Всехсвятский Сергей Константинович (1905–1984) — советский астроном.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 20 декабря 1952 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 88 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. [1953 г.] // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 92.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. [Декабрь 1953 г.] // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 90.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 20 декабря 1953 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 105, 105 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 1 августа 1953 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 97.
Зверев Митрофан Степанович (1903–1991) — советский астроном; член-корреспондент АН СССР с 1953 г.; в 1951–1971 гг. — заместитель директора Пулковской обсерватории.
Крат Владимир Алексеевич (1911–1983) — советский астроном, член-корреспондент АН СССР с 1972 г.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 21 сентября 1953 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 99, 99 об.
Неуймина М. Н. Памяти Н. М. Субботиной // Астрономический календарь. Ежегодник. Переменная часть. 1964. М.: Гос. изд. физ. — мат. лит., 1963. Т. 67. С. 269.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 27 октября 1953 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 101 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 15 ноября 1953 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 104 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. [Декабрь 1953 г.] // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 90 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 20 декабря 1953 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 105.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 19 февраля 1954 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 106 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 19 февраля 1954 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 106, 106 об., 107 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 29 июня 1954 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 108.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 29 июня 1954 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 108, 108 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 17 июля 1954 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 109.
Mitchell S. A. Eclipses of the Sun. New York: Columbia University Press, 1923.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 7 октября 1954 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 111
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 31 января 1955 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 112, 112 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 22 апреля 1955 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 115 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. [1955 г.] // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 119, 119 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 1 апреля 1956 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 128.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 15 августа 1956 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 125.
Поселок городского типа, районный центр Мангушского района Донецкой области на реке Мокрая Белосарайка (впадает в Азовское море) в 15 км от города Мариуполя.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 15 августа 1956 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 125 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 16 декабря 1957 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 132 об.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 16 декабря 1957 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 132 об., 133.
Коялович Борис Михайлович (1867–1941) — математик, метролог, шахматист; доктор (1902 г.); преподаватель Технологического института, С.‐Петербургского университета и др.; в том числе преподавал на Высших женских Бестужевских курсах.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 9 октября 1958 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 137.
Орлов С. В. О природе комет. М.: Изд. — во АН СССР, 1960. 191 с.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 27 октября 1958 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 141.
Шорыгин С. А. Указатель литературы о Солнце на русском языке // Аббот Ч. Солнце. М.; Л.: Объединенное научно-техническое издательство НКТП СССР; главная ред. общетехнической лит. и номографии, 1936. № 24, 284, 285, 286, 395.
Неуймина М. Н. [Н. М. Субботина]. 4 ноября 1961 г. // Архив ГАО РАН. Материалы для стенгазеты.
80-летний юбилей Высших женских Бестужевских курсов отмечали в 1958 г.
Субботина Н. М. Письмо Г. А. Тихову. 18 апреля 1959 г. // СПбФ АРАН. Ф. 971. Оп. 4. Д. 344. Л. 143.
Тушинский Михаил Дмитриевич (1882–1962) — ученый-медик, терапевт, инфекционист, академик Академии медицинских наук СССР; сотрудник 1-го Ленинградского медицинского института (с 1924 г.); профессор; один из организаторов, научный руководитель в 1932–1952 гг. Ленинградской городской службы скорой и неотложной помощи. М. Д. Тушинский был другом брата Нины Михайловны Сергея Субботина. Он очень поддерживал ее в последние годы жизни: навещал, помогал с лечением, иногда помогал с машиной и сам отвозил, когда было надо.
