Александр Устюгов: влюбляться нужно! В этом состоянии можно горы свернуть
Недавно состоялась премьера сериала «Вампиры cредней полосы» о семейке вампиров, одну из ролей в котором сыграл Александр Устюгов. О том, как создавался образ кровопийцы, грядущем юбилее, вредных привычках, любви и детях, актер откровенно рассказал «Знаменке».
-Александр, что было необычного и интересного на съемках?
– У нас снимают не так много подобных сказочно-фантастических проектов, где можно использовать слово «вампир», это несколько иная культура – нероссийских чудовищ. Поэтому я среагировал в первую очередь на слово «вампиры», а фраза «средней полосы» придавала происходящему иронию. Первое, что вспоминается, – кровь, холод и то, что мне пришлось много летать. Съемки были сложными, много трюковых сцен, нужно было взлетать и падать на тросах, имитировать вампирскую силу. Все это очень интересно и забавно.
– Поделитесь, какова кинокровь на вкус и мешали ли накладные клыки?
– Ну, кинокровь всегда не особо вкусная, но к ней привыкаешь. Клыки мешали первое время именно в процессе разговора, но потом привык и между дублями даже не снимал их. Кстати, как только меня утвердили в сериал, сразу позвонил и рассказал об этом дочери, которая очень интересуется данной темой, смотрит всевозможные сериалы про вампиров. Женя сразу же загорелась и с большим нетерпением ждала премьеры. Про вампиров она точно знает больше меня, я не видел ни одного фильма. Единственное, что знаю, – был такой известный вампир граф Дракула в Румынии. А дочка, кстати, давала много советов для моего образа, присылала какие‑то референсы, как должно быть. Я даже к режиссеру подходил, показывал.
– Как вы относитесь к мистике, в какие‑то приметы верите?
– Я не особо суеверен. Да, есть какие‑то актерские традиции, связанные с суевериями, но их поддерживаешь больше с точки зрения уважения к профессии, а не к мистике. Есть определенные вещи, которые нужно выполнять или не выполнять, и тогда все будет хорошо или плохо. Если сценарий падает, стараюсь на него сесть и потом быстро поднять. Но тут срабатывает скорее культура отношения к тексту.
– А если поговорить про вампиризм энергетический, вы людей хорошо чувствуете, умеете ставить защиту?
– Абсолютно! Тут как раз нет никаких иллюзий. Из-за того что приходится много общаться в большинстве своем с людьми случайными, то такие ситуации и людей, подсасывающих энергию, считываю сразу же. Это определенная манера общения, повествования, я даже могу классифицировать классического энергетического вампира по подвидам. И они это тоже хорошо чувствуют. Обычно стараюсь избегать таких людей либо просто перестаю слушать и вхожу в некое состояние полугипноза, когда весь прессинг и пробивание энергетической оболочки до меня не долетают. Не думаю, что в большинстве своем они делают это со зла, видимо, так уж устроены, что живут за счет постоянной энергетической подпитки.
– У вас этот год юбилейный – 45 исполнится в октябре. Готовитесь к торжеству?
– Так получалось, что, когда я работал в театре, в мой день рождения всегда были премьеры, как‑то совпадало, в театре накрывался банкет, пусть и не по моему поводу, но я очень сильно экономил на столе. Приходили друзья, и после третьего тоста режиссера спектакля праздник превращался в день рождения. Когда театра стало меньше, я начал устраивать в день рождения праздничный концерт. Не представляю, как можно просто просидеть вечер за праздничным столом, слушая поздравления в свой адрес. Так что обычно в день рождения случается концерт, который плавно переходит в торжество, но все зажато в жесткие рамки, так как наутро, как правило, в 07:50, уже смена. А еще больше люблю куда‑нибудь сбежать в свой день рождения, телефон точно всегда отключаю, а родителям звоню сам накануне. Ну невыносимо весь день слушать поздравления! Сам не помню ничьих дат дней рождений, отношусь к этому спокойно и всегда говорю: «Если я забыл, это не значит, что плохой, я действительно не помню». Не помню даже дни рождения матери и отца, с цифрами у меня очень туго, поэтому обычно звонит младший брат и напоминает: «Сегодня у папы день рождения, поздравь».
