Позор страны: российская картошка подорожала втрое
Что стоит за бешеными ценами
Но у пенсионера свой ценовой мониторинг.
Фото: Алексей Меринов
Практически каждую неделю «второй хлеб», да и овощи в целом, дорожают на 3-4 рубля. В ближайшем от него супермаркете за последние дни свекла выросла с 16 рублей за килограмм до 34, морковка с 23 до 31, картошка с 27 рублей (со скидкой) до 49,9 рубля.
Если уже сегодня, в разгар уборочной, так прут цены, то что будет к ноябрьским, а тем более новогодним праздникам?
В палатках и на овощных развалах морковка и свекла строго по 45 рублей за килограмм, картофель 49. В некоторых торговых сетях клубни россыпью экономкласса по 29 рублей: мелкие, резаные и уже немного жухлые, их приходится выбирать. Хороший картофель в 5-килограммовых сетках – 262 рубля. Но также мелкого калибра.
Что удивляет – покупатели никаких дискуссий по ценам и качеству не ведут. В начале года от наших сограждан на сей счет можно было много чего наслушаться. А сейчас – тишина.
Мне говорят, что морковка, свекла, капуста (она, кстати, тоже бьет рекорды, держится на 38-40 рублях) хоть и дорожают, но их на семью много не требуется. Свеклы на зиму килограммов 5, морковки килограмм 20, капусты 3-4 кочана достаточно. Это не критично, на две-три свеколки для винегрета всегда можно разориться, сколько бы она ни стоила.
А вот с картошкой сложнее, ее на зиму нужно килограммов 100-150.
Тяжелее всех приходится тем, кто живет на пенсию или вообще на пособие. Для многих наших сограждан клубни и по 100 рублей не в тягость, если их покупать по два килограмма в день. 100 или 200 рублей – какая им разница?
Но для малоимущих это сплошное разорение.
Так чего нам ждать на овощном рынке? Цены будто взбесились, овощеводы из Марий Эл, капустного края, с поля продают этот овощ по 25 рублей за кило, год назад оптом он стоил 3,5.
По мнению самих аграриев, «ниточка» в ценовой свистопляске ведет к производителям вообще и к агрохолдингам в частности. Сегодня оптовые цены на картошку в Брянской области, одном из основных поставщиков в Москву, уже на поле, в мешках, составляют 33-35 рублей за килограмм. За ними подтягиваются и другие регионы центральной России. Судя по предложениям в Интернете, по таким же оптовым (не розничным) ценам, вывозятся клубни с плантаций в Тульской, Ярославской, Владимирской и других областях.
Сколько будет он стоить в Москве, пока доедет в фурах, неизвестно. Но к Новому году, как считают некоторые эксперты, и под сотню потянет…
Звоню опытному картофелеводу, спрашиваю, что происходит? Ведь ровно год назад (тоже не очень удачный по урожайности) клубни с поля оптом стоили 10 рублей. А сейчас на 300 процентов дороже. Что изменилось: мы или мир?
— Так в чем дело? Вот ты почем торгуешь?
— Как все, по 32 рубля оптом, у меня еще дешево, сосед продает по 35 рублей…
— А почему не снижаешь?— снова спрашиваю я.
Тому, отвечает, есть две причины: во-первых, все продают по таким ценам, и он продает, чем он хуже? В прошлом году у него с поля увозили урожай по 11 рублей за килограмм, были убытки. Его же никто не спрашивал: почему так дешево? И во-вторых, горожане-то покупают! И не в авоськи, а мешками и сетками!
Да, в рыночной экономике ценами не покомандуешь. Одни поднимают, другие покупают. Не скажешь же производителю – снижай стоимость. Его продукция идет нарасхват. И с покупателем говорить бесполезно, он уверен, что дальше будет еще дороже!
— Говорят, что перерабатывающие на чипсы предприятия встали, картофель пускается в продажу как столовый.
Возможно, что импортный картофель на прилавках мы увидим уже в ноябре — хотя обычно он к нам поступает весной, когда заканчиваются наши запасы в хранилищах..
Белокаменная, красная и златоглавая: какого цвета Москва на самом деле
Существует ли какой‑то один цвет, типичный для Москвы? Каких цветов в облике столицы больше? Как со временем менялась цветовая гамма города и как она влияет на психологический настрой жителей? По просьбе «Афиши Daily» на эту тему рассуждает Юлия Малышева, главный архитектор сервиса капитального ремонта «Сделано».
