Возможна ли жизнь на Марсе?
В феврале 2021 года до Марса долетели сразу три космических аппарата, посланных с Земли тремя разными странами. Похоже, что наши отношения с соседней планетой начинают развиваться. Как всегда в случае предстоящих отношений, хорошо бы представлять себе перспективу и понимать, чего, собственно, ждать. Что на Марсе есть, а чего там нет и быть не может?
Рассказывает гость программы «Вопрос науки», кандидат физико-математических наук, старший научный сотрудник Института космических исследований РАН Алексей Владимирович Малахов.
Есть ли шансы покорить Марс?
Аппараты, которые работают на Марсе, позволяют познакомиться с планетой и подготовить наше понимание о том, чего стоит ждать. От этого во многом зависит успех первых людей, которые на эту планету ступят. Я думаю, они туда обязательно ступят. Другой вопрос, что это произойдет очень нескоро и, конечно же, эти шажки будут очень робкие, сначала — на уровне прилететь-улететь.
Первый пилотируемый полет на Марс — это вопрос десятилетий. Основная проблема — радиация. Пока мы не знаем, что с ней делать на пути туда, обратно и как нам еще там побыть — хотя бы неделю — и долететь обратно живыми.
Сегодня мы делаем Curiosity по пять-семь лет — это всего лишь одна тонна. Оборудование, необходимое человеку на Марсе, весит уже несколько тонн. Сколько времени и денег на это надо потратить? В ближайшее десятилетие нужно хотя бы на уровне теории решить технологические проблемы, которые нам мешают, — это радиация, масса и др. А после того, как мы их решим в теории, мы будем их разрабатывать еще столько же.
Если вы посмотрите на картинку выше, то увидите все миссии, которые когда бы то ни было запускались человечеством на Красную планету. Если раньше была неудача за неудачей, а вероятность успешной миссии была примерно 50%, то сейчас, как мы знаем, три миссии одновременно успешно прилетели на Марс за одну неделю. Это, конечно же, гигантский шаг вперед. Мы совершенствуемся. Мы очень редко уже сталкиваемся с неудачами при миссиях на Марс — это большой технологический прогресс.
Сейчас на Марсе одновременно работают аж десять аппаратов. Это роверы и посадочные миссии. Одна посадочная миссия InSight, три ровера и оставшиеся шесть спутников, которые по орбитам летают. Один из аппаратов, «Марс Одиссей», — это вообще долгожитель, он работает 20 лет на орбите. Все, что мы знаем о Марсе сегодня, — это результаты измерений, которые мы провели на орбите и на поверхности за 20–30 лет. Это наглядное свидетельство того, как далеко мы шагнули, как хорошо мы научились летать в космос хотя бы на уровне автоматических станций. И в конечном итоге это позволяет нам подробно изучать Марс, делать выводы, строить модели Марса, изучать его среду, в которую мы, наверное, когда-нибудь полетим.
Когда лучше лететь на Марс?
На Марс можно улетать в любой момент. Вопрос лишь в том, сколько по времени мы будем туда лететь. Каждые два года открывается «окно» — тот момент, когда Земля и Марс находятся максимально близко друг к другу.
Как известно, Земля и Марс вращаются вокруг Солнца. И когда Земля находится с одной стороны Солнца, а Марс — с другой, лететь туда бессмысленно. Но когда они сближаются, то имеет смысл с Земли запустить космический аппарат и долететь до Марса, пока он не удалился от Земли еще дальше.
Когда мы летим на Марс, мы должны оптимизировать время. Зачем находиться в космосе порядка нескольких лет, когда есть окна запуска, при которых можно долететь за шесть месяцев? В конце концов управление миссией в полете — это тоже работа, которую мы пытаемся как-то оптимизировать.
