жизнь где бы ни сказалась правда как бы ни была солона

Жизнь где бы ни сказалась правда как бы ни была солона

Лилия Кладовая запись закреплена

Proper Music | Robert Zaroyan

Модест Петрович Мусоргский

Модест Петрович Мусоргский — один из самых дерзновенных новаторов XIX столетия, гениальный композитор, далеко опередивший свое время и оказавший огромное влияние на развитие русского и европейского музыкального искусства. Он жил в эпоху высочайшего духовного подъема, глубоких социальных сдвигов; это было время, когда русская общественная жизнь активно способствовала пробуждению у художников национального самосознания, когда одно за другим появлялись произведения, от которых веяло свежестью, новизной и, главное, поразительной реальной правдой и поэзией настоящей русской жизни.
Среди своих современников Мусоргский был наиболее верным демократическим идеалам, бескомпромиссным в служении правде жизни, как бы ни была солона, и настолько одержим смелыми замыслами, что даже друзья-единомышленники часто бывали озадачены радикальностью его художественных исканий и не всегда одобряли их. Детские годы Мусоргский провел в помещичьей усадьбе в атмосфере патриархального крестьянского быта.

Музыкальное дарование мальчика обнаружилось рано. На седьмом году, занимаясь под руководством матери, он уже играл на фортепиано несложные сочинения Ф. Листа. Однако в семье никто всерьез не помышлял о его музыкальном будущем. Согласно семейной традиции, в 1849 г. его отвезли в Петербург: вначале в Петропавловскую школу, затем перевели в Школу гвардейских подпрапорщиков. Это был роскошный каземат, где учили военному балету, и, следуя печально известному циркуляру должно повиноваться, а рассуждения держать при себе, всячески выбивали дурь из головы, поощряя негласно легкомысленное времяпрепровождение. Духовное созревание Мусоргского в этой обстановке протекало весьма противоречиво. Он преуспевал в военных науках, за что был удостоен особенно любезным вниманием. императора; был желанным участником вечеринок, где ночи напролет разыгрывал польки и кадрили. Но в то же время внутренняя тяга к серьезному развитию побуждала его изучать иностранные языки, историю, литературу, искусство, брать уроки фортепианной игры у известного педагога А. Герке, посещать оперные спектакли, вопреки недовольству военного начальства.

В 1856 г. после окончания Школы Мусоргский был зачислен офицером в гвардейский Преображенский полк. Перед ним открывалась перспектива блестящей военной карьеры. Однако знакомство зимой 1856/57 г. с А. Даргомыжским, Ц. Кюи, М. Балакиревым открыло иные пути, и постепенно назревавший духовный перелом наступил. Сам композитор писал об этом: Сближение. с талантливым кружком музыкантов, постоянные беседы и завязавшиеся прочные связи с обширным кругом русских ученых и литераторов, каковы Влад. Ламанский, Тургенев, Костомаров, Григорович, Кавелин, Писемский, Шевченко и др., особенно возбудило мозговую деятельность молодого композитора и дало ей серьезное строго научное направление.

1 мая 1858 г. Мусоргский подал прошение об отставке. Невзирая на уговоры друзей и родных, он порвал с военной службой, чтобы ничто не отвлекало его от музыкальных занятий. Мусоргского обуревает страшное, непреодолимое желание всезнания. Он изучает историю развития музыкального искусства, переигрывает в 4 руки с Балакиревым множество произведений Л. Бетховена, Р. Шумана, Ф. Шуберта, Ф. Листа, Г. Берлиоза, много читает, размышляет. Все это сопровождалось срывами, нервными кризисами, но в мучительном преодолении сомнений крепли творческие силы, выковывалась самобытная художественная индивидуальность, формировалась мировоззренческая позиция. Все больше привлекает Мусоргского жизнь простого народа. Сколько свежих, нетронутых искусством сторон кишит в русской натуре, ох, сколько! — пишет он в одном из писем.

Остались незавершенными оперы Царь Эдип и Саламбо, где впервые композитор попытался воплотить сложнейшее переплетение судеб народа и сильной властной личности.

Опера Борис Годунов — первый образец народной музыкальной драмы, где русский народ предстал как сила, которая решающим образом влияет на ход истории. При этом народ показан многолико: масса, одушевленная единою идеею, и галерея колоритных, поразительных в своей жизненной достоверности народных характеров.

