Сколько жителей СССР погибло в ВОВ 1941-1945 годов
Безвозвратные потери советского народа в Великую Отечественную войну составили 16 миллионов человек. Такую цифру назвал Земсков в начале 90-х, его данные стали шоком для Ельцина и компании, которые ожидали гораздо большее число погибших, поэтому данные Земскова тщательно скрываются и поныне. Где 11.5 миллионов военных, как погибших на фронте, пропавших без вести, так и умерших в плену, в госпиталях от ран и 4.5 миллиона мирного населения. При этом погибло 15.8 миллиона, а 200 тысяч военнослужащих, в основном предателей, что остались жить после войны на западе.
8 мая 1990 года на торжественном заседании Верховного Совета СССР были озвучены новые цифры людских потерь Советского Союза в ходе ВОВ 1941-45 годов. Отныне людские потери в ходе самой тяжелой войны в истории нашей страны стали равняться 26.6 миллионам человек. До этого официальной цифрой людских потерь СССР в ходе ВОВ 1941-45 годов считалась цифра более 20 миллионов, озвученная Брежневым в 1965 году.
При этом, если бы не было войны, то все равно в СССР с 22.06.1941 по 31.12.1945 умерло бы 11.9 миллиона человек, исходя из смертности довоенного 1940 года. При этом от повышенной детской смертности в ходе войны умерло 1.3 миллиона малышей, родившихся в ходе войны. Их надо вычесть из цифры 11.9 или прибавить к цифре 37.2 миллиона. Без разницы. Вычтем 11.9-1.3=10.6
И последнее. Из цифры 37.2 вычитаем 10.6 миллиона, получаем 26.6 миллиона. Таковы демографические потери СССР в ходе ВОВ 1941-45 годов по данным комиссии Горбачева.
Смотрите таблицу, что дана наверху.
То есть без детей до года умерло в 1940 году 2.388 миллиона человек. Умножим данную цифру на 4.5 года войны. Получим 10.746 миллиона. Теперь прибавим к данному числу 1.147 миллиона детей до одного года, кто бы так и так умер в период войны, исходя из довоенной рождаемости. Так как в ходе ВОВ рождаемость сильно упала. 10.746+1.147=11.893 миллиона. То есть те самые 11.9 миллиона, что в докладе комиссии.
Скажу честно, когда до всего докопался, ведь комиссия Горбачева никаких разъяснений не дала, все сам перепроверил, то был шокирован. Раньше считал, что цифра 26.6 миллиона сильно завышена. Но это еще не все.
Данные же Кривошеева сильно занижены: 8 668 400 человек (6 818 300 солдат погибло в боях, госпиталях и при прочих происшествиях, а 1 850 100 человек не вернулось из плена). Но вот только по данным фашистов, учитываем немецкую пунктуальность, на май 1944 года в плену умерло более 3 миллионов советских военнопленных, далее фашисты учет не вели, как и учет своих погибших солдат и офицеров, не до этого им стало, а значит, что пленных умерло существенно больше трех миллионов. Смысла же врать фашистам не было никакого. Уменьшение общего числа погибших военнослужащих произошло из-за того, что у Кривошеева существенно занижены данные по числу наших военнопленных, на 1.2 миллиона, как минимум, указаны 3.4 млн вместо 4.6 млн по данным Министерства обороны, а по гитлеровской статистике пленных было не менее 5.2 миллиона. Уменьшены данные у Кривошеева по числу погибших военнослужащих. Критику его методов подсчета, указания на его ошибки несложно найти в интернете. Кроме того, Кривошеев значительно завышает число погибших на принудительных работах в Германии, по его данным таких 2.164.300 человек. Погибших пленных 1.850.100, а тех кого гораздо качественнее кормили и кто жил в более лучших условиях 2.1 миллиона. Абсурд. По подсчетам Земскова на принудительных работах в Германии погибло 0.2 миллиона, при этом он перестраховался, увеличив данные, которые вели гитлеровцы, в два раза. Немцы и тут вели точную статистику. Земсков приводит такие данные численности умерших «остарбайтер» по отдельным месяцам: 1943 год: октябрь — 1268, ноябрь — 945, декабрь — 899; за 1944 год: январь — 979, февраль — 1631 человек. Из данных цифр очевидно, что данные Кривошеева относительно погибших на принудительных работах в Германии завышены сразу на 2 миллиона. То есть число безвозвратных потерь военнослужащих Кривошеев существенно занизил, а число погибших мирных граждан значительно увеличил.
