Трое детей с неизвестным полом родились в прошлом году в Тюменской области. Что это за отклонение?
Врачи рассказали, как живут люди с такой аномалией и можно ли исправить половой недуг
Случаи, когда дети рождаются с неизвестным полом, в области крайне редки. За последние три года в регионе на свет появилось шестеро таких малышей
Фото: Ирина Шарова / 72.RU
В минувшем году в Тюменской области родились трое детей с неизвестным полом. Годом ранее таких случаев в нашем регионе не было зарегистрировано. Об этом сообщили медики.
— По данным о случаях врожденных аномалий за период с 2017 по 2019 год, большая доля среди новорожденных в распределении по полу приходится на мальчиков. В 2017 году зарегистрировано три случая рождения детей с неизвестным полом, в 2018 году случаев не зарегистрировано, в 2019-м — 3 случая, — сообщили в ведомстве.
Тюменские врачи разъяснили 72.RU, что такое неизвестный пол и как его определяют.
— Неизвестный пол при аномалиях половых органов не позволяет точно ответить, это половые органы мужские или женские. Это возможно при гипоспадии (порок развития мужских наружных половых органов и уретры в виде искривления и недоразвития этой части. — Прим. ред.), при адреногенитальном синдроме (врожденное заболевание, при котором нарушены процессы правильного синтеза гормонов в коре надпочечников и имеет место избыточная продукция мужских гормонов — андрогенов) и так далее. В данном случае, когда пол неизвестен, его определяет хромосомный пол ребенка, — рассказала Валентина Михальчук, тюменский врач-генетик.
Специалисты перинатального центра добавили, как с такой аномалией живут люди и как это можно исправить.
— В первую очередь у такого ребенка определяют совокупность признаков полного набора хромосом, то есть всё же по природе он относится к мужскому полу или женскому. Если четко проявляется мужской или женский пол, то такому человеку могут сделать хирургическое вмешательство, провести гормональную терапию и в последующем пластическую операцию. Хирурги в принципе могут исправить пол, медицина сейчас шагнула далеко. Другой вопрос, смогут ли затем эти дети сами потом стать родителями. Вероятнее всего, шансов у таких людей мало, — пояснили в лаборатории перинатального центра.
Читайте также откровенную историю трансгендера из Тюмени Киры Колчановой. Девушка больше не скрывает ни своего имени, ни своей идентичности.
Не так давно в департаменте здравоохранения рассказали, какими редкими болезнями страдают тюменцы. По последним данным, в нашем регионе с необычными и генетическими недугами живут почти двести пациентов, среди которых половина — это дети. Это люди, у которых ломаются кости, выражены кольца вокруг зрачков в глазах, пораженная и нежная кожа, есть умственные отклонения и проблемы с внутренними органами, ухудшающие качество жизни день за днем.
«Эта часть идентичности мне не нужна»: кто такие агендеры и как с ними правильно общаться
Вы просите в транспорте: «Молодой человек, не могли бы вы передать за проезд?» В ответ к вам поворачивается лицо с ярким макияжем и сообщает: «Вообще-то, я девушка». С вами такое вряд ли случается часто, а вот с небинарными людьми — ежедневно. Они не вписываются в стандартные рамки «мужчины» и «женщины» и нередко страдают от гендерной дисфории. Лиза Мороз поговорила с двумя агендерами — людьми, которые не считают себя ни парнями, ни к девушками, — о буллинге, сексуальности и местоимениях.
Гендер для многих всё еще мистический зверь. Это нечто, что делает мир многоцветным и добавляет «лишние» слои. Конечно, наш ленивый мозг сопротивляется этим усложнениям.
Категории «женщина» и «мужчина», с помощью которых многие из нас осознают реальность, создают легкость бытия для условного большинства. Но при этом отнимают возможность быть счастливыми у тех, кто не может в них встроиться.
Поэтому первое, что нужно сделать для понимания агендерных людей, — разобраться в терминах.
В отличие от врожденных биологических половых признаков, которые могут как соответствовать (генетически, морфологически, гормонально) привычному всем набору или, у интерсекс-людей отличаться от него, гендер — социальный конструкт В обществе есть правила, соблюдение которых якобы гарантирует правильное определение гендерной идентичности окружающими. Их называют гендерным перформансом. К примеру, если любишь розовое и играешь в дочки-матери — ты похожа на девочку. Любишь голубой и роботов — видимо, мальчик. В момент правильного исполнения этих предписаний происходит создание гендера. Этому способствуют и другие внешние атрибуты, например имя, прическа, одежда и хобби.