Есть ли у городов цвета
Цвет — далеко не первое, о чем мы думаем, когда вспоминаем какой‑либо город. Чаще в голову приходят образы достопримечательностей, зданий, площадей, уличных кафе или природы, например, мы сразу вспоминаем, есть ли в городе море, горы или река.
Но у каждого человека есть субъективное восприятие «цвета города». Например, Лондон — серый и желто-коричневый, Париж — бежевый, Петербург — желтый. Москва в этом списке стоит особняком, и на то есть ряд причин.
Белокаменная, красная, златоглавая
Несмотря на свое народное название, Москва исторически была не белокаменной, а деревянной. Это было связано с тем, что используемый для строительства белый камень — известняк и доломит — был хрупким и трудозатратным материалом. В строительстве были распространены каменные фундаменты: их до сих пор находят в зонах археологических раскопок. Но основным строительным материалом было дерево.
Белокаменным же был ансамбль Кремля, да и то не всегда. Изначально деревянные стены кремлевской крепости в XIV веке заменили на каменные. Затем на их месте возникли укрепления из красного кирпича, и весь комплекс строений являл собой гармоничное сочетание трех цветов.
Бывший главный художник Москвы и крупный отечественный специалист по цвету в архитектуре, профессор МАрхИ Алексей Ефимов в своей книге «Колористика города» так описывает эту гамму: «В XV веке были возведены кирпичные кремлевские стены и одновременно расчищены подходы к Кремлю, что позволило увидеть «в полный рост» его кирпичные стены и башни. Контраст раскрывшегося красного поля стен с возвышающейся за ними белизной храмов и золотом куполов стал новой страницей в полихромии Москвы. Московский Кремль в начале XVI века — величественная крепость, окруженная с трех сторон водными преградами, в которых отражалось ее мажорное трехцветие».
Красные стены Кремля белили с конца XVII века в течение 200 лет. Постепенно побелка осыпалась, обнажая оригинальный цвет стен, к которому окончательно вернулись уже после Великой Отечественной войны. Зато Кутафья башня в ансамбле Кремля белая и по сей день.
Историческая цветология Москвы
В 1817 году правительство впервые начало системно регламентировать цветовые решения в градостроительстве. В императорском указе Александра I говорится о сдержанной пастельной гамме, в которую разрешалось красить дома. Каменные дома стали белить, а темные цвета, которые считались грубыми, — перестали использовать. Подобный выбор был определен, во-первых, под влиянием господствующего в то время классицизма, а, во-вторых, из‑за дешевизны и доступности этих пигментов. Царский указ позволил сохранять стилистическое единство Москвы на протяжении всего XIX столетия.
Основные цвета той гаммы сохранились на исторических домах в пределах Садового кольца до сих пор: это разнообразные оттенки желтого, светло-зеленого, бланжевого и дикого. Два последних цвета — это реальные, но устаревшие названия телесного и серого цветов. Особенно заметно мягкое сочетание белого и охры. Такого цвета, например, здание Сената в Кремле, храм «Большое Вознесение» у Никитских Ворот, дом Юшкова на Мясницкой.
Смена эпох в ХХ веке повлияла и на цветовые решения города. В период авангарда архитекторы предлагали радикальные планы по перекраске Москвы. Так, в 1929 году художник Лев Антокольский предложил «Проект плановой окраски Москвы», в котором рассматривалось несколько вариантов окраски столицы: по районам, по поясам-кольцам и по главным транспортным магистралям. По задумке, красный мог стать основным цветом для центра города, а ближе к окраинам улицы становились бы белыми. Этим экспериментам не суждено было осуществиться из‑за пришедшего на смену конструктивизму сталинскому ампиру.
Несколько десятилетий в Москве преобладали коричневые и бежевые оттенки натурального камня, из которого строили дома в тот период. А с началом массового строительства жилья власти города решили отказаться от декоративности. Экономили даже на покраске: швы между панелями часто оставались незакрашенными. В итоге получалась депрессивная среда, которая хорошо показана в позднесоветских фильмах, например, в экранизации пьесы Вампилова «Отпуск в сентябре».
Какого цвета столица сегодня
Сложно однозначно ответить на вопрос, какого цвета в Москве больше: исторически столице присуща полихромия. Цветовой контекст исторического центра и окраин различается. Сегодня в центральной зоне, ограниченной Садовым кольцом, заметно тяготение к светлым оттенкам. Светлая и лаконичная гамма оказалась востребованной и после Великой Отечественной войны. Высотные здания, которые создали новый силуэт столицы, были выполнены в серых и охристых оттенках. Например, жилой дом на Кудринской площади или «дома-книжки» на Новом Арбате.