А вот мирного советского населения погибло больше, чем указано у Земскова. И наиболее точные данные указала Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников и причинённого ими ущерба гражданам, колхозам, общественным организациям, государственным предприятиям и учреждениям СССР (ЧГК). Которая была создана указом Президиума Верховного Совета СССР от 02.11.1942 года. Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 16 марта 1943 г. было предписано создать на местах республиканские, краевые и областные комиссии содействия в работе ЧГК. Всего было создано 25 республиканских, 4 краевых, 76 областных комиссий. Создавались комиссии при союзных, республиканских наркоматах, городские, районные, сельские, колхозные комиссии, при общественных организациях, при каждом пострадавшем от захватчиков предприятии и учреждении, а также в городских домоуправлениях для определения ущерба, понесенного отдельными гражданами. ЧГК рассмотрела и изучила 54 тыс. актов и свыше 250 тыс. протоколов опросов свидетелей и заявлений о преступлениях оккупантов. По данным этих документов, только на территории Советского Союза фашисты убили и замучили во время оккупации миллионы мирных советских граждан и военнопленных. Комиссия рассмотрела около 4 млн актов об ущербе, причинённом немецкими захватчиками, который составлял 679 млрд рублей (лишь прямой ущерб). На основании материалов расследований ЧГК составила список руководителей и непосредственных исполнителей преступлений немецких захватчиков, а также лиц, эксплуатировавших советских граждан. Акты и сообщения ЧГК стали одним из важнейших доказательств обвинения на Нюрнбнргском процессе.
Всего ЧГК было насчитано 6,8 млн. жертв фашизма. До конца 1960-х годов эта цифра была строго засекречена и впервые опубликована в 1969 году в статье бывшего главного обвинителя от СССР на Нюрнбергском процессе Р.А.Руденко. Она же приведена и в вышедшем в 1973 году 10-м томе «Истории СССР с древнейших времён до наших дней».
При этом ЧГК, что продолжала работу и после ВОВ, учла фактически всех погибших мирных граждан, больше 6.8 миллионов их быть не может. Более того, многие историки считают, что данная цифра несколько завышена. Так как одних и тех же людей в разных регионах учитывали несколько раз. Тот же Земсков в ней сомневался, поэтому уменьшил ее, проведя свои расчеты, до 4.5 миллионов. Но большинство историков сходятся во мнении, что цифра в 6 миллионов наиболее точно отражает число погибшего мирного населения.
Вечная память павшим в боях и умершим от невыносимых условий жизни в годы
Великой Отечественной войны.
Они не вернулись из боя: рассекречено число погибших в Великой Отечественной войне
Как изменялись официальные данные о потерях СССР
Недавно в Госдуме озвучили новые цифры людских потерь Советского Союза в годы Великой Отечественной войны — почти 42 млн человек. К предыдущим официальным данным «дополнительно» прибавились 15 млн человек. Заведующий Музеем-мемориалом Великой Отечественной войны Казанского кремля, наш колумнист Михаил Черепанов, в авторской колонке «Реального времени» рассказывает о рассекреченных потерях СССР и Татарстана.
Безвозвратные потери Советского Союза в результате действия факторов Второй мировой войны — более 19 миллионов военнослужащих.
