«Умный дьявол» Н. Гумилёв
Мой старый друг, мой верный Дьявол,
Пропел мне песенку одну:
– Всю ночь моряк в пучине плавал,
А на заре пошел ко дну.
Кругом вставали волны-стены,
Спадали, вспенивались вновь,
Пред ним неслась, белее пены,
Его великая любовь.
Он слышал зов, когда он плавал:
«О, верь мне, я не обману»…
Но помни, – молвил умный Дьявол, –
Он на заре пошел ко дну.
Дата создания: 1906 г.
Анализ стихотворения Гумилева «Умный дьявол»
Мотив смерти закономерно возникает в поэтической системе Гумилева: его отважный лирический субъект привык балансировать на краю опасности. В многоликих отражениях последних минут жизни возникает образ Люцифера, который представляет теневую сторону личности мужественного романтика. Формулировка «мой друг», определяющая отношения между героем и князем тьмы, не лишена элемента эпатажа. Облик темного начала интересен бесстрашному искателю, который одновременно осознает вероятность обмана, исходящую от инфернальной сущности.
Поэтический текст «Умного дьявола», созданного на рубеже 1905–1906 гг., начинается с определений, сочетающих в себе эпатаж и оксюморон. Люцифер не только «старый», но и «верный» приятель героя. Сатана, который общается с лирическим субъектом на равных, рассказывает притчу о моряке.
Мужественный образ матроса из песенки-притчи подобен гумилевским героям – охотникам, воинам и завоевателям. Персонаж боролся с бушующим морем, охарактеризованным как «волны-стены», до рассвета. В шуме стихии моряку, вспоминающему о своей любви, слышался голос милой, который призывал к вере. На заре силы иссякли, и мореплаватель «пошел ко дну».
Сатана с иронией изображает человеческую любовь. Эпитет «великая» и сравнение «белее пены», примененные к высокому чувству, «разбивает» печальный финал притчи. Вывод, к которому подводит собеседника дьявол, отрицает спасительную силу любви и ставит под сомнение понятие женской верности.
Князь тьмы из гумилевского текста лукавит перед товарищем, умышленно не упоминая одно важное обстоятельство: гордый и честный моряк, рассчитывающий на свои силы, не стал поступаться верой и просить дьявола о сделке. Матрос утратил телесную оболочку, но сберег свою душу. Тот факт, что персонаж ушел из жизни на рассвете солнца, подкрепляет мысль о спасении. Он реализовал важнейшее право мужественной личности «самому выбирать смерть», которое поэт сформулировал в стихотворении «Выбор» тремя годами позже.
Критики-современники Гумилева усмотрели перекличку «Умного дьявола» с творением Сологуба «Когда я в бурном море плавал…» В последнем из стихотворений возникает образ «отца» –дьявола, который делает доброе дело – спасает тонущего героя. Благородный поступок не меняет темной природы власти сатаны, и лирический субъект вынужден влачить «больное, злое житие», прославляя своего хозяина.
Умный дьявол
Мой старый друг, мой верный Дьявол,
Пропел мне песенку одну:
— Всю ночь моряк в пучине плавал,
А на заре пошёл ко дну.
Кругом вставали волны-стены,
Спадали, вспенивались вновь,
Пред ним неслась, белее пены,
Его великая любовь.
Он слышал зов, когда он плавал:
«О, верь мне, я не обману»…
Но помни, — молвил умный Дьявол, —
Он на заре пошёл ко дну. —
Статьи раздела литература
Мы используем на портале файлы cookie, чтобы помнить о ваших посещениях. Если файлы cookie удалены, предложение о подписке всплывает повторно. Откройте настройки браузера и убедитесь, что в пункте «Удаление файлов cookie» нет отметки «Удалять при каждом выходе из браузера».
Подпишитесь на нашу рассылку и каждую неделю получайте обзор самых интересных материалов, специальные проекты портала, культурную афишу на выходные, ответы на вопросы о культуре и искусстве и многое другое. Пуш-уведомления оперативно оповестят о новых публикациях на портале, чтобы вы могли прочитать их первыми.