Раз в два года случаются солнечные затмения, когда Марс заходит за Солнце и связь со всеми аппаратами прерывается на несколько недель. Это длится три-четыре недели, пока Марс не выйдет из-за Солнца (по отношению к Земле). И это относится ко всем аппаратам, которые там работают. Все марсианские миссии встают на паузу, консервируют свои аппараты, роверы, или орбитеры, они все уходит в спящий или автоматический режим.
Чтобы преодолеть земное тяготение и долететь до Марса, нужен разгонный блок. Это вторая ступень ракеты, которая включается уже на низкой земной орбите и, собственно, задает уже межпланетную траекторию перелета. Масса последних роверов, которые туда улетают, порядка тонны. Да и спутники весят, в общем-то, так же. Это такой характерный вес для аппарата на орбите или на поверхности Марса. Тонна — это, по сути, автомобиль. А мы же хотим туда отправлять человека с какой-то снедью… Это одна из технологических проблем, которые необходимо решать и которую агентства и компании сейчас пытаются решить — в том числе идеями.
Возможно, межпланетный аппарат будет собираться, как конструктор, на орбите, где его ждет дозаправка и отправка уже оттуда на Марс. Тогда понадобятся несколько стартов с Земли. Мы группируем своеобразный конструктор «Лего» на орбите и дальше посылаем его к Марсу. Есть и другая интересная идея на эту тему — это использование Луны как стартовой площадки, потому что оттуда легче стартовать, там с гравитацией все гораздо проще, чем на Земле. Проблема топлива тоже обсуждается. Можно либо на Луне его сделать, и для этого разведывают Луну на вопрос производства топлива, либо туда его нужно привозить. Но привозить топливо на Луну и потом его использовать для разгона к Марсу, наверное, не очень выгодно.
Каковы условия на Марсе?
Там действительно сложно выжить. Одна из гигантских проблем Марса — то, что атмосфера у него выдувается в космос солнечным ветром и истощается таким образом, либо она как бы перелетает на холодные полюса, где оседает и может застыть.
2 млн лет назад все было примерно так же, как сейчас. А вот 2 млрд лет назад, по последним исследованиям, Марс был совершенно другой планетой, которая вполне могла поддерживать жизнь или зародить какую-то свою.
Ранняя Земля и ранний Марс различались не слишком сильно. Но потом что-то пошло не так на Марсе, чего не случилось на Земле. Моделирование того, как мог выглядеть Марс в далеком прошлом, выполнено по большому счету на основе того рельефа Марса, о котором мы сейчас знаем, а также расчетов того, сколько вообще воды было 2–2,5 млрд лет назад в климатической системе Марса. Когда ученые взяли и распределили эту воду по рельефу Марса, получился гигантский океан, большое количество озер и рек.
Главный изъян этой планеты заключался в том, что она в разы меньше Земли. Это действительно изъян, потому что наш основной защитник от той же судьбы, которая постигла Марс, — это магнитное поле вокруг Земли. А магнитное поле создается ядром внутри нашей планеты, которое вращается. Это по факту динамо-машина, которая закрутилась когда-то, в момент создания Земли, и до сих пор крутится просто по инерции. А Марс меньше. У него меньше инерции, у него эта динамо-машина в какой-то момент взяла и остановилась. Эта гипотеза косвенно подтверждается современными измерениями тех магнитных потоков, которые есть сейчас на орбите Марса.
Представим ранний Марс. На нем есть довольно толстая атмосфера, есть облака, парниковый эффект, вода, хорошая температура — в общем, весь тот «суп», в котором могла зародиться жизнь. И, может быть, она там зародилась, и, возможно, она до сих пор там есть, мы этого не знаем. Мы просто предполагаем, что в тех условиях, в которых Марс был 4–3,5 млрд лет назад, вполне могла поддерживаться жизнь.
