вронский с а биография

Сергей Вронский

О пристрастии Гитлера к оккультизму знали не только в рейхе, но и в разведках СССР, США и Великобритании. Идея внедрить собственного «мага» в элиту НСДАП была вполне перспективной.

. Потомок дворянского польского рода Сергей Вронский родился 25 марта 1915 г. в семье генерала царской армии Алексея Вронского, служившего в военной разведке. В 1918-м в обмен на секретные сведения о Германии большевики разрешили ему выехать из России вместе с семьей. Но случилось страшное.

С собой молодой человек привез рекомендательное письмо для партфункционера НСДАП Иоганна Коха. Сергей поступил на медицинский факультет и очень скоро начал демонстрировать исключительные способности к нетрадиционным методам лечения: ставил диагнозы с завязанными глазами, предсказывал течение болезни, снимал боль наложением рук.

В итоге по протекции Коха спустя год был направлен в Берлинский биорадиологический институт. Это закрытое заведение было создано по личному приказу фюрера и предназначалось для исследования эзотерических явлений. Из 350 абитуриентов приняли только 10. Им предстояло стать врачами для лечения первых лиц нацистской Германии.

Гесс верил Вронскому, лечившему его биополем, и чувствовал прилив сил после таких сеансов. Но доверять ему как астрологу стал лишь после одного случая. Гесс намеревался жениться на кузине Коха. Сергей составил гороскоп и. ошарашил босса: свадьбе состояться не суждено. Возмущению жениха не было предела: какой-то юнец смеет заявлять такое! А через несколько недель его невеста погибла в автокатастрофе.

10 мая 1941 года Рудольф Гесс в одиночку прилетел на самолете в Англию, чтобы заочно «помирить» Черчилля с Гитлером. Говорят, фюрер ничего не знал об этом, это была идея исключительно самого Гесса. Миссия провалилась, англичане арестовали нациста. В Германии его объявили душевнобольным. Но Вронский назвал другую причину случившегося: составленный им гороскоп Гесса.

После побега Гесса немецкая разведка произвела ряд арестов. В число подозреваемых попали и немецкие астрологи во главе с Крафтом. Последний к тому же не одобрил дату нападения на СССР. Но Гитлер верил: в день летнего равноденствия все начинания успешны. И когда Крафт заявил, что звезды сулят Германии поражение, он и его группа были арестованы.

Писатель Юлиан Семенов попытался узнать тайну польского аристократа и выяснил, что под личностью Сергея Вронского скрывался уроженец Риги Ян Муйжниекс. Скорее всего, он был завербован НКВД, но под каким-то предлогом был отозван в Москву, где и арестован в 1942 году.

Впрочем, это не отменяло его познаний в астрологии. Отсидев всего шесть лет, Вронский был освобожден по УДО и в 1960-е переехал в Москву. На волне хрущевской оттепели он стал читать на квартирах лекции по астрологии и гомеопатии, собирая десятки слушателей.

Перед распадом СССР Сергей Алексеевич вернулся в Ригу, где написал 12 томов «Классической астрологии». По его признанию, он лишь записывал слова астролога Иоханнеса Моринуса, жившего в XVII веке. Общались звездочеты через астрал и вполне понимали друг друга. Также Вронский читал лекции в Латвийском университете и планировал открыть школу астрологии. Но не успел. В 1998 году Вронский скончался, унеся с собой множество тайн.

Источник

LiveInternetLiveInternet

—Цитатник

фигуры Джонса Один из известнейших в мире астрологов Марк Джонс как-то обратил внимание, что е.

Архитектурные стили с примерами зданий / Курс эрудиции

Семь смертных (или главных) грехов в христианстве Семь смертных грехов, или главные грехи&nbsp.

—Метки

—Музыка

—Рубрики

—

—Поиск по дневнику

—Подписка по e-mail

—Интересы

—Друзья

—Постоянные читатели

—Сообщества

—Трансляции

—Статистика

Вронский Сергей Алексеевич. Судьба удивительного человека

Предлагаю вашему вниманию биографию Сергея Алексеевича: Эта статья была опубликована в газете «Совершенно секретно» №7, 2004. Судьба-легенда, личность этого человека, привлекла к нему множество преданных друзей, а иногда и яростных почитателей с одной стороны, а с другой не менее яростных врагов и завистников. Равнодушных не было. Великая тайна графа Вронского, Эдуард КОВАЛЕВ Специально для «Совершенно секретно»:

В 1933 году, почти сразу после прихода Гитлера к власти, в Берлин из независимой тогда Латвии приезжает на учебу скромный 18-летний юноша Сергей Вронский. С точки зрения благонамеренного западного обывателя его происхождение и его прошлое удовлетворяли самым строгим критериям. Отец Сергея граф Алексей Вронский продолжил старинный польский дворянский род. Его предки перебрались в Россию еще в XVII веке. Перед Октябрем 1917 года, будучи в генеральском чине, граф занимал ответственную должность начальника шифровального отдела российского Генерального штаба. Как профессионала (кроме шифровального дела, он еще владел 42 языками), его высоко ценили не только сослуживцы, но даже большевики, которым он уже после революции оказал ряд важных услуг. За что в качестве благодарности получил документ за подписью самого Ленина – генералу вместе с семьей разрешался выезд за границу. Вот только накануне отъезда в их дом ворвались вооруженные красноармейцы. Генерала, его жену и детей, двух братьев и двух сестер Сергея, безжалостно расстреляли на месте. Сам Сергей чудом остался в живых – играл в это время на улице, – вместо него убили пятилетнего сына гувернантки-француженки, его ровесника. Гувернантка спрятала мальчика у соседей, а потом увезла в Париж, где его через Красный Крест нашли дед и бабушка, жившие тогда в Риге.