Красный цвет в пределах центра столицы встречается редко. Первыми на ум приходят, безусловно, Кремль, здание Театра наций в неорусском стиле, барочные палаты Аверкия Кириллова. В красных тонах строят и современные здания, например, жилые дома в «Садовых кварталах» или кирпичные дома Art House на набережной Яузы. Ближе к границам ЦАО или прямо за ними есть немало зданий из красного кирпича, бывших заводов и фабрик, которые превращены в арт-пространства и офисные центры. Это Даниловская мануфактура, Бадаевский пивоваренный завод, дизайн-завод «Флакон» и фабрика «Красная Роза».
Зона массовой застройки на окраинах современной Москвы долгое время была блеклого серого цвета. Попытки оживить эту палитру предпринимались еще в 1970-х. Например, район Тропарево стал более ярким: фасады домов, которые выходили на крупные магистрали, отделали синими и красными кремнийорганическими эмалями. Более богатую палитру использовали и при оформления района Ясенево: там поочередно преобладали красный и зеленый, синий и желтый цвета.
В XXI веке девелоперы Москвы пытаются разбавить серость окраинных районов, используя окрашенные фиброцементные плиты, профилированные металлические листы и цветной бетон. Непривычно яркими выглядят жилые комплексы Green Park в Останкинском районе или «Вилланж» в Хорошево-Мневниках.
Несмотря на наследие советского периода в виде однообразных спальных районов, в современной Москве появляются знаковые здания и даже новые районы, такие как территория завода ЗИЛ или ЖК «Садовые кварталы» в Хамовниках.
На сегодняшний день зона массовой застройки очень неоднородна. Москва потеряла стилевое единство, но эта черта уже стала настолько привычной, что превратилась в особенность. Каждый район обладает своей эстетикой, исторический центр не похож на периферию, а Измайлово не похоже на Беляево.
Сегодня московский комитет по архитектуре и градостроительству рекомендует использовать яркие цветовые сочетания преимущественно в детских общественных зданиях, таких, как детские сады или детские больницы. Остальные здания должны быть выдержаны в натуральных оттенках или подстраиваться под окружение.
Что говорят о цвете столицы урбанисты и архитекторы
Архитектор бюро СОЮЗ, выпускница программы «Архитекторы.рф» института медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка»
«Путешествуя, я как архитектор подмечаю, что у некоторых городов сразу заметен свой определенный цвет или палитра. Например, Барселона — город теплого глиняного цвета, а Копенгаген кажется серым с вкраплениями желтого, синего и цвета ржавчины. У Москвы же сейчас своего цвета нет, она скорее хаотичная смесь цветов разных эпох, колористических находок работников коммунальных хозяйств и представлений о прекрасном различных архитекторов.
Почему Москва в цветовом отношении больше не производит впечатления цельной системы? Я вижу три основные причины этой проблемы. Во-первых, реставрация исторических зданий в Москве далека от идеала: лишь в редких случаях получается сохранить исторический цвет. Во-вторых, можно покрасить здание практически в любой цвет, несмотря на официальные правила. Например, запрещено частично или полностью менять цвет фасадов домов, если окраска или облицовка нарушает архитектурную стилистику объекта. Существует даже «Альбом типовых колористических решений фасадов зданий, строений, сооружений в городе Москве». Указанные в нем цвета рекомендуется использовать для капитального ремонта жилых и общественных зданий, с учетом их расположения и архитектурного контекста. На деле же обновление фасадов порой приводит к удручающим результатам. Третья проблема — отсутствие компромисса между архитектором, застройщиком и новым управленцем, принимающим решения в строительстве. Нередко архитекторы опираются только на свое мнение, игнорируя контекст. Например, бизнес-центр Dominion Tower по проекту бюро Zaha Hadid (бюро потом, правда, отказалось от проекта) выполнен в идеально белом цвете, вокруг которого сплошь грязный, заводской серый. И вся яркость белоснежного задавлена этой серой массой. Другой пример: яркий ЖК на Варшавском шоссе, 141. Сочетание разноцветных полос на фасадах гармонично само по себе, но они никак не вписываются в ландшафт из заводской пустоты и застройки позднесоветских лет. Яркие цвета должны радовать, здесь же они удручают и раздражают, потому что смотрятся как пятна.