Вулканизм опять же создает парниковые газы. И все это приводит к тому, что жизнь вполне себе может зарождаться и развиваться в таких условиях. Но что происходит дальше? Дальше, во-первых, у нас останавливается эта динамо-машина, пропадает магнитное поле, и Марс становится подвержен воздействию солнечного ветра. Солнечный ветер — это, по сути, заряженные частицы, электроны, протоны, которые извергает наше Солнце. Он никак не вредит Земле, потому что у Земли есть магнитное поле. А при взаимодействии с Марсом его атмосферу буквально выдувает в открытый космос, и она становится тоньше. 
Фото: ABACA/Abaca/East News
Когда-то на Марсе была нойская эра, она так называется, потому что было действительно мокро. Прошло 1–2 млрд лет, и наступила постнойская эра: она стала уже совершенно сухой, вода осталась только на полярных ледниках — это аналог нашей вечной мерзлоты в Приполярье.
Остались жалкие остатки атмосферы. По составу она «не очень» в нашем понимании. Кислорода мало, в основном это углекислый газ — на 90%. Из-за того что нет атмосферы, нет парниковых газов, перепад температур — от –200 до +30 °С. Там сухо, потому что вода либо испаряется, либо она в виде льда где-то под поверхностью, откуда ей испариться не получается. И, соответственно, с живыми организмами, бактериями, любыми зачатками жизни там достаточно сложно.
Есть ли жизнь на Марсе?
Сегодняшние исследования Марса — это попытки, надежды найти либо остатки той нойской жизни, которая зародилась и, может быть, где-то в глубине есть, либо не найти ничего в конце концов. Если вдруг жизнь там найдут, это будет просто гигантская удача.
Вероятность жизни есть. Ведь на Земле жизнь зародилась, и мы знаем о том, как она зародилась: вода перемешала элементы друг с другом, и получилась органика, которая потом развилась… В принципе, на Марсе были те же условия, и в ту самую нойскую эпоху, когда было много воды, все основополагающие элементы для жизни присутствовали. Так почему бы ей там не зародиться?
На Марсе и на Земле условия были одинаковые. Но на Земле «галактические кости» сыграли таким образом, что эти условия продлились достаточно долго, чтобы жизнь развилась, а на Марсе — нет. И с этой точки зрения вероятность для Марса не сработала.
Жизнь, которая все-таки там, возможно, случилась, какое-то время боролась и адаптировалась, а потом ушла глубоко под поверхность, где она может быть и сейчас. Либо климат все же победил. Те аппараты, которые работают на Марсе, бурят буквально на сантиметры. Хотя мы никогда не найдем жизнь на глубине в сантиметры, их работа — это уже большой успех!
Глубоко под Землей тоже есть жизнь, даже на километровой глубине. Например, в подземных озерах живут бактерии, примитивные организмы. Недавно была публикация радара, летающего вокруг Марса, который обнаружил на глубине 1,5 км большие резервуары соленой воды. И это только то, что мы измерили нашими приборами на современном Марсе. Там тепло, там жидкость, там куча химических элементов. Это одно из подтверждений нашей гипотезы о том, что жизнь на Марсе есть или была.
Полную версию интервью с ученым смотрите на нашем канале в программе Алексея Семихатова «Вопрос науки».
Как будет выглядеть жизнь на Марсе
Основатель космической компании SpaceX Илон Маск считает, что первый человек сможет приземлиться на Марс уже через четыре года. А к 2050 году предприниматель планирует перевести на планету 1 млн человек и организовать колонию. С прогнозами Маска соглашаются и некоторые футурологи, но что ждет людей после того, как они приземлятся на Марс? Как будут выглядеть внеземные дома и чем будут питаться космонавты? Разбираемся по порядку.
Где мы будем жить на Марсе?
Разработчики из NASA одобрили проект архитектурной компании AI SpaceFactory. Архитекторы предлагают строить дома из марсианской земли. Такой подход поможет снизить время и стоимость строительства, поскольку не придется завозить материалы с Земли. Дома при этом будут напоминать огромные вазы или пчелиный улей. Такая форма нужна для смягчения атмосферного давления Марса.