Танцор, пилот, врач, экстрасенс

Бабушка Сергея была родом из старинной черногорской княжеской фамилии потомственных целителей и ясновидцев Ненадичей-Негош. Это и предопределило судьбу любимого внука: княгиня Негош не только получила прекрасное образование в Германии и во Франции, она еще всерьез занималась оккультными науками – астрологией, хиромантией, магией. И все, что умела сама, передавала Сереже, который уже в семилетнем возрасте пристрастился к составлению гороскопов для школьных друзей и учителей. У него рано проявились способности к гипнозу, психотерапии, его увлекли спиритизм и магия. Учился Сергей в Риге в Миллеровской русской частной гимназии, учился блестяще, поражая своих учителей, – всегда будто предугадывал, какой билет достанется ему на экзамене. Уже в юности знал 13 языков. Но вовсе не был книжным червем, находил время на борьбу, бокс, плавание. Играл в теннис с сыновьями владельца фарфоровых заводов Кузнецова. Пел в хоре мальчиков в Домском соборе. Брал уроки игры на аккордеоне и фортепиано. Семь раз получал главные призы на конкурсах бальных танцев. Освоил автодело – даже участвовал в гонках. В 17 лет с отличием окончил авиашколу в австрийском Инсбруке. Приехав в Германию в 1933-м, Сергей поступает на медицинский факультет Берлинского университета. У студента из Латвии очень скоро обнаруживаются исключительные способности к нетрадиционным методам врачевания: он ставит диагнозы с завязанными глазами, предсказывает ход течения болезни, врачует наложением рук. Вскоре, не спрашивая на то его согласия, юношу переводят в созданный нацистами закрытый Биорадиологический институт, который называли еще «Учебное заведение № 25». Из 300 претендентов для учебы отобрали только десятерых. На каждого составили подробный гороскоп. В самом привилегированном, самом засекреченном научном и учебном учреждении рейха предполагалось готовить специалистов со сверхъестественными способностями для обслуживания гитлеровской верхушки. Кроме традиционных медицинских дисциплин, студентам читали курсы по психотерапии, гипнозу, шаманству. Занимались с ними тибетские ламы, индийские йоги, китайские иглотерапевты. На практику вывозили в Африку, Индию, Америку и Испанию. Руководство института поощряло и довольно нестандартные «деловые» инициативы студентов. К примеру, Сергей на летних каникулах подрабатывал пилотом-наемником и принял участие в боливийско-парагвайской, а затем и в итало-абиссинской войне. Однажды во время практики способный русский получил необычное задание. Из числа тюремных заключенных для него отобрали 20 немецких коммунистов и членов их семей, страдавших разными формами онкологических заболеваний. Пообещали всех, кого он вылечит, отпустить на волю. Вронскому тогда удалось спасти шестнадцать человек, среди которых было четверо детей. Весьма интересовала правителей нацистской Германии и астрология, всем хотелось проникнуть в тайны собственной судьбы, упрочить свою власть. В 1935 году Гитлер даже провозгласил ее «имперской наукой».

Он очень серьезно относился к предсказаниям и гороскопам – великую будущность нагадала ему в юности цыганка, а знакомый астролог Соботендорф предупреждал о возможности провала организованного Гитлером ноябрьского «пивного путча» 1923 года, после которого Адольф угодил в тюрьму. И поэтому он решил впредь никогда не рисковать. Придя к власти, постоянно держал при себе тибетского монаха, прозванного «человеком в зеленых перчатках». Ни одной военной или государственной акции в «третьем рейхе» не предпринимали, не посоветовавшись с ним. Поэтому понятно, что выпускников Биорадиологического института – специалистов по астрологии и экстрасенсорике – в фашистской Германии ожидала блестящая карьера.

Рис. 2. Фотография верхушки рейха. Слева направо – Геббельс, Гимлер, Гесс, Гитлер.

Вронский успешно и досрочно закончил курс. И в один прекрасный день его вызвали в кабинет ректора. Там его ожидали незнакомцы в форме вермахта:

– Вы удивили преподавателей своими успехами в учебе, – сказали Сергею, – мы тоже довольны вами и думаем, что в ваших интересах свои знания и жизнь отдать на благо фюрера и великой Германии. Нацистам, «завербовавшим» Вронского, и в страшном сне не могло присниться такое – несмотря на то, что сделали с его семьей красные, Сергей еще в сентябре 1933-го вступил в компартию Германии и, возможно, уже тогда начал работать на советскую разведку. Не подтверждая этого сотрудничества открыто, Сергей Алексеевич позже вспоминал: «В эти страшные годы я был не только студентом, но и подпольщиком. С 1938 года несколько раз тайно бывал в Советском Союзе… Но пока об этом говорить не имею права». Не исключено, что причины такого поворота в его судьбе надо искать в его юношеских годах – серьезное влияние могла оказать на него дружба с Вилисом Лацисом, будущим латышским советским писателем и крупным коммунистическим деятелем.

Личный пророк Гесса

Рис. 3. Портрет Гесса.

Еще в Риге, когда было решено отправить Сергея на учебу в Германию, знакомая их семьи дала ему рекомендательное письмо к видному нацистскому функционеру Иоханну Коху. У него Вронский и познакомился с одним из нацистских руководителей Рудольфом Гессом, который увлекался мистикой. После целой череды сбывшихся пророчеств Вронского Гесс начал безоговорочно доверять новому знакомому. «Сошлись мы на астрологии, – рассказывал Сергей об их отношениях, – и Гесс стал моим первым учеником. Он оказался очень способным в познании этой науки, но ему мешала большая самоуверенность. Общаясь с ним, я начал по-настоящему применять мои способности гипноза и внушения. Надо сказать, он хорошо поддавался этому. Сначала я вошел в круг его друзей и сослуживцев. Когда же меня допустили «ко двору», куда чужих не подпускали на пушечный выстрел, интуиция и мои навыки помогли мне разгадывать корыстные и карьерные игры среди приближенных Гесса, их возникающие союзы и группировки. Я давал ему советы, как с кем вести себя, кого остерегаться, кого приблизить. Он очень прислушивался к этим советам, так как я обычно попадал в точку». Вронский оказался причастен и к одной большой нацистской тайне. Как известно, Гесс, второе лицо в нацистской партии после Гитлера со всеми вытекающими отсюда привилегиями – материальными и властными, – в мае 1941 года бежал из Германии.