Идея написать цикл Картинки с выставки возникла под впечатлением посмертной выставки произведений художника В. Гартмана в феврале 1874 г. Он был близким другом Мусоргского, и его внезапная кончина глубоко потрясла композитора. А параллельно один за другим появляются 3 вокальных цикла: Детская (1872, на собств. стихи), Без солнца (1874) и Песни и пляски смерти (1875-77 — оба на ст. А. Голенищева-Кутузова). Они становятся итогом всего камерно-вокального творчества композитора.

Источник

Будь умным!

Работа добавлена на сайт samzan.ru: 2016-03-13

;color:#000000″>Модест Петрович МУСОРГСКИЙ ;color:#000000″>(18391881) один из самобытнейших русских композиторов ;color:#000000″ xml:lang=»en-US» lang=»en-US»>XIX ;color:#000000″> века.

;color:#000000″>«Жизнь, где бы ни сказалась; правда, как бы ни была солона», в этих словах Мусоргского воплотилась вся суть его творческих принципов. Художник критического реализма, непримиримый к несправедливости, Мусоргский выступал как гневный обличитель общественных пороков.

;color:#000000″>По выражению В. В. Стасова, в его музыке «океан русских людей, жизни, характеров, отношений, несчастья, невыносимой тягости, приниженности, зажатых ртов».

;color:#000000″>Как и многие другие передовые русские художники, Мусоргский искал ответы на жгучие, наболевшие вопросы современности в истории.

;color:#000000″>«Прошедшее в настоящем вот моя задача», так он определил свое отношение к историческим сюжетам и образам. В своих народных музыкальных драмах «Хованщина» и «Борис Годунов» он воскресил картины борьбы в наиболее драматические эпохи отечественной истории. Верный традициям «музыкальной правды», композитор пытливо присматривался к жизни, быту, характерам простых людей, создавая затем целую галерею ярких, запоминающихся образов.

;color:#000000″>В творчестве Мусоргского, живого очевидца крестьянской реформы 1861 года, впервые в полный голос зазвучала крестьянская тема, созвучная поэзии Н. А. Некрасова.

;color:#000000″>Мусоргский преимущественно вокальный композитор.

;color:#000000″>Основу его оперного наследия составляют две народные музыкальные драмы «Борис Годунов» и «Хованщина», а также неоконченные оперы «Женитьба» и «Сорочинская ярмарка».

;color:#000000″>Новаторство образного строя и языка отличает камерно-вокальные сочинения композитора.

;color:#000000″>Среди наиболее значительных работ «народные сценки» («Калистрат» и «Колыбельная Еремушки» на слова Н. А. Некрасова, «Сиротка» на слова самого композитора), сатирические зарисовки («Семинарист», «Козел», «Классик», сатирический памфлет «Раёк»), а также вокальные циклы «Детская» «Без солнца», «Песни и пляски смерти».

;color:#000000″>Александр Сергеевич ДАРГОМЫЖСКИЙ ;color:#000000″> (18131869) великий русский композитор, убежденный поборник национально-самобытного, подлинно народного, глубоко человечного по содержанию искусства. Творческая зрелость композитора (конец 40-х годов), совпала с тем периодом в истории России, когда наиболее явственно обнажались гнилость и обреченность помещичье-крепостнического строя; близился новый подъем народно-освободительного движения. В этих условиях тема социальной несправедливости, протест против угнетения человеческой личности составили основное содержание творчества Даргомыжского, первого представителя критического реализма в музыке. Так в лучшей из своих опер, народно-бытовой драме «Русалка», Даргомыжский поднимает тему социального неравенства, определяющую конфликт всего сочинения. Страстным протестом против человеческого бесправия пронизана драматическая песня «Старый капрал» на стихи П. Беранже в переводе В. С. Курочкина. Сотрудничество с сатирическим журналом «Искра» стимулировало появление таких сатирических песен, как «Червяк» и «Титулярный советник». Даргомыжский испытывал особое тяготение к вокальным жанрам. Опера (а среди образцов этого жанра стоит назвать и первую русскую речитативную оперу «Каменный гость») и романс, заметно жанрово обновленный, составили основу его музыкального наследия.

;color:#000000″>Композитор-новатор в своей музыке стремился воспроизвести живые интонации человеческой речи. Он писал: «Я не намерен снизводить музыку до забавы. Хочу, чтобы звук прямо выражал слово. Хочу правды».