– Ну, один‑то день рождения вы должны помнить наизусть – своей дочери…
– Она не позволяет мне его забыть, начинает напоминать за месяц списком подарков, так что тут я могу расслабиться, день рождения дочери пропустить невозможно. Хотя предпочитаю дарить ей подарки без привязки к праздникам, какая разница, какой сегодня день, если ты хочешь сделать подарок? И точно так же с эмоциями – если хочу сказать другу приятные, добрые слова, легко напишу ему в четыре утра: «Я хочу дернуть тебя за бороду, старик!» Ну и что, что четыре утра, он же друг, поймет. А утром читаю ответ на такой же позитивной ноте: «Просыпаюсь и думаю, кто же это меня дергает за бороду? Привет!» Когда возникает порыв выразить свою признательность людям, точно не нужно тянуть с этим до дня рождения.
– А как вообще к возрасту относитесь, на 45 себя ощущаете?
– Пока не понимаю. Был период – с 39 до 42 лет, – когда я думал о возрасте, произошла переоценка ценностей и переход на другие уровни ответственности. И все, потом как‑то успокоился и даже не помню, сколько мне лет. Только когда говорят: «Тебе же скоро 45», я начинаю сравнивать себя с 45‑летними, которых я наблюдал, будучи молодым. Своего папу в 38 лет я считал глубоким стариком, ничего не понимающим в жизни. Мне самому было 14 лет, и я возмущался: «Этот старик будет меня учить, как надо жить!» Сейчас, естественно, так не думаю, сам уже прошел этот возраст, вижу друзей, которым 50 и даже 60, как они живут полной жизнью. В моем детстве 55‑летние назывались бабушками и дедушками и их интересами были пенсия, дача, копание огорода в панамке. Сейчас мои знакомые, которым за 60, имеют яхты, мотоциклы и активно занимаются спортом. Так что, думаю, мы будем первым поколением, которое доживет до 90 лет и задумается: «А что же дальше делать?»
На концерте своей группы Ekibastuz
– Вы признавались, что год назад полностью отказались от алкоголя и сигарет. С чем это было связано?
– Я такого точно не говорил, это какая‑то выдумка, причем меня уже не первый раз об этом спрашивают. Да, я часто отказываюсь от сигарет и алкоголя, когда это связано с новой ролью и нужно привести себя в порядок. Также сажусь на диету, начинаю бегать по утрам, пить кефир по расписанию, все это очень утомительно, но необходимо для профессии. В прошлом году я действительно на несколько месяцев садился на разные диеты, готовился к большой роли, которая в итоге не состоялась, все было зря. Проект не случился. Вот сейчас у меня была роль, где герой все время в тулупе, и я понимал, что готовиться не нужно вообще, встал с утра, надел тулуп, и вперед. Если появятся роли, которые потребуют героического внешнего вида, то снова придется себя в чем‑то ограничивать.
– У вас ведь, помимо кино, столько разных занятий: музыка, бар свой, мастерская по производству и восстановлению антикварной мебели, производство деревянных игрушек. После карантина все вернулись к работе?
– Пандемию мы пережили сложно, потому что все эти бизнесы связаны с людьми. Если говорить про бар, то потока туристов нет до сих пор, улицы непривычно пустые, и я не знаю, восстановится ли все к лету. Мастерские у меня не работали два с половиной месяца, потом начали потихоньку что‑то делать. Конечно, было сокращение производства, пересматривали экономические отношения с сотрудниками, неделю назад пришлось сокращать штат, потому что мы не выгребаем на самоокупаемости. Я себе дал установку на год – посмотреть, что будет дальше, и если все продолжится в этой динамике, видимо, придется отказаться от этого бизнеса.
– Все графики у вас рабочие, а на себя‑то время выделяете – на отпуск, на ту же личную жизнь?