«Звезды управляют дураками, а умные – своими звездами». Это древнее изречение любил повторять наци № 2 Рудольф Гесс. Но однажды Еву увидел Гитлер, сразу же влюбился в нее, а потом и предложил стать его избранницей. Гесс немедленно позвонил Вронскому и сказал: «Твои слова исполнились точно». С того момента русский граф окончательно завоевал доверие Гесса и стал лечить биополем высших нацистских чиновников и даже самого Гитлера, страдавшего желудочно-кишечными и психическими расстройствами. Оказавшись в близком окружении Гитлера, Вронский, естественно, установил и доброе знакомство с его личным астрологом Карлом Эрнстом Крафтом, что позволяло ему оказывать нужное влияние даже на астрологические прогнозы, которые готовились для фюрера. А в Берлине наш герой стал весьма модной фигурой и приобрел широкую известность как экстрасенс-медик и почти придворный астролог.

Как известно, Гитлер увлекался оккультизмом. Поэтому в рейхе беспрепятственно функционировало множество научных и псевдонаучных организаций, которые занимались мистическими исследованиями. Наиболее известными были общество «Вриль» и группа «Туле». Своими родоначальниками эти «научные кружки» считали рыцарей ордена тамплиеров (храмовников). Есть свидетельства, что именно к тайному обществу «Вриль» примыкали многие германские друзья Вронского. Отсюда тянется цепочка, которая может привести нас к пониманию «великой тайны», о которой он не раз говорил впоследствии, во время его жизни в Советском Союзе. Напомним, что Рудольф Гесс был в 30-е годы для Сергея самым близким человеком, а известный немецкий ученый-мистик и геополитик Карл Хаусхоффер, по признанию самого Вронского, дружил с ним. Именно эти двое – Гесс и Хаусхоффер – внушали будущему фюреру Германии идеи «великого учения» Дитриха Экарта, которые они оба разделяли. Экарт – человек, стоявший у истоков тайного общества «Туле», – говорил своим друзьям незадолго до смерти: «Идите за Гитлером. Он поведет танец, но музыку для него написал я». Похоже, именно эта музыка немецких масонов повлияла и на судьбу российского экстрасенса. Вполне возможно, что Сергей, помимо всего прочего, был еще членом некоего тайного общества, которое ставило своей целью повлиять на развитие человеческой цивилизации, не обращая внимания на жизнь отдельных людей и даже целых народов. Уже на закате своих дней он признавался: «Я не вправе рассказать всю правду… Есть принцип: посвященный в великую тайну должен унести ее с собой». Известно, что он рассказывал, и довольно подробно, о своих встречах и с высшими чинами фашистской Германии, и с руководителями советских спецслужб. Следовательно, не это было «великой тайной», предопределившей судьбу «посвященного» Сергея Вронского.

Так что же он унес с собой в могилу? Чтобы хоть предположительно понять, к каким тайнам был причастен Вронский, нам придется вспомнить начало ХХ века. Тогда во многих странах, и, прежде всего, в Германии, США и России, возродились тайные общества масонского направления. Но если раньше масоны ориентировались на Египет, то теперь они пытались найти «вечную истину» в магической стране Шамбале. В Тибет отправлялись экспедиции, снаряжаемые совершенно несовместимыми между собой учреждениями. Там, например, побывало несколько экспедиций немецкого Биорадиологического института (где, как мы знаем, учился, а затем работал Сергей Вронский), экспедиция русского философа и художника Николая Рериха, которая обильно финансировалась некими американскими «филантропами». Несколько раз пытались отправиться туда и советские почитатели Шамбалы. В частности, выделить деньги на такую экспедицию просил пламенный рыцарь Октябрьской революции Феликс Дзержинский. Однако вернемся к германскому периоду жизни Сергея Вронского.

Без санкции Москвы

Близкие отношения Вронского с фашистскими главарями не могли не вызывать подозрения у руководства советской разведки: на кого же на самом деле он работает? Не случайно в 1942 году ему было предложено срочно прибыть в СССР – якобы в связи с вручением награды. Позднее Вронский рассказывал, что, сверившись с гороскопом, он увидел крайне неблагоприятные перспективы для себя. Но оставаться в Германии тоже было нельзя – те же звезды предсказывали скорое разоблачение и неминуемую гибель. Да что звезды! После побега Гесса для астрологов немецких начались нелегкие времена. Многие оказались в тюрьмах.

По эту сторону фронта

Увидев в списках безнадежных знакомое имя (дело в том, что в свое время Николай Нилович близко знал старшего Вронского), Бурденко потребовал немедленно готовить Сергея к операции. И случилось чудо – безнадежный выжил. Однако травма была очень серьезной – пришлось восстанавливать навыки речи, учиться ходить. В 1943-м Вронского демобилизовали с инвалидностью первой группы и отправили в глубокий тыл. В 1944-м Вилис Лацис, будущий премьер-министр Советской Латвии, случайно встретил бедствовавшего друга детства в Уфе. Похлопотал о нем. Сергея Алексеевича направили в освобожденную от немцев балтийскую республику инспектором гражданской авиации. В 1945-м его назначили директором средней школы в Юрмале. А в 1946-м по доносу арестовали, осудили на 25 лет трудовых лагерей и отправили в Мордовию, в Потьминские лагеря:

– Лагерному начальству я казался полубогом, – рассказывал Вронский. – Они подчинялись мне безоговорочно, боясь за свое здоровье, а я лечил их гипнозом и психотерапией. И вот тогда он решил использовать эту удачно сложившуюся ситуацию и применить приобретенные в «Заведении № 25» навыки: он успешно симулировал последнюю стадию неизлечимого онкологического заболевания – и тюремный врач поспособствовал тому, чтобы заключенного, отсидевшего лишь пятую часть срока, «отпустили умирать на свободу». Вронский поселился в Юрмале. Правда, никак не мог устроиться на работу, если его где-то и принимали, то вскоре увольняли под благовидным предлогом – одного звонка из «ведомства» было достаточно. Выжить ему помогал бывший школьный товарищ, работавший под Ригой следователем. Паранормальные способности Сергея использовали при поиске пропавших людей и вещей. В 1963 году Вронский, наконец, переехал в Москву. Подпольно – на кухнях – читал московской богеме свои лекции по астрологии. Знакомый экстрасенс свел его с философом Алексеем Федоровичем Лосевым, у которого он прожил около года. Потом в поисках постоянной работы «пробовался» то в МВД, то в КГБ, то в Минобороны. Вспоминать об этих мытарствах Сергей Алексеевич не любил. Наконец, по личному распоряжению Хрущева его направили в Звездный городок – работать «по специальности». О людях, с которыми его свела здесь судьба, вспоминал он с теплом. Жаль только, к советам Сергея Алексеевича руководство Звездного городка не всегда прислушивалось… Он, например, настаивал на переносе даты операции Сергея Королева (генеральный конструктор умер на операционном столе). Вместе с Юрием Гагариным побывал в США, встречался с братьями Кеннеди, предсказал трагическую гибель им и Мэрилин Монро. В 1968-м Вронского пригласили в лабораторию биоинформации, где он читал будущим врачам-биорадиологам лекции о влиянии космических факторов на организм и психику человека. Но кто-то из слушателей поспешил «настучать», и изучать «лженауку» тут же запретили. Несмотря на все злоключения, подпольного астролога оценили «на самом верху», стали обращаться за рекомендациями – чаще охрану высшего руководства интересовали удачные дни отъезда, пребывания в другой стране. Леонид Ильич, запуганный «китайской угрозой», очень хотел знать точную дату смерти Мао, надеясь на улучшение советско-китайских отношений после этого события. Такая работа не приносила Вронскому ни славы, ни денег. Только после прихода к власти Андропова ему официально разрешили заниматься космобиологией (астрологией). Утверждают, что питал слабость к астрологии и Юрий Андропов. Став генсеком, он официально разрешил заниматься этой наукой. Кстати, говорили, что Андропов давно, еще со времен Великой Отечественной войны, знал о человеке, работавшем на нас в Германии. Во всяком случае, в начале 80-х Вронский подготовил для нового руководства гороскоп и вскоре стал читать свои лекции на курсах усовершенствования партработников. В последние годы жизни Сергей Алексеевич очень нуждался, но от «скользких» денег отказывался всегда, даже в самые трудные времена. Как-то в госпиталь, где лечился Вронский после ранения в голову, пришел Александр Фадеев. Известный писатель решил писать роман о Сергее Алексеевиче. Говорили, будто идею эту Фадееву подбросил сам Лаврентий Берия, он же подсказал, что граф одинок и наверняка нуждается в средствах. Фадеев и выложил на тумбочку две пухлые пачки. И… был с позором изгнан. Вронский не поверил тогда Фадееву. Ведь к нему, еще плохо видевшему и слышавшему после ранения, уже приезжали «писатели» из тайного ведомства. Фадеевский роман о графе Вронском так и остался ненаписанным. Но Фадеев познакомил его с московскими и ленинградскими учеными. Это и позволило Вронскому выжить, когда он переехал в Москву. В девяностых годах Вронский издал несколько книг, начал писать энциклопедию классической астрологии. Казалось, вот-вот его жизнь наладится. Не тут-то было. Его труды воровали, а пиратские издания ничего не принесли автору, скромно жившему на мизерную пенсию.

Умер Сергей Алексеевич Вронский 10 января 1998 года, почти закончив в рукописи 12-томный труд «Классическая астрология». По фундаментальности работа эта не имеет аналогов в мире…

Почему судьба, так щедро одарив нашего героя, в конце концов, так несправедливо обошлась с ним? Сетовал ли он на все эти несправедливости? Вот что говорил об этом сам Вронский: «Мы не властны выбирать время своей жизни. Оно даровано нам, и наша обязанность им дорожить».

В заключение статьи некоторые выдержки из интервью Вронского [7] :

«Если до сих пор в советских энциклопедиях «астрология» трактуется как «буржуазная лженаука», то в «Новой международной энциклопедии» США говорится, что «предсказания наиболее опытных астрологов, строятся на прочных определениях и установках, добытых с помощью наблюдений за феноменами, и на твердых правилах интерпретации…»

Астрология – одна из древнейших наук, с помощью которой человек стремится познать как самого себя, свою судьбу и свое будущее, так и окружающий мир, тайн

Источник

ВРОНСКИЙ СЕРГЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

(род. в 1915 г. – ум. в 1998 г.)

Выдающийся астролог, целитель, экстрасенс. Точно предсказал судьбы всей верхушки Рейха и политической элиты Советского Союза. Работая в ставке Гитлера, являлся шпионом ставки Сталина. Автор уникальной методики расчета благоприятных и неблагоприятных периодов для конкретного человека на основе его биоритмов. Автор многих популярных книг по астрологии и фундаментального 12-томного труда «Классическая астрология».