Если вы планируете провести прямую трансляцию экскурсии, лекции или мастер-класса, заполните заявку по нашим рекомендациям. Мы включим ваше мероприятие в афишу раздела «Культурный стриминг», оповестим подписчиков и аудиторию в социальных сетях. Для того чтобы организовать качественную трансляцию, ознакомьтесь с нашими методическими рекомендациями. Подробнее о проекте «Культурный стриминг» можно прочитать в специальном разделе.
Электронная почта проекта: stream@team.culture.ru
Вы можете добавить учреждение на портал с помощью системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши места и мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После проверки модератором информация об учреждении появится на портале «Культура.РФ».
В разделе «Афиша» новые события автоматически выгружаются из системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После подтверждения модераторами анонс события появится в разделе «Афиша» на портале «Культура.РФ».
Если вы нашли ошибку в публикации, выделите ее и воспользуйтесь комбинацией клавиш Ctrl+Enter. Также сообщить о неточности можно с помощью формы обратной связи в нижней части каждой страницы. Мы разберемся в ситуации, все исправим и ответим вам письмом.
LiveInternetLiveInternet
—Рубрики
—Поиск по дневнику
—Подписка по e-mail
—Интересы
—Постоянные читатели
—Сообщества
—Статистика
Николай Степанович Гумилёв. «Умный дьявол»
Николай Степанович Гумилёв
Мой старый друг, мой верный Дьявол,
Пропел мне песенку одну:
«Всю ночь моряк в пучине плавал,
А на заре пошел ко дну.
Кругом вставали волны-стены,
Спадали, вспенивались вновь,
Пред ним неслась, белее пены,
Его великая любовь.
Он слышал зов, когда он плавал:
«О, верь мне, я не обману»…
Но помни,- молвил умный Дьявол,-
Он на заре пошел ко дну».
Мотив смерти закономерно возникает в поэтической системе Гумилева: его отважный лирический субъект привык балансировать на краю опасности. В многоликих отражениях последних минут жизни возникает образ Люцифера, который представляет теневую сторону личности мужественного романтика. Формулировка «мой друг», определяющая отношения между героем и князем тьмы, не лишена элемента эпатажа. Облик темного начала интересен бесстрашному искателю, который одновременно осознает вероятность обмана, исходящую от инфернальной сущности.
Поэтический текст «Умного дьявола», созданного на рубеже 1905—1906 гг., начинается с определений, сочетающих в себе эпатаж и оксюморон. Люцифер не только «старый», но и «верный» приятель героя. Сатана, который общается с лирическим субъектом на равных, рассказывает притчу о моряке.
Мужественный образ матроса из песенки-притчи подобен гумилевским героям — охотникам, воинам и завоевателям. Персонаж боролся с бушующим морем, охарактеризованным как «волны-стены», до рассвета. В шуме стихии моряку, вспоминающему о своей любви, слышался голос милой, который призывал к вере. На заре силы иссякли, и мореплаватель «пошел ко дну».
Сатана с иронией изображает человеческую любовь. Эпитет «великая» и сравнение «белее пены», примененные к высокому чувству, «разбивает» печальный финал притчи. Вывод, к которому подводит собеседника дьявол, отрицает спасительную силу любви и ставит под сомнение понятие женской верности.
Князь тьмы из гумилевского текста лукавит перед товарищем, умышленно не упоминая одно важное обстоятельство: гордый и честный моряк, рассчитывающий на свои силы, не стал поступаться верой и просить дьявола о сделке. Матрос утратил телесную оболочку, но сберег свою душу. Тот факт, что персонаж ушел из жизни на рассвете солнца, подкрепляет мысль о спасении. Он реализовал важнейшее право мужественной личности «самому выбирать смерть», которое поэт сформулировал в стихотворении «Выбор» тремя годами позже.
