Сериал о Мишке-Япончике, как мемориал Сестер Берри.
Вчерашняя моя передача была о новом фильме, его показ завершили на прошлой неделе, поэтому ставлю полностью ее текст в Сеть, вместе с песнями из фильма и теми же песнями сестер Берри.
Ну а теперь, поехали.
На Первом Канале завершен показ сериала «Жизнь и приключения Мишки Япончика»
И теперь можно оценить, что же увидели те, кто его смотрел. И было ли там что смотреть и слушать?
Особенно слушать, ведь я предлагаю своим слушателям музыкальные передачи, поэтому меня это интересует больше чем кинематографический смысл показа.
И третье, что интересно, какое отношение имел реальный Моисей Винницкий к главному герою фильма и что мы о нем можем вспомнить.
Тема для одной передачи явно неподъемная, поэтому мне придется говорить фрагментарно, в основном, тезисами.
А может я сделаю две передачи, посмотрю будeт ли ваша реакция в прямом эфире, если моим слушателям будет интересно, то я продолжу рассказ о фильме, о его реальном прототипе и о музыке из него.
Но, для первой, а может и единственной передаче об этом сериале, я решил выбрать тему музыки к фильму, вернее песен фильма.
Я буду Вам показывать музыкальные фрагменты фильма и. их первоисточник.
Тем не менее, два слова об отношении к фильму в целом я скажу:
Буйным одесским антуражем можно и бездарный сценарий прикрыть, и убогую режиссуру. Все равно ведь смотреть будут. Будут те, кто читал Бабеля с его похожими на словесные кружева «Одесскими рассказами». Будут те, кто о Бабеле и слыхом не слыхивал, зато наизусть знает «На Дерибасовской открылася пивная» или «Там сидела Мурка в кожаной тужурке. ».
Тем не менее, на самом деле, для меня этот фильм удался. Почему?
А вот почему:
Потому что сейчас я поставлю первоисточник песни, которую Вы услыхали на русском и Вы догадаетесь, почему мне очень понравился этот фильм.
Так вот, как это ни странно, я создателям этого сериала за это благодарен. Потому что фильм, хотели этого они или не хотели получился мемориалом Сестрам Берри. Наконец, у великого дуэта появился свой кинематографический мемориал.
В ближайшее воскресенье Хаим Бейгельман, взяв за руку нарядно одетую Клару, отправился на 43-ю улицу, где располагалась радиостанция. В этот раз их провели в большой зал, в котором сидело всего несколько человек. На сцене стоял рояль, за которым сидела красивая черноглазая женщина. Шепотом она спросила девочку о там, как ее зовут, и что она будет петь, и объявила об этом на весь зал:»А сейчас Клара Бейгельман споет нам песенку «Папиросы». И Клара запела
Кончилась песня и ведущий детских передач радио Наум Стучков громко зааплодировал и поздравил девочку с дебютом. Так состоялось первое выступление Клары Бейгельман.
В мечтах она видела себя сидящей на сцене в шикарном платье у огромного черного рояля…
И вот однажды соседская девочка рассказала Кларе, что ее семья переезжает в новый дом и родители не хотят брать с собой тяжелое и бесполезное фортепиано.
Клара рассказала об этом родителям. Родители ответили отказом – семья Бейгельман с трудом сводила концы с концами. Было много слез и уговоров, и однажды, вернувшись со школы, Клара увидела в своей комнате фортепиано. Это еще был не рояль, но все равно – первая ступенька на лестнице славы. После покупки инструмента мама попросила Клару, чтобы та научила петь Мину. Маленькая Мина вовсе не хотела учиться. Но упрямая старшая сестра сумела убедить ее, что это для мамы. И спустя некоторое время на репетицию в студию Клара пришла с сестрой. Дуэт понравился и Заславскому и даже скромному на похвалу Стучкову. С тех девочки стали петь вместе.
Одну из этих передач услышал известный музыкант и продюсер Эдди Салливан. Необычный дуэт ему очень понравился, и так началась профессиональная карьера сестер. Через несколько лет Эдди познакомился с великолепным композитором и аранжировщиком Александром (Абрамом) Эльштейном. И с тех пор Эльштейн стал полновесным членом дуэта «Сестры Берри». Это его искусные аранжировки мы принимаем за еврейские народные песни. Именно он является композитором самых известных песен, исполняемых Клер и Мирной, таких, как, «Кузина», «Я так тебя люблю», «Да, моя любимая дочь» и множества других.
Теперь я расскажу с чего началась всесоюзная слава американских сестер.
Так как события эти относятся к 1959-му году, непосредственное участие в них принимал не я, а мой родственник, достаточно дальний, поэтому его можно назвать скорее, не родственником, а другом, Валера Цылов. Вот он мне и рассказывал о том, что видел и слышал.
Закончить я хочу все-таки снова судьбой Винницкого, и не только его.
Не только в Гражданскую, но и все годы Советской Власти Винницкого и его соплеменников вычищали из их родного города.