;color:#000000″>Александр Порфирьевич БОРОДИН ;color:#000000″>(18331887)крупнейшая фигура в истории русской музыки второй половины ;color:#000000″ xml:lang=»en-US» lang=»en-US»>XIX ;color:#000000″> века. Бородин известен также как замечательный ученый химик, академик, известный всей Европе теоретик и экспериментатор, автор более сорока научных трудов. Уже в детстве определившиеся увлечения химия и музыка стали впоследствии делом всей жизни Бородина.

;color:#000000″>Творческое наследие композитора сравнительно невелико (видимо, сказывались особые условия работы, совмещение столь различных сфер деятельности); число написанных им сочинений едва превышает два десятка. Но их отличает богатство содержания и разнообразие жанров. «Талант Бородина, писал критик В. В. Стасов, равно могуч и поразителен как в симфонии, так и в опере, и в романсе. Главное качество его великанская сила, колоссальный размах, стремительность и порывистость, соединенные с изумительной страстностью, нежностью и красотой».

;color:#000000″>Музыкально-эстетические взгляды Бородина, последователя М. И. Глинки, сложились под влиянием М. А. Балакирева и других членов «Могучей кучки». Для стиля Бородина характерна эпичность, пришедшая в музыку из русской истории и героического эпоса. Другая грань его образной палитры лирика, то мужественная и уравновешенная, то страстная и пылкая.

;color:#000000″>Бородин один из основоположников русского симфонизма, автор двух симфоний. Знаменитая Вторая (Богатырская) вершина русского эпического симфонизма. Среди камерно-инструментальных сочинений выделяются два струнных квартета, в которых преобладают лирические настроения. Своеобразны романсы Бородина и его фортепианные миниатюры. Наиболее значительное произведение Бородина опера «Князь Игорь», являющаяся образцом национально-героического эпоса в музыке.

;color:#000000″>Михаил Иванович ГЛИНКА ;color:#000000″>(18041857) великий русский композитор, основоположник отечественной музыкальной классики.

;color:#000000″>Творчество Глинки результат могучего подъема национальной культуры, вызванного к жизни событиями Отечественной войны 1812 года и движением декабристов. Подобно Пушкину в литературе, Глинка открыл новый классический период в истории русской музыки, осуществив тем самым задачу, выдвинутую временем. Искусство Глинки явление подлинно национальное, связанное с лучшими традициями русской культуры. Новаторство Глинки определяется прежде всего глубоким пониманием народности в музыке. «Создает музыку народ, а мы, художники, ее только аранжируем», эти слова Глинки стали краеугольным камнем его эстетики. Выросшее на русской почве искусство Глинки тесно соприкасается и с передовыми художественными течениями западноевропейской культуры. Музыка Глинки пронизана ощущением красоты, гармонии «чувства и формы».

;color:#000000″>Творческое наследие композитора охватывает широкий круг жанров: оперу, музыку к драме, симфонические произведения, фортепианные пьесы, романсы, камерные ансамбли. Однако главная заслуга Глинки создание русской классической оперы, определившей исторические судьбы национального оперного искусства в целом. «Иван Сусанин» и

;color:#000000″>«Руслан и Людмила» заложили основы двум направлениям русской оперной классики народной музыкальной драме и сказочно-эпической опере.

;color:#000000″>27 ;color:#000000″>ноября 1836 года, день премьеры «Ивана Сусанина», вошел в историю как день рождения русской музыкальной классики. «С оперой Глинки, писал Вл. Ф. Одоевский, является то, чего давно ищут и не находят з Европе новая стихия в искусстве, и начинается в его истории новый период, период русской музыки».

;color:#000000″>Яркую грань творческого наследия Глинки составляют его оркестровые сочинения фантазии «Камаринская», «Вальс-фантазия», две испанские увертюры «Арагонская хота» и «Ночь в Мадриде». Глинкапервый классик русского романса. Классическую завершенность в его творчестве приобрели жанры, сложившиеся у его предшественников, композиторов начала ;color:#000000″ xml:lang=»en-US» lang=»en-US»>XIX ;color:#000000″> века.

Материалы собраны группой SamZan и находятся в свободном доступе

Источник

Мусоргский. Во всю ширь русских полян

Над Москвой великой, златоглавою,
Над стеной кремлёвской, белокаменной,
Из-за дальних лесов, из-за синих гор,
По тесoвым кровелькам играючи,
Тучи серые разгоняючи,
Заря алая подымается;
Разметала кудри золотистые,
Умывается снегами рассыпчатыми;
Как красавица, глядя в зеркальце,
В небо чистое смотрит, улыбается.
Уж зачем ты, алая заря, просыпалася?
На какой ты радости разыгралась.