Критики-современники Гумилева усмотрели перекличку «Умного дьявола» с творением Сологуба «Когда я в бурном море плавал…». В последнем из стихотворений возникает образ «отца»-дьявола, который делает доброе дело — спасает тонущего героя. Благородный поступок не меняет темной природы власти сатаны, и лирический субъект вынужден влачить «больное, злое житие», прославляя своего хозяина.
Кругом вставали волны стены
Горький. О книгах и чтении запись закреплена
Мирослав Немиров. Дьявол.
Декаденты начала двадцатого века любили собираться кучами. Вот один раз собрались и сидели; было скучно, чем заняться — никто не мог придумать. Находчивая Зинаида Гиппиус придумала развлечение:
— Господа поэты! А вот кто придумает рифму к слову «дьявол»?
Поэты думали-думали, ломали голову, так ничего и не придумали. Через неделю Ф.Сологуб придумал: плавал!
За это его все чрезвычайно зауважали, и все декаденты написали по стихотворению с этой рифмой. Сам Сологуб написал, что-то вроде:
Когда (чего-то там) я плавал
……………………………….
И я воззвал: Отец мой Дьявол!
…………………., —
Хочу, чтоб всюду плавала
Везде моя ладья,
И Господа, и Дьявола
Хочу восславить я, —
написали и прочие, которые помельче.
Восемьдесят с лишним лет спустя, весной 1989, аналогичный эксперимент произвел в городе Тюмени В.Богомяков. Он рассказал тюменским деятелям богемы вышеприведенную историю. Как только он произнес «…рифму к слову дьявол», все присутствующие тюменские деятели искусств хором воскликнули:
Вот как выросла поэтическая техника в СССР за годы советской власти.
Кто хочет подробностей, вот они:
Неколебимой истине
Не верю я давно,
И все моря, все пристани
Люблю, люблю равно.
Хочу, чтоб всюду плавала
Свободная ладья,
И Господа, и Дьявола
Хочу прославить я.
Когда же в белом саване
Усну, пускай во сне
Все бездны и все гавани
Чредою снятся мне.
Когда я в бурном море плавал
И мой корабль пошел ко дну,
Я так воззвал: «Отец мой, Дьявол,
Спаси, помилуй, — я тону.
Не дай погибнуть раньше срока
Душе озлобленной моей, —
Я власти темного порока
Отдам остаток черных дней».
И Дьявол взял меня и бросил
В полуистлевшую ладью.
Я там нашел и пару весел,
И серый парус, и скамью.
И вынес я опять на сушу,
В больное, злое житие,
Мою отверженную душу
И тело грешное мое.
И верен я, отец мой Дьявол,
Обету, данному в злой час,
Когда я в бурном море плавал
И ты меня из бездны спас.
Тебя, отец мой, я прославлю
В укор неправедному дню,
Хулу над миром я восставлю,
И, соблазняя, соблазню.
Мой старый друг, мой верный Дьявол,
Пропел мне песенку одну:
«Всю ночь моряк в пучине плавал,
А на заре пошел ко дну.
Кругом вставали волны-стены,
Спадали, вспенивались вновь,
Пред ним неслась, белее пены,
Его великая любовь.
Он слышал зов, когда он плавал:
„О, верь мне, я не обману“…
Но помни, — молвил умный Дьявол, —
Он на заре пошел ко дну».
А вот пример того, что рифма «дьявол» — «плавал» продолжала смущать умы и 50 лет спустя:
Песенка о морском дьяволе
Нам бы, нам бы, нам бы, нам бы всем на дно.
Там бы, там бы, там бы, там бы пить вино.
Там под океаном
Мы трезвы или пьяны —
Не видно все равно.
Эй, моряк, ты слишком долго плавал.
Я тебя успела позабыть.
Мне теперь морской по нраву дьявол.
Его хочу любить.
С якоря сниматься, по местам стоять.
Эй, на румбе, румбе, румбе так держать!
Дьяволу морскому
Свезем бочонок рому,
Ему не устоять.
Эй, моряк, ты слишком долго плавал.