Несмотря на многолетний и хорошо оплачиваемый саботаж и всевозможные усилия генералов и политиков скрыть истинную цену нашей Победы над фашизмом, 14 февраля 2017 года в Государственной думе на парламентских слушаниях «Патриотическое воспитание граждан России: «Бессмертный полк» рассекретили, наконец, наиболее приближенные к правде цифры:
«Согласно рассекреченным данным Госплана СССР, потери Советского Союза во Второй мировой войне составляют 41 миллион 979 тысяч, а не 27 миллионов, как считалось ранее. Общая убыль населения СССР в 1941—1945 годы — более 52 миллионов 812 тысяч человек. Из них безвозвратные потери в результате действия факторов войны — более 19 миллионов военнослужащих и около 23 миллионов гражданского населения».
Как утверждается в докладе, эти сведения подтверждены большим количеством подлинных документов, авторитетных публикаций и свидетельств (подробности — на сайте « Бессмертный полк» и других ресурсах).
История вопроса такова
В марте 1946 года в интервью газете «Правда» И.В. Сталин объявил: «В результате немецкого вторжения Советский Союз безвозвратно потерял в боях с немцами, а также благодаря немецкой оккупации и угону советских людей на немецкую каторгу около семи миллионов человек».
В 1961 году Н.С. Хрущев в письме премьер-министру Швеции писал: «Германские милитаристы развязали войну против Советского Союза, которая унесла два десятка миллионов жизней советских людей».
8 мая 1990 года на заседании Верховного Совета СССР в честь 45-летия Победы в Великой Отечественной войне объявлено итоговое число людских потерь: «Почти 27 миллионов человек».
В 1993 году коллектив военных историков под руководством генерал-полковника Г.Ф. Кривошеева опубликовал статистическое исследование «Гриф секретности снят. Потери Вооруженных сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах». В нем указана сумма общих потерь — 26,6 миллиона человек и в том числе впервые опубликованы боевые потери: 8 668 400 солдат и офицеров.
В 2001 году вышло переиздание книги под редакцией Г.Ф. Кривошеева «Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооруженных сил: Статистическое исследование». В одной из ее таблиц говорилось, что безвозвратные потери только Советской Армии и флота в годы Великой Отечественной войны — 11 285 057 человек. (см. стр. 252.) 
В 2010 году в очередном издании «Великая Отечественная без грифа секретности. Книга потерь» опять же под редакцией Г.Ф. Кривошеева уточнены данные о потерях воюющих в 1941—1945 годы армий. Демографические потери снижены до 8 744 500 военнослужащих (стр. 373):
И вот 14 февраля 2017 года объявлена новая цифра: более 19 миллионов солдат и офицеров.
Возникает естественный вопрос: где же хранились упомянутые «данные Госплана СССР» о боевых потерях нашей Армии, если их более 70 лет не могли изучить даже руководители специальных комиссии Министерства обороны? Насколько они соответствуют действительности?
Все познается в сравнении. Стоит вспомнить, что именно в книге «Россия и СССР в войнах ХХ века» нам разрешили, наконец, в 2001 году узнать, сколько наших соотечественников было мобилизовано в ряды Красной (Советской) Армии за годы Второй Мировой войны: 34 476 700 человек (стр. 596.).
Если принять на веру официальную цифру 8 744 тыс. человек, то доля наших военных потерь составит 25 процентов. То есть, по утверждению комиссии Министерства обороны РФ, лишь каждый четвертый советский солдат и офицер не вернулся с фронта.
Думаю, с этим не согласится житель любого населенного пункта бывшего СССР. В каждой деревне или ауле есть плиты с именами погибших земляков. На них в лучшем случае лишь половина из тех, кто ушел на фронт 70 лет назад.
Статистика Татарстана
Посмотрим, какая статистика в нашем Татарстане, на территории которого не было боев.
В книге профессора З.И. Гильманова «Трудящиеся Татарии на фронтах Великой Отечественной войны», изданной в Казани в 1981 году, утверждалось, что военкоматы республики отправили на фронт 560 тысяч граждан и 87 тысяч из них не вернулись.
В 2001 году профессор А.А. Иванов в своей докторской диссертации «Боевые потери народов Татарстана в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг.» объявил, что с 1939 по 1945 годы с территории Татарской республики было призвано в армию около 700 тысяч граждан, и не вернулось 350 тысяч из них.
