Как жили в старину русские люди
В каждом православном доме богатом и бедном были иконы – это могла быть скромная полочка или целый иконостас. Иконы были семейной реликвией и располагали их в переднем красном углу – его еще называли святой угол или божница. Там же были лампада с маслом и священное писание – жития святых, молитвослов. В домах побогаче был киот – специальный шкаф для икон. И обитатели дома читали молитвы утром и вечером.
Я помню, как девочкой гостила у бабушки с дедушкой, и как молился мой дедушка – он был из семьи старообрядцев. Он не садился за стол не перекрестясь. В доме были и жития святых, написанные старославянским шрифтом, который я сначала не понимала, но дедушка показал мне несколько раз, и я стала понемногу читать. Помню, особенно заинтересовало меня житие Симеона-столпника, который много лет стоял на столбе, постился и молился. Мне это казалось невероятным…
Чуть позже и меня бабушка научила молиться. А еще она хорошо знала множество русских народных песен, сказок, разных легенд, преданий, обычаев и щедро делилась со мной. А я как губка впитывала эти сокровища. И запали они в детском сердце и остались в памяти. Некоторыми из них я и хочу поделиться с вами, дорогие читатели.
В старину в сёлах текла жизнь, полная трудов. В рубленых избах и полуземлянках наши предки буквально боролись за жизнь. Они бортничали, распахивали новые земли и разводили скот, охотились и оборонялись от лихих людей. Часто в пожаре сгорали дом и имущество – тогда приходилось строить новое жильё.
Свой дом русские люди строили, предварительно тщательно выбрав место: нельзя было строить дом на месте бывшей дороги или кладбища – считалось, что счастье уйдёт вскоре из такого дома. Выбрав место для будущего дома – тщательно проверяли его, не засушливое ли оно? Для этого клали на ночь сковороду дном вверх. Если за ночь под сковородой скапливалась роса – то место хорошее. И можно было строить новую избу.
Первой в новый дом пускали кошку – считалось, что во время стройки в дом могли проникнуть злые духи. А кошки помогали их изгнать. Поэтому первую ночь обязательно проводили в новом доме кот с кошкой. Кстати, этот обычай дошел и до наших дней. На новоселье принято приносить в дом кошку.
Огромное значение в доме имела печь. Печь и печной огонь у русских людей были на втором месте после святого угла. Рядом с печкой нельзя было говорить худые слова. В жилище сохранялась диагональ – печь – красный угол. Избы топились по-чёрному, в них было дымно.
Печной угол или «куть» было традиционно женским пространством. Здесь выполнялось главное священнодействие – выпечка хлеба. В кути располагались посуда и кухонная утварь – чугуны, ухваты и пряничные доски – на Руси издавна женщины пекли пряники. Они были любимым лакомством крестьянских ребятишек. В печном углу стояли прялка и ткацкий станок.
Прялка особо ценилась в крестьянском доме, потому что пряли и ткали все русские женщины, одевали всю семью, ткали полотенца и скатерти.
Прялка была желанным подарком, ее хранили и передавали по наследству. Расписную прялку парень дарил своей невесте, а она хвасталась красивым подарком на посиделках, где девушки пряли.
Крестьяне носили длинные домотканые рубахи и конечно лапти – аж до 20 века!
Горожане ходили в сапогах и носили туфли. А еще те и другие носили шубы, однорядки и кафтаны. У женщин были сарафан, платок и пояс. Одежда была праздничная и повседневная.
В праздничной одежде преобладали два цвета орнаментов – белый и красный, который подчёркивал свет души и духовную чистоту.
Девушки плели одну косу, замужней женщине после свадьбы расплетали её и заплетали две. У мужчин символом мужества считалась борода. И когда вышел указ Петра Первого стричь бороды, возникло даже восстание в Сибири. С древних времён крестьяне считали, что, обрезав волосы, у человека можно отнять и здоровье.
Жили крестьяне в небольших домах. На Севере это были высокие избы с несколькими небольшими окошками. На резных наличниках часто была изображена розетка – символ жизни и счастья. На Севере под одной крышей часто находились сарай и кладовая.
В Сибири тоже встречаются до сих пор такие постройки. Например, в Сузуне Новосибирской области многие дома построены по такому типу. Закрытые дворы очень удобны в морозы. И живут там потомки старообрядцев с незапамятных времен.
На праздники стол накрывали и ставили расписную и резную посуду – ковши разных форм с мёдом и квасом, светец для лучины, солонки в виде коньков, птиц, глиняные миски и деревянные ложки. Ковши были в форме ладьи, утки. На ковше могла быть вырезана надпись примерно такого содержания: « Гости дорогие, гостите да пьяными не напивайтесь, вечера не дожидайтесь».
В жилище пространство у входа было мужской территорией. Здесь находились рабочие инструменты и коник, который в крестьянской избе имел особое значение. Здесь хозяин занимался своими мужскими делами: чинил сбрую и упряжь зимой.
А летом мужики ладили сани – ведь без саней в деревне никуда. Всё мастерили из дерева – лавки, колыбель, корзины. И всё расписывали, чтобы радовало душу. Избы строили из дерева, топор даже гвозди старались не использовать. В крайнем случае – деревянные костыли.
По вечерам слушали былины, сказки, пили хмельной мёд, пели песни. По субботам топили баню.
Семьи были большими и крепкими. Жили по заповеди Домостроя: «Сохраняйте семейные союзы ваши, Богами освященные, во времена радостные, во времена горестные и да помогут вам Боги светлые, и приумножатся древние роды ваши».