Инженеры собираются строить здания при помощи 3D-печати. Кроме материалов с Марса они планируют использовать базальт и возобновляемый биопластик. [1] Дома будут состоять из внешней оболочки, которая способна защитить здание от сильных ветров, и внутренней отделки, создающей интерьер.
Предполагается, что каждый дом подходит для комфортного проживания четырех человек, но в то же время в них достаточно пространства для марсианских вечеринок. Дом состоит из четырех этажей: первый для влажной обработки скафандра, второй этаж с кухней и два верхних со спальнями и зоной отдыха. Сами спальни напоминают капсулы полузакрытой формы без дверей.
Еще один проект домов разработан архитектурной компанией Zopherus из Арканзаса. Она также предлагает использовать 3D-печать и материалы с Марса. Инженеры собираются выпускать на поверхность робота, похожего на паука. Вначале он автономно перемещается по поверхности и ищет подходящее место для строительство дома, а затем плотно прилегает к земле и начинает строить дом из окружающих материалов.
Проект, правда, разработан не для постоянного проживания, а для космонавтов, прилетевших на Марс с первой миссией. Предполагается, что они проведут в таком здании около года. Дизайн здания получил первое место на конкурсе NASA по проектированию жилья на Марсе. Теоретически такие здания возможно возвести еще до прибытия человека, и они будут ждать своих жильцов столько, сколько потребуется.
Как мы будем дышать на Марсе?
Привлекательность Марса осложняется тем, что воздух там на 96% состоит из углекислого газа. Если не решить вопрос с выработкой пригодного для жизни кислорода, любые идеи о колонизации зайдут в тупик. Один из возможных выходов — цианобактерии. Они поглощают углекислый газ и превращают его в кислород. Цианобактерии действуют по принципу фотосинтеза, но в отличие от растений им не нужен солнечный свет. Ученые обнаружили, что бактерии справляются со своей задачей даже в самых глубоких впадинах океана. [2]
Если перевести цианобактерии на Марс, есть вероятность, что они смогут там прижиться и космонавтам будет чем дышать. Космические агентства и частные компании уже думают о возможной реализации такого проекта.
Если отойти от этой идеи, можно использовать уже испробованный технический способ добычи кислорода. На МКС давно используют электролиз воды. При таком подходе вода расщепляется на кислород и водород. Кислород оставляют для создания пригодной для жизни атмосферы, а водород выбрасывают в космос. Но при колонизации Марса возникнет проблема с водой: ее будет недостаточно для постоянного обеспечения планеты воздухом.
Ученые нашли возможный выход из ситуации. Они обнаружили, что при столкновении углекислого газа с золотой фольгой на высокой скорости атомы кислорода отделяются от углекислого газа. NASA планирует отправить на планету марсоход MOXIE 2020, который проверит, работает ли там подобная система на и возможен ли подобный подход для успешной колонизации этой планеты. [3]
Во что мы будем одеваться?
Для прогулок по Марсу NASA разработала два скафандра нового поколения, способных работать в автономном режиме до восьми часов. [4] Они помогут защитить космонавтов от непригодных для жизни температур и радиации. Дизайнеры проекта обещают, что новые скафандры не будут сковывать движения: в них будет удобно ходить и даже прыгать. Изначально костюмы создавались для высадки человека на Луну, при добавлении небольшого количества модификаций они подойдут и для будущих жителей Марса.
Что мы будем пить на Марсе?
Воду на Марсе можно добывать из почвы. Марсоходы еще до прибытия человека будут изучать почву и выбирать места, благоприятные для поселения. Специальная аппаратура будет нагревать землю до высоких температур. Вода начнет испаряться, ее отделят от почвы и поместят в специальное хранилище.