И посреди этой радости, этого светлого Божьего утра и дня – муки, напасти, слёзы. И – плач юродивого. По ком звонит колокол? – спрашивал когда-то Хемингуэй. И отвечал: он звонит по тебе. По ком плачет юродивый? спрашивает Мусоргский.
Однажды Модест Петрович гостил в доме своего брата на мызе Минкино. Глянул в окно, а там чудаковатый нищий. Стыдясь своего безобразия, он страстно объяснялся в любви молодой крестьянке. В его дрожащем голосе композитор услышал отчаяние. Как передать в музыке горечь и мольбу человека? Так на свет родилась песня «Светик Савишна». Слова Мусоргский написал сам. Это мольба о любви, о сочувствии, понимании. Песня – одно напряжённое дыхание, скороговорка взахлёб. Однообразный повторяющийся ритмический рисунок подчёркивает интонации настойчивой, полубезумной мольбы. Услышавший «Светика Савишну» композитор и критик Александр Серов не смог скрыть потрясения и восторга. «Ужасная сцена! – воскликнул он. – Это Шекспир в музыке».
То же можно сказать и о юродивом из «Хованщины». Незабываем Иван Семёнович Козловский в этой роли: «Обидели юродивого. Отняли копеечку. » И самый финал: нет, не громовой хор, не мощный оркестр, а одинокий голос. Один юродивый со своим рваным лаптем. И точно голос самой русской земли:

Читайте также: Колит сердце что сделать

Лейтесь, лейтесь, слёзы горькие,
Плачь, плачь, душа православная!
Скоро враг придёт и настанет тьма,
Темень тёмная, непроглядная.
Горе, горе Руси!
Плачь, плачь, русский люд,
Голодный люд.

Но не этот безмерный плач венчает творчество русского гения. Сквозь плач прорывается, побеждая все печали, бессмертный хор из «Бориса»: «Расходилась, разгулялась сила-удаль молодецкая. Поднималася со дна сила пододонная. Поднималася, разгулялася силушка пододонная, неугомонная. Гой!».
Эту веру в Россию укрепляет Мусоргский в нас, вступивших в далёкий от гармонии двадцать первый век.

Д.Д. Шостакович: «Бессмертна слава Мусоргского. Его музыка звучит во всем мире. Люди разных стран, разных национальностей восхищаются его народными музыкальными драмами «Борисом Годуновым» и «Хованщиной», его «Сорочинской ярмаркой», его вокальными произведениями, говорят о них как о произведениях шекспировской силы и глубины. Благотворное влияние нашего великого композитора давно вышло за пределы России, оно во многом определяет наиболее передовые течения мирового музыкального искусства».
Клод Дебюсси: «Мусоргский чудесен своей независимостью, своей искренностью, своим очарованием. Русские дадут нам новые импульсы для освобождения от нелепой скованности. Они помогут нам лучше узнать самих себя. »
Б.В. Астафьев: «Музыка была для него и чувством и мыслью о горячо любимом народе – песнью о нём…»
Поль Дюка: « Произведение Мусоргского («Борис Годунов» – Л.Б.) уже сыграло свою роль во всемирной музыкальной эволюции. Оно оплодотворило в своём направлении музыку целой эпохи. Среди самой широкой публики и для неё должен жить Мусоргский. Именно ей надлежит сохранить и увековечить его славу. Ибо он писал исключительно для широких кругов слушателей. »
В.В. Стасов: «Мусоргский был один из тех немногих, которые ведут у нас своё дело к далёким и чудным, невиданным и несравненным «новым берегам».
Ф.И. Шаляпин: «Его стихией была сценическая правда. В его произведениях не только слово и звук сливаются, но это целое сливается с действительностью».

Источник

Жизнь где бы ни сказалась правда как бы ни была солона

Жизнь, где бы ни сказалась; правда, как бы ни была солона, смелая, искренняя речь к людям. — вот моя закваска, вот чего хочу и вот в чем боялся бы промахнуться.
Из письма М. Мусоргского В. Стасову от 7 августа 1875 г.

Какой обширный, богатый мир искусство, если целью взят человек!
Из письма М. Мусоргского А. Голенищеву-Кутузову от 17 августа 1875 г.

Среди своих современников Мусоргский был наиболее верным демократическим идеалам, бескомпромиссным в служении правде жизни, как бы ни была солона, и настолько одержим смелыми замыслами, что даже друзья-единомышленники часто бывали озадачены радикальностью его художественных исканий и не всегда одобряли их. Детские годы Мусоргский провел в помещичьей усадьбе в атмосфере патриархального крестьянского быта и впоследствии писал в Автобиографической записке, что именно ознакомление с духом русской народной жизни было главным импульсом музыкальных импровизаций. И не только импровизаций. Брат Филарет вспоминал впоследствии: В отроческих и юношеских годах и уже в зрелом возрасте (Мусоргский. — О. А.) всегда относился ко всему народному и крестьянскому с особенной любовью, считал русского мужика за настоящего человека.

Музыкальное дарование мальчика обнаружилось рано. На седьмом году, занимаясь под руководством матери, он уже играл на фортепиано несложные сочинения Ф. Листа. Однако в семье никто всерьез не помышлял о его музыкальном будущем. Согласно семейной традиции, в 1849 г. его отвезли в Петербург: вначале в Петропавловскую школу, затем перевели в Школу гвардейских подпрапорщиков. Это был роскошный каземат, где учили военному балету, и, следуя печально известному циркуляру должно повиноваться, а рассуждения держать при себе, всячески выбивали дурь из головы, поощряя негласно легкомысленное времяпрепровождение. Духовное созревание Мусоргского в этой обстановке протекало весьма противоречиво. Он преуспевал в военных науках, за что был удостоен особенно любезным вниманием. императора; был желанным участником вечеринок, где ночи напролет разыгрывал польки и кадрили. Но в то же время внутренняя тяга к серьезному развитию побуждала его изучать иностранные языки, историю, литературу, искусство, брать уроки фортепианной игры у известного педагога А. Герке, посещать оперные спектакли, вопреки недовольству военного начальства.

1 мая 1858 г. Мусоргский подал прошение об отставке. Невзирая на уговоры друзей и родных, он порвал с военной службой, чтобы ничто не отвлекало его от музыкальных занятий. Мусоргского обуревает страшное, непреодолимое желание всезнания. Он изучает историю развития музыкального искусства, переигрывает в 4 руки с Балакиревым множество произведений Л. Бетховена, Р. Шумана, Ф. Шуберта, Ф. Листа, Г. Берлиоза, много читает, размышляет. Все это сопровождалось срывами, нервными кризисами, но в мучительном преодолении сомнений крепли творческие силы, выковывалась самобытная художественная индивидуальность, формировалась мировоззренческая позиция. Все больше привлекает Мусоргского жизнь простого народа. Сколько свежих, нетронутых искусством сторон кишит в русской натуре, ох, сколько! — пишет он в одном из писем.

Идея написать цикл Картинки с выставки возникла под впечатлением посмертной выставки произведений художника В. Гартмана в феврале 1874 г. Он был близким другом Мусоргского, и его внезапная кончина глубоко потрясла композитора. Работа протекала бурно, интенсивно: Звуки и мысль в воздухе повисли, глотаю и объедаюсь, едва успевая царапать на бумаге. А параллельно один за другим появляются 3 вокальных цикла: Детская (1872, на собств. стихи), Без солнца (1874) и Песни и пляски смерти (1875-77 — оба на ст. А. Голенищева-Кутузова). Они становятся итогом всего камерно-вокального творчества композитора.

Тяжело больной, жестоко страдающий от нужды, одиночества, непризнания, Мусоргский упрямо твердит, что будет драться до последней капли крови. Незадолго до кончины, летом 1879 г. он совершает вместе с певицей Д. Леоновой большую концертную поездку по югу России и Украины, исполняет музыку Глинки, кучкистов, Шуберта, Шопена, Листа, Шумана, отрывки из своей оперы Сорочинская ярмарка и пишет знаменательные слова: К новому музыкальному труду, широкой музыкальной работе зовет жизнь. к новым берегам пока безбрежного искусства!

Весь архив композитора после его смерти попал к Римскому-Корсакову. Он закончил Хованщину, осуществил новую редакцию Бориса Годунова и добился их постановки на императорской оперной сцене. Мне кажется, что меня даже зовут Модестом Петровичем, а не Николаем Андреевичем, — писал Римский-Корсаков своему другу. Сорочинскую ярмарку завершил А. Лядов.