– Это называется остаточным моментом, если появляются случайные окошки в графике, а специально никакого отдыха не планирую. Иногда, правда, мой директор звонит, когда начинаю уже фырчать и закипать на работе, и спрашивает: «А не хочешь ли ты съездить отдохнуть?» Я соглашаюсь и, получив выходные, сажусь в машину и еду куда‑нибудь в сторону гор. Именно там у меня происходят полное выключение головы и медитативный отдых в процессе медленного восхождения к вершине. Два-три дня бывает тяжело с отключенной головой, а потом происходит щелчок – и эйфория! И ты понимаешь: фух, организм включился! В горах сложно ставить цели, там гора либо пускает, либо нет, это все довольно мистические вещи. У меня были такие ситуации – и в этом году тоже, когда я приехал на Эльбрус и поднялся до скал Пастухова. Там нет снега, тяжелый подъем, лед на вершине обнажился, и идти было достаточно проблематично. Я походил-походил и ушел на соседнюю вершину, там никого не было, и просто наслаждался выхаживанием. В этом году посетил Горный Алтай и влюбился в эти места – это настоящий восторг, там ходить не переходить до Монголии. Пробыл там почти месяц на съемках фильма «Бешенство», и каждый новый день открывался какими‑то безумными красками. Если можно говорить про место силы, то я нашел свое место силы на Алтае. Там потрясающая энергетика, прекрасные люди, природа фантастическая – кедры, горы, густой воздух, каждый день ты уже просыпаешься в состоянии легкой эйфории. На Алтай нужно обязательно возить детей, чтобы показывать, что такое красота, и опускать их в шестиметровые сугробы.
– Случались в походах непредвиденные ситуации?
– С дочкой у вас насколько тесная связь? Вы в курсе того, что происходит в ее жизни?
– Женя очень самостоятельная девочка, мы с ней всегда на связи. Благо социальные сети и телефоны позволяют это делать практически круглосуточно. Мне нравится, что дочь присылает, например, музыку друга, чтобы я высказал свое мнение, ей это важно. При личных встречах она вываливает море информации, думаю, даже немного больше, чем маме, потому что я спокойнее отношусь к каким‑то вещам, которые выходят за общее понимание воспитательного процесса. Знаю родителей, которые сильно переживают из‑за переходного возраста своих детей, и считаю, что это абсолютно ни к чему. Это какие‑то их сублимации себя 14‑летнего на нынешних детей. Пока не вижу поводов для того, чтобы бить тревогу. Ну, красят они волосы, ну, слушают другую музыку, я не чувствую в этом никакой катастрофы. Вспоминаю себя в ее возрасте – меня тогда вообще нужно было закрывать, изолировать от общества, потому что родители со мной не справлялись. В 13 лет мог легко дойти до вокзала, сесть в поезд и уехать, милиция меня снимала на какой‑нибудь станции часов через шесть. На вопрос, куда еду, отвечал: «В Москву!» Ну вот так – захотелось мне прокатиться в столицу из Казахстана. Когда рассказываю Жене про свое детство, она слушает меня с вытаращенными глазами: 1990‑е годы, развал СССР, очереди за молоком по трое суток, номерки на руках, где у тебя написано: 1035‑й… Родители по полгода не получали зарплату, два диплома о высшем образовании с отличием не дали моей маме ничего в тот период, она, как и другие учителя, шла на рынок торговать турецкими туфлями и египетскими свитерами. Сам я в 13 лет зарабатывал в месяц больше, чем другие взрослые за год, мы организовывали утренники в театре и за две недели до Нового года и две недели после получали пачки денег. Мне кажется, дочке передался мой темперамент, но сейчас все‑таки и время другое, и она девочка, серьезных поводов для волнения нам не дает. Пока Женя очень домашний ребенок, надеюсь, так и дальше будет.
– А еще детей хотите? Еще раз жениться, создать семью планируете?
– Я ничего в своей жизни не планирую, тем более жениться. Детородный возраст меня не поджимает, так что еще подожду. Отношения, как и появление детей, – очень спонтанный процесс, во всяком случае у меня. Но многодетным папой я вполне могу себя представить, заботы о детях меня не пугают, могу даже пятерых-шестерых представить, как я хожу с ними, уже такой дядька с бородой…
– На что вы в первую очередь обращаете внимание при знакомстве с девушками, какие качества вам импонируют?