Со временем мы научаемся производить гендер и начинаем идентифицировать себя как мужчину или женщину. Но иногда это внутреннее чувство «я парень» или «я девушка» не такое простое. Некоторые люди могут ощущать в себе сразу несколько гендеров, которые внезапно сменяют друг друга или плавно перетекают один в другой. У вторых есть чувство некой гендерной комбинации (и мужчина, и женщина). А третьи вообще не чувствуют принадлежности к какому-либо гендеру. Именно их и называют агендерами.
Отказываюсь выбирать
У Марка Кедровского ультракороткие волосы и мягкие черты лица. Иногда он красит глаза яркими подводками и тенями, а иногда — обходится увлажняющим кремом. В его гардеробе много феминной одежды, хотя раньше он, наоборот, предпочитал мужскую.
Его детство было гендерно-нейтральным, без особых различий между ним и его младшим братом. Родители не покупали ему исключительно «девчачьи» вещи и не заставляли отращивать косы. Поэтому до подросткового возраста он считал себя девочкой. Биологически он ею и остается.
В 12 лет у него появился интернет и первый форум, где он назвался Марком и стал использовать мужской род. Уже позже, рефлексируя над этим периодом жизни, он понял, что принял такое решение отчасти из юношеского максимализма, а отчасти из-за внутренней мизогинии.
Участники форума принимали Марка, чего ему не хватало в реальной жизни. Он бессознательно связывал свои проблемы в коммуникации с женским именем, поэтому в 16 у него началась сильная гендерная дисфория.
«Я пытался сделать хоть какой-то пасс: носил мужскую одежду, бинтовал грудь, начал курить в надежде сделать голос более низким и хриплым.
Но даже когда чувствовал себя максимально маскулинным, я не переставал извиняться за свое самоощущение: „Вообще меня зовут вот так, но называйте меня, пожалуйста, Марк“. А еще брил ноги. Поэтому в лучшие дни выглядел как мальчик-подросток с большой попой и бритыми ногами».
Марк решил, что трансгендерный переход — его путь. Он изучал всю доступную информацию о возможностях перехода, смене документов, гормональной терапии. Одновременно погружался в гендерную теорию и примерял на себя различные идентификационные термины. Тогда и пришло осознание, что на самом деле ему больше подходит именно «агендер» и делать пасс необязательно.
«Я понял, что мне будет проще отказаться от гендера в принципе, и сказал себе: „Мне не нужна эта часть моей идентичности“. Но получилась такая идентичность Шредингера: она как бы есть, но ее в то же время нет», — рассуждает Марк.
Хотя некоторые агендерные люди всё же прибегают к оперативному вмешательству или приему гормонов. Правда, сделать это они могут нелегально или сообщив ложную информацию о себе на комиссиях, на которых принимается решение, может ли человек сделать пасс по причине трансгендерности или нет.
У Глеба Семенова другое отношение к агендерности. Он называет свою идентичность «средним арифметическим» требований общества, мнения мамы и его самоощущения. «Я просто осознал, что именно этот термин представляет собой тот стиль жизни, гендер и социальную роль, которые дают мне максимальный комфорт с минимальными потерями», — объясняет он.
Но до этого он долго пытался быть «парнем», потому что заметил, что на «Хорнете» (дейтинг-приложение для геев) предпочтение отдают маскулинным мужчинам, которые, по сути, ничем не отличаются от гетеросексуалов. Он сделал качественные фото. Посыпались лайки и комментарии. Но он чувствовал, что одобрение приходит не ему, а какому-то другому человеку. Тогда он понял, что заигрывается, и решил приводить себя в форму, которая олицетворяла бы его настоящего.
Глеб отрастил рыжие кудри ниже лопаток, о которых мечтал с 10 лет. Купил много унисекс-одежды. И попробовал яркий макияж.
«Я продвинулся в принятии себя как агендерного человека, то есть человека, который внешне напоминает женщину как минимум с какого-нибудь ракурса. И сейчас, если кто-то видит мою фотку и говорит, что это девушка, то меня это веселит и мне это приятно слышать, потому что это я».
Гендерная дисфория как средневековая пытка
Помните фильмы, в которых по магическим причинам девушка попадает в тело парня, а парень — в тело девушки? Их сюжет всегда одинаков. Утро. Они просыпаются не в своих привычных телах. Начинается паника. Он смотрит на себя в зеркало и не понимает, почему у него округлилась грудь. Ее пугают борода и широкие плечи. На последнем этапе они проверяют «самый главный» показатель — половые органы. И, конечно же, удивляются непонятной «штуковине» в трусах.