Сын помещика. Начав военную карьеру, продолжает в Петербурге изучение музыки, первые уроки которой он получил ещё в Карево, и становится прекрасным пианистом и хорошим певцом. Общается с Даргомыжским и Балакиревым; в 1858 году выходит в отставку; освобождение крестьян в 1861 году отражается на его финансовом благосостоянии. В 1863 году, находясь на службе в Лесном департаменте, становится членом «Могучей кучки». В 1868 году поступает на службу в Министерство внутренних дел, после того, как ради поправки здоровья провёл три года в имении брата в Минкино. Между 1869 и 1874 годами работает над различными редакциями «Бориса Годунова». Подорвав вследствие болезненного пристрастия к алкоголю и без того слабое здоровье, сочиняет с перерывами. Живёт у разных друзей, в 1874 — у графа Голенищева-Кутузова (автора стихотворений, положенных Мусоргским на музыку, например, в цикле «Песни и пляски смерти»). В 1879 году совершает очень удачное турне совместно с певицей Дарьей Леоновой.

Годы, когда появился замысел «Бориса Годунова» и когда создавалась эта опера, — основополагающие для русской культуры. В это время творили такие писатели, как Достоевский и Толстой, и более молодые, как Чехов, художники-передвижники утверждали приоритет содержания над формой в своём реалистическом искусстве, воплощавшем нищету народа, пьянство священников, жестокость полиции. Верещагин создавал правдивые картины, посвящённые русско-японской войне, а в «Апофеозе войны» посвятил всем завоевателям прошлого, настоящего и будущего пирамиду из черепов; великий портретист Репин обращался также к пейзажной и исторической живописи. Что касается музыки, то самым характерным в это время явлением была «Могучая кучка», которая поставила своей целью повысить значение национальной школы, используя народные предания для создания романтизированной картины прошлого. В сознании Мусоргского национальная школа представала как нечто древнее, поистине архаическое, неподвижное, включающее извечные народные ценности, почти святыни, которые можно было найти в православной религии, в народном хоровом пении, наконец, в том языке, что ещё хранит могучую звучность далёких истоков. Вот некоторые из его мыслей, высказанные между 1872 и 1880 годами в письмах Стасову: «Ковырять чернозём не впервые стать, да ковырять не по удобренному, а в сырье хочется, не познакомиться с народом, а побрататься жаждется. Чернозёмная сила проявится, когда до самого днища ковырнёшь. »; «Художественное изображение одной красоты, в материальном её значении, грубое ребячество — детский возраст искусства. Тончайшие черты природы человека и человеческих масс, назойливое ковырянье в этих малоизведанных странах и завоевание их — вот настоящее призвание художника». Призвание композитора постоянно побуждало его повышенно чувствительную, мятежную душу стремиться к новому, к открытиям, что приводило к непрерывному чередованию творческих подъёмов и депрессий, с которыми были связаны перерывы в деятельности или её растекание по слишком многим направлениям. «До такой степени я становлюсь строгим к себе, — пишет Мусоргский Стасову, — умозрительно, и чем строже становлюсь, тем делаюсь беспутнее. На мелкие вещи настроения нет; впрочем сочинение маленьких пьес есть отдых при обдумывании крупных созданий. А у меня отдыхом становится обдумывание крупных созданий. так-то всё у меня в перекувырку идёт — сущая беспутность».

Помимо двух крупнейших опер Мусоргский начал и завершил другие работы для театра, не говоря уже о великолепных лирических циклах (прекрасное воплощение разговорной речи) и знаменитых новаторских «Картинках с выставки», которые свидетельствуют и о его большом таланте пианиста. Очень смелый гармонизатор, автор гениальных подражаний народным песням, как сольным, так и хоровым, одарённый необыкновенным чувством сценической музыки, последовательно внедрявший идею театра, далёкого от условно-развлекательных схем, от сюжетов, дорогих европейской мелодраме (в основном любовных), композитор придал историческому жанру жизненность, скульптурную чёткость, обжигающую пламенность и такую глубину и визионерскую ясность, что всякий намёк на риторику совершенно исчезает и остаются только образы универсального значения. Никто так, как он, не культивировал в музыкальном театре исключительно национальный, русский эпос вплоть до отказа от всякого открытого подражания Западу. Но в глубинах панславянского языка он сумел найти созвучность страданиям и радостям каждого человека, которые выразил совершенными и всегда современными средствами.

Г. Маркези (в переводе Е. Гречаной)

Источник