– В первую очередь ум! Под умом я подразумеваю не начитанность, образование, воспитание и знание нескольких языков, а имею в виду природный, житейский ум. Ну а пугают девушки, которые одержимо стремятся делать карьеру, эмансипация в этом плане меня совсем не радует. Мне кажется, единственное естественное желание женщины – быть женой, матерью и потом бабушкой. Но никак не стать доктором наук или руководителем предприятия. Меня это всегда немножко настораживает.
– Многие артисты говорят, что для творческой реализации важно находиться в состоянии влюбленности, иначе и работа не клеится.
– Это для всех важно, но для творческих людей, быть может, особенно. Я называю это состояние весной в душе, когда происходит подъем, эндорфины повышаются и все такое. Влюбляться, конечно, нужно, в этом прекрасном состоянии можно горы сворачивать. Помню, Владимир Шахрин из группы «Чайф» сказал в каком‑то интервью: «Мы все в жизни делаем ради любви. И гитару когда‑то я взял в руки для того, чтобы понравиться девушке. Сейчас мне много лет, я так же стою на сцене, и ничего не поменялось».
Родился: 17 октября в городе Экибастузе (Казахская ССР)
Образование: ВТУ имени Б. Щукина
Семья: разведен, дочь Евгения (13 лет)
Карьера: актер, режиссер, музыкант, создатель группы Ekibastuz, выступающей в жанре питерского рока. Снялся более чем в 60 фильмах и сериалах, среди которых: «Ментовские войны», «Солнечный удар», «28 панфиловцев», «Чума», «Викинг», «Золотая орда», «Лучше, чем люди», «Годунов», «Союз спасения» и другие
Лика БРАГИНА, ООО «ТН-Волгоград» (специально для «ЗН»),
Пили кровь и ждали снега: закулисные тайны сериала «Вампиры средней полосы»
Teleprogramma.pro побывала на презентации фильма о смоленских вурдалаках.
Кадр из сериала «Вампиры средней полосы». Фото: видеосервис Start
С 18 марта на видеосервисе Start стартует комедийный сериал «Вампиры средней полосы». Картина рассказывает об обычной семье вурдалаков, живущей в Смоленске. Возглавляет вампирский клан дед Слава в исполнении Юрия Стоянова. Журналистам уже показали первую серию многосерийного фильма.
О чем сериал
Чем смоленские вампиры отличаются от голливудских коллег по цеху? По большему счету, ничем: они также пьют кровь и обращают обычных людей в «свою веру», даря им бессмертие. Однако наши вампиры гораздо сильнее иностранных, потому что с малых лет успевают жить в суровых российских реалиях, признавая, что в нашей стране есть две основные проблемы – дураки и дороги. Ну и недофинансированная медицина.
Так, по сюжету сериала вампир Жан, в обычной жизни работающий врачом, рассказывает следователю об операции, которая делалась при свечах. Поэтому бессмертие в России превращается в реальную трагикомедию.
Кадр из сериала «Вампиры средней полосы». Фото: видеосервис Start
Как рассказал продюсер и автор сценария сериала Алексей Акимов, идея фильма возникла после того, как он посмотрел новозеландский фильм режиссера Тайки Вайтити «Реальные упыри».
И тогда он задумался, а как бы выживали в нашей стране вампиры с российскими паспортами? Какую профессию выбрали бы для прикрытия? (Кстати, в сериале у деда Славы своя часовая мастерская, существовавшая и в царское время, и при НЭПе, и в современности).
Делали бы они отчисления в пенсионный фонд? Алексей подчеркнул, что российская киногруппа создала свое кино, в корне отличающееся от новозеландского.
Антон Маслов: «В Смоленске можно снимать кино даже про динозавров»
По словам режиссера Антона Маслова, Смоленск в качестве места действия сериала был выбран потому что у города богатая история. Его брали немцы, французы и даже татары, но так и не смогли взять.
Впрочем, есть и более прозаическая причина. В Смоленске такая фактура, что там хорошо снимать историческое кино, поскольку в картине множество флэшбеков. Ведь дед Слава и другие вампиры то и дело мысленно возвращаются то в конец 1940-х, то в 1812-е годы, а то и в более раннюю эпоху.