Жизнь и удивительные приключения астронома субботиной
Сегодня имя Нины Михайловны Субботиной (1877–1961), к сожалению, почти забыто, хотя по праву оно должно занимать почетное место не только среди имен первых российских женщин-астрономов и астрономов как таковых, но и среди выдающихся граждан России и среди выдающихся жителей планеты Земля. Устная память о ней еще немного жива – ее еще помнят наши старейшины, те, кто видел ее в ранней юности, кто слышал рассказы о ней от старших коллег. Она была легендой. Легендой астрономического сообщества, легендой своего поколения. Но устная память затухает. Было бы величайшей несправедливостью, если бы память об этом удивительном человеке, человеке, чья жизнь может служить источником вдохновения, надежды и примера для каждого из нас, пропала безвозвратно. Поэтому невозможно было не написать эту книгу.
Нина Михайловна Субботина была талантливым астрономом-наблюдателем и скрупулезным и нестандартно мыслящим историком астрономии. Благодаря удивительному личному мужеству, настойчивости в достижении поставленных перед собой целей и, главное, бескорыстной и беззаветной преданности избранной профессии она стала настоящей героиней для своих современников.
Она изучала избранную науку сначала самостоятельно, затем с помощью советов, консультаций и уроков профессиональных астрономов, ставших ее учителями, друзьями и в итоге коллегами и, наконец, окончила физико-математическое отделение Высших женских Бестужевских курсов в С.‐Петербурге. Не имея возможности поступить на официальную службу, она стала астрономом-наблюдателем в собственной маленькой, но вполне серьезно оборудованной обсерватории и на протяжении 50 с лишним лет вела систематические наблюдения Солнца, планет, метеоров, переменных звезд, участвуя в международных программах наблюдений и публикуя результаты своих исследований в российских и зарубежных изданиях. За свою жизнь Субботина принимала участие в наблюдении пяти полных солнечных затмений, три из которых ознаменовались полным успехом и научными публикациями. В 1910 г. она провела также успешные наблюдения кометы Галлея.
Яркий историк астрономии, Н. М. Субботина стала первой в нашей стране женщиной, опубликовавшей монографию по истории астрономии и получившей за нее в 1913 г. премию Русского астрономического общества. Через тридцать лет, в разгар тяжелейшей войны, в 1943 г., вышла в свет ее статья, посвященная изучению коронарных оболочек Солнца, выполненная на основании материалов древнеегипетских и месопотамских затмений, самим фактом своего появления утверждавшая вечную и неизбежную победу разума и науки над силами разрушения.
Жизнь Н. М. Субботиной не была легкой. Болезнь затрудняла каждый ее шаг с раннего детства и на протяжении всей жизни; не позволяла слышать и говорить; во время революции 1917 года была конфискована и затем разрушена ее обсерватория; во время блокады Ленинграда погибла почти вся семья. Она все преодолела.
Ее любовь к астрономии, переданная ей отцом, была искренней, страстной и совершенно бескорыстной. Она работала с ранней юности и до 80 с лишним лет, когда тело окончательно отказалось повиноваться ей, и даже тогда она продолжала следить за новостями любимой науки. Ее младшие современники запомнили ее как «замечательную, отважную и очень увлеченную астрономией» женщину. В ее судьбе принимали участие Д. И. Менделеев и К. Фламмарион, О. А. Баклунд и С. П. Глазенап, Н. А. Морозов и О. А. Федченко, И. В. Мушкетов и М. А. Шателен и многие, многие другие. Друзьями ее юности были А. П. Ганский, Г. А. Тихов, супруги Неуймины, Н. М. Штауде…
Круг ее профессионального и личного общения был огромен. Трудно найти человека ее эпохи, так или иначе связанного с астрономией, с которым она не была бы знакома. Она вела громадную переписку. И это не удивительно: потеряв во время перенесенной в детстве болезни слух и способность говорить, она могла общаться с людьми только при помощи письма. Именно поэтому в книге так много цитат и выписок из ее собственных текстов – она писала великолепно: свободно, образно, с тонким юмором и самоиронией. Нам хотелось предоставить ей возможность говорить…
К сожалению, архив Н. М. Субботиной не сохранился: одна его часть погибла в Ленинграде во время войны, когда квартира, в которой он хранился, была уничтожена снарядом; местонахождение послевоенной части архива также, к сожалению, обнаружить не удалось, за исключением одного альбома фотографий. На поиск и сбор документов Н. М. Субботиной, разбросанных по архивным коллекциям ее друзей и коллег, ушло более десяти лет. И эту работу было бы невозможно выполнить без помощи.