Я тебя успела позабыть.
Мне теперь морской по нраву дьявол.
Его хочу любить.
(из кинофильма «Человек-амфибия», А.Петров — С.Фогельсон).
Кругом вставали волны стены
Мирослав Немиров. Дьявол.
Декаденты начала двадцатого века любили собираться кучами. Вот один раз собрались и сидели; было скучно, чем заняться — никто не мог придумать. Находчивая Зинаида Гиппиус придумала развлечение:
— Господа поэты! А вот кто придумает рифму к слову «дьявол»?
Поэты думали-думали, ломали голову, так ничего и не придумали. Через неделю Ф.Сологуб придумал: плавал!
За это его все чрезвычайно зауважали, и все декаденты написали по стихотворению с этой рифмой. Сам Сологуб написал, что-то вроде:
Когда (чего-то там) я плавал
……………………………….
И я воззвал: Отец мой Дьявол!
…………………., —
Хочу, чтоб всюду плавала
Везде моя ладья,
И Господа, и Дьявола
Хочу восславить я, —
написали и прочие, которые помельче.
Восемьдесят с лишним лет спустя, весной 1989, аналогичный эксперимент произвел в городе Тюмени В.Богомяков. Он рассказал тюменским деятелям богемы вышеприведенную историю. Как только он произнес «…рифму к слову дьявол», все присутствующие тюменские деятели искусств хором воскликнули:
Вот как выросла поэтическая техника в СССР за годы советской власти.
Кто хочет подробностей, вот они:
Неколебимой истине
Не верю я давно,
И все моря, все пристани
Люблю, люблю равно.
Хочу, чтоб всюду плавала
Свободная ладья,
И Господа, и Дьявола
Хочу прославить я.
Когда же в белом саване
Усну, пускай во сне
Все бездны и все гавани
Чредою снятся мне.
Когда я в бурном море плавал
И мой корабль пошел ко дну,
Я так воззвал: «Отец мой, Дьявол,
Спаси, помилуй, — я тону.
Не дай погибнуть раньше срока
Душе озлобленной моей, —
Я власти темного порока
Отдам остаток черных дней».
И Дьявол взял меня и бросил
В полуистлевшую ладью.
Я там нашел и пару весел,
И серый парус, и скамью.
И вынес я опять на сушу,
В больное, злое житие,
Мою отверженную душу
И тело грешное мое.
И верен я, отец мой Дьявол,
Обету, данному в злой час,
Когда я в бурном море плавал
И ты меня из бездны спас.
Тебя, отец мой, я прославлю
В укор неправедному дню,
Хулу над миром я восставлю,
И, соблазняя, соблазню.
Мой старый друг, мой верный Дьявол,
Пропел мне песенку одну:
«Всю ночь моряк в пучине плавал,
А на заре пошел ко дну.
Кругом вставали волны-стены,
Спадали, вспенивались вновь,
Пред ним неслась, белее пены,
Его великая любовь.
Он слышал зов, когда он плавал:
„О, верь мне, я не обману“…
Но помни, — молвил умный Дьявол, —
Он на заре пошел ко дну».
А вот пример того, что рифма «дьявол» — «плавал» продолжала смущать умы и 50 лет спустя:
Песенка о морском дьяволе
Нам бы, нам бы, нам бы, нам бы всем на дно.
Там бы, там бы, там бы, там бы пить вино.
Там под океаном
Мы трезвы или пьяны —
Не видно все равно.
Эй, моряк, ты слишком долго плавал.
Я тебя успела позабыть.
Мне теперь морской по нраву дьявол.
Его хочу любить.
С якоря сниматься, по местам стоять.
Эй, на румбе, румбе, румбе так держать!
Дьяволу морскому
Свезем бочонок рому,
Ему не устоять.
Эй, моряк, ты слишком долго плавал.
Я тебя успела позабыть.
Мне теперь морской по нраву дьявол.
Его хочу любить.
(из кинофильма «Человек-амфибия», А.Петров — С.Фогельсон).