Кадр из сериала «Вампиры средней полосы». Фото: видеосервис Start
«Однажды, когда во время съемок мы перекрыли улицы, к нам подошли люди и спросили, что мы снимаем. Мы ответили, что 1949-й год. «А там можно и 1918-й снимать», — сказали зеваки. В Смоленске такая фактура, что можно делать кино и о динозаврах», — рассказал Антон Маслов.
Как пошутил Юрий Стоянов, основная трагедия ретрофильмов – это евроокна в кадре. Даже в самых «убитых» российских домах стоят пластиковые окна. Так вот, в Смоленске этой трагедии удалось избежать.
Как делались вампирские клыки
Зато киношникам приходилось решать массу других сложных задач. Например, как сделать вампирские клыки, чтобы они выглядели правдоподобно в кадре?
Для актеров, сыгравших вампиров, клыки создавались по индивидуальным меркам. Сначала в стоматологической клинике делались слепки, после чего изготавливался реквизит с учетом цвета зубов, удобства и влияния на дикцию.
Ольга Медынич с клыками в сериале «Вампиры средней полосы». Фото: видеосервис Start
По словам исполнительницы роли вампирши Ольги Ольги Медынич, два вампирских клыка на пластине действительно практически не мешали артистам говорить. Только при разговоре пропадала буква «с», поскольку при произнесении этого звука язык как раз попадал на пластину. Поэтому при общении актеров на съемках слышалось слово «фпафибо» вместо «спасибо». Зато такие клыки было легко снимать.
Мы с тобой одной крови пяти видов
Интересно, что на площадку поставляли пять разных видов искусственной крови — для разных целей. Одна кровь, которой пользовались реквизиторы, не оставляла следов на паркете, другая, попавшая в распоряжение гримеров, естественно выглядела в кадре и хорошо держалась на коже. Третий вид можно было легко удалить с ткани.
Кроме того, по сюжету вампирская семья то и дело пила кровь, иногда несколько дублей подряд. Она больше напоминала сладкий напиток, не представляющий опасности для слизистой желудка.
Екатерина Кузнецова и Артем Ткаченко в сериале «Вампиры средней полосы». Фото: видеосервис Start
По просьбе актеров реквизиторы сварили другую кровь по секретному рецепту — менее сладкую и больше похожую на кисель, которую было намного легче пить.
Впрочем, гораздо больше крови у киношников «выпил» пресловутый коронавирус. Из-за пандемии съемки пришлось прервать практически на полпути, чтобы затем вернуться к ним снова. Еще одна большая проблема – в Москве, Смоленске и Серпухове, где снимался сериал, практически не было снега. Доходило до того, что снег специально собирали в мешки и возили с собой.
Юрий Стоянов: «Я не запоминаю, как появляется та или иная шутка»
Как шутят создатели сериала, несмотря на все коварства «вампирского лобби», кино удалось доснять. Во многом благодаря актерскому терпению. Помимо Стоянова, в сериале также заняты Татьяна Догилева, Артем Ткаченко, Глеб Калюжный, Екатерина Кузнецова, Ольга Медынич и многие другие актеры.
Кстати, Юрий Стоянов признался, что не любит фильм про вампиров. Но в сериале вурдалаки – это всего лишь краска, повод поговорить о злободневном и еще о чем-то более важном, например, о семейных ценностях, смешными и трогательными средствами.
Так, в сериале много внимания уделяется взаимоотношениям деда Славы и его внука, роль которого играет Глеб Калюжный. По сюжету строгий дед то и дело отчитывает, а где-то даже и «троллит» парня. Но как рассказывает Юрий Стоянов, подобная жесткость продиктована исключительно любовью.
Юрий Стоянов и Глеб Калюжный в сериале «Вампиры средней полосы». Фото: видеосервис Start
«Я сразу предупредил Глеба, что общаться с ним буду очень жестко для того, чтобы он не почувствовал разницу между кадром и жизнью. Но отношение моего персонажа к своему внуку – это все-таки проявление любви.