Выражаю искреннюю благодарность за помощь и поддержку, оказанную в работе над этой книгой: А. И. Еремеевой, В. И. Жукову, С. С. Илизарову, Т. В. Корякиной, Т. В. Костиной, И. Куклиной, Г. И. Любиной, Е. В. Мининой, Ф. А. Петрову, З. А. Платоновой, Е. В. Пчелову, С. И. Рындину, Н. Сигрист, М. В. Синайскому, Г. И. Смагиной, А. В. Собисевичу, Т. В. Соболевой, И. Л. Тихонову, Р. А. Фандо, М. Г. Финюковой. Отдельную благодарность выражаю Зинаиде Кузьминичне Соколовской, которой, к величайшему сожалению, не приведется увидеть книгу, написание которой она так неуклонно подталкивала, опубликованной. Моя особая благодарность – К. В. Иванову, редактору замечательной серии и этой биографии.
Мне также хочется поблагодарить сотрудников С.‐Петербургского филиала Архива РАН, Центрального государственного исторического архива С.‐Петербурга, Архива РАН, отдела письменных источников Государственного исторического музея г. Москвы, Музея истории завода «Красное Сормово», Музея истории С.‐Петербургского университета, Государственного архива Российской Федерации, Российского государственного архива экономики, сотрудников виртуальной справочной службы Централизованных библиотечных систем Нижнего Новгорода за всегда доброжелательное внимание и помощь.
Хочу также поблагодарить сотрудников отдела историографии и источниковедения истории науки и техники Института истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова РАН и других моих коллег по институту, которые на протяжении многих лет с терпеливым вниманием слушали мои доклады, сообщения и просто рассказы, посвященные Н. М. Субботиной, и чьи отзывы и советы были неоценимы для написания этой книги. Моя отдельная глубокая благодарность – моей маме В. Г. Вальковой.
Тот, кто хоть раз встречался с Ниной Михайловной, никогда не забудет ее маленькую хрупкую фигурку на костылях, обращенное к собеседнику лицо, большие вдумчивые глаза, улавливающие каждый жест, каждое движение разговаривавшего.
Жизнь и удивительные приключения астронома Субботиной
Ольга Валькова
Нину Михайловну Субботину (1877–1961) можно по праву назвать Стивеном Хокингом российской науки. Одна из первых российских женщин-астрономов, она получила профессиональное образование, но не могла работать в научном учреждении из-за тяжелой болезни, перенесенной в детстве. Создав собственную обсерваторию, Субботина успешно занималась наблюдательной астрономией и изучением солнечно-земных связей. Данные ее наблюдений регулярно публиковались в самых престижных международных астрономических журналах. Но круг ее интересов был значительно шире. Она стала первой женщиной в России, написавшей книгу по истории астрономии («История кометы Галлея»), удостоенную премии Русского астрономического общества. Среди современников-астрономов Субботина была легендой. Лишенная слуха и речи, она поддерживала связь со своими коллегами посредством обширнейшей переписки. Ее письма сохранили свидетельства живого отношения современников к целому спектру актуальных астрономических тем XX века — от космологических идей Леметра до запуска первых искусственных спутников. Доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова РАН Ольга Валькова скрупулезно собрала эпистолярное наследие Н. М. Субботиной, дополнив его архивными источниками, значительная часть которых публикуется впервые. Отталкиваясь от нетривиальных суждений и интонаций Субботиной, книга предлагает альтернативное прочтение истории астрономии XX века.