Этот удивительный человек был одновременно и Нострадамусом и Штирлицем, так и не раскрывшим тайну своей жизни и необычной судьбы. Он знал, когда погибнет Гагарин, что случится с Гитлером, предсказал судьбу тогда еще никому не известной Евы Браун. Услугами этого популярного в узких кругах астролога пользовались Федор Шаляпин, Александр Алехин, Грета Гарбо, Мэрилин Монро и многие другие знаменитости. Он спасал фюрера от приступов жестокой головной боли и передавал в ставку Сталина секретные сведения из логова фашизма.

Возможно, на стремительное развитие необычных способностей Вронского повлиял шок, испытанный им в раннем детстве, – в пять лет он потерял всю семью. Не случись этого, кто знает, может быть, Сергей стал бы известным политиком или дипломатом. Ведь к тому были все предпосылки – он принадлежал к старинному польскому роду, знатному и очень богатому. Отец Сергея, Алексей Вронский, был генералом и возглавлял шифровальный отдел Генштаба царской армии. Царский генерал мог себе позволить выписать из Петербурга в Ригу, где проживал с семьей, для жены лучших акушерок, которые принимали детей самого царя. 25 марта 1915 года они помогли появиться на свет десятому ребенку в семье Вронских, которого родители нарекли Сергеем.

Как и другие дети, Сережа рос под присмотром нескольких гувернанток-иностранок, которые общались с ним на французском, английском, немецком языках. Его отец по долгу службы знал 42 языка, а мальчик к пяти годам освоил уже пять, впоследствии уверенно овладел еще семью. Завидную семейную идиллию грубо прервали те же, кто прервал жизнь членов царской семьи. Одним далеко не прекрасным днем 1920 года отряд красноармейцев под командованием Якова Яворского ворвался в дом, где полным ходом шли приготовления к отъезду (Вронские собирались покинуть страну). И хотя глава семейства предъявил разрешение на выезд за границу, оно не возымело должного действия. И даже подпись Ленина на этом документе не остановила непрошеных гостей. Красноармейцы расстреляли отца, мать, братьев, сестер Сережи и… пятилетнего сына бонны-итальянки. Мальчик в это время играл в доме, и его приняли за младшего Вронского. Настоящий же играл в саду, и бонна, пораженная разыгравшейся трагедией, буквально схватила его в охапку и укрыла от беды у соседей. Так Сережа Вронский чудом избежал смерти. Потеряв сына, безутешная бонна Амелита Вазарини решила не оставаться в дикой стране, а как можно скорее уехать за границу. Она взяла с собой и своего воспитанника, маленького сироту Сережу. Поскольку он был одного возраста с ее погибшим сыном, ей без особого труда удалось провезти его по документам убитого мальчика.

Сначала они приехали в Берлин, потом поселились в Париже. Там жили многие русские аристократы, которые хорошо знали старшего Вронского. Они всячески помогали Амалии и ребенку. Через два года Сережу разыскал родной дед, а вскоре из далекой Америки прибыла и бабушка, которая была несказанно богата. Она решила забрать внука к себе, но в Америку не вернулась, а поехала в Ригу, где купила несколько домов.

Сережа, вновь обретший родственников, ни в чем не знал нужды. Он был окружен заботой и лаской. Бабушка много внимания уделяла его воспитанию, лично занимаясь с любимым внуком. Эта черногорская княгиня сама была неординарной личностью. Она получила образование в Германии и Франции, знала несколько языков и славилась удивительной эрудицией. Более того, она происходила из старинного рода, в котором были ясновидящие и целители. Княгиня сама владела гипнозом и разбиралась в нетрадиционной медицине. Быть может, именно она первой разглядела во Вронском выдающиеся способности. Она передала внуку, еще ребенку, все, что знала сама. И мальчик удивил ее своими успехами. Уже в детстве, играючи, он составлял достаточно точные гороскопы для близких и друзей, не допуская грубых промахов.

Княгиня, сама получив прекрасное образование, стремилась дать блестящее образование и своему внуку. Сережа учился в престижной Миллеровской частной гимназии в Риге. Учился он легко, хотя и без особого «фанатизма», вел себя с присущей детям шаловливостью. Он был очень разносторонним ребенком, ему хотелось все попробовать. Бабушка ничего не запрещала и с радостью воспринимала все его начинания и новые увлечения. И за что бы он ни брался, все выходило у него на пять с плюсом. Сережа очень любил спорт: занимался борьбой, боксом, теннисом, автогонками. Был неравнодушен и к музыке: пел в хоре мальчиков в одном из соборов, играл на фортепиано и аккордеоне. Кроме того, занимался бальными танцами, не раз побеждая на всевозможных конкурсах.

А в 17 лет Сереже Вронскому захотелось летать. За несколько месяцев он закончил авиашколу в Инсбруке (Австрия). Закончил с отличием. Как, кстати, и гимназию. Наступило время получить высшее образование. Говорят, он провалил экзамены в Латвийский университет и потому поехал за границу. Путь его лежал в Берлин. Поскольку немецким он владел в совершенстве, проблем с учебой не должно было быть.

Бабушкина знакомая дала Сергею рекомендательное письмо к Йоханну Коху, который впоследствии долгое время опекал юношу. В 1933 году Вронский без проблем стал студентом медицинского факультета Берлинского университета. А вскоре, благодаря своим необычным способностям, он попал в уникальное учебное заведение – Биорадиологический институт, известный в Германии также под названием «Учебное заведение № 25». В нем готовили экстрасенсов-целителей для верхушки Третьего рейха, и попавшему туда была обеспечена головокружительная карьера. Отбор проходил очень и очень строго, среднестатистический человек не мог даже мечтать о том, чтобы стать студентом этого института. Сергей Вронский оказался среди десяти избранных (а претендентов было более трехсот). Пройти отбор не помогали ни связи, ни деньги. Имели значение только способности претендентов и… их гороскопы. Пожалуй, последние были самыми главными, решающими документами. Именно по ним опытные астрологи решали, имеется ли у кандидатов необходимый потенциал.

У Сергея Вронского гороскоп был самым подходящим и указывал на выдающиеся экстрасенсорные способности. Таким образом, благодаря звездам Сергей стал студентом этого учебного заведения. Институт на самом деле был необычным. Психология, философия и медицина являлись только вершиной айсберга, который предлагалось познать студентам. Помимо этого они осваивали гипноз, внушение, шаманство, секреты знахарства, восточные техники лечения, в том числе иглотерапию. Под одной крышей изучались самые действенные методики лечения со всего света, в этом институте восток встречался с западом, а древность сплеталась с последними достижениями психотерапии и науки в целом.

Необычные лекции читали необычные преподаватели – среди них были и тибетские ламы, и китайские лекари, и индийские йоги. Так что за уровень подготовки своих целителей верхушка Третьего рейха могла быть спокойна. Полученные знания студенты закрепляли на практике, проходившей то в Африке, то в Индии, то в Америке.

Да и во время учебы скучать студентам не приходилось. Так, однажды Сергею Вронскому как одному из самых способных предложили странную «лабораторную работу». К нему привели из лагерей двадцать пленных коммунистов и членов их семей. Все эти люди страдали различными онкологическими заболеваниями. Условие было таковым: если Сергею удастся кого-то вылечить, этих людей отпустят на свободу. С помощью биополя, без лекарств он избавил от болезни 16 человек, среди них было и четверо детей. Можно сказать, Вронский справился с лабораторной на «отлично».

На каникулах, чтобы улучшить финансовое положение, бесстрашный Вронский подрабатывал пилотом… на войне. Он принял участие в боливийско-парагвайском и итало-абиссинском конфликтах. С его участием в итало-абиссинской войне связана красивая история, правдивость которой, к сожалению, проверить невозможно. Рассказывали, что в привлекательного пилота-наемника влюбилась дочь махараджи Лейла. Он действительно был достоин любви принцесс – красив, загадочен, безрассудно смел и очень умен. Он покорил Лейлу, как покорял многих представительниц слабого пола. На его счету было немало разбитых сердец. Но перед прелестями очаровательной Лейлы Сергей устоял. Молодому пилоту-экстрасенсу не нужна была ни ее любовь, ни ее сказочное приданое. На память о себе девушка подарила «рыцарю сердца» дорогой перстень в виде глаза. Она утверждала, что эта вещь в течение десяти лет будет предсказывать судьбу, а потом от перстня нужно избавиться. Сергей, видимо, так и поступил, если, конечно, этот перстень вообще существовал.

В «Учебном заведении № 25» Вронскому удалось стать лучшим из лучших. Он даже окончил его досрочно. Сергей получил специальности хирурга (на которую он и поступал в медицинский), психотерапевта, астролога, психолога, целителя, космобиолога, философа… И самое главное, он получил работу в ставке Гитлера. Ему предложили должность врача и консультанта-астролога. Нужно сказать, что Гитлер свято верил в астрологию, которую возвел в ранг имперской науки, а также в иные предсказания будущего. Он постоянно держал при себе тибетского монаха. Кроме того, Гитлер питал слабость к всевозможным целителям и безошибочно отличал профессионала от самозванца. Вронский этот экзамен выдержал, он полностью устраивал фюрера и как астролог, и как целитель – он снимал серьезные головные боли, мучившие Гитлера.

Появлению Вронского в ставке Гитлера немало поспособствовал Рудольф Гесс, бывший правой рукой фюрера. Гесс очень сблизился с молодым экстрасенсом, которого ему представил все тот же Йоханн Кох.

Полностью доверять Сергею как астрологу Рудольф Гесс стал после такого случая. Он собирался жениться на кузине Коха, а Вронский составил гороскоп и заявил, что свадьбы не будет. Гесс был возмущен наглостью вчерашнего студента. Через несколько недель его невеста погибла в автомобильной катастрофе. Вронский как в воду глядел. И совсем «добил» он Гесса, когда произнес свое пророчество молоденькой девушке по имени Ева Браун. Она очень хотела, чтобы ей предсказали судьбу. Вронский, узнав дату ее рождения, немного поколдовал над гороскопом и заверил, что ее ждет великое будущее благодаря очень удачному замужеству. Ева только смущенно улыбнулась. Ну на что могла рассчитывать скромная работница ателье? Очень скоро ее заметил Гитлер, и у Гесса не осталось вообще никаких сомнений относительно способностей Вронского.

Рудольф Гесс и сам был не прочь повелевать звездами и некоторое время брал у Вронского уроки астрологии, упражнялся в составлении гороскопов. Впоследствии Сергей Алексеевич отзывался о Гессе как о довольно способном ученике, хотя и с большим самомнением. Для второго лица рейха он стал не только личным астрологом, но и близким другом. Гесс прислушивался к каждому совету Вронского, внимал каждому его слову.

Одного только не рассказывал блестящий астролог своему старшему другу – того, что с 1933 года он состоял в партии немецких коммунистов. Вронский вступил в их ряды по рекомендации Рихарда Зорге и Вилиса Лациса. Он был отменным шпионом, никто и никогда в ставке Гитлера не мог и подумать, что он, движением руки снимающий фюреру боль, так же виртуозно и оперативно передавал важные данные в ставку Сталину.

Так, благодаря его четким действиям, вполне могло состояться покушение на Гитлера. Сталин, разрабатывая этот вариант, отдал приказ всеми правдами и неправдами ввести в круг нацистской верхушки бывшего боксера Игоря Миклашевского. Именно он должен был «убрать» Гитлера. Вронский без особого труда, очень изящно познакомил советского боксера с «цветом» нацистской Германии. Сначала он представил Миклашевского известному немецкому коллеге, который был вхож в коридоры Третьего рейха, а там уже и до верхушки было недалеко. Дело продвигалось так успешно, что вскоре Сталину доложили: есть все предпосылки для удачного покушения. Но он по каким-то причинам отменил приказ.