Уже добытая вода будет уходить в переработку, которая занимает гораздо меньше времени, чем добыча воды по новой. Только вода, непригодная для фильтрации, будет возобновляться через испарения из почвы. Если верить прогнозам, каждый житель Марса сможет использовать до 50 л воды в день, что вполне достаточно для комфортной жизни.
Чем мы будем питаться?
Поверхность Марса не подходит для выращивания растений, поэтому будущим колонизаторам придется прибегнуть к инновационным способам добычи продуктов. Планируется, что первые люди привезут с Земли запас продовольствия на несколько лет вперед. [5] Среди возможных продуктов — водоросли и насекомые, поскольку они быстро размножаются и для их возобновления не нужна почва.
В дальнейшем производство продуктов питание переместится в специально оборудованные помещения с искусственным светом. Питательные вещества для растений будут получать из отходов, либо приводить с Земли. Людей, прилетающих на Марс, обучат работе с тепличным оборудованием Марса, и каждый желающий сможет построить свой персональный огород.
Среди других возможных вариантов — 3D-печать пищевых продуктов. На Марс будет сложно завести животных, и колонизаторы рискуют остаться без мясных продуктов. Потенциальное создание искусственного мяса поможет решить эту проблему и одновременно обеспечить более гуманный способ производства продукта.
Была ли жизнь на Марсе вообще?
Жуткая радиация. Тонкая прослойка воздуха. Холодные температуры. Эти и многие другие свойства Красной планеты, вероятно, привели к тому, что любые микробы ушли в подполье давным-давно. Если бы на Марсе была жизнь, ей пришлось бы иметь дело с весьма неблагоприятным отношением планеты. В ходе ежегодной встречи Mars Society, которая прошла 22-25 сентября в Вашингтоне, Дженнифер Эйгенброуд, биогеохимик и геолог Центра управления космическими полетами им. Годдарда NASA в Мэриленде, обозначила ограничения возможности существования живых существ на Красной планете и с какими препятствиями им пришлось бы столкнуться. Также была затронута тема возможного существования жизни и сегодня.
До сих пор ученые не могут точно ответить на этот вопрос
Ученым важно убедиться, что они узнают жизнь, когда увидят ее, и не только изучать Вселенную, но и вопрос возможной опасности чужих форм жизни для людей, говорит она.
«Лаборатория марсохода «Кьюриосити» не была рассчитана на поиски признаков жизни, — говорит она. — Инструменты марсохода «Кьюриосити» спроектированы таким образом, чтобы ученые могли ответить на вопросы, возможно ли существование жизни в прошлом и можно ли обнаружить какие-либо ее следы. Это первое, что нужно знать, прежде чем искать сигнатуры живых существ».
Почему на Марсе никто не живет?
Проблемы у живых существ на Марсе начались миллиарды лет назад, когда планета по какой-то причине потеряла свое магнитное поле. После этого у нее не осталось возможности блокировать солнечный ветер, который медленно сдувал атмосферу планеты.
Также это обнажило поверхность планеты перед радиацией солнца. Атмосферу сдуло. Это осложнило эволюцию биосферы. По мере истощения атмосферы на землю попадает больше ионизирующего излучения. Этот тип излучения имеет свойство разрушать органические молекулы, содержащие углерод. В лабораторных экспериментах излучение марсианского уровня уничтожило до 90% крупных молекул углерода.
Если жизнь появилась на Марсе в прошлом, когда планета была влажнее и имела более плотную атмосферу, у организмов могла быть точка опоры. Впоследствии жизнь могла адаптироваться к среде высокого излучения и отступить глубже под землю для защиты.
Сигнатуры такой жизни могли бы существовать и поныне, говорит она; инструменты марсохода «Кьюриосити» были разработаны так, чтобы найти возможные признаки ее существования. Данные марсохода показали, что некоторые из крупных молекул на основе углерода остались в марсианской почве и они не являются результатом загрязнения самого марсохода.