На обложке: © Photo by Mathew Schwartz on Unsplash
«Жизнь и удивительные приключения астронома Субботиной»
Нина Михайловна Субботина (1877–1961) — одна из первых российских женщин-астрономов, ставшая легендой среди современников. В 8 лет она перенесла скарлатинный полиомиелит и навсегда осталась глухонемой. Семья направила все силы на уход за ребенком: среднее образование Субботина получала на дому, а интерес к астрономии, выросший в жизненное призвание, девочке привил отец. В 1899 году она была избрана действительным членом Русского астрономического общества — и тогда же с покровительства французского астронома Камиля Фламмариона стала членом Бельгийского и Французского астрономических обществ. Впоследствии Субботина закончила Бестужевские курсы в Петербурге и успешно занималась астрономическими наблюдениями в Пулковской обсерватории, общаясь с коллегами посредством переписки. В книге главного научного сотрудника Института истории естествознания и техники им. С.И. Вавилова РАН Ольги Вальковой «Жизнь и удивительные приключения астронома Субботиной» (издательство «НЛО»), собравшей эпистолярное наследие ученой и дополнившей его архивными источниками, показано отношение Субботиной и ее современников к самым актуальным астрономическим темам XX века — от космологических идей Леметра до запуска первых искусственных спутников. N + 1 предлагает своим читателям ознакомиться с отрывком, посвященным работе над книгой «История кометы Галлея».
С тех пор интерес Н.М. Субботиной к истории астрономии не ослабевал, но в тот момент он несколько поменял свое направление: приближалось очередное свидание Земли с кометой Галлея, и редкая гостья захватила воображение и внимание Субботиной. Судя по ее письмам к Н.А. Морозову, уже в 1908 г. она активно работала над книгой о комете Галлея, хотя сама комета привлекла внимание Нины Михайловны еще раньше. Как мы упоминали выше, примерно с 1905 г. Нина Михайловна выполняла обязанности вычислительницы в большом проекте, предпринятом Русским астрономическим обществом по предвычислению появления кометы Галлея, ожидавшейся в 1910 г.
При работе над книгой по истории кометы Галлея библиотека Пулкова оказалась незаменимой. «У меня за 8 дней работы в Пулково набрался громадный материал, т[ак] к[ак] я просмотрела 108 брошюр, относящихся к различным появлениям кометы Галлея: — с 1531 г. по европейским наблюдениям; до 1531 г. по Китайским хроникам в переводе Wilson’а», — писала она Н.А. Морозову 23 декабря 1908 г. И продолжала: «Сейчас у меня много книжек из Пулкова, начиная с сочинений Галлея и кончая набл[юдениями] Джона Гершеля с замечательными рисунками. В Пулкове же я нашла еще более интересные наблюдения Струве над изменениями физического характера головы [кометы] с многими рисунками…».
Летом 1909 г. Н.М. Субботина приступила к непосредственным поискам кометы. Как она замечает в письме Н.А. Морозову от 31 июля 1909 г.: «Игорь у меня на Урале, Алексей в Сибири и столько интересного пишут, что просто досада — зачем я не моряк, не путешественник, и не инженер?! Ах, каким бы великолепным бродягой была бы я, если бы я не была астрономом. Но я астроном и потому сижу дома и ловлю комету, которая восходит теперь по утрам». Осенью 1909 г. сама комета и книга о ней занимают все внимание Нины Михайловны. В октябре она узнает, что Н.А. Морозов пишет свой собственный очерк о комете, но все еще надеется на сотрудничество с ним. «Быть может хотите писать отдельно, — спрашивает она его в письме от 26 октября 1909 г., — очень популярную брошюру — и я тогда напишу немного по серьезнее — (для интеллигентного читателя), но мне необходимо будет Ваше дополнение по астрофизике и кометным хвостам (по Бредихину), кроме того очень бы хотелось, чтобы Вы просмотрели и исправили написанное мной». И добавляет: «До сих пор еще не известно окончательно, будет ли комета достаточна ярка, чтобы ее видели простым глазом! Если нет, то само собой отпадает вопрос об очень популярной книжке. Для 2-ой же категории интерес сохраняется, история [кометы] Галлея слишком интересна сама по себе и теперь для нее наступило время, т[ак] к[ак] теория вполне установлена».