Примерно так можно описать гендерную дисфорию, с которой сталкиваются многие небинарные люди. Это психологически болезненное чувство от несовпадения пола и гендера.
Дисфория бывает телесная, как у Марка, которому долгое время не нравилось собственное тело. Он точно знал, что нужно изменить, поэтому туго бинтовал грудь.
«В дни, когда получалось хорошо забинтоваться, я присылал своей близкой подруге фото и писал что-то вроде: „Смотри, как круто получилось! Вообще не видно!“ Физически это было дискомфортно, но ощущение, что я плоский, было прекрасно».
Помимо всего прочего, в школе его дразнили за большую попу. Но это расстраивало не так сильно, как постоянное напоминание, что он обладатель феминного типа фигуры — классической груши.
Марк понимал, что у цисгендерных мужчин такого не бывает, и думал: «Ты не похож. Ты не пройдешь. Никто тебе не поверит!»
И это уже была социальная дисфория, которая выступает катализатором телесной. Человек извне впитывает, что люди считывают его гендер неправильно, и начинает искать в своем теле то, что натолкнуло окружающих на ложную идентификацию.
У Глеба социальная дисфория чувствуется как замешательство. Он впадает в ступор, когда встречает вопрос «Вы мужчина или женщина?». Чтобы объяснить это, он приводит пример:
«Большую часть времени вы не думаете об адресе, по которому вы прописаны. Но если в паспортном столе вас попросят назвать его, вы задумаетесь и начнете вспоминать. Приблизительно так я и живу. Только когда у вас спрашивают прописку, вы не чувствуете дискомфорта, а когда у меня уточняют, кто я — мужчина или женщина, мне неприятно. Как будто у меня нет постоянного места жительства и мне стыдно в этом признаться».
Пожалуйста, используйте местоимения он/оно
Каждый из нас хоть раз в жизни сталкивался с социальной дисфорией. Например, такое могло произойти с девушкой, которая сделала короткую стрижку «под мальчика». А в очереди ей прилетает: «Молодой человек, не могли бы вы подвинуться». Из-за этого она чувствует напряжение или раздражение.
Такое неправильное определение гендера называется мисгендеринг. О нем не понаслышке знает Глеб Семенов. Однажды он сидел в кафе с подругой. Они болтали, пока их разговор не прервал парень. Он положил руку на плечо Глеба и сказал: «Девушка, можно с вами познакомиться?» А когда понял, что ошибся, отшатнулся без извинений и быстро ретировался.
«Раньше меня это сильно оскорбляло. В школе я часто плакал, когда меня называли „бабой“. Наверное, так проявлялась мизогиния, бессознательная брезгливость ко всему феминному. А потом в мою жизнь пришел феминизм — и я понял, что в том, чтобы быть похожим на женщину и иметь какие-то „женские“ черты, нет ничего постыдного», — рассказывает Глеб.
Марк тоже испытывал мисгендеринг, который был связан с его именем и мужским родом, в котором он просит обращаться к себе. Если после просьбы называть его так, как ему комфортнее, человек продолжает использовать женские окончания и паспортное имя, Марка начинает распирать гнев. «Один раз мне казалось, что я абсолютно нормально вел дискуссию, объясняя человеку про агендерность, а он сказал: „Ладно, ладно, я согласен, остановись, а то у тебя кулаки в глазах“».
Но больше всего его задевает реакция родителей. Раньше, когда он использовал уже привычные для него местоимения, папа исправлял его, будто «суфлер», повторяя за ним всё сказанное, только в женском роде. Марк решил, что непременно поговорит с отцом.
«Я постарался объяснить, что женские окончания режут мне слух. А он ответил, что то же самое у него с мужскими. Сошлись мы на том, что он может не использовать мужской род, только не нужно меня исправлять. Я знаю, кто я, и если он сам не хочет так говорить, то пусть хотя бы не отнимает у меня это право. Теперь он старается так не делать.
С мамой было проще, потому что она чаще настроена на долгие разговоры. Но они всё еще не используют мужское окончание и называют меня паспортным именем. Я их не осуждаю, они же растили дочь».
Цисгендерному человеку довольно сложно быть эмпатичным к таким ситуациям. Поэтому Марк приводит пример, который смог бы проиллюстрировать любому его чувства.
