жизнь бориса пастернака книга

Эта книга — о жизни, творчестве — и чудотворстве — одного из крупнейших русских поэтов XX пека Бориса Пастернака; объяснение в любви к герою и миру его поэзии. Автор не прослеживает скрупулезно изо дня в день путь своего героя, он пытается восстановить для себя и читателя внутреннюю жизнь Бориса Пастернака, столь насыщенную и трагедиями, и счастьем.

Читатель оказывается сопричастным главным событиям жизни Пастернака, социально-историческим катастрофам, которые сопровождали его на всем пути, тем творческим связям и влияниям, явным и сокровенным, без которых немыслимо бытование всякого талантливого человека. В книге дается новая трактовка легендарного романа «Доктор Живаго», сыгравшего столь роковую роль в жизни его создателя.

Глава	Стр.
Пролог	1
Глава I. Счастливец	2
Часть первая. Июнь. Сестра	6
Глава II. Детство	6
Глава III. Влюбленность	16
Глава IV. В зеркалах: Ольга Фрейденберг	21
Глава V. «Сердарда»	23
Глава VI. Занятья философией	30
Глава VII. Очерк пути	43
Глава VIII. «Центрифуга». «Поверх барьеров». Урал	50
Глава IX. «Сестра моя жизнь»	62
Глава X. 1918—1921. «Детство Люверс». «Темы и вариации»	72
Глава XI. 1921—1923. Евгения Лурье	87
Глава XII. 1923—1928. «Высокая болезнь». Хроника мутного времени	94
Глава XIII. «Воздушные пути»	103
Глава XIV. 1923—1925	106
Глава XV 1926—1927. «Лейтенант Шмидт». Ширь весны и каторги	119
Глава XVI. В зеркалах: Маяковский	126
Глава XVII. В зеркалах: Цветаева	140
Глава XVIII. «Спекторский». «Повесть»	147
Глава XIX. В зеркалах: Блок	156
Глава XX. «Спекторский». «Повесть». Окончание	162
Глава XXI. «Охранная грамота». Последний год поэта	171
Часть вторая. Июль. Соблазн	174
Глава XXII. Зинаида Николаевна	174
Глава XXIII. «Второе рождение»	198
Глава XXIV. В тон времени	203
Глава XXV. «Вакансия поэта»	210
Глава XXVI. В зеркалах: Мандельштам	213
Глава XXVII. Первый съезд. «Грузинские лирики»	228
Глава XXVIII. В зеркалах: Сталин	234
Глава XXIX. 1935. Нетворческий кризис	256
Глава XXX. Переделкино	263
Глава XXXI. «Записки Живульта»	272
Глава XXXII. «Гамлет». Театр террора	274
Глава XXXIII. Вальс с чертовщиной	282
Часть третья. Август. Преображение	284
Глава XXXIV. Война	284
Глава XXXV. В это время	291
Глава XXXVI. Чистополь	297
Глава XXXVII. «Зарево». Победа	304
Глава XXXVIII. Глухая пора	312
Глава XXXIX. Ольга Ивинская	323
Глава XL. «Фауст»	328
Глава XLI. Шестое рождение	330
Глава XLII. «Доктор Живаго»	342
Глава XLIII. Оттепель	350
Глава XLIV. 1956. Отказ от выбора	356
Глава XLV. Расправа	363
Глава XLVI. В зеркалах: Ахматова	381
Глава XLVII. В зеркалах: Вознесенский	389
Глава XLVIII. «Когда разгуляется»	391
Глава XLIX. «Слепая красавица»	399
Глава L. Прощание	409
Эпилог. Жизнь после смерти	413
Основные даты жизни и творчества Бориса Пастернака	419
Библиография	424

Марье Васильевне Розановой

Эта книга не была бы написана без помощи петербургского поэта, критика и искусствоведа Льва Мочалова. Главы о «Сестре моей жизни», «Высокой болезни» и «Спекторском» написаны нами совместно.

Автор благодарит за помощь в работе Александра Жолковского, Александра Кушнера, Льва Лосева, Наталью Трауберг, Никиту Елисеева, Ольгу Тимофееву, Александра Александрова, Ольгу Житинскую, Максима Бурлака, Марью Розанову, Ирину Лукьянову, Наталью Быкову.

Давайте представим себе фильм, в котором рассказывается о двух днях жизни человека. О дне его рождения и дне смерти. История, судя по началу, должна была развиваться в определенном направлении, но, как показал эпилог, пошла совсем другим путем, очень далеким от намечавшегося. Далеким даже географически.

Представим себе фильм, в котором есть утро и вечер, но нет напряженности времени, пролегшего между ними.

Микеланджело Антониони, «Утро и вечер»

Русский поэт Борис Леонидович Пастернак родился29 января (10 февраля н.ст.) 1890 года в Москве и умер30 мая 1960 года в Переделкине от рака легких. Всей его жизни было семьдесят лет, три месяца и двадцать дней.

29 января 1890, понедельник, «Московские ведомости»

ПРИДВОРНЫЕ ИЗВЕСТИЯ. Высочайшие приемы. «Правительственный Вестник» сообщает, что в пятницу, сего 26 января, имел счастие представляться Его Величеству Государю Императору командир 17 армейского корпуса, Генерального штаба генерал-лейтенант Залесов…

ДЕТСКИЙ БАЛ. 25 января, вечером, в собственном Его Величества (Аничковом) Дворце состоялся детский бал, на котором присутствовали Их Величества, Их Императорское Высочество наследник цесаревич, Великая княгиня Эдинбургская Мария Александровна с супругом герцогом Эдинбургским…

МОСКОВСКИЕ ИЗВЕСТИЯ. В понедельник, 29 января 1890 года, в Большом зале Российского благородного собрания, имеет быть Грузинский вечер в пользу недостаточных грузин, проживающих в Москве. Программа вечера:

Отд. 1. Два первые действия грузинской комедии ав. Цагарели «Не те уже нынче времена!».

Отд. 2. Хор в национальных костюмах исполнит грузинские народные песни.

НОВЫЙ НАСТОЯТЕЛЬ СРЕТЕНСКОГО МОНАСТЫРЯ. На место архимандрита Серафима, назначенного Святейшим Синодом в настоятели монастыря в Крыму, около Балаклавы, и отбывающего туда на днях, настоятелем Сретенского монастыря назначен архимандрит Никон, состоявший доселе наместником при настоятеле Симонова Ставропигиального монастыря.

ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ. Когда-то грозная турецкая крепость, главная точка опоры Турок на берегу Черного моря, Анапа потеряла всякое стратегическое значение со времени присоединения этого берега к России…

ШЕСТАЯ ЛЕКЦИЯ ПРОФЕССОРА И.М.СЕЧЕНОВА. В начале этой лекции, в собрании врачей, состоявшемся 25 января, профессор И.М.Сеченов занялся продолжением разбора и объяснением прерывистости тех движений организма, которые имеют целью защитить кожу от внешних раздражений…

СОСТЯЗАНИЯ КОНЬКОБЕЖЦЕВ. Сегодня, 28 января, на катке Московского Речного Яхт-клуба, в доме Харитонова, на Петровке, происходило состязание конькобежцев. Первыми состязались семь мальчиков младшего возраста на дистанции во 100 саж. Первым пришел И.Горожанкин, получивший в виде приза коньки.

ИНОСТРАННЫЕ ИЗВЕСТИЯ. Равнодушие австрийского правительства к голодающим…

…Под заглавием «Правда о России» находим в венской газете «Deutsches Volksblatt», в нумере от 26 января, статью, написанную в таком тоне, в каком, со времени подавления венгерского мятежа в 1849 году, кажется, еще ни одна австрийско-немецкая газета о России не писала. Приводим эту статью, в главных ее чертах, в дословном переводе.

«Еврейская печать всех стран усердно доказывает, что внутреннее положение России крайне печальное и эта держава находится будто бы накануне финансового банкротства. Как бы ни было нам приятно, чтоб это повсюду распространенное мнение согласовалось с действительностью, мы, к сожалению, принуждены в интересах нашей собственной будущности выступить против этого мнения, так как по опыту знаем, что непризнание сил противника есть самая крупная ошибка. Со времени вступления на престол Императора Александра III в России совершилась мало-помало коренная перемена, которая быстро оздоровила прежде немного расстроенный государственный строй, и вся заслуга этого принадлежит единственно и исключительно царствующему ныне Императору».

Источник

Пастернак Е.Б. Борис Пастернак. Биография

Глава 1: 1 2 3 4 5
Глава 2: 1 2 3 4 5
Глава 3: 1 2 3 4 5
Глава 4: 1 2 3 4 5
Глава 5: 1 2 3 4 5
Глава 6: 1 2 3 4 5
Глава 7: 1 2 3 4 5
Глава 8: 1 2 3 4 5
Глава 9: 1 2 3 4 5

ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

Биография творческой личности по необходимости должна быть сводным комментарием к ее работам. Тем более это относится к биографии писателя.

Исключение могли бы составить его ранние годы: детство, отрочество и юность. Но, подобно величайшим из своих предшественников, Борис Пастернак отдал именно этому периоду жизни огромную творческую дань.

Таким образом отчет о формировании тоже становится примечанием к написанному им самим о том, как в его «отдельном случае жизнь переходила в художественное претворение, как оно рождалось из судьбы и опыта».

В насыщенные историческими событиями годы жизни Бориса Пастернака, как никогда раньше, изменились сами условия существования людей. Полосу военных и революционных потрясений он встретил сложившимся человеком двадцати четырех лет с определенным литературным и более длительным художественным и философским опытом, полученным в условиях России мирного времени, о котором писал:

Художественные, по преимуществу лирические и философские задачи этого времени коснулись его ближе, чем многих из его сверстников. Он родился и вырос в семье профессиональных художников, материально не обеспеченных, вынужденных работать и преподавать не покладая рук. Разношерстная, яркая жизнь московских домов, садов и улиц со всех сторон обступала этот тесный трудолюбивый артистический круг и была непременным условием, средой и участником его деятельности, в частности художественной.

Все это обязывает подробно рассказать о семье и среде, сложившей и воспитавшей Бориса Пастернака в его ранние долитературные годы.

Пастернак избегал публичных автобиографических высказываний. Первое заявление такого рода для печати он написал в 1922 году. Треть короткой заметки занимает признание:

«Я родился в Москве, 29-го января ст. стиля 1890 года. Многим, если не всем, обязан отцу, академику живописи Леониду Осиповичу Пастернаку, и матери, превосходной пианистке». Далее следует перечень оконченных учебных заведений и написанных к тому времени книг.

Времени и обстоятельствам становления Пастернака-художника посвящена значительная часть этой книги. Мы стремились собрать разрозненные факты, рисующие это время, теперь бесконечно далекое.

Детали, взятые из самых разных источников, помогают воссоздать воздух и обстановку той эпохи, участником и летописцем которой стал Борис Пастернак.

Первое издание этой книги вышло в свет к празднованию столетия со дня рождения Бориса Пастернака в 1990 году. На титульном листе стоит 1989. Она пролежала в издательстве три года, писалась с 1984 по 1986. Это было темное время, остановившееся в своем движении и непроглядности, когда терялась надежда от тщетных усилий различить какой-нибудь просвет впереди. После выматывающего четырехлетнего судебного процесса с Союзом писателей по поводу дома в Переделкине и полной невозможности доказать, что имя Бориса Пастернака принадлежит будущему и надо сохранить его дачу как святыню, как музей, открытый для публики уже четверть века, мы были безжалостно выселены из нее судебным исполнителем и литфондовскими самосвалами.

Выселение ознаменовало собой конец большого периода, связанного с Переделкиным. Постепенно мрак безнадежности и поражения сменился пониманием того, что время и силы, освободившиеся от поездок на суд в Видное, от бесчисленных писем в защиту дома и вождения групповых экскурсий в Переделкине, число которых в последние годы возрастало изо дня в день, мы должны теперь употребить на писание биографии Бориса Пастернака, в которую войдут все собранные нами за 25 лет материалы. Книга получила название «Материалы для биографии», что позволяло убедить издателей в том, что автор не замахивается ни на какие идеологические концепции и занимается только документами. Договор с «Советским писателем» нам помогла заключить недавно скончавшаяся неутомимая подвижница и воительница Маэль Исаевна Фейнберг. Ей удалось также получить положительные издательские рецензии на сделанную работу в то время, когда о «Докторе Живаго» еще нельзя было упоминать, а первый секретарь Союза писателей Г. Марков открыто заявлял, что этот антисоветский роман никогда не будет издан в нашей стране.

После апробации рецензентов, одним из которых был академик Д. С. Лихачев, эти главы были срочно дополнены и расширены, но сделать это с той же подробностью, как написаны предыдущие, не давали ни сроки, ни договорной объем книги, ни недостаточное знание материалов, доступ к которым стал возможен только в самое последнее время. Это главным образом касается заграничной переписки Пастернака с издателями и переводчиками романа и документов из архива ЦК.

Ставя своей целью выявление в стихах и прозе Пастернака автобиографических моментов, мы затрагивали некоторые аспекты анализа и трактовки его произведений, всегда построенных на глубоко пережитых событиях реальной биографии и душевного мира. Таким образом жизненный подтекст романа «Доктор Живаго», вобравший в себя богатый опыт прожитого, можно найти в разных главах книги, соотнесенный с действительно бывшими обстоятельствами жизни Пастернака. Они дополняют краткий обзор романа, данный в специально посвященной ему главе.

В новом издании книги глава о «Докторе Живаго» сильно расширена, уточнена в деталях история его создания, подробно расписаны события, связанные с его публикацией за границей и грубого давления на автора, которое вылилось в политический скандал после присуждения ему в 1958 году Нобелевской премии по литературе.

Кроме того был проверен текст всех глав книги, учтены опубликованные и найденные с тех пор материалы и те сведения, о которых раньше нельзя было упоминать.

При подготовке этой книги, растянувшейся на десятилетия, я широко пользовался поддержкой и помощью многих друзей моего отца, знавших его в разные годы жизни, большинства которых уже нет на свете. В ней я хотел искупить хоть в малой части свой неоплатный долг перед их памятью. Драгоценная помощь в сборе материалов оказана мне и теми, кто из любви к его творчеству бескорыстно и самоотверженно занимался в те темные годы сбором сведений, упоминаний и копированием документов, относящихся к его биографии. Их список состоит из нескольких десятков имен, и свою благодарность им я приношу на этих страницах. Эту книгу мы готовили и писали вдвоем с женой Еленой Владимировной Пастернак, особенной тяжестью легло на нее время моей болезни, совпавшее с писанием последних глав. Ею же выполнена основная работа по исправлению и дополнению текста ко второму изданию. Без ее деятельной помощи и беззаветной любви этой книги не было бы на свете.

ГЛАВА I
ДЕТСКИЕ ГОДЫ
1890-1902

Родители Бориса Пастернака Леонид Осипович Пастернак и Розалия Исидоровна Кауфман поженились в Москве 14 февраля 1889 года. Через несколько дней после свадьбы они поехали в Петербург к жюри (19 февраля) и открытию Передвижной выставки, на которой экспонировались «Вести с родины», уже купленные Третьяковым.

Оба в письмах часто упоминают эту поездку, прогулки по городу, Эрмитажу, музеям и выставкам. У них были знакомые среди петербургских художников, музыкантов, учащихся академии и консерватории. Поездка была недолгой. Надо было возвращаться в Одессу, чтобы окончить учебный год в музыкальных классах Одесского отделения Императорского русского музыкального общества, где Розалия Исидоровна в свои 22 года была профессором.

23 апреля 1889 года Розалия Исидоровна приняла последний экзамен у своего класса и ушла со службы.

Квартиру сняли на границе состоятельной части и ямских слобод, где цены были не так высоки, у Старых Триумфальных ворот (теперь площадь Маяковского). Дом Веденеева, при котором был большой двор и столярные мастерские, и теперь стоит между Второй Тверской-Ямской, Оружейным переулком и Третьей Тверской-Ямской. Квартира N 3 состояла из шести небольших комнат, плохо приспособленных для того, чтобы какая-либо из них могла служить мастерской художника. Это создавало впечатление тесноты всей квартиры, которое осталось в записях Леонида Пастернака. Платили за нее по 50 рублей в месяц. Поначалу это не пугало, так как были деньги от продажи картины и рисунков Третьякову и накопленные Розалией Исидоровной из профессорского жалованья.

Занялись обзаведением, со вкусом покупали недорогую (дубовую и ореховую) прочную мебель. Она фигурирует в сотнях рисунков Леонида Пастернака и сохранилась до сих пор в шести семьях, которые в тридцатые годы жили в уплотненной коммунальной квартире Пастернаков на Волхонке.

Родственной и деловой опорой был двоюродный брат Леонида Карл Евгеньевич Пастернак, который в юности из подмастерий часовщика достиг положения самостоятельного и состоятельного человека.

В 1890 году Карл Пастернак ведал Обществом призрения, воспитания и обучения слепых детей и Обществом помощи бедным учащимся средних учебных заведений. Он ежевечерне вел деловой прием в большом приюте для слепых детей и подростков на Второй Мещанской. Леонид Пастернак рисовал с натуры лица с характерной трагической, углубленной сосредоточенностью. Появился замысел композиции «Молитва слепых детей», в которой сочетались эффекты дневного и вечернего света, выражение лиц слепых учащихся и зрячих воспитательниц. После многочисленных эскизов, зимой была написана картина с намерением послать ее на Передвижную выставку.

Возобновились рисовальные вечера у Поленовых и пошли регулярно, дважды в месяц. Первый из сохраненных рисунков пером, в господствовавшей на этих вечерах манере, датирован 4 октября 1889 года. Серов, Архипов, Левитан, С. Иванов и Пастернак находили здесь поддержку и одобрение. В декабре Надежда Васильевна

Поленова запиской вызвала Пастернака, чтобы познакомить его с Николаем Николаевичем Ге.

29 января по старому, 10 февраля по новому стилю, в 12 часов ночи Розалия Исидоровна родила сына, которого назвали Борисом. Мальчику взяли кормилицу Машу, молодую женщину южного типа с крупным волевым подбородком.

В этот раз Леонид Пастернак не поехал в Петербург. Интересы московских художников защищал Нестеров. Получив письмо с известием о рождении мальчика и вопросами о ходе дел, он ответил:

«Поздравляю Вас и радуюсь сердечно Вашему счастью, многоуважаемый Леонид Осипович. Передайте от меня пожелание здоровья Вашей супруге, оно нужно теперь более, чем когда-либо. Вы просите известить Вас о положении дела: Ваша картина получена и поставлена мной, как и все вещи москвичей, на лучшие места.

Выслушайте теперь то, что есть налицо: Архипов, Левитан и Светославский (москвичи) пройдут безусловно. Серов, Вы и я имеют жестоких противников, и положение в виду этого совершенно неопределенное.

Вас обвиняют в недоделках и непродуманности. Серова в незнании рисунка и гастрономии. Меня во всех возможных нелепостях.

Остальные, думаю, пройдут более или менее благополучно. В общем, москвичи молодцы. Из питерских хороши Афанасьев, Чугунова. И еще кое-кто.

Во вторник Вы узнаете результаты. Если хороши у вас нервы, то приезжайте.

P. S. Все молодое и даровитое в восторге от Вашей вещи».

«Дорогой Леонид Осипович, на мою долю выпала тяжелая необходимость сообщить Вам о судьбе Вашей картины. Она забракована. Считаю лишним писать Вам слова утешения, быть может Вы найдете его в сознании Вашего дарования и в необъяснимом и странном отношении к вам «Товарищества». Видите ли, «Товарищество» считает себя призванным Вам указать истину и спасти от заблуждений, находя Вашу картину недодуманной и неоконченной. Желаю, чтобы в подобном действии была хотя честная правда, а не что-либо другое.

Я до жюри имел недобрые вести, но не допускал, что они могут быть реализованы. В завершение всего того, что сказал, могу лишь крепко пожать Вашу руку и пожелать быть бодрым.

Поклонитесь от меня Вашей уважаемой супруге.

Поленовский кружок написал «Товариществу Передвижных выставок» коллективный протест.

В воспоминаниях младшего брата и сестер Бориса Пастернака о семье говорится, как о чем-то уже готовом, существующем к моменту их появления. Старший сын участвовал в ее создании. На свете много примеров того, что семья не возникает как целое даже с появлением детей. У Пастернаков она со всей определенностью создалась с рождением Бори, и в первые годы его младенчества. В его лице воплотилось новое призвание молодой матери, на которую он был похож, ее надежды.

Спустя полстолетия первоначальные бессознательные ощущения преобразились у Пастернака в строки об отношении всякой матери к своему первенцу, как примечание к словам Богородицы:

Пристальное и трепетное внимание отовсюду окружало мальчика. От него ждали успехов и на него возлагали надежды. Это было нелегко, обостряло впечатлительность, взывало к совести и вызывало стремление к подвигу. Он изначально привык быть первым и остро переживал неудачи.

Среди вариантов обложек и виньеток журнала «Артист», в котором сотрудничал Леонид Пастернак, нет-нет и проглянут глазки его маленького сына. Самым любимым жанровым мотивом становятся работы, объединенные названием «Материнство». Головка ребенка лежит на согнутой женской руке. Его кормят или на него смотрят с умилением. Кормилица, Розалия Исидоровна, ее младшая сестра Клара в кокошнике и сарафане. Пристальный глаз отца не смущал мальчика. Испугался он, когда в один из первых теплых весенних дней его вынесли во двор и на него был направлен ящик фотоаппарата с черным покрывалом, под которое прятался человек. Кормилица держала его на руках, поворачивая к круглому черному объективу, а тетя Клара, стоя рядом, наблюдала. Все были еще по-весеннему бледны и непривычны к открытому воздуху.

Следующий раз Борю фотографировали в конце лета у той же стены веденеевского дома. На этот раз загорелый и поправившийся мальчик отнесся к событию с интересом и радостью.

Выяснилось, что, как ни скромно они жили, живут они не по средствам. Постоянным, но далеко не достаточным заработком были уроки. Леонид Пастернак преподавал в частном Училище изящных искусств А. Гунста вместе с Исааком Левитаном. Учил в знакомых домах С. Шайкевича, В. Гаркави, писал заказные портреты. Розалия Исидоровна давала уроки музыки, аккомпанировала. Надо было использовать каждую возможность заработка. На лето остались в городе. Оно выдалось жарким. Рядом с домом было, по тем временам, шумно и душно. Вместе с семьей Карла Евгеньевича ездили на дачу к Протопоповым в Покровское-Стрешнево, к Шайкевичам в Петровско-Разумовское, на какой-то пикник в Кузьминки.

Петр Петрович Кончаловский затеял издавать по предварительной подписке в типографии братьев Кушнеревых иллюстрированное собрание сочинений Лермонтова к пятидесятилетию его гибели. У Поленовых с энтузиазмом встретили это начинание. Известный по своей работе в журнале «Артист», Пастернак стал художественным редактором. Помимо рисунков к тексту ему досталось делать бесчисленные виньетки, корректировать работу по воспроизведению. Клише готовили и в Москве и за границей. Были привлечены лучшие художники России. Пастернак уговорил Кончаловского пригласить приехавшего из Киева ославленного за декадентство и капризы Михаила Врубеля.