Эйгенброуд добавляет, что будущие миссии должны будут искать жизнь под поверхностью планеты, хотя бы ее следы. Чтобы найти хоть что-то оставшееся от древней среды, придется уйти на 2-3 метра вглубь.
С чего мы взяли, что на Марсе была жизнь?
Помимо защиты от радиации, жизнь также нуждается в жидкой воде. Эйгенброуд указывает на некоторые обнадеживающие признаки того, что эта жизненно важная молекула действительно присутствует на Марсе, вроде образований в кратере Гейла. Ученые идентифицировали аргиллиты и осадочные полосы, которые образуются только при наличии воды, которая присутствует тысячелетиями.
Еще один хороший признак в том, что «Кьюриосити» нашел указания на то, что вода может прорываться к поверхности и замерзать. Возможно, вместе с этой водой на поверхность попадают и организмы. Что касается жизни на поверхности, то это маловероятно по причине сильной радиации.
И хотя «Кьюриосити» нашел молекулы углерода, это вовсе не означает, что жизнь существует или существовала в прошлом. Такие молекулы могут приходить из трех источников. Один — это межпланетная и межзвездная пыль, которая богата такими молекулами. Второй — это химические реакции под землей. Последний — фактические живые существа.
Поиск марсианской жизни может обеспечить ряд преимуществ, говорит Эйгенброуд. Помимо научной ценности обнаружения инопланетных организмов, ученые хотят идентифицировать живых существ на Марсе, поскольку те могут быть опасны для людей. А ведь мы собираемся покорять Красную планету.
И вместе с этим рождается вопрос.
Илон Маск хочет колонизировать Марс?
Проект «Марса на Земле» для симуляции жизни на Красной планете
На прошлой неделе в Гвадалахаре миллиардер-предприниматель и CEO SpaceX подробно изложил свою мечту: обеспечить все, чтобы свет сознания не угас. А именно: дерзкий план по выводу человечества на Марс и превращения его в многопланетный вид. Подробнее о том, что будет происходить по замыслу Маска, можно почитать здесь.
Один из важнейших вопросов на конференции задал некто по имени Альдо. Не превратит ли нехватка жидкой воды на Марсе колонию в «пыльный безводный лагерь»? Как SpaceX будет поддерживать «санитарные нормы» колонистов на таком мертвом, высушенном мире? Не станут ли отходы человека большой проблемой? Маск как ни в чем не бывало ответил, что раз уж на Марсе много воды, реальной проблемой станет производство достаточного количества энергии, чтобы это все расплавить.
Очевидно, Маск упускает из виду вопрос, который мы подняли выше: если на Марсе есть жизнь — даже если инопланетные микробы просто примкнут к марсианским убежищам — любое биологическое загрязнение, которое мы импортируем с Земли, может вызвать экологическую и научную катастрофу. Мы вполне можем быть единственной искрой жизни в Солнечной системе, обладающей технологиями и сознательным опытом, но внутри каждого из нас сидит килограмм бактерий. Без тщательных контрмер любой дырявый скафандр, разбитая теплица или канализация может выпустить самых выносливых членов нашего микробиома, чтобы те распространились и колонизировали большую часть Марса быстрее нас.
Такая вспышка настойчивых микробов может легко уничтожить любую хрупкую местную биосферу, а вместе с тем наши надежды на обнаружение и исследование инопланетной жизни. Итак, должна ли наша цивилизация пожертвовать возможной находкой инопланетной жизни ради удовлетворения своих амбиций? Будет ли колонизация Марса стоить экоцида планетарного масштаба?
Если вам интересны новости науки и технологий, подпишитесь на нас в Яндекс.Дзен, чтобы не пропускать новые материалы!