«Представьте. Вас зовут Катя. Но все, кого вы знаете, называют вас Игорь. Вы красивая Катя, которая мечтает о красивом платье, а к вам подходит знакомый, хлопает по плечу и говорит: „Здорово, Игорь! Идем сегодня на футбол?“ Вы отвечаете „да“, потому что вам страшно выделиться и сказать: „Вообще-то я Катя!“ Это постоянный страх, что вас не примут и не поймут. Если действительно сделать усилие и визуализировать это, то можно с удивлением понять, что наши имена — это довольно большая часть нашей идентичности».
Гендерная эйфория тоже бывает. Это чувство удовлетворенности собой, ощущение своей целостности и метафорическое «возвращение домой». У Глеба Семенова такие переживания были, когда в 5 лет он надевал мамины платья и нижнее белье.
«Мне казалось, что моя одежда, которая была на мне, грязная и вонючая. И мне хотелось скорее ее снять. А надевая мамины наряды, я чувствовал себя сексуально. В зеркале я видел красивого человека, который мне нравился, который был силен, которого хотел весь мир».
Сейчас, когда Глеб надевает платье на закрытую вечеринку или подруга наносит ему макияж, он испытывает схожие ощущения.
«Я всё время хотел стать более феминным и склонялся именно в эту сторону.
Но о трансгендерном переходе не думал, потому что меня устраивают мои гениталии и тело в целом. Из-за них я не попадаю в „женский“ лагерь, а из-за того, что хочу накрасить ногти и увеличить губы, не могу быть в „мужском“.
Но теперь я наконец-то смог позволить себе быть тем, кто я есть. Быть где-то между и принимать себя».
Агендер, гей, полиамор
Гендер и ориентация — разные вещи. Поэтому агендерные люди могут испытывать влечение либо к одному гендеру, либо к нескольким. А еще у них может не быть сексуального желания ни к кому, и в таком случае они будут асексуалами.
Глебу всё еще претит слово «гей», хотя по факту его привлекают мужчины и чаще всего он спит именно с ними.
«Наверное, мне всё еще кажется, что быть геем и называть себя геем — это оскорбительно. Это сразу отсылает меня к событиям, когда меня называли пидором. И это до сих пор делает мне больно. Но я стараюсь себя осекать, потому что в том, чтобы быть геем, нет ничего зазорного».
С детского сада и до первых курсов университета Глеб переживал буллинг. Обычно это были словесные унижения. За все эти годы он услышал так много эвфемизмов к слову «гомосексуал», что теперь его сложно удивить.
«Каким-то чудом я избежал физического насилия. Лишь однажды меня попытались избить. Мы с подругой пошли на каток около школы. Я почувствовал тревогу, когда увидел, что люди на меня странно косятся и группируются. Я попросил подругу уйти со мной, но она отказалась. Через какое-то время на меня с разных стороны налетели парни, повалили в снег, придавили лицом в сугроб и начали бить ногами. Но так как я был в пуховике, то почти ничего не почувствовал. Это было не столько больно, сколько унизительно. И из-за этого я потом сильно рыдал», — вспоминает Глеб.
Из-за того, что в прошлом «мужской» мир его вытеснил, Глеб в страхе отстранился от него. Но при этом тянется к нему, в том числе с сексуальным интересом. Хотя и в гей-сообществе он не встретил принятия, которого искал.
Отношения с парнями, которые он пытался построить, обрывались в момент пересечения «двойной сплошной» — ему делали замечание, что он слишком феминен. «Обрежь волосы». «Поменяй гардероб». «Перестань вилять попой, когда ходишь». Из него пытались вылепить того, кем он не являлся и не хотел никогда быть.
«Я и сам воротил нос от таких, как я. Но со временем моя визуальная и эмпирическая библиотеки расширились. Я понял, что среди небинарных персон тоже есть умные, красивые, смешные и сексуальные люди. И теперь я могу представить, что хочу кого-то из них».
Марк уже больше двух лет состоит в полиаморных отношениях с парнем. Девушки ему тоже нравятся, но пока романтические истории у него были только с мужчинами. С бойфрендом он познакомился в Tinder и первые пару-тройку свиданий поправлял его с окончаниями.
«На самом деле его больше удивил не мой гендер, а тот факт, что на снимке в Tinder я был с волосами, а на встречу пришел лысый», — смеется Марк.
С полиаморностью у Марка было так же, как с агендерностью, — увидел слово и понял, что это про него. До этого его мучила вина, что он любит сразу двоих. А теперь сразу говорит, что не испытывает ревности — она просто «не встроена в его прошивку».