Есть, безусловно, и удачные примеры колористических решений. Например, реновация бывшей фабрики «Большевик» 
, в ходе которой появился Музей русского импрессионизма. Красный кирпич и серый матовый металлический цвет оказались гармоничным сочетанием, формирующим цельную среду вокруг».
Урбанист и энвайроментальный психолог, сооснователь бюро UrbanGuide, старший аналитик УК «Спутник»
«Ситуацию со столичной колористикой я бы назвал печальной. Есть какое‑то неуемное и неумелое желание закрашивать: бордюры — в черно-белый, заборы — в желто-зеленый, входные группы — в серый. При ремонте ремонтов закрашивают любые элементы декора: барельефы, горельефы, картуши и маскароны. Состояниям зданий и элементов среды уделяется минимум внимания, а применяемые решения носят лишь временный характер. У Москвы больше нет главного художника: эта должность упразднили еще в 2013 году. Так что Москва — это скорее цветовой хаос.
Цвет города важен для психологического настроя жителей. Есть цвета естественные, природные, успокаивающие: вид деревьев, запах листвы и травы, соответствующие им оттенки зеленого — сильный позитивный стимул для человека. Это следствие эволюционного развития и тех еще древнейших эпох, когда деревья служили естественной и первейшей защитой для предков человека. Это не значит, что нужно немедленно использовать зеленый как можно чаще в архитектуре Марьино или Бибирево в надежде улучшить жизнь жителей. Цвет не важнее других характеристик визуального окружения человека. Неряшливая окраска и облик московских зданий с ржавым водостоками, обваливающейся плиткой, за доли секунды считываются глазом и формируют ассоциативный отклик: «Грязно, неряшливо, халтурно». Нужно сначала сделать качественной саму городскую среду. Чтобы качественно ремонтировали дома и улицы и заботились о сохранении наследия и природы. Цвет в таких условиях не может выправить ситуацию, как не выправляет ее и в домах попугайской расцветки в Норильске или подмосковных спальных районах.
Как только мы справимся с этой некачественностью среды, цвет тут же станет гораздо больше влиять на наш настрой. Безусловно, большее значение имеет равномерность нанесения краски, формирование и соблюдение колористического паспорта объекта или колористического плана города — а это, к сожалению, то, чем в России с постсоветских лет пренебрегают почти всегда».
grantass
grantass grantass
Исторический экскурс по крупному современному жилому массиву Челябинска. Цельной информации про него не встречал, да и вряд ли что-нибудь писали в каких-либо справочниках.
Из-за ограничения материал пришлось разделить на два поста.
Краснопольская площадка — планировочный жилой район, расположенный между лесным массивом на окраине Северо-Западного планировочного района и загородным посёлком Красное Поле (от близости к последнему и получил своё название). Её освоение предусматривалось при работе над четвёртым генпланом, создание которого выпало на исход советских времён. В те же годы и были сделаны первые шаги к застройке данной территории, но по ряду обстоятельств с этой затеей пришлось повременить. Бурное развитие перспективная жилая площадка Челябинска получит лишь спустя почти 20 лет.
[космоснимок Гугл от 2019 г.]
Одно из первых публичных упоминаний о Краснопольской площадке можно встретить в заметке «Вечернего Челябинска» от 28 мая 1988 г. Вот как авторский коллектив и привлеченные специалисты описывают выбор участков для территориального расселения по подготовленным технико-экономическим обоснованиям генплана развития города до 2010 г.:
Направление территориального развития
При его выборе учитывалось сложившееся взаимное расположение промышленных предприятий и жилых массивов, а также нормативные требования по расселению, по которым доставка трудящихся к месту работы должна обеспечиваться за 40-45 минут. Необходимо было также учесть наиболее рациональное использование существующих и проектируемых источников энергоснабжения, водопровода и канализации. Учитывается также принцип обеспечения наиболее благоприятных санитарно-гигиенических условий для проживания. В этих целях была составлена карта планировочных ограничений и определены территории, где исключается жилищное строительство. Учитывались также удобства доставки жителей в центр города из отдалённых районов, удобства пользования природными факторами и экономичность решений с учётом капитальных и эксплуатационых затрат по вариантам расселения.
