Как выживает Венесуэла
Путевые заметки, день 5
В постах о политическом кризисе в Венесуэле и об опасном Каракасе я уже упоминал бедственное положение народа и экономику, которая сорвалась в пике. Сегодня расскажу об этом подробнее.
Сейчас страна переживает жёсткий кризис. Если при высоких ценах на нефть всё было настолько плохо, что люди ходили в туалет с фонариком (перебои с электричеством), то когда цены на нефть упали, Венесуэла покатилась в пропасть. Теперь перед походом в туалет надо найти не только фонарик, но и туалетную бумагу. Если 5 лет назад средняя зарплата была 300 долларов, то сегодня 30. Если раньше пенсия была около 200 долларов, то сегодня 20, и то не факт, что вы ее получите.
Вот график падения курса боливара до конца 2015 года.
Подробнее о том, как Венесуэла пришла к такой жизни, мне рассказала моя знакомая Оксана, которая живёт в этой стране уже полтора года.
Валютный контроль в Венесуэле был введен ещё в 2003 году. Если раньше валюту можно было обменять свободно, то с этого момента государство брало на себя управление курсом и распределением валюты. Делалось это для защиты от утечки капиталов, которая угрожала стране из-за большой инфляции и обесценивания боливара. Чавес тогда придумал CADIVI – комиссию по управлению валютами (основные источники доллара в стране – продажа нефти и туризм).
В 2003 году был установлен официальный курс в 1600 боливаров за доллар, но в первые же два года действия системы курс пришлось повышать: сначала до 1920 боливаров в 2004 году, а после деноминации 2005 года (у боливара отняли 3 нуля и назвали его «боливар фуэрте» – крепкий, или сильный боливар) – до 2,15 боливара за доллар.
Так как получить доступ к официальной валюте было достаточно сложно, тут же параллельно возник чёрный валютный рынок. Несмотря на более высокую цену доллара, он имел большой спрос. Те, кто не мог получить доллары официальным путем из-за большого количества препятствий и бюрократии, искали нелегальные способы.
Экономика Венесуэлы продолжала падать, и в 2010 году правительство объявило о введении двойной системы обмена. Отныне действовало два обменных курса: 2,6 боливара за доллар для приоритетных секторов (питание, медицина, образование) и 4,3 боливара для всех прочих отраслей, не столь важных, по мнению правительства. По заявлению Чавеса, целью этой новой политики было «укрепление экономики Венесуэлы, затормаживание импорта не первоочередной важности и стимулирование экспорта». В этом же году появилась новая параллельная система обмена SITME (Cистема переводов в иностранной валюте) с курсом 5,3 на путешествия, учебу и покупки.
Уже в декабре 2010 года происходит очередная скрытая девальвация: обменные курсы 2,6 и 4,3 объединяются, официальным приоритетным курсом становится 4,3 боливара за доллар. Вначале 2013 года курс устанавливается на отметке 6,3 боливара за доллар. Всё это время параллельный (чёрный) курс был более-менее стабилен, оставаясь немного дороже самого высокого из официальных курсов.
В марте 2013 года вместо SITME применяется система SICAD (дополнительная или альтернативная система управления валютой), она используется для неприоритетного импорта и устанавливается на уровне около 12 боливаров за доллар. Для продуктов питания и медикаментов курс остался прежним – 6,3 (обычно для удобства его называют просто «официальным курсом»).
В 2014 году ввели уже третью официальную систему обмена – SICAD II. Её курс поначалу составлял около 50 боливаров, и существует она в виде аукциона, на котором банкам разрешается продавать доллары юридическим и частным лицам по курсу, зависящему от спроса и предложения. Не стоит забывать, что это не свободная продажа: есть огромное количество требований, которые нужно выполнить для доступа к системе, а количество долларов на покупателя ограничено).
В 2013 году параллельно начинается рост чёрного курса доллара. Если в марте 2013 он составлял около 22-25 боливаров, то уже к декабрю поднялся до 50. В 2014 году был небольшой спад, а затем бурный рост, который стабилизировался только в конце 2015 года на уровне около 1000 боливаров за доллар.