4 правила общения с агендерами
Если ваш гендер — часть системы, то, скорее всего, вы не замечаете, как всё в этом мире гендерно маркировано. Одежда. Язык. Работа. Манеры. Спорт. Хобби. Даже люди, с которыми мы проводим время. Поэтому небинарные люди, особенно агендеры, постоянно ощущают дискомфорт и дискриминацию: начиная с опросников, где нужно выбрать «пол», заканчивая «подходящей» дверью в общественный туалет.
Марк и Глеб соглашаются, что когда их рассматривают будто под микроскопом, это нетактично. Марка также раздражают вопросы про его «настоящее» имя. А Глеба — такие комментарии, как «ты же мужик!» или «че ты как баба!».
Чтобы избежать таких ситуаций, можно запомнить несколько простых правил общения с небинарными людьми.
«Я люблю человека, а не то, что у него в трусах». Как живут цисгендерные партнеры трансмужчин и небинарных людей
Постепенно мы привыкаем к тому, что в СМИ и блогах звучат голоса людей, которые идентифицируют себя как небинарные или трансгендерные. Они рассказывают, с какими трудностями им приходится сталкиваться и как у них обстоят дела на личном фронте. Ученые тоже обращают на этих людей внимание и выясняют, например, как гормональная терапия может помочь справиться с дисфорией или как мир дейтинга исключает трансперсон. Но мы всё еще мало знаем о том, как живется их партнерам. Лиза Мороз поговорила с героями, которые находятся в браке или встречаются с небинарными и транслюдьми, о сексе, принятии и трансформациях, которые произошли с ними в этих отношениях.
Краткий ликбез по гендерным идентичностям
Цисгендеры — это люди, чей социальный пол (гендер) совпадает с биологическим. Например, цисдевушка чувствует себя женщиной, с рождения является ею и ей комфортно презентовать себя так.
Но бывает, что приписанный гендер не совпадает с внутренним самоощущением. Тогда можно говорить о трансгендерности человека. К примеру, в паспорте трансженщины в графе «пол» может быть указан «мужской» (если она не поменяла документы), но это никоим образом не отражает то, кем она является на самом деле.
Небинарность — это спектр гендерных идентичностей, которые выходят за рамки «чистой» маскулинности и феминности. У небинарной персоны может быть несколько гендеров (бигендер или триггер). Либо такие люди вообще не определяют себя через эту категорию ( агендеры ). Либо у них может быть изменчивая, флюидная гендерная идентичность ( гендерфлюиды ).
Бигендеры, агендеры и гендерфлюиды попадают в категорию трансгендерности, потому что их гендерная идентичность также не соответствует тому, что обычно ассоциируется с их полом по рождению. Но при этом не все небинарные личности называют себя трансгендерными.
Квир — термин, который объединяет всё разнообразие гендерных идентичностей и сексуальных ориентаций, которые не вписываются в гетеронормативные рамки. Всё чаще именно это слово используют в качестве синонима расширенных аббревиатур ЛГБТ (ЛГБТКИАП, ЛГБТК+ и других).
Квир квиру квир
Многие квиры предпочитают строить отношения с другими квирами, которые не понаслышке знают, с чем приходится им сталкиваться. Более того, трансперсон часто исключают из мира гетеронормативного дейтинга. Социологи из Канады опросили 958 респондентов и выяснили, что цисгендерные гетеросексуальные мужчины и женщины, скорее всего, вычеркнут трансличностей из своего потенциального пула знакомств. А люди, идентифицирующие себя как бисексуалы, гомосексуалы, трансгендерные или небинарные личности, указали, что готовы встречаться с трансгендерным человеком.
Полина с 13 лет находилась в компании ЛГБТКИА+ и привыкла не обращать внимания на пол и гендер.
Она давно определяет себя как квир-персону и имеет большой опыт романтических отношений с небинарными и трангендерными людьми. А сейчас состоит в браке с трансмужчиной Мишей, с которым познакомилась на работе.
Благодаря своему бэкграунду и тоннам прочитанной литературы про операции, гормонотерапию, дисфорию Полина была готова к отношениям с будущим мужем. У них не возникало недопониманий и проблем в постели на почве трансгендерности супруга: они оба знали, что и как нужно делать и говорить.
«Миша и сам большой молодец: может посмеяться над ситуациями, когда его мисгендерят, и терпеливо рассказывает про себя другим», — добавляет она.