Как руководитель рабочей группы редакции Книги Памяти Республики Татарстан с 1990 по 2007 годы, могу уточнить: с учетом уроженцев, призванных из других регионов страны, потери нашего Татарстана в годы Второй Мировой войны составили не менее 390 тысяч солдат и офицеров.
Неужели потери других регионов бывшего СССР даже в среднем по стране меньше?
Мне кажется, что вновь опубликованная цифра потерь нашей армии вполне соответствует действительности. Уверен, что удастся найти в секретных архивах страны документы, доказывающие именно этот шокирующий на первый взгляд факт.
Время покажет. А наша задача — вырвать из безызвестности и внести в базу данных потерь Республики Татарстан, представленную в Парке Победы Казани, по возможности имена всех земляков.
И делать это должны не только одиночки-энтузиасты по своей инициативе, но и профессионалы-поисковики по поручению самого государства.
Сделать это только в раскопах на местах боев во всех Вахтах Памяти физически невозможно. Для этого нужна массовая и постоянная работа в архивах, опубликованных на сайтах Министерства обороны РФ и других тематических ресурсах Интернета.
Но это уже совсем другая история…
Справка
Михаил Валерьевич Черепанов — заведующий Музеем-мемориалом Великой Отечественной войны Казанского кремля; председатель ассоциации «Клуб воинской славы»; заслуженный работник культуры Республики Татарстан, член-корреспондент Академии военно-исторических наук, лауреат Государственной премии РТ.
Детство, растоптанное войной
Вот имена некоторых из них: Володя Казьмин, Юра Жданко, Леня Голиков, Марат Казей, Лара Михеенко, Валя Котик, Таня Морозова, Витя Коробков, Зина Портнова. Многие из них так воевали, что заслужили боевые ордена и медали, а четверо: Марат Казей, Валя Котик, Зина Портнова, Леня Голиков, стали Героями Советского Союза. С первых дней оккупации мальчишки и девчонки начали действовать на свой страх и риск, который действительно был смертельным.
Ребята собирали оставшиеся от боёв винтовки, патроны, пулемёты, гранаты, а затем передавали всё это партизанам, конечно, они серьёзно рисковали. Многие школьники, опять же на свой страх и риск, вели разведку, были связными в партизанских отрядах. Спасали раненных красноармейцев, помогали устраивать подпольщикам побеги наших военнопленных из немецких концлагерей. Поджигали немецкие склады с продовольствием, техникой, обмундированием, фуражом, взрывали железнодорожные вагоны и паровозы. На «детском фронте» воевали как мальчики, так и девочки. Особенно массовым он был в Белоруссии.
Кроме этого, немцы в тылу совсем не стеснялись, и со всей жестокостью расправлялись с детьми. «. Часто из-за развлечений группа немцев на отдыхе устраивала себе разрядку: бросали кусок хлеба, дети бежали к нему, а вслед им автоматные очереди. Сколько детей погибло из-за таких забав немцев по всей стране! Опухшие от голода дети могли что-то взять, не смысля, съестное у немца, и тут же очередь из автомата. И наелся ребенок навек!» (Солохина Н.Я., Калужская область, г. Людиново, из статьи «Мы родом не из детства», «Мир новостей», №27, 2010, с. 26).
Поэтому, проходящие по этим местам части Красной Армии чутко относились к таким ребятам и часто забирали их с собой. Сыны полков – дети военных лет воевали против немецких оккупантов наравне со взрослыми. Маршал Баграмян вспоминал, что смелость, отвага подростков, их изобретательность в выполнении заданий поражали даже старых и опытных солдат.
«Федя Самодуров. Феде 14 лет, он воспитанник мотострелковой части, которой командует гвардии капитан А. Чернавин. Подобран был Федя на своей родине, в разрушенном селе Воронежской области. Вместе с частью участвовал в боях за Тернополь, с пулемётным расчётом вышибал немцев из города. Когда почти весь расчёт погиб, подросток вместе с уцелевшим бойцом взялся за пулемёт, долго и упорно отстреливаясь, задержал врага. Федя был награждён медалью «За отвагу».
