваривает новую информацию, а голова чуть кружится от вина. Я смотрю, как Кристиан поглощает все, что лежит у него на тарелке. Ест как лошадь! Сколько же надо заниматься спортом, чтобы поддерживать такую форму? И тут я внезапно вспоминаю, как свисают с его бедер пижамные штаны. Эта картина совершенно сбивает меня с мысли. Я смущенно ерзаю на стуле. Кристиан смотрит на меня, и я краснею.
— Дорого бы я дал, чтобы узнать, о чем ты сейчас думаешь, — произносит он, и я краснею еще больше.
Кристиан улыбается хулиганской улыбкой.
— Впрочем, я, кажется, догадываюсь, — поддразнивает он.
— Хорошо, что ты не можешь читать мои мысли.
— Твои мысли — нет, не могу, но язык твоего тела я со вчерашнего дня изучил неплохо.
Тон игривый… Как у него так быстро меняется настроение? Мне трудно за ним успеть.
Кристиан знаком подзывает официантку и просит принести счет. Расплатившись, встает и протягивает мне руку.
Взяв мою руку в свою, он ведет меня обратно к машине. Совершенно неожиданно наше соприкосновение такое нормальное, такое близкое. Я никак не могу примирить этот обычный, нежный жест с тем, что он намерен делать в той комнате… В Красной комнате боли.
По дороге от Олимпии до Ванкувера мы оба молчим, занятые своими мыслями. К дому подъезжаем около пяти. В окнах горит свет — Кейт уже вернулась. Собирает вещи, надо думать, если только она одна, без Элиота. Кристиан выключает мотор; пришло время расставаться.
— Зайдешь? — спрашиваю я. Мне не хочется его отпускать.
— Нет, у меня много работы, — отвечает он с непроницаемым лицом.
Я скручиваю пальцы, не поднимая взгляда. Вдруг на меня накатывают эмоции: он уезжает. Кристиан берет мою руку и, прижав ее к губам, нежно целует тыльную сторону ладони, в старомодном, милом жесте. Сердце у меня подкатывает к горлу.
— Спасибо за выходные, Анастейша. Это было… прекрасно. В среду? Я заберу тебя с работы?
Кристиан снова целует мою руку и опускает ее на колено. Потом выходит, открывает мне пассажирскую дверь. Почему я вдруг чувствую себя покинутой и одинокой? В горле стоит комок. Главное — не подавать виду. С улыбкой я выбираюсь из машины и иду по дорожке к дому, зная, что сейчас мне предстоит непростая встреча с Кейт. На полдороге поворачиваюсь и смотрю на Кристиана. Выше голову, Стил, подбадриваю я себя.
— Между прочим, на мне твои трусы. — Я улыбаюсь и вытаскиваю резинку от боксеров так, чтобы ему было видно. У Кристиана отваливается челюсть. Вот это реакция! Настроение у меня сразу улучшается, и я гордо дефилирую к дому, с трудом сдерживаясь, чтобы не запрыгать на одной ножке. Ура! Моя внутренняя богиня в восторге.
Кейт в гостиной, раскладывает книги по коробкам.
— Ты вернулась. А где Кристиан? Ну как ты? — В ее голосе слышны тревога и волнение, она торопливо подходит ко мне, обнимает за плечи и заглядывает глаза. Я не успеваю даже поздороваться.
Черт… Кейт настойчива и проницательна, а у меня в сумке лежит юридический документ, согласно которому я обязуюсь хранить тайну. Не самое лучшее сочетание.
— Так как все прошло? Я думаю о тебе с тех пор, как ушел Элиот. — На ее лице появляется озорная улыбка.
Кейт — вся тревога и любопытство, но я вдруг смущаюсь и краснею. Это очень личное. Я видела и знала то, что Кристиан вынужден прятать. Однако придется что-то рассказывать, ведь Кейт так просто не отстанет.
— Было хорошо. Очень хорошо, мне кажется, — говорю я тихо, стараясь скрыть предательски счастливую улыбку.
— Ну, мне не с чем сравнивать, — я виновато пожимаю плечами.
— Он довел тебя до оргазма?
Ну вот. Нельзя же так, прямо в лоб, спрашивать. Я заливаюсь краской.
Кейт тащит меня к кушетке, и мы садимся. Она берет мои руки в свои.
Ах, Кейт, если бы ты только знала!
— Мой первый раз был ужасен, — продолжает она, состроив смешную рожицу.
— Правда? — Мне сразу становится интересно. Раньше она об этом не распространялась.
— Да. Стив Пэтон. Еще в школе. Редкостный придурок. — Кейт пожимает плечами. — Он был груб, я была не готова. Мы оба напились в стельку. Сама понимаешь, типичная подростковая история. Насмотрелись порнухи. Я несколько месяцев потом в себя приходила, прежде чем решила попробовать еще раз. И, конечно, не с ним, уродом… Я была слишком молода. Ты правильно не торопилась.
Я стыдливо киваю. Моя внутренняя богиня отрешенно сидит в позе лотоса, и лишь на губах у нее хитрая, довольная улыбка.
— Я рада, что ты лишилась невинности с опытным человеком. — Кейт подмигивает. — А когда ты встречаешься с ним снова?
— В среду. Он пригласил меня на ужин.
— Он тебе все еще нравится?
— Да, но я не уверена насчет будущего.
— С ним все очень сложно. Он живет в совсем другом мире.
Отличное объяснение. А главное, правдоподобное. Гораздо лучше, чем то, что у него для меня припасена Красная комната боли и он хочет сделать меня своей сексуальной рабыней.