Ошибка новичка
Конечно, и цисгендерные люди влюбляются в квиров, живут вместе и заключают брак с ними. Они многого не знают о жизни небинарных людей, а значит, им сложнее их понимать и поддерживать. В то же время их возлюбленные не обязаны проводить для них лекции и объяснять, что можно делать, а что нельзя. Поэтому циспартнерам приходится узнавать массу новой информации и учиться быть тактичными на собственных ошибках.
Леша (циспарень) практически ничего не знал про гендер до встречи с Марком (агендер). Ему потребовалась неделя, чтобы привыкнуть к местоимениям и окончаниям мужского рода, которые использует его партнер, и не ошибаться в разговоре.
«Первое время я пытался следить за своей речью, ловить себя на том, что использую неправильные местоимения, и исправляться. Марк видел, как я стараюсь, и не давил на меня. А если я ошибался, он тактично меня поправлял», — делится парень.
Но однажды Леша представил Марка друзьям как свою девушку.
Это сильно обидело его партнера. После у пары случился разговор, и Леша понял, что был не прав. «Мне было стыдно. Я не хотел его обижать. Но мы всё обсудили, и больше я так не делал».
А цисдевушка Мадина несколько раз «аутила» своего парня (трансмужчина), о чем он до сих пор не знает: «Чаще всего человек спрашивал меня, что не так с моим парнем и как лучше к нему обращаться. Я отвечала правду, хотя у меня не было на это разрешения. С этим действительно нужно быть аккуратнее. Сейчас я просто говорю, что лучше спросить у него лично, и не лезть ко мне».
Любопытство и страх
Несмотря на то, ставил ли человек под сомнение свою гендерную идентичность до встречи с небинарным или трансгендерным партнером, причислял ли себя к ЛГБТК+-сообществу или был далек от темы гендера, в какой-то момент ему придется признать свою некомпетентность в этом вопросе и погрузиться в изучение нового для себя мира.
До знакомства со своим парнем (трансмужчина) Яков ощущал, что не вписывается в конвенциональные гендерные рамки, но считал трансгендерных и небинарных людей «далеким и непонятным явлением» и думал, что он сам не относится к ним и никогда с ними не пересечется.
«Когда мы встретились, на инфу о его трансгендерности я отреагировал флегматичным „окей“. Но не потому, что это было для меня чем-то обыденным, а потому, что я вообще не представлял, как нужно и можно реагировать. При этом в моей голове был вулкан из эмоций и вопросов», — вспоминает Яков.
Невозможно принять то, чего не знаешь. Поэтому Яков начал много читать о трансгендерности и познакомился с другими транслюдьми в соцсетях. Но и его парень открыто рассказывал о разных сторонах жизни трансчеловека и позволял задавать любые вопросы, даже те, которые внутри сообщества могут считаться трансфобными или не очень вежливыми.
«Я очень хотел понять его, убедиться в том, что я правильно его воспринимаю, что и мне, и ему будет комфортно при нашем взаимодействии», — поясняет Яков.
Мадина (цисдевушка) давно осознала свою бисексуальность и много читала про идентичность. Но когда начала встречаться со своим парнем (трансмужчина) углубилась в статьи, комментарии психологов, психиатров и разные истории от первого лица о трансгендерности.
«Мне было и просто любопытно, и мучали вопросы: как дальше? какое будущее может ждать нас в этой стране? как это объяснять людям? к чему готовиться, если он решится на переход? Сейчас, если честно, меня тревожат те же вопросы, потому что опыт других успокаивает лишь немного, и у нас всё может сложиться совсем по-другому».
Цисдевушка Тая, у которой тоже отношения с трансмужчиной, ничего не знала о трансгендерности. И когда ее партнер сделал каминг-аут перед ней, подумала, что на самом деле он был циспарнем, а в документах была ошибка. «Я удивилась, конечно, но приняла этот факт как данность. И только спустя время до меня дошло».
В начале отношений Тая перерыла все русскоязычные форумы, посвященные проблемам транслюдей, в поисках необходимой информации. И это помогло ей лучше понять своего партнера. Затем ее парень сам стал рассказывать о более тонких моментах как в самовосприятии, так и в медицинской сфере.
«Я рекомендую поступить также тем, кто строит или пытается строить отношения с трансгендерными людьми, особенно если между вами есть непонимание из-за разницы в гендерном опыте», — советует девушка.