Мадуро заявляет, что сайт DolarToday, где легко проверить реальный курс доллара, – это буржуи, купленные Америкой, которые назначают такой курс, какой им нравится. Курс этот рассчитывается на границе с Колумбией по городу Кукута, именно туда венесуэльцы ездили за покупками, пока границу не закрыли, и туда же утекает вся контрабанда.
Это граффити с портретами людей, которые были убиты/покалечены силовиками во время акций протеста либо отправлены за решётку.
В 2015 году системы SICAD I и SICAD II отменяются, им на смену приходит SIMADI (предельная система обмена). Курс назначается государством и начинается со 170 боливаров за доллар. Официальные обменные пункты могут продавать доллары: не более 300 долларов в день, 2000 в месяц и 10000 в год. Но это всё сказочки для народа. На практике купить их было нереально: по личному опыту, долларов там никогда не было. При этом сохраняется официальный курс 6,3 боливара за доллар на приоритетный импорт.
Алкоголь в баре охраняют с помощью мерных лент. Причём охраняют от официантов, чтобы сами не пили и никуда не сливали )
По состоянию на 21 октября 2016 года доллар Dicom стоит 659,31 боливара, а параллельный (черный) курс составляет 1204,78 боливара (курс по Кукуте и по банковскому переводу, с наличностью очень много проблем, поэтому обмен наличными всегда будет менее выгодным). Курсы взяты с сайта DolarToday.
«Dicom – это плавающий курс, и правительство само решает, каким его назначать для частных лиц и фирм. И оно практически не дает доллары. Потому что вся экономика базируется на параллельном курсе. А Dipro – это специальный преференциальный курс для государства, то есть венесуэльский консул в какой-нибудь европейской стране получает сто тысяч боливаров в Венесуэле, а так как она находится в Европе, ему их пересчитывают по десять, и он получает 10 000 долларов. Этот же доллар государство использует для импорта для своих нужд. Этот доллар обескровил страну, он существует только для правительства и приближенных».
Тут начинается баррио, знаменитые трущобы Каракаса, основное место обитания электората социалистов, будь то Чавес или Мадуро.
Получить доступ к официальной валюте действительно всегда было сложно. Например, венесуэлец собирается в путешествие. Ему нужно собрать для CADIVI целый пакет документов, причем очень строгие требования предъявляются к оформлению: чуть ли не цвет папки регламентирован.
Обязательно иметь билет туда и обратно, обозначить цель поездки. После собеседования комиссия выносит вердикт: давать валюту или нет. Причём обязательно было иметь кредитную карту (а её тоже в Венесуэле получить не так просто) с определенным кредитным лимитом, выданную не позднее, чем за полгода до обращения.
Изначально на путешествия можно было получить до 5000 долларов в год, 3000 на покупки в интернете, в 2008 году эти суммы сократились до 2500 для путешественников и 400 на покупки, в 2010 году на поездку в Европу, Азию, Африку, Океанию можно было получить до 3000 долларов, на прочие направления – до 2500. В 2014 году прекращена выдача долларов для путешествий в Панаму, для поездки в Майами сумма сократилась до 700 долларов. На покупки сейчас дается 300 долларов, причем использовать можно 100 долларов каждые 4 месяца.
Жители баррио – большие фанаты властей. Им почти всё достаётся на халяву. Электричество бесплатное, коммуналка бесплатная. Продукты субсидируют, опять же.
Естественно, весь этот двойной рынок подготовил почву для махинаций. Например, человек получал свой купон на покупки в интернете, у него этот купон перекупали за наличные чуть выше официального курса, приобретали товар, продавали его в Венесуэле – профит. Очень большое распространение получило такое явление как «rascacupos» – можно перевести как «прокатка карточки».
Во всех близлежащих странах венесуэльцам за комиссию стали оказывать услугу: провести карточку как будто для совершения покупки, с выдачей чека (CADIVI проверит все чеки), и отдать наличные доллары. Таким образом путешественник мог неплохо заработать на поездке, продав по возвращении свои новоприобретенные доллары на чёрном рынке, погасив задолженность по кредитке по официальному курсу и оставшись в плюсе.
Чавеса и Мадуро люди тут искренне любят, несмотря на условия, в которых они живут.
Правительство принимало меры как могло: для таких стран как Перу и Колумбия суммы выдачи валюты сокращались, чтобы людям невыгодно ездить только ради прокатки карточки. Я помню, что первый вопрос всех венесуэльских туристов в России был именно на эту тему: «А нельзя ли где провести карту и получить наличные?».
«Сейчас система доллара для путешествий коллапсирует. На личном опыте: моему молодому человеку, когда он ехал в Россию, одобрили 2000 долларов (суммы тогда вновь сократились и зависели от направления и длительности путешествия). Это было как раз во время перехода от SIMADI к Dicon, то есть одобряли ему ещё SIMADI по 13 боливаров за доллар, а когда он уже был здесь, ввели Dicon по 600. Банкомат поперхнулся и перестал выдавать деньги, потом вышло постановление, что доллары, одобренные до февраля, остаются по 13 боливаров, но выдаваться будет не более 50 долларов в день, и тратить их можно только на пропитание и проживание. Ему приходилось постоянно писать в банк, ругаться, говорить, что он голодает в холодной России, но банкомат выдавал деньги даже не через раз, а раз в 2-3 дня по 700-1000 рублей. 50 долларов мы ни разу не видели. А потом появилась новость, что лавочка прикрыта, долларов для путешественников (все по привычке продолжают называть их «долларами кадиви») больше не будет, тут и сказочке конец). При этом, разумеется, все чиновники, власть имущие и приближенные спокойно разъезжают по всему миру с долларами по 10 боливаров».
Так, с валютой более-менее разобрались. Но почему её курс всё время падает? Ну тут всё просто.
Побывал внутри одного из жилищ.
ВВП Венесуэлы сократится примерно на 10% за этот год и ещё на 4,5%, согласно прогнозу МВФ, – за 2017-й. В стране сокращаются объёмы добычи нефти, главного экспортного товара, за который дают доллары, а значит, этих долларов не будет хватать за импорт продовольствия и товаров первой необходимости.
Кстати, некоторые экономисты считают, что кризису в Венесуэле мы обязаны стабилизацией цен на нефть! Голодная нищая Венесуэла спасает от кризиса Россиюшку!
Чавес тут живёт на полочке с фотографиями, рядом с детьми хозяйки.
Это, конечно, сильно упрощённое объяснение, потому что уровень добычи нефти устанавливает ОПЕК. Но технически в благополучные для себя времена Венесуэла, владеющая гигантскими запасами, могла бы попытаться добывать и продавать больше нефти, а это снизило бы мировые цены на топливо (что для других нефтедобывающих стран невыгодно).
И ещё немного вождя.
На полочке со святыми тоже есть Чавес. Совершенно типичная картина для трущоб, во многих домах портреты Чавеса здесь ставят рядом с фотографиями родных или изображениями святых. Чавес для большинства – действительно как член семьи или почти святой. Это же тот самый человек, который дал местным почти всё нахаляву! Они внимают пропаганде, считают, что всё происходящее с ними – «временные трудности», и уверены, что американцы хотят разрушить их простое венесуэльское счастье. Если б не проклятый Запад, то страна бы, конечно, процветала.
Вернёмся к простым венесуэльцам. Минимальный размер оплаты труда в Венесуэле вырос в 3 раза за последние три года и весной 2016-го составлял 5600 боливаров. Но четверть всех работников в Венесуэле не получали даже этого.
Листок распределения проднаборов среди жителей трущоб. Мешки раздают в зависимости от количества членов семьи.
Венесуэльский мем: «Спустя 16 лет этот несчастный пакет еды – и есть «революция»».
Каково это — жить в очень бедной стране: на примере Венесуэлы
Мы часто слышим, что наша страна бедная, и жить в ней просто невыносимо. Согласны: Россия могла быть богаче, чем все страны Европы вместе взятые, если бы деньги уходили в нужное русло. Но с тем, что наша страна бедная, мы не согласимся. И чтобы ты понимал, что такое нищета на самом деле, на примере Венесуэлы (к слову, не самой бедной страны на планете) мы покажем, каково это — жить действительно на дне.
Почему некогда богатая страна превратилась в бедную? Всё дело в нескольких факторах, но сильнее всего на экономику повлияло падение цен на нефть, гиперинфляция, вызванная бесконечной печатью новых денег, и коррумпированное правительство. Кто знает, может быть, это ближайшее будущее и нашей страны, основной доход которой зиждется на продаже углеводородов.
Вот она, настоящая жизнь простого жителя бедной страны, увидев которую ты вряд ли будешь говорить, что Россия относится к государствам третьего мира.
Ты не знаешь, какие цены будут завтра
В 2018 году Венесуэла прошла через пик тяжелейшего экономического кризиса — инфляция, по данным МВФ, достигла 1 370 000 %. Чтобы ты понял, просто представь, что в начале года ты мог купить булку хлеба, условно, за 10 боливаров, а к концу года она стоила уже почти 14 миллионов. И для большей наглядности: один боливар на момент написания статьи можно купить за 0,00004 рубля.
В том же году президент Николас Мадуро убрал пять нулей с боливара и ввёл новую валюту — суверенный боливар, но это не сильно помогло ситуации. Только за март 2020 года инфляция этой валюты составила 2 431 %. В итоге национальная валюта обесценилась настолько, что её печать несоизмеримо дороже её стоимости, и дешевле обклеить всю квартиру боливарами, чем купить один рулон обоев.
Из-за такой гиперинфляции ты, живя в этой стране, не знал бы, сколько будет стоить тот же хлеб даже вечером, не говоря уже о завтрашнем дне.
На официальную зарплату ты не можешь позволить себе элементарные блага
Быть недовольным зарплатой — это нормально, особенно учитывая, что в нашей стране она очень низкая и в среднем составляет 30 тысяч рублей, если судить по реальным отзывам. Это примерно 400 долларов на момент написания статьи. Унизительная сумма для европейской страны, пускай и не передовой в плане экономики.
Но если тебе это кажется позорным, просто взгляни на Венесуэлу. Средняя зарплата составляет примерно 25 долларов в месяц, что равняется почти двум тысячам рублей. Может быть, продукты там настолько дешёвые, что на две тысячи можно ни в чём себе не отказывать? Коробка яиц, к примеру, стоит около двух долларов, а булка хлеба — доллар.
В магазинах пусто
Помнишь, как в начале карантина из-за коронавируса полки магазинов опустели, и было сложно купить еду и предметы первой необходимости? В Венесуэле это в порядке вещей. Многие люди не могут позволить себе банальные предметы личной гигиены и должны выбирать между тем, чтобы поесть и купить туалетную бумагу. Просто представь, что ты идёшь с работы домой, только что получив зарплату, и решаешь дилемму: поесть сегодня или почистить зубы?
В особо острые периоды кризиса наблюдались сильные перебои с поставками, из-за чего предметы первой необходимости можно было купить только на рынке, и кусок мыла обходился примерно в недельную зарплату.
Перебои с поставкой электричества и воды регулярны
Начинаешь звонить во все инстанции уже после десяти минут отключения электричества? В Венесуэле коммуникации отключаются хоть и не каждый день, но регулярно. Это происходит из-за двух основных причин — устаревшего и изношенного оборудования электростанций и водоочистных сооружений, а также из-за банального отсутствия денег на коммунальные услуги у людей. И если в центральных районах перебои хоть и случаются регулярно, но в основном длятся не более часа, то на окраинах электричества и воды может не быть неделями.
Людям приходится принимать лекарства для животных
Из-за провальной внутренней политики и неумелого управления экономикой, по данным Bloomberg, даже в Каракасе, столице Венесуэлы, сложно найти лекарства в аптеках. Из-за этого многие люди вынуждены принимать лекарства, предназначенные для животных, покупая их в зоомагазинах.
Почему же препараты ветназначения более доступны? Всё из-за государственного регулирования поставки фармацевтических препаратов для людей, тогда как ветеринарные не подвергаются этому и не импортируются по государственным каналам.
Доступны только государственные источники информации
В нашей стране телевидение уже давно стало государственным, даже если это частные каналы, а интернет активно подвергается цензуре. Но ему далеко до венесуэльского, ведь там для того, чтобы люди не получали информацию о жизни вне страны, цензура работает по максимуму. Любые VPN-сервисы под запретом, то же касается Tor и других способов обойти государственный файервол.
Да это и не нужно, ведь интернет настолько медленный, что ты невольно почувствовал бы ностальгию по девяностым и сеансам выхода в интернет по Dial-up-модему. Всё, начиная с государственных каналов и заканчивая сайтами, направлено на пропаганду прекрасной жизни в стране и ужасных условий вне её границ, а также того, как враги повсюду хотят прибрать к рукам государство. Пропаганда 24/7 без альтернативы.
Бартер является одним из основных способов не умереть с голода
Проблема Венесуэлы в том, что человек получает маленькую зарплату и, по официальным данным, может купить на неё достаточно много, но в реальности ее хватает лишь на несколько булок хлеба в магазине. Из-за этого многие люди прибегают к бартеру, прямо как наши далёкие предки в каменном веке, когда ещё не существовало денег. Так, например, за стрижку можно заплатить фруктами, а за посуду на местном рынке можно расплатиться туалетной бумагой. И это намного выгоднее, чем носить с собой боливары, которые обесцениваются каждый день.
Безработица провоцирует рост преступности
Большинство людей, имеющих работу, трудится в государственном секторе. Частный бизнес же после 2018 года практически полностью исчез, из-за чего без работы остались миллионы людей. Отсутствие рабочих мест вкупе с высокими ценами вынуждает многих венесуэльцев становиться преступниками, сбиваясь в банды. Даже люди, которые имеют работу, вынуждены совершать мелкие преступления вроде воровства на государственных предприятиях, чтобы прокормить семью. Быть честным в стране вроде Венесуэлы — значит голодать.
Развлечений практически нет
Развлечения пропали после кризиса 2018 года практически повсеместно, так как некому ходить в бары, рестораны и кинотеатры. Также по этой сфере ударили перебои с электро- и водоснабжением. Да и появляться во многих районах, особенно ночью, стало крайне небезопасно, и люди не рискуют лишний раз отклоняться от более-менее безопасных маршрутов.
И пока ты можешь позволить себе сходить несколько раз в месяц в кино или посидеть с друзьями в баре, у венесуэльцев из развлечений только футбол и дешёвые спиртные напитки по бартеру.
Туго без Уго
Минчанка Анна Копаева, которая вышла замуж за венесуэльца и почти год назад переехала в Каракас, честно рассказывает о стране с инфляцией в 500%, где еду можно купить только два раза в неделю. Так ли плохо жить в Венесуэле и как местные пытаются справиться с ситуацией – слово Анне.
Венесуэла с первого взгляда показалась мне необычной страной. Хотя бы потому, что в XXI веке здесь тотально почитали, практически обожествляли своего правителя. Каракас сразу ошеломил своей бушующей энергией: противоречие латиноамериканского «совка» и современного мегаполиса, который сами жители называют вторым Нью-Йорком. Я впервые попала сюда три года назад, через пару месяцев после смерти команданте Уго Чавеса.
Меня встретила осиротевшая, потерянная, упивающаяся собственным горем и безумно красивая страна. Никогда я даже подумать не могла, что можно так любить своего президента. Все последующие события и даже само прошлое этой страны нужно рассматривать и пытаться понять только через призму этой тотальной, всепоглощающей любви. Город расписан граффити с именем Уго, его глазами, улыбкой, лицом. На стене каждого второго дома его автограф – как свидетельство того, что именно Чавес подарил жителям этот самый дом. Баннеры, билборды – везде он, последняя легенда Латинской Америки.
На стене каждого второго дома автограф Уго – как свидетельство того, что именно Чавес подарил жителям этот самый дом
У меня сложилось впечатление, что кто-то решил хорошенько встряхнуть и оздоровить объевшуюся нацию
Система закупок основных продуктов выглядит так: существует система нумерации личных документов, в соответствии с которой два раза в неделю человек может прийти утром к государственному магазину, отстоять длинную раздражающую очередь за двумя пачками риса или спагетти по доступной цене, или купить две упаковки туалетной бумаги и кофе. Если повезет, в этот день магазин будет предлагать дешевую кукурузную и обычную муку или даже сухое молоко, маргарин и майонез. Венесуэльцы ненавидят очереди. Они даже за оппозицию проголосовали из-за их лозунга: «Больше никаких очередей».
В большинстве своем венесуэльцы – страшные чревоугодники. Перед тем, как мы с мужем смогли купить дом, я пожила в трех семьях и могу уверенно сказать, что культура питания в этих семьях нулевая. Основной принцип: быстро и жирно. Утром – начиненная яйцом, ветчиной и сыром, тщательная смазанная маргарином арепа (лепешка из кукурузной муки на воде за десять минут), на обед рис с мясом, на ужин снова арепа. Тридцатилетний мужчина, живущий с шестидесятилетней мамой, спокойно съедают четыре килограмма отборной бразильской говядины за неделю и отправляются дальше на поиски «дефицитной еды». Сейчас в Венесуэле нет недостатка овощей, рыбы, фруктов. Но что делать местным, которые не знают, что кабачок можно поджарить и съесть на ужин? Или позавтракать дешевой и доступной всем сардиной (килограмм – 400 боливаров, при этом килограмм лука, например, 1000). Нация, страдающая ожирением, хочет мяса. Минимум три раза в день! Причем как раз-таки мясо и стало-таки особенно дорогим, но купить его можно. Недавно в СМИ прошла новость о том, что закрывается завод Coca-Cola (самого почитаемого напитка, который пьют после каждого приема пищи). У меня вообще сложилось впечатление, что кто-то решил хорошенько встряхнуть и оздоровить объевшуюся нацию.
В первый свой приезд я жила недели полторы в тех самых Лос Барриос – трущобах, в которые не то, что не ступала нога иностранца, а сами каракеньос (жители Каракаса) обходят стороной. Но там было по-настоящему колоритно. Как правило, трущобы располагаются на огромных холмах, на которых дорога к дому доступна только на фуникулере, «поднебесном метро», построенном Чавесом. Я же поднималась к своему латиноамериканскому домику по узкой цементной лестнице, ведущей практически на самую вершину крутого холма, усыпанного, словно конфетти, разноцветными и разноплановыми домиками, и снимала свой фоторепортажи огромной зеркалкой, а ночью медитировала в гамаке, подвешенном в патио и наслаждалась видами. Здорово, когда ты понимаешь, что в таком месте ты только одна европейка – возможно, на километры вокруг.
В Лос Барриос вообще своя жизнь и свои разборки. В основном, это убийства на почве ревности из-за женщин или месть горячих латиносов по какому-то своему местечково- бизнесовому или бытовому поводу. В Барриос бесполезно вызывать полицию, они не войдут в трущобы, где уже сформирована своя система распределения власти. Но лично я здесь не встречала никакой агрессии, про кражи и вымогательства только слышала – да и то исключительно от негативных людей. Такое чувство, что этом мегаполисе карма настигает свою жертву действительно очень быстро.
Местные милые, улыбчивые, дружелюбные и, что немаловажно, очень религиозные. Интересно, что они предпочитают зародившийся в Англии протестантизм, а не что-нибудь местное, основанное на индейской истории.
Недавно они пытались решить экономические проблемы мирным шествием католиков-протестантов во имя Христа с молитвой о благополучии страны
В Венесуэле остро чувствуется то, что страна на пороге больших перемен, которые, надеюсь, приведут Венесуэлу к лучшему. Главное, чтобы люди усвоили урок, вынесенный из сложившейся ситуации: нельзя только брать, ничего не отдавая взамен. Венесуэльцы в этом плане очень сильно отличаются по своему менталитету от нас, беларусов. Здесь привыкли полагаться на государство, требовать у государства, возмущаться, не вникая в суть политики. Об уровне коррупции вышестоящих органов в Венесуэле, я думаю, наслышан любой, у кого дома есть телевизор. На социализме строят бизнес. К демократии люди не готовы абсолютно, в экономике не особенно разбираются. Например, недавно они пытались решить экономические проблемы мирным шествием католиков-протестантов во имя Христа с молитвой о благополучии страны. Мне даже довелось поучаствовать в этом довольно-таки многочисленным марше. Жаль только, что здесь не знают нашей пословицы «на Бога надейся, а сам не плошай».