Был проведён анализ возможности территориального развития города в западном, северо-западном, южном и юго-восточном направлениях. Для этого прежде всего было определено, сколько потребуется жилья к 2010 году, сколько из него можно будет разместить в пределах существующих границ городской черты с учётом интенсивного и эффективного использования территорий и сколько их потребуется дополнительно.
К 2010 году Челябинск должен располагать 34,5 миллиона квадратных метров жилья. Для этого с учётом существующего и сохраняемого на рассчётный срок необходимо построить 19,5 миллиона квадратных метров. Если учесть, что сейчас жилой фонд города составляет 16 миллионов квадратных метров, то за намеченный период предстоит построить ещё один такой город. На существующей в городской черте территории можно построить 8,3 миллиона квадратных метров. Из них на западе до Шершнёвской плотины можно будет разместить на свободных площадях 6-7 миллионов квадратных метров, а остальное на тех площадках, по которым уже разработаны проекты в Ленинском, Тракторозаводском, Советском и других районах. Для размещения остальных 11,2 миллиона квадратных метров были рассмотрены различные варианты территориального расселения и принято решение, по которому жилищное строительство предлагается разместить на северо-западе и западе на двух Краснопольских площадках ёмкостью 6,2 миллиона квадратных метров для жителей Центрального, Курчатовского, Металлургического районов, на юго-востоке у посёлка имени Панфилова в Советском районе — 1 миллион квадратных метров для жителей Центрального и Советского районов, на юге в районе посёлка имени 30-летия ВЛКСМ — 1,2 миллиона квадратных метров для жителей Ленинского района. Остальные объёмы жилищного строительства размещаются в районах реконструкции со сносом ветхих и малоценных одно- трёхэтажных домов с учётом современных требований бережного отношения к жилому фонду. Сама же реконструкция относится ближе к 2010 году. Строительство в таких районах рекомендуется осуществлять выборочно.
По многим причинам это ТЭО нового генплана, выполненное в 1987 г., не дождалось принятия четвёртого градостроительного документа в 1992 г. Новый генплан был принят уже в 2002 г.
Планировка жилого района от 1988 г. Как видно, основные градостроительные решения были проработаны уже давно и частично сохранились в современной планировочной схеме (то же расположение больницы практически не изменилось, но в нынешней схеме она занимает часть леса за автобусной конечной).
Следует обратить внимание, что микрорайоны 51 и 51-А изначально проектировались под промышленно-коммунальную зону.
[«Вечерний Челябинск» от 28.05.1988 г.]
Схема перспективных жилых площадок. Краснопольских площадок предполагалось две: вторая (нынешняя) и первая, которая должна была располагаться в районе Моховичков — сегодня здесь раскинулся коттеджный пригород. В настоящее время нынешняя площадка значится под номером один.
[«Вечерний Челябинск» от 28.05.1988 г.]
Первая попытка освоения земель
К середине 1980-х Краснопольская площадка представляла из себя типичный пригород — сельскохозяйственные поля и обрамляющий их берёзовый лес. При этом одна её часть входила в черту Челябинска, другая же относилась к Сосновскому району.
Фрагмент карты 1984 г., пунктиром обозначена граница города:
[chelchel-ru.livejournal.com/124698.html]
Первое строительство здесь появляется на рубеже 1980-1990-х гг.
Рассмотрим Краснопольскую площадку со спутниковых снимков того времени (точная датировка может быть плюс-минус 1 год):
— до конца 1980-х — сельскохозяйственные поля, зато можно обратить внимание на верхний правый угол — на промплощадке под пос. Шагол начинается возведение комбината крупнопанельного домостроения КПД-300. Предприятие строилось ради наращивания мощностей строительной индустрии, для застройки тех же перспективных жилых площадок. Он вполне мог и сыграть свою роль в освоении Краснопольской площадки, но так и не был запущен в строй. Будучи в высокой степени готовности, в 1992 г. спецкомиссия признала комбинат неперспективным.
По этому периоду можно подвести такие итоги: построены коробки трёх домов микрорайона 47, возведены склады (частично) и корпус завода картофелепродуктов.
[отсюда]
Он же со складами (ныне снесены)
[отсюда]
[отсюда]
[отсюда]
С 1993 по 2004 гг. также существовало государственное предприятие «Объединённая дирекция «Краснопольская» по строительству и эксплуатации группы предприятий перерабатывающей промышленности на Краснопольской площадке».
Данные о том, что за группа предприятий когда-то могла появиться в мкр. 51 и 51-А, пока ещё можно встретить в назначении некоторых земельных участков.