Любовь важнее кровных связей
Любые пары — и те, в которых оба человека определяют себя как квиров, и те, в которых один партнер цисгендерный, а второй — трансгендерный, могут встретиться с неприятием со стороны близких. Друзья Полины были очень рады за нее, когда она представила им Мишу. Ее родителям он тоже понравился. Они были не против, что их дочь переедет к нему, и даже помогли ей в этом. Но через месяц мама Полины нашла соцсети ее парня и узнала о его трансгендерности.
«Она сказала, что я их предала, умоляла вернуться домой. Потом были угрозы, мол, я не представляю, что будет дальше. Говорила, что теперь я обязана всем об этом рассказать, что она никогда не примет мое решение и даже не попытается понять.
Она больше всего переживает о том, что подумают другие, поэтому, видимо, решила пожертвовать отношениями с дочерью ради каких-то людей.
С тех пор прошло два года, и всё это время мы не общаемся с моими родителями».
Маме Якова, который идентифицирует себя как небинарный человек и встречается с трансмужчиной, сложно принять, что ее ребенок находится в «нетрадиционных», по ее мнению, отношениях с трансгендерным человеком. Бывало, в разговорах с Яковом она срывалась: «Я чувствую себя странно и больше не буду использовать те имена и местоимения, о которых вы просите».
«Но всё же она продолжала обращаться к моему партнеру так, как он был ей представлен. А ко мне так, как привыкла с детства. Поэтому временами я завидую партнеру, если честно. Да, мне хочется, чтобы всё было еще проще и еще естественнее, но всё же я очень уважаю маму и благодарен ей за то, что она старается если не понять, то хотя бы принять вещи, которые не вписываются в ее картину мира», — рассказывает Яков.
Тая тоже познакомила своего парня с семьей, но не упомянула, что он трансгендерный человек. Вопросов ей никто не задавал, поскольку ее партнер выглядит маскулинно благодаря гормональной терапии и операциям, то есть по его внешности и голосу нельзя определить, что его гендер расходится с его полом. Тая уточняет, что ее родители имеют «умеренно либеральные взгляды, но в вопросах гендера и сексуальности очень консервативны». Поэтому она надеется, что они никогда не узнают всю правду про ее возлюбленного.
«У меня были конфликты с родителями из-за того, что в юношестве мне нравились девочки (да и сейчас нравятся, в общем-то). И мои отношения с Б. — крепким, серьезным, взрослым, неглупым, зарабатывающим — оказались для мамы воплощением мечты о моем „онормаливании“. Думаю, это очень иронично», — смеется Тая.
Секса не будет
Гендерная дисфория, психологические травмы, давление общества — всё это делает квир-персон очень уязвимыми. У партнерши (трансженщина) Хью (небинарный человек) было подозрение на депрессию, а также сильная дисфория, с которой Хью сталкивался каждый раз, когда хотел с ней близости.
«Бывало такое, что во время предварительных ласк у моей партнерки случался сильный приступ дисфории, и в итоге я сидел и утешал ее. Мне в этот момент было крайне неловко. Казалось, что я какими-то неправильными действиями спровоцировал эту ситуацию. Хотя потом мы приходили к выводу, что проблема была в самом факте сексуальных действий».
У некоторых небинарных и транслюдей может вообще не быть секса из-за непринятия своей телесности. В самом начале романа Мадины с ее парнем (транспарень) у него было полное отвращение к сексу. У девушки тогда бурлили гормоны, и она часто приставала к партнеру, но также часто оставалась неудовлетворенной: «Бывало, он сначала соглашался, но на моменте, когда в роли актива оказывалась я, начинал плакать, говорить, что он „не такой, как все“. Но всё лечится принятием и терпением. Так что мы продолжали пытаться с алкоголем и без, в приятной обстановке, чтобы никто не страдал и не смущался».
У Таи (цисженщина) тоже были сложности в сексе с ее мужчиной (транспарень). Несмотря на то, что девушка старалась поднять его самооценку бесчисленными искренними комплиментами, а психотерапия, гормональный переход и операции существенно снизили его дисфорию, он по-прежнему считает себя некрасивым и переживает из-за «женственных» черт в своей внешности.
«На первых порах во время секса он был скован, чувствовал себя неуверенно. Он будто совсем не признает, что кто-то в здравом уме может его „такого“ хотеть — хотя у меня с этим нет никаких проблем, а я в относительно здравом уме».
Но такие трудности в итоге могут привести к неожиданным открытиям.
Яков утверждает, что скилл проговаривания своих чувств и внимательное отношение к границам друг друга позволил им с партнером обрести большую свободу в отношениях и сексе.