Глеб – замечательный парень и артист. И я его люблю и как актера, и как персонажа, — признается Юрий Стоянов. — И как дедушка, и как Юрий Николаевич Стоянов. И я ему желаю хорошего актерского будущего. А оно у него, очевидно, будет».
В сериале можно услышать много разных злободневных шуток. Например, такую: «Что ты выеживаешься, как мэр на Дне города?» Teleprogramma. pro поинтересовалась у Юрия Стоянова, насколько много шуток в сериале принадлежит именно его авторству.
«В моей биографии — это уникальный второй случай за мои 63 года, когда роль писалась на артиста, а он об этом не знал. Настолько клево написан текст. Вы же слышали речь моего героя.
Этот человек прожил на Земле 1000 лет, у него же все смешалось в голове. Он использует язык и дохристианской эпохи, и какие-то новые слова, поэтому сам материал давал очень большие возможности. При всей жесткости и системности съемочного процесса режиссура шла нам навстречу, — пояснил Юрий Стоянов.
А что касается вашего вопроса, я никогда не запоминаю, как появилась та или иная реплика. Мол, помнишь, а это я пошутил. Это не наш путь. У нас возникает такое ощущение, что мы сделали что-то хорошее все вместе, не деля его на мои шутки, находки Антона или то, что было заранее написано Лешей. Импровизировали ли мы? Да, но вместе. Много ли было импровизаций? Я не помню, но было ощущение счастья».
Смотрите сериал «Вампиры средней полосы» на видеосервисе Start уже с 18 марта.
Смотрите также:
Уроженец Казахстана Александр Устюгов сыграл в сериале про вампиров
ВАМПИР НА ВЕСЬ МИР
На видеосервисе Start прошла премьера сериала «Вампиры средней полосы», рассказывающего о семье смоленских вурдалаков. Главу вампирского клана – деда Славу – сыграл актер Юрий Стоянов. Также одну из ключевых ролей исполнил уроженец Казахстана Александр Устюгов.
Российские вампиры ничем не отличаются от голливудских: они также «инициируют» нужных людей, выпивая их кровь, и живут вечно. Только выживать приходится в постсоветских реалиях, с недофинансированной медициной и решая многочисленные проблемы ЖКХ. Чтобы оставаться на плаву в таких условиях, необходимо действительно иметь большие вампирские клыки.
Клыки для актеров, сыгравших вампиров, изготавливались по индивидуальным меркам. Они легко снимались и практически не создавали проблем с дикцией. Единственный момент – из-за двух больших клыков на пластине из речи артистов исчезала буква «с».
Во время съемок использовалось пять видов искусственной крови. Одна не оставляла следов на полу, другая прекрасно отстирывалась, третья хорошо держалась на коже. Четвертую актеры использовали в кадре, а пятую, по вкусу напоминающую кисель, реквизиторы сварили специально по просьбе артистов.
Как рассказал мне Юрий Стоянов, роль деда Славы изначально писалась специально для него, только сам артист об этом не догадывался. Его герой прожил на свете больше 1 000 лет, и в его голове все смешалось. По словам Стоянова, его персонаж использует язык и дохристианской эпохи, и новые слова, поэтому было большое поле для импровизации.
По сюжету сериала много порой жестких шуток звучало в адрес внука деда Славы, роль которого играет Глеб Калюжный.
Я сразу предупредил Глеба, что общаться с ним буду очень жестко, для того чтобы он не почувствовал разницу между кадром и жизнью, – отметил Стоянов. – Но отношение моего персонажа к своему внуку – это все-таки проявление любви. Глеб – замечательный человек и артист. И я ему желаю хорошего актерского будущего.
Время от времени персонаж Стоянова мысленно переносится то в 1940-е годы, то в XIX век, а то в более раннее время. Все эти сцены снимались в Смоленске, где еще сохранились атрибуты тех периодов.
Как пошутил Стоянов, основная трагедия фильмов с элементами ретро – это евроокна в кадре. Даже в самых «убитых» российских домах поставлены пластиковые рамы. А вот в Смоленске, где снималась часть сериала, этой проблемы нет.
Персонаж Александра Устюгова по имени Клим появится в следующих сериях. Пока же артист не стал раскрывать никаких секретов.