Ваня Козлов. Ване 13 лет, он остался без родных и уже второй год находится в мотострелковой части. На фронте он доставляет пищу, газеты и письма бойцам в самых сложных условиях.
Петя Зуб. Не менее трудную специальность избрал себе Петя Зуб. Он давно решил стать разведчиком. Родители его убиты, и он знает, как можно рассчитаться с проклятым немцем. Вместе с опытными разведчиками добирается до врага, сообщает по радио его местонахождение, и артиллерия по их указке даёт огонь, сокрушая фашистов». («Аргументы и факты», №25, 2010, с. 42).
Воспитанник 63-й гвардейской танковой бригады Анатолий Якушин за спасение жизни командира бригады получил орден Красной Звезды. Примеров героического поведения детей и подростков на фронте существует достаточно много…
Таких ребят во время войны погибло и пропало без вести очень много. В повести Владимира Богомолова «Иван» можно прочитать о судьбе юного разведчика. Родом Ваня был из Гомеля. В войну погибли его отец и сестрёнка. Мальчику пришлось пережить многое: он был и в партизанах, и в Тростянце – в лагере смерти. Массовые расстрелы, жестокое обращение с населением вызывали и у детей огромное желание мстить. Попадая в гестапо, подростки проявляли удивительные мужество и стойкость. Вот как описывает автор гибель героя повести: «. 21 декабря сего года в расположении 23-го армейского корпуса, в запретной зоне близ железной дороги, чином вспомогательной полиции Ефимом Титковым был замечен и после двухчасового наблюдения задержан русский, школьник 10 – 12 лет, лежавший в снегу и наблюдавший за движением эшелонов на участке Калинковичи – Клинск. На допросах держался вызывающе: не скрывал своего враждебного отношения к немецкой армии и Германской империи. В соответствии с директивой Верховного командования вооруженными силами от 11 ноября 1942 года расстрелян 25.12.43 г. в 6.55».
А шестнадцатилетняя школьница Оля Демеш со своей младшей сестрой Лидой на станции Орша в Белоруссии по заданию командира партизанской бригады С. Жулина взрывали с помощью магнитных мин цистерны с горючим. Конечно, девчонки привлекали к себе куда меньше внимания немецкой охраны и полицаев, чем мальчики-подростки или взрослые мужчины. Но ведь девочкам впору в куклы было играть, а они сражались с солдатами вермахта!
Тринадцатилетняя Лида часто брала корзину или сумку и уходила на железнодорожные пути собирать уголь, добывая разведданные о немецких военных эшелонах. Если ее останавливали часовые, она объясняла, что собирает уголь, чтобы отапливать комнату, в которой живут немцы. Маму Оли и младшую сестрёнку Лиду фашисты схватили и расстреляли, а Оля продолжала бесстрашно выполнять задания партизан. За голову юной партизанки Оли Демеш фашисты обещали щедрую награду – землю, корову и 10 тысяч марок. Копии ее фотографии были розданы и разосланы всем патрульным службам, полицаям, старостам и тайным агентам. Захватить и доставить ее живьем – таков был приказ! Но поймать девочку не удалось. Ольга уничтожила 20 немецких солдат и офицеров, пустила под откос 7 вражеских эшелонов, вела разведку, участвовала в «рельсовой войне», в уничтожении немецких карательных подразделений.
С первых дней войны у детей было огромное желание хоть чем-нибудь помочь фронту. В тылу дети изо всех сил помогали взрослым во всех делах: участвовали в противовоздушной обороне – дежурили на крышах домов во время вражеских налетов, строили оборонительные укрепления, собирали черный и цветной металлолом, лекарственные растения, участвовали в сборе вещей для Красной Армии, работали на воскресниках.