Заметим в скобках, что Субботина не первый раз высказывала опасения о чрезмерной «сухости» ее любимой науки. И похоже, что друзья старались по мере сил ее в этом разубеждать. Например, она рассказывала М.А. Островской-Шателен: «А Мих[аил] Андр[еевич] говорит, что в науке еще более свободы фантазии (чем в искусстве. — О.В.) и я теперь не буду бояться, что она меня засушит — я теперь буду знать, что надо и сказать в ней! Только я еще не знаю: как…».
Подробнее читайте:
Валькова, О. А. Жизнь и удивительные приключения астронома Субботиной / О.А. Валькова. — М.: Новое литературное обозрение, 2021.—608 с.: ил. (Серия «История науки»).
Жизнь и удивительные приключения астронома Субботиной
Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли
…самое драгоценное у людей есть их свобода, остальное все достижимо усилиями и трудом.
ОТ АВТОРА
Сегодня имя Нины Михайловны Субботиной (1877–1961), к сожалению, почти забыто, хотя по праву оно должно занимать почетное место не только среди имен первых российских женщин-астрономов и астрономов как таковых, но и среди выдающихся граждан России и среди выдающихся жителей планеты Земля. Устная память о ней еще немного жива – ее еще помнят наши старейшины, те, кто видел ее в ранней юности, кто слышал рассказы о ней от старших коллег. Она была легендой. Легендой астрономического сообщества, легендой своего поколения. Но устная память затухает. Было бы величайшей несправедливостью, если бы память об этом удивительном человеке, человеке, чья жизнь может служить источником вдохновения, надежды и примера для каждого из нас, пропала безвозвратно. Поэтому невозможно было не написать эту книгу.
Нина Михайловна Субботина была талантливым астрономом-наблюдателем и скрупулезным и нестандартно мыслящим историком астрономии. Благодаря удивительному личному мужеству, настойчивости в достижении поставленных перед собой целей и, главное, бескорыстной и беззаветной преданности избранной профессии она стала настоящей героиней для своих современников.
Она изучала избранную науку сначала самостоятельно, затем с помощью советов, консультаций и уроков профессиональных астрономов, ставших ее учителями, друзьями и в итоге коллегами и, наконец, окончила физико-математическое отделение Высших женских Бестужевских курсов в С.‐Петербурге. Не имея возможности поступить на официальную службу, она стала астрономом-наблюдателем в собственной маленькой, но вполне серьезно оборудованной обсерватории и на протяжении 50 с лишним лет вела систематические наблюдения Солнца, планет, метеоров, переменных звезд, участвуя в международных программах наблюдений и публикуя результаты своих исследований в российских и зарубежных изданиях. За свою жизнь Субботина принимала участие в наблюдении пяти полных солнечных затмений, три из которых ознаменовались полным успехом и научными публикациями. В 1910 г. она провела также успешные наблюдения кометы Галлея.
Яркий историк астрономии, Н. М. Субботина стала первой в нашей стране женщиной, опубликовавшей монографию по истории астрономии и получившей за нее в 1913 г. премию Русского астрономического общества. Через тридцать лет, в разгар тяжелейшей войны, в 1943 г., вышла в свет ее статья, посвященная изучению коронарных оболочек Солнца, выполненная на основании материалов древнеегипетских и месопотамских затмений, самим фактом своего появления утверждавшая вечную и неизбежную победу разума и науки над силами разрушения.