«Самым крутым оказалось то, что нам обоим доступно куда больше, чем казалось до этого: разнообразие сексуальных практик, комфорт в них и большее принятие собственной телесности внутри отношений».
Изоляция в безусловной любви
В любых отношениях люди стараются поддерживать партнеров тем способом и теми словами, которые подходят именно этому человеку. Но одно дело выучить, как окутать заботой любимого, который страдает из-за неурядиц на работе, и совсем другое — когда он или она переживает дисфорию, очередную ситуацию дискриминации и постоянно ощущает опасность, выходя на улицу.
Низкая самооценка, проблемы с восприятием собственной телесности, эмоциональная закрытость — вот с чем столкнулась Тая, находясь рядом со своим партнером. Она помогала ему с этим, представляя, будто встречается не со взрослым мужчиной, а с юношей-подростком, неуверенным, уязвимым в социальном плане и страшно ранимым.
«Как справлялась с этим? Очень много смирения, принятия и любви. Бесконечные и всегда честные комплименты. Понимание того, что он прошел и проходит через некий внутренний ад, и с этим надо жить.
Почти каждый день нужны констатации в духе: „Нет, ты не кажешься мне менее мужественным, если делаешь, чувствуешь или говоришь то-то и то-то. Я принимаю тебя как мужчину, как своего любимого мужчину. Я буду рядом“.
Я знаю, что Б. очень ранимый, особенно в том, что касается гендера. Естественно, мне было любопытно узнать его прошлое имя и увидеть его детские фото. Не потому, что меня интересовала его возможная феминность, а просто потому, что, как и многим людям, мне было важно (и интересно) знать о партнере многое. Постепенно Б. открывал мне какие-то факты и делился переживаниями на этот счет. Но я никогда не давила. Думаю, это очень невежливо тыкать другому в любого рода травму».
А Мадина убеждена, что единственное, что она в силах дать своего партнеру (трансмужчине), — это безусловную любовь: «Мне часто было больно и сложно, но я всегда держала в голове, что ему сложнее, что он не контролирует это. Что нужно просто ждать и быть рядом, чтобы он чувствовал, что я ни в коем случае не требую от него ничего. Что главное для меня — это он, его личность, и я принимаю любой его выбор».
В то же время некоторые партнеры небинарных и трансгендерных людей сталкиваются с изоляцией, маргинализацией и отсутствием поддержки. Об этом говорится в исследовании психолога из Университета Вирджинии Лизы Плат, которая опросила 21 респондента, состоящего в отношениях с трансчеловеком. Один из участников так объяснил свои чувства: «Все всегда говорят о трансгендерных людях, а их партнеры полностью затмеваются, в частности наша сексуальность. На самом деле у нас нет голоса в сообществе».
О похожих переживаниях рассказала журналисту The Guardian Лиз, которая состоит в браке с трансженщиной: «Моя партнерша сделала каминг-аут в фейсбуке. Многие ее поддержали, но не меня: люди думали, что со мной всё будет в порядке. Никто не подумал о моих чувствах. Я на 100% против любых предубеждений в отношении трансгендерных персон, но когда кто-то делает переход, это влияет на других людей, и мы должны это обсуждать».
Расширение мира
Также в ходе опроса Лизы Плат участники упоминали, что отношения с трансперсоной сильно их изменили. Кто-то расширил свое представление о гендерном спектре. Кто-то окончательно определился со своей гендерной идентичностью. А кто-то начал сомневаться в своей сексуальной ориентации.
На Quora даже есть треды «Если я встречаюсь с трансженщиной, я всё еще гетеро?». А в буклете, изданном некоммерческой организацией Rainbow Resource Centre, для тех, чьи партнеры трансгендерные и небинарные люди, написано, что такие отношения не меняют ориентацию человека.
Конечно, когда ты находишься в непосредственной близости с человеком, который задается вопросами о своей идентичности, в твоей голове также возникают вопросы. Так Леша, который уже несколько лет живет с агендером Марком, признал свое би-любопытство, и Марк поддержал его в этом. А благодаря открытости своего партнера Яков после долгих скитаний по гендерному спектру понял, что он небинарный человек.
Практически все герои подтвердили, что отношения с квирами прокачали их навык принятия. Полина также уточнила, что научилась стоять горой за своего партнера, за свои желания и чувства. Тая осознала, что транслюди в России «невидимы и бесправны, и с этим надо срочно что-то делать». А Яков дополнил:
