«Зачем реабилитация, вы же на костылях!»
«Операция опасна», — сказал врач, а Яна поверила
О том, что у нее проблемы с тазобедренным суставом, Яна узнала в 20 лет. А сейчас ей 36, и она только недавно решилась на операцию с эндопротезированием — заменой сустава. 16 лет она мучилась от боли, которая быстро стала хронической, терпимой, «своей». Думала: «Как-нибудь перемогу, как-нибудь перетерплю».
Старые друзья, встречая ее случайно, удивлялись: «Ты хромаешь?», а она отмахивалась, потому что хромота тоже стала привычной. Ей было сложно одеваться — надеть носки, обувь, застегнуть молнию на сапогах, — и она просила мужа или детей, потому что наклоняться было и больно, и тяжело. Но и к этому она привыкла. Даже перестала покупать те самые сапоги, туфли, ботинки и стала ходить в обуви, которую можно надеть сразу, калоши, например. И все чего-то ждала, и все терпела.
Почему же — спросите вы. И Яна ответит: потому что однажды врач сказал ей, что операция не поможет, а она поверила.
В тот день Яне стало плохо в метро: она почувствовала резкую боль в ноге и чуть не упала. Отдышалась, боль ушла, но не полностью, записалась к врачу и услышала диагноз: «врожденный подвывих тазобедренного сустава». А на вопрос: «Что мне делать?» врач ответил, что операция и протез — это очень опасно. «И вообще, это для бабушек, которым уже нечего терять».
«20 лет, молодая девочка, наверное, у меня не было развито критическое мышление, — говорит Яна.
Я не допускала даже мысли, что доктор может быть не прав, что можно как-то засомневаться, узнать мнение второго врача.
Я была напугана раз и навсегда. На 16 лет».
Терпела боль, пока не прочла интервью на «Правмире»
Яна живет в городе Балашиха Московской области. У нее чудесная семья. Муж работает инженером, он авиаконструктор. Трое детей: Косте 11 лет, Злате — 8, Олегу — 5. Яна окончила институт печати, потом получила второе высшее образование, экономическое. Работала в разных издательствах верстальщицей, обрабатывала фотографии. А с мужем Станиславом они познакомились в 2003 году в клубе, на концерте авторской песни.
Яна, кстати, сама прекрасно умеет играть на гитаре и поет. А еще плетет кружевные украшения и игрушки на елку, печет торты и делится рецептами в соцсетях. В общем, все в этой семье действительно было бы чудесно, если бы не Янина нога, которая болела и болела. Годами.
О диагнозе знали врачи, которые вели все три Янины беременности, но ни один из них, выписывая направление на кесарево сечение (подвывих тазобедренного сустава имеет прямые показания для кесарева), не сказал Яне: «Вот родите — и займитесь ногой, сделайте операцию».
И в поликлинике, куда Яна регулярно ходила, никто не посоветовал ей что-то сделать, чтобы спасти ногу. Снять боль, хромоту.
В общем, Яна бы еще долго терпела, но в конце концов один за другим произошли два события, которые помогли ей задуматься и начать действовать.
Во-первых, однажды заболела Янина дочь Злата. У нее неделю болела спина, и Яна отправилась с дочерью в детскую поликлинику. Врач-хирург, не поднимая глаз от компьютера, на котором заполнял медкарту, и даже не осмотрев ребенка, сказал Яне: «Все нормально у вашей дочери, поболит и пройдет».
Яна, естественно, была возмущена: «Наверное, за детей мы переживаем значительно сильнее, чем за себя», — улыбается она. Мама Златы решила не ждать и нашла другого врача. И этот врач по телефону сказал: «Понаблюдайте, но если боль не пройдет, обязательно сходите в поликлинику к своему хирургу еще раз. Это совершенно нормально, не нужно бояться или стесняться». И Яна задумалась, потому что действительно привыкла считать, что если уж тебя проигнорировали однажды, второй раз туда же идти бессмысленно. А врач сказал: «И можно, и нужно добиваться помощи».
И они со Златой снова пошли в поликлинику, и врач-хирург осмотрел девочку и назначил лечение. Во-вторых, Яна увидела интервью с нейрохирургом Алексеем Кащеевым, которое вышло на сайте «Правмир». «Оно меня зацепило, — говорит Яна, — хирург в числе прочего говорил, что врачи могут запугивать пациентов, могут ошибаться и что важно найти хорошего доктора, который предложит решение. Мне было очень важно это услышать».
После интервью Яна написала Анне Даниловой, г лавному редактору портала «Православие и мир», попечителю БФ «Правмир», в Instagram которой и увидела ссылку на интервью.
— Это был с моей стороны такой крик отчаяния: «Как же найти такого врача, который не будет запугивать? И как понять, что он запугивает, а не выражает экспертное мнение. Обычному человеку — как?» И в конце спросила: «Может быть, мне записаться на прием к Алексею Кащееву?» А Анна ответила, что к Кащееву не надо, так как он все же работает с позвоночником, а про тазобедренный сустав лучше спросить Александра Бочарова, с которым тоже было интервью на «Правмире», — он болел саркомой и пережил ампутацию ноги, но главное — ему тоже делали эндопротезирование тазобедренного сустава.
— По совету Анны я написала Александру, попросила его порекомендовать врача. А он не только поделился фамилией доктора, который сделал ему операцию, но и ободрил меня словами, что операция — это не страшно, и он после нее ездит верхом и на серфе катается, сустав не болит и ощущается как родной.
Так Яна попала в 13-ю клиническую городскую больницу на консультацию к ортопеду и оперирующему хирургу Станиславу Николаевичу Голеву.
Яне заменили сустав, но нужна реабилитация
Яне сказали, что операция по замене сустава совершенно рядовая и не опасная, и что квота распространяется на тех, кто прописан в Московской области. Ей выдали огромный список анализов и обследований, которые было необходимо пройти для постановки в очередь на квоту, а когда она ужаснулась, как будет ходить по всем врачам со своей ногой и стоять в очередях, посоветовали лечь в ту же больницу и за три дня сделать все обследования. «Это было платно, но, думаю, в результате я сэкономила и деньги, и силы», — отмечает Яна.
В апреле Яне провели операцию по замене сустава — тотальную артропластику правого тазобедренного сустава с использованием эндопротеза бесцементной фиксации.
Все прошло замечательно, и уже через семь дней Яну выписали.
И тут, наверное, можно было бы написать слово «конец», и все подумали бы, что это конец счастливой истории. Но оказалось, что операция — только полдела, что самое важное после нее — реабилитация.
— Я пришла вставать на учет к местному травматологу, просидела три часа в очереди и не получила ничего — ни направления на реабилитацию, ни хотя бы список упражнений. Врач спросил меня только об одном — долго ли я ждала квоту. А когда я заикнулась про реабилитацию, ответил: «Ну, вы же на костылях!» Как будто костыли — это и есть реабилитация.
В той же очереди Яна познакомилась с пожилой женщиной, которая спустя год после протезирования по-прежнему ходила на костылях и почти плакала, жалея, что вообще согласилась на операцию, так как теперь чувствует себя хуже, чем до нее.
— И я поняла, что теперь передо мной вторая проблема нашей реальности, — говорит Яна, — отсутствие плановой реабилитации. Пациентов нередко просто выписывают и потом только регулярно фиксируют их состояние, не предлагая ничего для его улучшения.
Она снова стала искать информацию в интернете, пересмотрела море роликов про методы реабилитации. Узнала, что такая операция предполагает последующее наращивание костной ткани и мышечного корсета — именно для этого нужна реабилитация. Узнала, насколько важно проводить реабилитацию под наблюдением врача — если мышечный корсет еще не сформирован, костыли убирать нельзя, если он уже укрепился — просто необходимо, иначе начнется атрофия мышц. Но понять эти «если» может только специалист. И в конце концов Яна обратилась в фонд «Правмир». Потому что знала по опыту — здесь помогут.
Теперь Яне предстоит реабилитация в РЦ «Три сестры».
Может быть, она не начнет после нее скакать верхом или кататься на серфе, по крайней мере не сразу, но точно сможет ходить сама, без костылей, не хромая, без боли.
И это будет настоящий счастливый конец истории.
Фонд «Правмир» помогает взрослым и детям, нуждающимся в восстановлении нарушенных или утраченных функций после операций, травм, ДТП, несчастных случаев, инсультов и других заболеваний, пройти реабилитацию. Вы можете помочь не только разово, но и подписавшись на регулярное ежемесячное пожертвование в 100, 300, 500 и более рублей.
Жизнь: вид с костылей
Итак, если у вас в руках костыли.
Поначалу будет всякое: и головокружения, и слабость, и страх ходить по лестнице. Постепенно все проходит. Это вопрос только времени и желания. Чем больше ходишь, тем лучше себя чувствуешь. Однако процесс восстановления не быстрый, и через полгода мы все еще уставали больше простых смертных.
В то лето мы две недели прожили на даче чудесным составом: мама с костылями, я с костылями, моя 90-летняя бабушка и шестилетняя Сашка. В жизни всегда есть место подвигу :. Приходилось и воду из колодца носить в бидоне в 10 приемов, и поднимать упавший забор, и даже утилизировать содержимое биотуалета в компост (не буду тут описывать исход этого мероприятия, дабы не травмировать чувствительные натуры). Все эти действия в исполнении команды хромых больше всего напоминали гастроли «Маски-Шоу». Мужики, крывшие соседу крышу, бросали работу, снимали маечки, закуривали и, открыв рты, наблюдали за нашими действиями.
Пришлось приспосабливаться к быту при ограниченных возможностях. Каждое новое самостоятельное действие было маленькой победой. Залез самостоятельно в ванну? Ура. Удалось донести чашку с чаем из кухни в комнату? Ура! Ура. Первый раз сам сходил в магазин? Ура! Ура! Ура.
С другой стороны, сам тоже привыкаешь, что проще кого-то попросить принести-подать, чем собирать костыли и, мешаясь домашним, гордо шествовать за необходимым самому. Сначала это оправдано, а потом входит в привычку, от которой приходится избавляться, напоминая себе: «Ээээ, дружок, костылей-то уже нет!».
Если вы ходите на костылях, будьте готовы к тому, что все встречные «городские сумасшедшие» будут ваши. Дня не проходило, чтобы на улице не ткнули пальцем или не пристали с советом. А уж показавшись на улице вдвоем, мы вызывали настоящий фурор. В конце концов, родился вывод, что народ наш к чужим проблемам неравнодушен. Причем неравнодушие делится на конструктивное (помощь в преодолении препятствий или слова сочувствия) и неконструктивное (открытые рты встречных пенсионеров и домогательства советчиков, часто принимающие агрессивную окраску). Апофеоз случился, когда около метро ко мне пристал не очень опрятный дяденька, регулярно стоящий на улице с объявлением «Правлю сколиоз и остеохондроз». При виде потенциального клиента глазки его загорелись и с криком «Я знаю, что вам нужно» он стал меня преследовать. Я, естественно, отказалась от его помощи, вежливо объяснив, что все, что можно было вправить, вправили в Склифе. Но это не помогло. Дяденька достал некую волшебную чесночную настойку и стал меня ей поливать, обещая, что сейчас я отброшу костыли и пойду домой своим ходом. Пришлось убегать, спасая чистую пока одежду, дяденька не отступался. Пришлось послать его подальше, после чего он обиделся и сказал, что: «Вот теперь ты навсегда останешься с костылями и так тебе и надо».
Сломанная нога в гипсе, чем облегчить жизнь на костылях?
Я сломала ногу. Как это произошло? Вот так просто, нежданно-негаданно раз — и сломанная нога в гипсе. Переломы случаются. Ну, не специально же, шла-шла и вдруг решила сломать себе ногу.
Зима прошла, я избежала гололеда и падения сосулек на голову. А неприятность ждала меня у самого дома.
В статье поделюсь несколькими советами, что делать на первых порах, как приспособиться к новому образу жизни. Ведь всё сразу стало страшно неудобно и мешает жить.
Что делать, если сломал ногу? Где взять костыли?
Это случается почти у всех одинаково: оступился, споткнулся, подвернулась нога. Дело уже в прошлом. Вопрос в другом: как после травмы наладить жизнь?
После всяких рентгенов и наложения гипсовой повязки нужно определиться, что́ для вас подойдет лучше — костыли или ходунки? Ногу надо избавить от малейшей нагрузки для успешного сращения кости.
Как ходить с гипсом? Если вы по природе своей человек энергичный, молодой, хорошо держите равновесие, тут к месту костыли. Если же вы имеете избыточный вес, человек немолодой, тогда лучше использовать ходунки. Они устойчивые, у них четыре ножки, выдерживают большой вес.
Если после опроса родственников, соседей, коллег по работе, друзей и знакомых на счет костылей, ничего из ортопедического не нашлось, то можно поискать по газетам бесплатных объявлений в рубрике «Отдам даром» или «Сдам в аренду (на прокат)».
Конечно, есть магазины с ортопедическими товарами, аптеки с медицинскими приспособлениями. У нас — это сеть аптек «Мед-сервис», Медтехника «Ортосалон» на Лычаковской. Но вам же не навсегда, поэтому лучше поискать прокат, аренду за небольшую плату.
Но пока вам доставляют костыли, берёте швабру, желательно деревянную, надёжную, переворачиваете её вверх перекладиной. На неё наматываете что-нибудь мягкое — полотенце, коврик, подушечку — и пользуетесь, пока не доставят настоящие костыли или ходунки.
Также подойдет стул со спинкой вместо ходунков. По крайней мере вы сможете дойти до туалета, кухни.
Нога в гипсе нуждается в кальции
Принимать кальций для скорейшего выздоровления просто необходимо. Организм может сам восстановить вашу ногу. Но для этого он направит поступающий с едой в организм кальций на патологический процесс и отнимет его у зубов, ногтей, волос, других костей.
Поэтому надо пополнять запасы кальция. А то ногти начнут слоиться, волосы ломаться, кости станут хрупкими, а зубы крошиться.
«Кальцемин Силвер», «Натемилле» отлично подходит для людей, которым за 50. Продаются без рецепта, принимать по 2 штуки в день. Хотя я уверена, что врачу виднее, какие таблетки подходят для вашего случая.
Упаковка «Кальцемин Силвер», 60 штук.
Как готовить еду на костылях?
На кухне готовьте еду, стоя на одной ноге, а сломанной опирайтесь на табурет коленом (если перелом ниже колена). В этом случае ваши руки свободны, можете всё приготовить, не отходя от стола. Выньте все нужные продукты на стол и принимайтесь стряпать.
Расположитесь между разделочным столом и плитой на расстоянии вытянутой руки. Если требуется, то переставьте на время мебель.
Вспомните про молочные продукты. В них содержится природный кальций. Старайтесь желудок не нагружать, ешьте каши, фрукты, овощи, чай. Таблетки запивайте простой водой, а не чаем, лучше целым стаканом воды.
Как мыться со сломанной ногой?
Умывание и причесывание скорее всего проходит без проблем. Для того чтобы помыться и не намочить гипс, постарайтесь погрузиться в ванну, держа ногу на весу, затем положите на бортик. Предварительно можно обернуть гипс целлофановым пакетом или пищевой пленкой.
Душ следует принимать сидя на табуретке в душевой кабине, иначе вода будет стекать под гипс. Ногу при этом выставить за пределы и поставить на другой стул, обмотать на всякий случай пленкой или пакетом.
Где и как гулять на костылях при переломе?
Свежий воздух способствует обмену веществ. Вы не обязаны сидеть дома с переломом ноги. Хорошо, если в квартире есть балкон. Выходите «погулять» на него. Поставьте табурет или два, на одном вы, на другом нога, как вам будет удобно.
Сверху одевайтесь как обычно, соответственно времени года. Шапку, шарфик, варежки и сапог на здоровую ногу в зимнее время.
Спортивные штаны или кальсоны вам помогут одеться снизу. Они растягиваются, и гипс пройдет в штанину.
На больную ногу прямо на гипс советую надеть шерстяной (лучше ручной вязки) носок, можно два. Возьмите бо́льшего размера, если не подходит свой (одолжите у мужа, брата, сына). На ногу, поверх носка, оденьте бахилы, два для надежности.
Если балкона нет, а живете на верхнем этаже в доме без лифта, то чаще проветривайте квартиру.
Как убирать в квартире пока гипс на ноге?
На время вашей вынужденной иммобилизации уборку в квартире можно ограничить пылесосом и вытиранием пыли. А на кухне и в ванной пользуйтесь шваброй. Вы же уже перестали ее использовать как костыль?
Чем заняться на досуге?
Вы не поверите, сколько всего у вас еще не сделано, не приведено в порядок. Теперь самое время разобрать то, что отложено в долгий ящик.
Главное. Займитесь самообразованием. Месяц-полтора пока вы будете в гипсе — достаточно большой срок, как раз на освоение новой профессии. Компьютер и интернет пригодятся в самый раз.
Переломы ног бывают разной сложности. Вдруг вы уже не сможете выполнять прежнюю работу и надо искать другую? А так вы сможете начать зарабатывать деньги еще находясь дома.
Компьютерных профессий много, не для всех надо иметь высшее образование. Советую посмотреть здесь. Чтобы определиться с выбором профессии этот сайт предлагает пройти тест.
Здесь вы шаг за шагом приобретете новые навыки и после освоения профессии попадете на сайт трудоустройства этой онлайн-школы.
Некоторые мелочи, упрощающие жизнь в гипсе
Используйте одежду с глубокими карманами. В них можно поместить небольшие вещи для переноса из комнаты в комнату. Фартук с карманами прекрасно подойдет для такой цели. Если нет ничего подходящего, то берите пакет, авоську или тканевую сумку.
Чтобы чай донести в комнату и не пролить, можно воспользоваться термокружкой с завинчивающейся крышкой, а еще лучше, чтобы она была с ручкой. Напиток тогда останется горячим надолго, как в минитермосе.
Если ночью вам понадобится сходить в туалет, прекрасно подойдет головной фонарь, чтобы не включать свет во всем доме. Телефон или фонарик, которые нужно держать в руке, плохо подходят для этой цели. Ваши руки ведь заняты костылями. Разве что у вас есть прозрачный или вязаный чехол, надевающийся на шею.
Если нога в гипсе мёрзнет
Обложите гипс горячими грелками, пластиковыми бутылками на худой конец с горячей водой.
Хорошенько закрутите. Укутайте ногу одеялом или пледом. Гипс рано или поздно нагреется, а вместе с ним и нога в гипсе.
Удобна в данном случае электрогрелка. Оберните ее вокруг ноги, закрепите с помощью прищепок или другим способом. Воспользуйтесь удлинителем, чтобы розетка была всегда под рукой.
Пригодится для зарядки телефона также.
Даже в гипсе делайте гимнастику
На здоровую ногу сейчас двойная нагрузка. Несложные упражнения лежа делайте хотя бы раз в день.
Помните: движение — это жизнь! А перелом — явление временное.
Массаж на здоровую и травмированную ноги
Самостоятельно, по мере возможностей, делайте себе массаж. Поглаживание, поверхностное ладонью, подушечками пальцев, и глубокое костяшками пальцев (кисти сжать в кулак) круговыми и поступательными (туда-сюда) движениями.
Обхватите ногу ладонями с обеих сторон и проводите массажные движения снизу вверх. Затем — потряхивание, вибрация. Между приемами всегда поглаживание.
Сначала надо делать массаж на здоровой ноге, потом на сломанной насколько позволяет гипс и дотягиваются руки. Это не позволит крови застаиваться, и дряхлеть мышцам.
Так вы скорее пойдете на поправку. У вас меньше пойдет времени на реабилитацию после снятия гипса.
Основные выводы, рекомендации людям со сломанной ногой в гипсе
Первый вопрос, который всегда интересует пострадавших, сколько ходят с гипсом? Ответ: не меньше месяца. Лучше всего 40-60 дней. Главное запомните, что сломанная нога в гипсе — это не приговор.
А до момента снятия гипса нужно:
Желаю всем скорейшего выздоровления и всех-всех благ!
Если статья вам пригодилась, я буду очень рада. оставьте свои замечания в комментариях!
О выходе новостей на моем блоге узнавайте первыми здесь.
«Теперь всю жизнь на костылях». Фатеева стала инвалидом из-за ошибки врачей
Советская и российская актриса, народная артистка РСФСР Наталья Фатеева, которую старшее поколение наших читателей может помнить по роли дрессировщицы Зои Павловны в романтической комедии Генриха Оганесяна «Три плюс два», или по проектам «Случай на шахте восемь» и «Встреча на далёком меридиане», пожаловалась на проблемы со здоровьем.
86-летняя народная артистка РСФСР Наталья Фатеева в беседе с корреспондентом портала «Собеседник» пожаловалась на врачей, из-за которых она всю оставшуюся жизнь будет вынуждена перемещаться на костылях.
— Я — жертва нашей медицины, — заявила Наталья Николаевна актриса. — Их преступной халатности! У меня была операция по замене тазобедренного сустава. Сама операция прошла хорошо, но в организм попала инфекция.
Наталья Фатеева. Кадр из телепередачи «Звёзды сошлись»
— Три месяца я ездила на перевязки, изводила всех друзей и знакомых, которые меня возили в больницу, — рассказала актриса. — Но моё состояние не улучшалось. Наоборот, в какой-то момент стало хуже. Развилась инфекция катастрофическая.
Наталья Фатеева в мини-сериале «Летящие по ветру листья»
В конечном итоге Наталья Фатеева обратилась в районную поликлинику, где другой врач сразу понял, что ей нужна операция. Тем не менее, оказавшись в больнице, актриса была вынуждена неделю пролежать в вестибюле, прежде чем у хирургов дошли до неё руки.
— Когда мне всё вскрыли, оказалось, что инфекция съела мягкую ткань и кость. Кость восстановили, а мягкую ткань — нет! Из-за этого всю оставшуюся жизнь я вынуждена ходить на костылях, — жалуется Наталья Николаевна.
Ранее стало известно, что Наталья Фатеева не общается со своими детьми.
Вылетаю из палаты без ноги и слышу: «Ларис, ну я тебе ничего не обещал»
Отец ушел из семьи, а мы с сестрой голодали
Лариса росла счастливым ребенком, о ней и младшей сестре Ане заботились любимые родители, лучшая в мире бабушка и няня. Но в один день все рухнуло — отец ушел к другой женщине. Через год скончалась тяжелобольная бабушка, которая оставалась единственной поддержкой и опорой семьи — она всегда помогала и советом, и деньгами.
Лариса с мамой и сестрой навещали ее каждые выходные, добираясь из Ростова-на-Дону в Иловайск. В этот раз электричка задержалась. Открыв двери подъезда, они услышали, как кричит бабушкина сиделка: «Умерла, умерла. » Им не хватило трех минут, чтобы попрощаться.
— Помню, как мама после похорон сутки сидела под батареей и рыдала, а я пыталась ее успокоить: «Мамочка, я тебя люблю, не плачь…» До сих пор больно — настолько жуткая картина. Мама не выдержала этой потери, у нее началась депрессия… Потом пришли «лихие» 90-е, и ее, инженера-программиста со стажем, сократили на работе в конструкторском бюро.
Есть было нечего: чтобы прокормить дочерей, мама стала распродавать ткани и вещи с этикетками. Ларисе в 13 лет пришлось на рынке торговать пирожками и печеньем — после уроков девочка сразу же мчалась к прилавку расставлять коробки и зазывать покупателей.
— Я привыкла к достатку, мы никогда ни в чем не нуждались. И вдруг все исчезло.
Есть хотелось до такой степени, что мы в гостях захлебывались от одного вида тарелки с вареньем.
В свободное время ездили в сады собирать вишню, черешню, а потом продавали ее на рынке. Сестра маленькая… Представьте, бегает шестилетний шпендик такой: «Вишню, вишню покупайте!» И люди все это быстро разбирали — жалели нас.
Своего отца Лариса очень любила, часто ездила в гости. Мама не возражала и, когда у него родился ребенок, без упреков давала дочери деньги на игрушки. Вскоре в доме появился чужой мужчина, которого Лариса даже не хотела называть по имени. «Здрасьте», — бросала она и шла в свою комнату. Отныне сестры были предоставлены сами себе. Казалось, что мама о них забыла.
Лариса. Фото: Мария Ревега
— Я по-прежнему торговала на рынке. Иногда мы вместе с Анютой, получив зарплату, покупали две сосиски и два йогурта, съедали их прямо на улице и только потом шли домой — чтобы ни с кем не делиться. До сих пор для меня самое страшное — не поесть. У меня у самой двое детей, и не дай Бог они останутся одни и будут голодать. Причем за что бы я ни взялась, в голове перво-наперво включаются эти мысли.
«Лара, у тебя гангрена…»
Через три года Лариса попала в аварию. Аня попросила старшую сестру поехать на озеро за раками, потому что отчим не хотел присматривать за ней в одиночку. Лариса согласилась и села вместе с ними на мотоцикл. Девушка запомнила только бешеный сигнал машины — она даже не успела обернуться.
— Открываю глаза и понимаю, что лежу на трассе. Вокруг много людей, смотрю — а я вся в крови. Пытаюсь встать с левой ноги, становлюсь на кость и теряю сознание. Дальше помню частями. У меня в двух местах был перелом свода черепа, шок первой степени. Мама пришла позже: «Лара, у тебя гангрена. Ногу надо ампутировать, иначе можешь умереть. Решай». А я помню вытяжку, в ноге какие-то спицы… Боли такие страшные, что мне уже было все равно: «Отрезайте что хотите. Я не могу это терпеть». Мне кололи разные препараты, я не очень хорошо понимала, что происходит. Просыпаюсь после операции — хочу в туалет. Откидываю простыню и вижу, что у меня нет ноги. Просто не передать, что почувствовала в эту секунду…
Лариса ждала, что в больницу придет ее молодой человек, и без конца спрашивала у подруги: «Ну где же Сергей, почему его нет?» Оказалось, его уже уговаривали, а он решился навестить только через неделю.
— Думаю: «Боже, как же я сейчас покажусь? Это же моя первая любовь». Мы раньше просто за ручку держались — и уже дыхание перехватывало… Вылетаю из палаты в длинном халате, на костылях. Вижу, он, бедолага, мнется. Кричу ему, счастливая: «Привет!» — «Привет, Ларис, ну ты как. Ларис, ну я же тебе ничего не обещал». Отца потеряла, с матерью ссоримся, а теперь и его нет… Никогда не забуду это состояние.
Из больницы ее выписали через месяц. Ночью Лариса просыпалась и по привычке вставала с левой ноги: билась об пол костью, от боли в голове «пестрили мультики». С двумя костылями она не могла донести даже кружку или тарелку, управляться с одним научилась позже. Ходить на учебу тоже было непросто, особенно в гололед — костыли разъезжались в разные стороны. Часто незнакомые люди, видя, как Лариса «гребет» по аллее к остановке, брали ее под руку.
— Ты идешь на костылях, все поворачиваются — юбка длинная… Сейчас мне смешно, а тогда я не знала, что делать. Взяла теплые женские колготки, набила туда тряпок. На рынках продавались легкие турецкие сапоги: натянула такой сапог на свою «ногу», закрепила его изнутри булавками и пошла на костылях. Неудобно, зато с двумя ногами!
Лариса. Фото: Екатерина Уварова
Культя долго не заживала, потому что операцию сделали неправильно. Протез у Ларисы появился через девять месяцев — девушка была в ужасе от того, насколько больно он натирал. Помогла встать на ноги подруга Ирина: каждый день после школы брала ее под руку и водила по улице. Лариса падала, разбивала все в кровь, плакала и думала, что никогда не научится так ходить. Но Ирина поблажек не давала: «Лариска, соберись».
— Больше полугода я не могла принять себя. Как зарабатывать на еду? Кто теперь меня возьмет замуж? Как жить вообще?
Вокруг находились «доброжелатели», которые помогали моим тараканам в голове плодиться еще больше. От каждого встречного слышала: «Ах ты, девочка бедная… цепляйся, держись». Но были и те, кто меня поддерживал. Прошу друзей подать мне кружку, а они: «Лар, встань, возьми сама». Или еще: «Так, пошли с нами на дискотеку». Глянь, у меня ноги нет, а они со мной так, думала я тогда. Но благодаря им я действительно поверила в себя.
А дома по-прежнему продолжались скандалы с мамой и ее мужем, поэтому Лариса старалась бывать там как можно реже: пропадала в гостях у подруги, работала на рынке, а потом училась в финансово-экономическом колледже. Знакомые стали жалеть сестер и помогать им едой.
«Твою маму нашли мертвой»
Лариса была на практике в финотделе, когда ей неожиданно позвонила соседка: «Твою маму нашли мертвой…»
— Для меня это очень больно, как бы плохо мы с ней ни общались в последнее время. Месяца через три после аварии этот мужчина ее бросил. Смотрю, день его нет, два, три. Сейчас я могу ее понять… Она не привыкла быть одна. Когда ушел папа, она страдала, но рядом была бабушка — близкий человек, который поддерживал. Бабушка умирает, и она находит вот этого, а потом и он бросает. Мама просто не знала, как выкарабкаться. Кто сообщил моему папе о ее смерти, не знаю. Он забрал мою сестру прямо из школы — мы даже не успели поговорить. Я прихожу в нашу квартиру, а там — гробовая тишина. Страшно безумно. Плакала, просила отдать Аню, но он как будто не слышал: «Не занимайся глупостями. Кто ты такая? Я отец. Ну, а ты?» С тех пор у меня огромный страх одиночества. Я боялась ночевать в пустой квартире и переехала жить к маминой подруге.
Деньги на похороны помогли собрать знакомые. Чтобы справиться с долгами, Лариса перевелась на заочное отделение и пошла работать — бывший мамин однокурсник предложил место бухгалтера-кассира у себя в компании. С Аней она увиделась только спустя полгода, но заметила, что та ее сторонится.
Еще через полгода Ларисе позвонил директор школы: «Пожалуйста, заберите сестру. Ваш папа с семьей уехал в отпуск, ее бросил, она предоставлена сама себе».
— Вот так Анютка вернулась ко мне. Она была моим смыслом жизни. Мне кажется, я никогда и не жила для себя. С Анютой я шла в бой: нам надо зарабатывать на еду, Ане надо учиться… Не дай Бог ее кто-то обидит — я вгрызалась, как тигрица. Главное, мы были вместе и худо-бедно выкарабкивались. Папа приезжал, но очень редко. Деньгами он нам никак не помогал. Я попросила его написать отказ от сестры, чтобы я хотя бы могла получать субсидии от государства. Он согласился. Как-то раз говорю ему: «Пап, нам тяжело, мы не справляемся, я вот еще долги за квартиру не заплатила». А он мне: «Лара, ты взрослая, тебе 18 лет. Учись жить по средствам». Конечно, много обид… Но он мой отец, и я его люблю. Были периоды, когда мы совсем не общались, и я счастлива, что общаемся теперь, ведь у меня больше нет никого. И Бог с ним, что он нас оставил.
«Я открыла глаза и поняла, что не смогу встать с постели»
Окружающие называли Ларису инвалидом и одноногой. Принять себя она смогла не сразу. Чтобы доказать свою полноценность, девушка пыталась делать то, что человеку на протезе не под силу, например, училась танцевать.
На Ларису обратил внимание молодой человек, вскоре они поженились. Впереди ее ждали 23 года непонимания и нескончаемых ссор.
— Я была накормлена, одета-обута. Но в силу разных взглядов это была не жизнь. Никакого уважения, понятие «мы» отсутствовало вообще: «Я обеспечиваю, я даю, я делаю, а ты вот неблагодарная». Уходила с маленьким сыном к соседям или к сестре, у которой уже была своя семья. Но спустя два-три дня муж просил прощения, что-то покупал, и я оттаивала. Многие говорили: «Лариса, ты что, как так можно жить?» Ну я же не голодная! А это — перерастет, сгладится, я прощать умею… А как же бросить? Я не потяну ребенка.
Фото: Сергей Омшенецкий
Вскоре друзья перестали реагировать на звонки.
— Я не могу, опять скандал…
— Лар, ну ты же туда возвращаешься.
Ларисе тогда казалось, что ее просто не понимают. Все чаще она чувствовала себя плохо. Гуляла в парке с ребенком и задыхалась так, что могла потерять сознание. Холодели руки, начиналась тахикардия, накатывал страх.
— Ты бегаешь по врачам, сдаешь анализы, а тебе говорят, что ты здорова. Ну как же здорова, если мне кажется, что я умираю? Однажды случился приступ, который меня не отпустил, и тогда врачи прописали таблетки. Я думала, что после них отправлюсь вслед за мамой. Когда меня подняли на ноги, врач сказал: «Я не знаю вашего образа жизни, но то, что с вами происходит, — это полное истощение нервной системы. У вас астено-невротический синдром с паническими атаками».
Все знакомые без конца твердили, что так жить больше нельзя: «Подумай о детях». К тому времени она родила дочь, хотя многие недоумевали, как с такими отношениями Лариса решилась на второго ребенка. Кто-то вообще называл ее сумасшедшей.
Фото: Анастасия Клеменкова
— Я понимала, что у меня есть дети, что их надо накормить, но в остальном я потеряла интерес к жизни. Просыпаюсь утром, смотрю в окно: люди идут, солнышко светит, а я ничего не чувствую. Звонит сестра: «Ларис, я присмотрела такое платьице!» Ну платьице, ну колечко, ну поездка в Таиланд… И что?
И мне стало страшно, я начала искать какое-то занятие, потому что с такими мыслями просто нельзя. Устроилась на вторую работу бухгалтером в магазине, выучилась тейпированию и сняла кабинет в салоне красоты. Финансово у нас с мужем не было ничего общего, всегда все делили на «твое и мое».
Лариса записывалась на консультации к психологам. Все до одного, слыша ее историю, советовали собрать вещи, уйти жить хоть в лес и только потом обращаться к ним. Она же с упрямством доказывала: «Ребята, у меня двое детей, ну я же не справлюсь».
«Какая модель? Мне уже внуков нянчить пора!»
Подруга давно повторяла: «Лариса, ты же фотогеничная, возьми попробуй, сейчас же все нестандартно».
— Я на нее смотрю… «Ну ты что? В своем уме? Мне 41 год, уже внуков нянчить надо!» Да я носила все по пятки. Мне внушили, что я инвалид, что мое «уродство» нужно скрывать. Вспоминаю, как сидела у моря в юбке до пят. Мне было так обидно, что все купаются, а я… И это длилось больше 20 лет! И так она меня полгода уговаривала. Я не чувствовала радости жизни. Три работы — это хорошо, но тяжело физически. Нужно было что-то делать, чего никогда не делала раньше, и разрывать семейную жизнь. Но у меня был лютый страх.
Думая о словах подруги, Лариса все-таки начала искать фотографа в Instagram. «Здравствуйте, я Лариса, мне 41 год. Я хочу попробовать себя в роли нестандартной модели. Возможно, у вас есть желание меня поснимать», — писала она разным людям и сразу стирала. Так продолжалось неделю, пока не оставила одно сообщение девушке по имени Екатерина, и та откликнулась.
— Первая съемка была ужасной в том плане, что я ощущала себя непривычно. Уже собиралась все закончить с мыслями: «Да ты что, сумасшедшая? Куда ты пришла?» Очень тяжело мне это далось. Представляете, у меня финансовое образование, я вовсе не творческий человек. Но успокоилась, взяла себя в руки: раз ты сделала шаг, надо продолжать. Потом Катя позвонила и спросила, может ли она опубликовать мои фотографии. Я говорю: «У себя публикуйте. У меня — нет» ( смеется ). Катя их выкладывает и делает ссылку на мой личный аккаунт, рабочего тогда еще не было. И вы знаете, мне начинают писать фотографы, мне начинают писать люди с просьбой рассказать свою историю! Я вообще сначала не поняла, как мне себя вести. Но я почувствовала огромную радость, ведь я попробовала что-то новое, и все получилось. Значит, я могу! И я постепенно стала соглашаться на съемки. Мне это безумно понравилось!
Отправляя сыну свои первые фотографии, Лариса тихо смеялась: «Ребенок скажет, что мать вообще дернулась». В ответ получила восторженное сообщение: «Мама! Круто!»
— Я наконец увидела, что я не одинока. Раньше было страшно остаться одной, потому что не брала в расчет детей. Они же дети, ну что они могут? Но после того, как мне ответил сын, чувство неполноценности и мысли о том, что я хромая калека, ушли. Мои дети меня очень поддерживают. Приехав домой после очередных съемок, я сказала мужу, что хочу развестись. Этот шаг был одним из самых трудных, но я о нем не жалею.
Фото: Елена Нестерова
Благодаря фотосессиям Лариса поверила в себя, этим летом она первый раз в жизни купила шорты — в них и пришла на работу. Коллеги, привыкшие к ее длинным юбкам, оторопели.
— Не по возрасту? — вопросительно посмотрела она.
Сейчас она уверена, что в 43 года жизнь только начинается.
— Выхожу в обед прогуляться, а у меня плечи расправляются от взглядов прохожих. Спустя 26 лет я больше не стесняюсь, мне это нравится! Я очень рада, что все так сложилось, и благодарна людям, которые в меня поверили. Единственное, сейчас мне нужно восстановить свое здоровье. Чем дело закончится — не знаю. Но я знаю, куда идти и чего я хочу. С учетом того, что я все-таки еще помню о том, что я бухгалтер! Но с каждой съемкой, с каждым знакомством я чувствую себя востребованной, я чувствую себя личностью! У меня появились желания и цели. Я хочу поехать отдохнуть, купить красивое платье, сходить в кино. А раньше… поехать на море? Что там делать? Ну море… Сегодня шла на работу и первый раз рассмотрела в снеге снежинки. Ну почему я раньше всегда видела только белую массу? Для меня это было так удивительно… Ну снег же не поменялся!
Фото: Сергей Омшенецкий
Я работаю всю свою жизнь, никогда не было дня, чтобы я сидела дома, кроме декретного отпуска. Но теперь я хочу не бежать на три работы, потому что мне надо заплатить за репетитора дочке и купить еды. Я хочу бежать на одну работу, от которой буду получать радость и которая будет приносить мне деньги. Прежде работа никогда не приносила мне удовольствие. Только спустя годы понимаешь, что думать, делать и говорить одно и то же — это большое счастье. Я благодарна Богу, что так сложилось и что я иду в этом направлении. Уверена, у меня все должно получиться. Нет, не так. У меня все получится!