Жизнь Н. М. Субботиной не была легкой. Болезнь затрудняла каждый ее шаг с раннего детства и на протяжении всей жизни; не позволяла слышать и говорить; во время революции 1917 года была конфискована и затем разрушена ее обсерватория; во время блокады Ленинграда погибла почти вся семья. Она все преодолела.
Ее любовь к астрономии, переданная ей отцом, была искренней, страстной и совершенно бескорыстной. Она работала с ранней юности и до 80 с лишним лет, когда тело окончательно отказалось повиноваться ей, и даже тогда она продолжала следить за новостями любимой науки. Ее младшие современники запомнили ее как «замечательную, отважную и очень увлеченную астрономией» женщину. В ее судьбе принимали участие Д. И. Менделеев и К. Фламмарион, О. А. Баклунд и С. П. Глазенап, Н. А. Морозов и О. А. Федченко, И. В. Мушкетов и М. А. Шателен и многие, многие другие. Друзьями ее юности были А. П. Ганский, Г. А. Тихов, супруги Неуймины, Н. М. Штауде…
Круг ее профессионального и личного общения был огромен. Трудно найти человека ее эпохи, так или иначе связанного с астрономией, с которым она не была бы знакома. Она вела громадную переписку. И это не удивительно: потеряв во время перенесенной в детстве болезни слух и способность говорить, она могла общаться с людьми только при помощи письма. Именно поэтому в книге так много цитат и выписок из ее собственных текстов – она писала великолепно: свободно, образно, с тонким юмором и самоиронией. Нам хотелось предоставить ей возможность говорить…
К сожалению, архив Н. М. Субботиной не сохранился: одна его часть погибла в Ленинграде во время войны, когда квартира, в которой он хранился, была уничтожена снарядом; местонахождение послевоенной части архива также, к сожалению, обнаружить не удалось, за исключением одного альбома фотографий. На поиск и сбор документов Н. М. Субботиной, разбросанных по архивным коллекциям ее друзей и коллег, ушло более десяти лет. И эту работу было бы невозможно выполнить без помощи.
Выражаю искреннюю благодарность за помощь и поддержку, оказанную в работе над этой книгой: А. И. Еремеевой, В. И. Жукову, С. С. Илизарову, Т. В. Корякиной, Т. В. Костиной, И. Куклиной, Г. И. Любиной, Е. В. Мининой, Ф. А. Петрову, З. А. Платоновой, Е. В. Пчелову, С. И. Рындину, Н. Сигрист, М. В. Синайскому, Г. И. Смагиной, А. В. Собисевичу, Т. В. Соболевой, И. Л. Тихонову, Р. А. Фандо, М. Г. Финюковой. Отдельную благодарность выражаю Зинаиде Кузьминичне Соколовской, которой, к величайшему сожалению, не приведется увидеть книгу, написание которой она так неуклонно подталкивала, опубликованной. Моя особая благодарность – К. В. Иванову, редактору замечательной серии и этой биографии.
Мне также хочется поблагодарить сотрудников С.‐Петербургского филиала Архива РАН, Центрального государственного исторического архива С.‐Петербурга, Архива РАН, отдела письменных источников Государственного исторического музея г. Москвы, Музея истории завода «Красное Сормово», Музея истории С.‐Петербургского университета, Государственного архива Российской Федерации, Российского государственного архива экономики, сотрудников виртуальной справочной службы Централизованных библиотечных систем Нижнего Новгорода за всегда доброжелательное внимание и помощь.
Хочу также поблагодарить сотрудников отдела историографии и источниковедения истории науки и техники Института истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова РАН и других моих коллег по институту, которые на протяжении многих лет с терпеливым вниманием слушали мои доклады, сообщения и просто рассказы, посвященные Н. М. Субботиной, и чьи отзывы и советы были неоценимы для написания этой книги. Моя отдельная глубокая благодарность – моей маме В. Г. Вальковой.
Садовое товарищество «Парижская Коммуна», Москва
Тот, кто хоть раз встречался с Ниной Михайловной, никогда не забудет ее маленькую хрупкую фигурку на костылях, обращенное к собеседнику лицо, большие вдумчивые глаза, улавливающие каждый жест, каждое движение разговаривавшего.
Рис. 1. Нина Михайловна Субботина. 1934 г. (ГА РФ. Ф. 10249. Оп. 3. Д. 321. Л. 26)
Глава 1
СЕМЬЯ КАНДОРСКИХ – СОКОЛОВЫХ – СУББОТИНЫХ
Нина Михайловна Субботина родилась 26 октября (7 ноября) 1877 г. в Москве. Она была старшей дочерью в семье горного инженера Михаила Глебовича Субботина (1850–1909) и его супруги, Надежды Владимировны Субботиной (1855–1927), рожденной Соколовой. Оба родителя принадлежали к среде, как выражалась сама Нина Михайловна, «интеллигентных разночинцев».
Действительно, семья мамы Н. М. Субботиной – старая московская семья. Ее матриарх, бабушка Нины, Александра Александровна Кандорская (в замужестве Соколова), была женщиной примечательной и сильно повлияла на формирование характера и взглядов своей внучки. До замужества А. А. Кандорская (1829–?) воспитывалась в доме отца, Александра Кандорского, протоиерея церкви Преподобного Пимена в Новых Воротниках, которую и сегодня можно увидеть в этом старом московском районе и которая за все прошедшие годы ни на один день не закрывала свои двери.
Рис. 2. Церковь Пимена Великого в Новых Воротниках. 1882 (Найденов Н. Москва. Соборы. Монастыри и церкви. [М., 1882. № 38])
Легенда о прапрадеде – писателе, работавшем со знаменитым просветителем Николаем Ивановичем Новиковым (1744– 1818), – также «бытовала» в семье Субботиных. 21 февраля 1951 г. в письме другу юности и коллеге-астроному Гавриилу Адриановичу Тихову 14 Нина Михайловна вспоминала: «А в семейной традиции были у нас Новиков, и профессор МГУ, и суворовский солдат – вестовой самого Ал[ександра] Вас[ильевича] Суворова. И труженики 1812 года и 15 (даже сын шотландского горца – пахарь в 1805–1810 гг. был “узником”), – и заключала: – Как хорошо любить свою землю, своих людей и чтить предков за их добрый труд для будущего!» 16 В другом письме, также адресованном Г. А. Тихову, 15 ноября 1953 г. Субботина написала чуть более подробно: «А в конце XVIII в[ека] сотрудничал с Новиковым дед бабушки, переводчик “Атомистики” Демокрита, к[ото]рую со всеми книгами издательства Новикова сожгла Екатерина II, а переводчика, студента Греко-Латино-Славянской 17 академии, лишила возможности научной деятельности, разгромив весь труд Новикова и разогнав сотрудников…, – и прибавляла: – Как хорошо вспоминаются мне теперь рассказы моей бабушки, дочки профессора МГУ эпохи Пушкина-Грановского!» 18
Предположительно этим обиженным Екатериной II прапрадедом-переводчиком был Илья Михайлович Кандорский (1764–1838), священник Покровской, в Кудрине, церкви, переводчик и автор целого ряда книг духовного содержания. Его имя фигурирует во многих словарях XIX в. – биографических и авторов духовной литературы. Но прямых доказательств этому предположению нам обнаружить не удалось.
Из трех сестер Соколовых старшая – Надежда – вышла замуж, средняя – Ольга – окончила Бернский университет, получив степень доктора медицины, и, вернувшись домой, всю жизнь проработала врачом в Москве, а младшая – Варвара, – также оставшись незамужней, некоторое время, по-видимому, работала учительницей, позднее помогала сестре растить племянников и племянниц и жила в семье Нины Михайловны до самой смерти. Все они в той или иной степени повлияли на жизнь Нины Субботиной, особенно Ольга Владимировна.