Таким образом, Вронский работал в прямом смысле на два фронта. Но и там, и там он хорошо исполнял свои обязанности. Как разведчик Сергей Алексеевич был осторожен и четок, его информация ценилась на вес золота. В то же время он добросовестно выполнял обязанности придворного лекаря и звездочета. Нацистской верхушке он всегда говорил правду относительно расположения звезд и непременно предлагал наилучший для них вариант, несмотря на членство в коммунистической партии. Правда, его советам не всегда следовали. Вронский предрекал падение нацистского режима, когда тот был в самом расцвете, но астролога как будто не слышали. Он видел по звездам, что Вторая мировая приведет немцев к краху, он точно предсказал Гитлеру, когда и как он умрет. Но в зените славы фюрер не внял его предостережениям.

А вот Рудольф Гесс верил всем гороскопам, составленным Вронским, – даже тем, которым совсем не хотелось верить.

Иначе как объяснить, что будучи вторым лицом Третьего рейха, в 1941 году, когда нацистская Германия празднует победу за победой, он вылетает в Англию, прыгает с парашютом и сдается в плен. Безумный поступок, на первый взгляд. Однако на все есть свои причины. Существуют разные версии по поводу такого странного поведения Гесса. Одна из основных связана именно с гороскопом, который составил для него Вронский. Звезды ясно показывали, что Рудольф Гесс вскоре закончит жизнь на виселице, если останется верен нацистской Германии. В одном из интервью Сергей Вронский так говорил об этом: «К 1941 году мы были близки и полностью откровенны. Рудольф знал о плане «Барбаросса». Мы составили астрологический прогноз, отталкиваясь от точного времени вторжения. Расчеты предвещали полный крах нацистской Германии. Гороскоп перепроверялся не раз. Все сходилось в точности. Гесс обратился к фюреру с просьбой перенести дату, но Гитлер поднял его на смех. В побеге Гесса нет ничего удивительного. Он сам увлекался астрологией, страстно верил в нее. Думал даже бежать в Россию, к Молотову, но звезды предсказывали немедленную гибель. Английский вариант обещал жизнь. Так и случилось. Гесс пережил своих товарищей по партии на 50 лет».

Скорее всего, он не выжил бы, ведь его даже не собирались оперировать. Но ему снова, как и в детстве, помог счастливый случай – его фамилию в списке безнадежных увидел сам Бурденко. Хирург приказал немедленно готовить раненого к операции, несмотря на его неоперабельное состояние. Дело в том, что Бурденко хорошо знал Вронского-старшего и был о нем высокого мнения. Мало кто верил в успех этой операции. Но Бурденко совершил невозможное, вернул Вронского к жизни, вставив ему в голову платиновую пластинку (через некоторое время он же заменил ее на более легкий сплав).

Правда, Сергею Алексеевичу пришлось долго восстанавливаться после ранения, он много времени провел в госпитале. Он учился не только ходить, но и говорить. Это требовало каторжных усилий, но с его силой воли это было вполне преодолимо. А вот руки были так повреждены, что о карьере хирурга думать уже не приходилось.

Вместо Звезды Героя Сергей Вронский получил вторую группу инвалидности. В 1945 году он поселился в Юрмале, блестящее образование позволило ему стать директором одной из школ. Правда, надолго он там не задержался: видимо, звезды никогда не сулили Вронскому стабильности. Из класса Сергей Алексеевич отправился прямо на нары. А все потому, что не вывел своих подопечных смотреть на публичную казнь немецких офицеров. На него тут же был написан донос «куда следует», к которому прилагалась информация, что он сотрудничал с немцами, и вещдок – его фотографии в немецкой форме. Церемониться с Вронским не стали, он был приговорен сначала к высшей мере, а потом к двадцати пяти годам тюремного заключения, но провел за решеткой около пяти лет.

Покинуть колонию Вронскому удалось благодаря навыкам, полученным в Биорадиологическом институте. Педагоги, которые обучали его гипнозу и внушению, могли бы им гордиться. По одной версии, Сергею Алексеевичу удалось бежать, усыпив бдительность охранников, по другой – он притворился мертвым. По третьей, смог убедить всех, что у него тяжелая форма рака, и через пять лет его выпустили на свободу умирать. Сейчас трудно определить, как же все было на самом деле. Ясно одно: умирать Вронский не собирался, он был бодр и полон сил. Только вот чем и где мог заняться судимый дипломированный астролог? Некоторое время он скрывался у знакомых. А потом сменил немало профессий и рабочих мест, но нигде надолго не задерживался, начальство находило массу причин для увольнения.

В начале 1960-х Вронский был полностью реабилитирован и смог перебраться в Москву. Жил он то у одного знакомого, то у другого, читая на кухнях лекции по астрологии, послушать которые собиралось немало желающих. Об этих годах сам он вспоминал так: «Началась настоящая научная “подпольная” работа. “Подпольная” потому, что велась она не в лабораториях или институтах, а на частных квартирах. “Астрология? Это буржуазная лженаука! Биорадиологический метод лечения? Такого не бывает, это обман и самообман! Экстрасенсы, телепаты? Их быть не может!” На нас смотрели как на инакомыслящих». Тем не менее, рассказывал Вронский, партийная верхушка и в те времена обращалась к нему за гороскопами. А вот о чем совсем не любил говорить Сергей Алексеевич, так это о сотрудничестве с МВД, КГБ и Министерством обороны. Он всегда уходил от разговоров об этом, как и о своей деятельности в ставке Гитлера.