Конечно, эта проблема не нова — космические агентства занимались «планетарной защитой» много лет, в частности разрабатывая миссии для полетов на Марс и к другим пунктам назначения. В NASA есть даже штатная должность сотрудника планетарной защиты, которую ныне занимает Катарина Конли, она занимается обеспечением протоколов планетарной защиты. Эти протоколы, в свою очередь, вытекают из Договора о космосе от 1967 года, который запрещает «вредное загрязнение» других планет. Но нынешние правила касаются лишь безжизненных машин, которых можно прогреть в печи, отмыть антимикробными веществами и облучить вредоносной для бактерий радиацией.
Самые строгие процедуры стерилизации предназначены для космических аппаратов, которые посещают «особые регионы» Марса, в которых спутниковые наблюдения подтвердили наличие жидкой воды и прочих возможных маячков обитаемости. Марсоход или посадочный модуль, который направляется в «особый регион», будет везти с собой 300 000 бактерий автостопом, меньше чем можно найти в квадратном миллиметре колонии в чашке Петри. Особые регионы также будут первостепенными местами интереса для будущих поселенцев Марса. Но высадка даже одного человека в таком месте — не говоря уже о миллионах таковых — полностью сломает парадигму планетарной защиты.
На данный момент никаких решений этой проблемы не существует. Разве что можно просто проигнорировать или переписать правила. Маск, в свою очередь, не видит в планетарной защите проблем. Но в 2015 году он заявлял, что считает Марс полностью стерильным, и любые микробы могут проживать лишь глубоко в недрах планеты.
Примерно так SpaceX представляет колонию на Марсе
В отличие от Маска, ярые сторонники планетарной защиты рекомендуют не ломиться сломя голову на Марс, а сперва отправиться к небольшим спутникам планеты — Фобосу и Деймосу.
«Если мы оставим свои грязные мешки с мясом в космосе и будем телеуправлять стерильными роботами на поверхности, мы сможем избежать необратимого загрязнения Марса и запутывания ответа на вопрос о том, одиноки ли мы в Солнечной системе», пишет Эмили Лакдоуэлла, известный блогер. «Возможно, для взятия проб марсианской воды или обнаружения марсианской жизни роботов будет вполне достаточно».
Сможет ли человек выжить на Марсе?
Но не все ученые придерживаются таких ограничивающих подходов. Многие утверждают, что если отбросить «особые регионы», Марс слишком недружелюбен для жизни и не позволит микробам с Земли широко распространиться. И это несмотря на то, что лабораторные испытания показали, что некоторые бактерии, найденные у людей, могут процветать в марсианских условиях. Некоторые полагают, что беспокоиться о планетарной защите бессмысленно, поскольку биосфера Земли уже давно последовательно загрязняет Марс, начиная с первых космических аппаратов и древних фрагментов пород, которые отправились в межпланетное путешествие после падений гигантских астероидов. А вот Стив Сквайрс, планетолог Корнелльского университета, считает, что если жизнь существует на Марсе, мы не найдем ее, пока сами не отправимся к ней во плоти. Он аргументирует это тем, что человеку потребуется минута, чтобы проделать все, что «Спирит» и «Оппортьюнити» делали за год.
Все эти споры остаются сугубо в академических кругах, поскольку NASA и другие космические агентства периодически задумывались — и впоследствии отказывались — об отправке людей на Марс. Теперь же NASA планирует официально отправить астронавтов на Марс в 2030-х годах и построить собственную гигантскую ракету с капсулой для экипажа (SLS и «Орион»). Правда, эксперты сомневаются, что политика и ограниченный бюджет NASA позволит агентству осуществить свои планы так скоро.
Маск, напротив, утверждает, что SpaceX может разработать ключевую технику, необходимую для реализации плана, за 10 миллиардов долларов и отправить людей на Марс уже в середине 2020-х. Очевидно, никто не успеет решить вопросы планетарной защиты за эти десять лет. Возникает вопрос.
Пойдет ли Маск против научного сообщества и плюнет на марсианскую жизнь? Ведь когда мы окажемся на Марсе, все эти споры станут бессмысленны.