Сутками трудились ребята на заводах, фабриках и производствах, встав за станки вместо ушедших на фронт братьев и отцов. Дети трудились и на оборонных предприятиях: делали взрыватели к минам, запалы к ручным гранатам, дымовые шашки, цветные сигнальные ракеты, собирали противогазы. Работали в сельском хозяйстве, выращивали овощи для госпиталей. В школьных пошивочных мастерских пионеры шили для армии белье, гимнастерки. Девочки вязали теплые вещи для фронта: варежки, носки, шарфы, шили кисеты для табака. Ребята помогали раненым в госпиталях, писали под их диктовку письма родным, ставили для раненых спектакли, устраивали концерты, вызывая улыбку у измученных войной взрослых мужчин. Об одном таком концерте есть трогательное стихотворение у Е. Евтушенко:
«В палате выключили радио.
И кто-то гладил мне вихор.
В Зиминским госпитале раненым
Давал концерт наш детский хор. «
А тем временем голод, холод, болезни в два счета расправлялись с хрупкими маленькими жизнями.
Ряд объективных причин: уход учителей в армию, эвакуация населения из западных районов в восточные, включение учащихся в трудовую деятельность в связи с уходом на войну кормильцев семьи, передача многих школ под госпитали и др., помешали развёртыванию в СССР во время войны всеобщего семилетного обязательного обучения, начатого в 30-е годы. В оставшихся учебных заведениях обучение велось в две-три, а иногда и четыре смены. При этом дети вынуждены были сами запасать дрова для котельных. Учебников не было, а из-за нехватки бумаги писали на старых газетах между строчками. Тем не менее, открывались и новые школы, создавались дополнительные классы. Для эвакуированных детей создавались школы-интернаты. Для той молодежи, которая в начале войны оставила школу и была занята в промышленности или в сельском хозяйстве, в 1943 году были организованы школы рабочей и сельской молодежи.
В летописи Великой Отечественной войны до сих пор остаётся ещё много малоизвестных страниц, например, судьба детских садов. «Оказывается, в декабре 1941-го в осажденной Москве в бомбоубежищах работали детские сады. Когда враг был отброшен, они возобновили свою работу быстрее, чем многие вузы. К осени 1942 года в Москве открылись 258 садиков!
Более пятисот воспитателей и нянь осенью 1941-го рыли окопы на подступах к столице. Сотни работали на лесозаготовках. Воспитательницы, еще вчера водившие с детьми хоровод, сражались в московском ополчении. Под Можайском героически погибла воспитательница детскою сада Бауманского района Наташа Яновская. Воспитатели, оставшиеся с детьми, не совершали подвигов. Они просто спасали малышей, у которых отцы воевали, а матери стояли у станков. Большинство детских садов во время войны стали интернатными, дети находились там днем и ночью. И чтобы накормить детей в полуголодное время, охранить их от холода, дать им хоть капельку уюта, занять их с пользой для ума и души – для такой работы необходимы были огромная любовь к детям, глубокая порядочность и безграничное терпение». (Д. Шеваров «Мир новостей», №27, 2010, с. 27).
«Играйте же, дети
Растите на воле!
На то вам и красное
Детство дано», – писал Некрасов Н.А., но война лишила и детсадовцев «красного детства». Рано повзрослели и эти маленькие детишки, быстро разучившись шалить и капризничать. На детские утренники в садики приходили из госпиталей выздоравливающие бойцы. Раненые солдаты долго аплодировали маленьким артистам, улыбаясь сквозь слезы. Тепло детского праздника согревало израненные души фронтовиков, напоминало о доме, помогало вернуться с войны невредимыми. Ребята из детских садов и их воспитательницы тоже писали письма солдатам на фронт, посылали рисунки, подарки.
У детей изменились игры, появилась «…новая игра – в госпиталь. В больницу играли и раньше, но не так. Теперь раненые для них – реальные люди. А вот в войну играют реже, потому что никто не хочет быть фашистом. Эту роль у них выполняют деревья. В них стреляют снежками. Научились оказывать помощь пострадавшим – упавшим, ушибленным». Из письма мальчика фронтовику: «Мы раньше тоже часто играли в войну, а теперь гораздо реже – надоела война, скорее бы она кончилась, чтобы мы опять хорошо жили…» (Там же).
В связи с гибелью родителей в стране появилось много беспризорных детей. Советское государство, несмотря на тяжелое военное время, все же выполняло свои обязательства перед детьми, оставшимися без родителей. Для борьбы с безнадзорностью была организована и открыта сеть детских приемников и детских домов, организовано трудоустройство подростков. Многие семьи советских граждан стали брать к себе на воспитание детей-сирот, где они обрели себе новых родителей. К сожалению, далеко не все воспитатели и руководители детских учреждений отличались честностью и порядочностью. Вот некоторые примеры.
«Осенью 1942 г. в Починковском районе Горьковской области были пойманы одетые в лохмотья дети, воровавшие картофель и зерно с колхозных полей. Выяснилось, что «урожай собирали» воспитанники районного детского дома. И делали они это отнюдь не от хорошей жизни. При проведении дальнейшего расследования местные милиционеры раскрыли преступную группу, а, по сути, банду, состоявшую из сотрудников данного учреждения. Всего по делу были арестованы семь человек, в том числе директор детдома Новосельцев, бухгалтер Сдобнов, кладовщица Мухина и другие лица. При обысках у них были изъяты 14 детских пальто, семь костюмов, 30 метров сукна, 350 метров мануфактуры и другое незаконно присвоенное имущество, с большим трудом выделенное государством в это суровое военное время.
Следствие установило, что путем недодачи полагающейся нормы хлеба и продуктов указанные преступники только в течение 1942 г. расхитили семь тонн хлеба, полтонны мяса, 380 кг сахара, 180 кг печенья, 106 кг рыбы, 121 кг меда и т.д. Все эти дефицитные продукты работники детдома распродавали на рынке либо просто сами проедали. Только один товарищ Новосельцев ежедневно получал на себя и членов своей семьи пятнадцать порций завтраков и обедов. За счет воспитанников неплохо питался и остальной обслуживающий персонал. Детей же кормили «блюдами», приготовленными из гнилья и овощей, ссылаясь при этом на плохое снабжение. За весь 1942 г. им лишь один раз выдали по одной конфетке к 25-й годовщине Октябрьской революции… И что самое удивительное, директор детдома Новосельцев в том же 1942 г. получил от наркомата просвещения почетную грамоту за отличную воспитательную работу. Все эти фашисты заслуженно были приговорены к длительным срокам заключения». (Зефиров М.В., Дектярёв Д.М. «Всё для фронта? Как на самом деле ковалась победа», с. 388-391).
«Аналогичные случаи преступлений и невыполнения педагогическими работниками своих обязанностей выявлялись и в других регионах. Так, в ноябре 1942 г. в Саратовский городской комитет обороны было направлено специальное сообщение о тяжелом материально-бытовом положении воспитанников детских домов… Интернаты отапливаются плохо или вообще находятся без топлива, теплой одеждой и обувью дети не обеспечены, в результате несоблюдения элементарных социально-гигиенических правил наблюдаются инфекционные заболевания. Воспитательная работа запущена… В интернате в селе Нестерове в некоторые дни дети вовсе не получали хлеба, словно проживали не в тыловой Саратовской области, а в блокадном Ленинграде. Учеба из-за отсутствия учителей и нехватки помещений была давно заброшена. В интернатах Ровенского района, в селе Волкове и других, дети также по нескольку дней вообще не получали хлеба». (Там же с. 391-392).
«Ах, война, что ж ты сделала, подлая. » За долгих четыре года, которые продолжалась Великая Отечественная война, дети, от малышей до старших школьников, сполна испытали все её ужасы. Война каждый день, каждую секунду, каждый сон и так на протяжении почти четырёх лет. А ведь война в сотни раз страшнее, если видеть ее детскими глазами… И никакое время не сможет вылечить раны от войны, тем более детские. «Эти годы, что были когда-то, горечь детства забыть не дает…»