В 60-х годах прошлого века Вронский пытался заниматься и преподаванием. В лаборатории биоинформации (ею руководил профессор Михаил Коган) он начал подготовку отечественных врачей-биорадиологов (целителей). Но в скором времени один из «благодарных» студентов написал донос, и власть быстро запретила эти занятия.

По ходатайству Хрущева Вронского приняли на работу в Звездный городок, консультантом. К тому времени он уже разработал систему благоприятных и неблагоприятных периодов на основе биоритмов человека. Он составлял личные гороскопы для обитателей Звездного городка. Это были подробные рекомендации на каждый день. И лучше было бы, если б к ним прислушивались. Так, день 27 марта в личном гороскопе Юрия Гагарина был отмечен как неблагоприятный день для полетов. «Трижды неблагоприятный день», – подчеркивал Вронский. Все составляющие биоритмов находились на критически низкой отметке. Но любивший опасность Юрий все-таки взлетел в небо. Живым он не вернулся. Настаивал астролог и на перенесении даты операции Сергею Королеву. Этот день был крайне нежелательным для хирургического вмешательства, но его не послушались. Королев не дожил до конца операции.

Тут же, в Звездном городке, Вронский обучал желающих составлению гороскопов. Одной из прилежных учениц была его будущая жена, Лиана Жукова. Талантливый инженер, она проявила неплохие способности в интерпретации гороскопов, хотя больших способностей к целительству и не имела.

С приходом к власти Андропова, который дал официальное «добро» астрологии, Сергей Вронский смог преподавать в Институте усовершенствования партийных работников. В 80-х годах XX века стремительно росла популярность загадочной науки, и Вронскому стало легче дышать. Теперь его не считали «лжеученым» и открыто шли к нему за авторитетным советом, а он мог открыто нести свои знания людям.

С 1992 году Вронский вновь поселился в родной Риге. Он читал много лекций, которые имели ошеломляющий успех, писал гороскопы для газеты «Московский комсомолец». Бывший шпион очень много сделал для популяризации астрологии в Советском Союзе. Он всегда подчеркивал, что это точная наука, как, например, математика, и не понимал скептического к ней отношения. Об этом на заре 90-х он написал и в своей первой книге, принесшей ему широкую известность, – «Астрология – наука или суеверие?» В работе «Гороскоп для Евы» (1992 г.) Сергей Вронский предсказал окончательный и бесповоротный распад Советского Союза, а также затяжную войну на Кавказе.

Не принесли баснословных доходов и предсказания руководящей верхушке Советского Союза. Его клиентами в свое время были Брежнев, Андропов, Горбачев, Ельцин. Вронский не стремился обогатиться за счет сильных мира, составляя им гороскопы. Он жил всегда небогато, хотя, вероятно, выдающиеся способности могли бы обеспечить ему роскошное существование. Но он опасался таких денег, да и не хотел быть купленным.

В конце 80-х – начале 90-х годов прошлого века к Вронскому толпами потянулись журналисты, желающие раскрыть тайну шпиона-астролога. Сергей Алексеевич до последних дней оставался в здравом уме и ясной памяти, мог вспомнить многие подробности и был интересным собеседником. Он мог часами говорить об астрологии, рассказывать кое-какие факты из жизни – но только то, что считал нужным, оставляя в своей биографии множество белых пятен. Он говорил, что сможет рассказать всю правду о своем пребывании в Германии только после 1995 года, но так и не рассказал. Никому не удалось развеять ореол таинственности вокруг его личности. А в одном из интервью он вообще заявил, что «посвящен в великую тайну, но должен унести ее с собой». Эта загадочность Вронского породила массу версий о том, какую же тайну так бережно хранит астролог.

Некоторые исследователи считают, что это была его причастность к одной из масонских лож – тайному обществу, искавшему мифическую страну Шамбалу и мечтавшему установить свой миропорядок. Масоны хотели заставить мир плясать под свою дудку, и их не занимали интересы отдельных людей и государств, они мечтали о мировом господстве, о том, что будут тайно управлять миром по своему усмотрению. Сторонники этой версии утверждают, что идеей масонства Вронского заразил самый близкий ему в Германии человек – Рудольф Гесс, который сам был членом этого общества. Если верить этой версии, Сергея Вронского не волновала ни судьба Германии, ни судьба России, поэтому он так легко и работал на два фронта, руководствуясь секретным масонским планом. Члены этого тайного общества, чувствуя себя дирижерами мирового оркестра, исполняли свою пьесу, по своим, понятным только им законам.

Насколько верны эти предположения, сказать сложно. Только сам Вронский мог пролить свет на таинственные эпизоды своей жизни. Но, как и обещал, Сергей Алексеевич унес с собой великую тайну – о масонстве или о чем-то другом… Он умер 10 января 1998 года, оставив потомкам увесистую рукопись своей «Классической астрологии» и множество нераскрытых тайн своей жизни.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

вронский с а биография

Сергей Вронский

LiveInternetLiveInternet

—Цитатник

—Метки

—Музыка

—Рубрики

—

—Поиск по дневнику

—Подписка по e-mail

—Интересы

—Друзья

—Постоянные читатели

—Сообщества

—Трансляции

—Статистика

Вронский Сергей Алексеевич. Судьба удивительного человека

ВРОНСКИЙ СЕРГЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ

Читайте также

Неистовый Сергей Сергей ПАРАДЖАНОВ

КОРОВИН Сергей Алексеевич

КРЕЧЕТОВ Сергей Алексеевич

Сергей Алексеевич Чаплыгин[109]

НИКОЛАИ АЛЕКСЕЕВИЧ

3. Сергей Алексеевич Усов

2. Сергей Бойко ГЕРМАН АЛЕКСЕЕВИЧ БЕЛИКОВ

ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ Евгений Алексеевич

Сережа, Сергей, Сергей Михайлович

Воробьев Иван Алексеевич

Данилов Петр Алексеевич