Семейный союз – это продолжение жизни. Невеста должна была быть не моложе 16 лет. Жена должна была заботиться о муже. Беременная жена укрывала зипуном мужа, чтобы мужняя сила охраняла её чрево и чадо во время сна. Пуповину о родившегося ребенка перевязывали нитью, сплетенной из волос отца.
У детей воспитывали любовь к вере, к своему роду, семье, к матери-природе, к земле предков и велели жить по совести. Девочке 12 – ти лет вручали веретено и прялку и обучали рукоделию.
В Древней Руси народ имел свой уклад жизни и свои обычаи, не соблюдать, не знать же их считалось большим грехом. В одной из глав домостроя читаю: «Великое несчастье для прямого сына Отечества, ежели он не знает нравов и обычаев своего народа». А главным обычаем на Руси было иметь столько детей, сколько даёт Бог…
Умели русские люди работать, умели и отдыхать. В январе праздновали Рождество. Новый год ( по старому стилю), колядование и крещение, в святки ходили ряженые – мазали лица сажей, выворачивали наизнанку шубу, наряжались цыганом, гусаром, водили козу, разыгрывали сценки, веселились.
Любимым праздником была Масленица – гуляли целую неделю. С четверга все работы прекращались, и начиналось шумное веселье – катались на тройках, ходили в гости, обильно угощались блинами, оладьями, пирогами, вином.
Потом соблюдали изнурительный пост и праздновали Пасху – светлое Христово воскресение. Молодёжь собиралась отдельно, водили хороводы на околице, у леса, на берегу реки, гуляли по улицам, качались на качелях.
В Радуницу – родительский день посещали могилы умерших, носили еду на могилы родственников. На Троицу ходили в лес, пели песни, плели венки и бросали их в реку, если пристанет – девушка должна была выйти замуж скоро, а если венок тонул – очень плохой знак.
Осенью и зимой устраивали посиделки. Летом играли в игры, водили хороводы, пели, плясали допоздна. Главной фигурой в деревне был хороший гармонист. Ах, какие гармонисты были в каждом селе! Какие играли наигрыши! В каждой местности свои.
В Древней Руси было принято ходить в гости, помогать друг другу, особенно при строительстве новой избы. По окончании работы хозяин кормил обедом, угощал вином. Все пели и плясали, несмотря на усталость.
Свадьбы проводили осенью или после Крещенья. К родителям невесты приходила сваха с прибаутками: «У вас курочка – у нас петушок, сведём их в один хлевушок». После смотрин невесты был сговор – рукобитье. А потом целый месяц шла подготовка к свадьбе.
Жених покупал невесте подарки. Подруги собирались в доме невесты на девичник, помогали готовить приданое и обязательно пели песни – грустные, величальные, шуточные, прощальные. Вот одна из них:
Картошки у русских долгое время не было. И только в 19 веке картошка произвела настоящий переворот в русской кухне.
Готовили блюда в основном в русской печи – отсюда и своеобразие их, и вкус несравненный и дух. На Севере больше варили щи, на юге – борщи, на Волге пекли замечательные пироги с рыбой, а на Урале и в Сибири, как я уже сказала, шаньги и пельмени. Ели на Руси черный ржаной хлебушко, белый был по праздникам.
После еды принято было подавать заедки на сладкое: ягоды, кисели, мочёную бруснику, пареную репу. Принято было угощать гостей самым лучшим – соблюдалась традиция русского гостеприимства. Говорили так: «Ест человек дома, а в гостях он лакомится». Любили и чаек попить из самовара, как водится, с пирогами да шаньгами – Ведь испокон веков на Руси было принято потчевать гостей пирогами.
Пирог – это символ русского гостеприимства. Пирог – это праздник. И само название его происходит от слова « пир». Ко всякому торжественному случаю выпекался свой пирог, а «глаза помогали его есть», поэтому пекли его затейливым и красивым.
Расстегай с грибами и луком подавали на закуску со штофом водки, горячую кулебяку тоже под водочку, шаньги к кислым щам, к чаю. На Севере России пекли калитки из пресного ржаного теста. Женщины в старину говорили: «Калитки просят восьмерки».
О русских традициях и обычаях можно говорить бесконечно, но я заканчиваю свой скромный труд, надеясь к нему когда-нибудь вернуться.
Как жили крестьянки в дореволюционной России, и почему выглядели в 30 лет на 40, а в 60 лет. тоже на 40
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Крестьянская Россия было очень большой. Деревни раскинулись во всех климатических и часовых поясах; во многих исконно нерусских местах были и русские сёла. Крестьяне составляли большую часть населения; женщины – чуть меньше половины крестьянства. Рождалось девочек и мальчиков примерно поровну, доживало до взрослого возраста тоже.
Осложнения беременности и родов, а также смертные побои уносили некоторое количество взрослых женщин в могилу. Однако и у мужчин находились причины умереть – например, драки с другими мужчинами, несчастные случаи в дальних поездках, отравление. В общем, женщин-крестьянок было в России предостаточно. И о них остались свидетельства: рисунки, фотографии и тексты, писаные помещиками.
Почему не всем картинам и текстам можно доверять?
Очень часто в дома больших помещиков допускали только приятных на лицо крестьянок. Иногда на случай, если барин захочет выбрать себе наложницу или на месте развлечься. Иногда из общих представлений о том, что должно бар окружать. Многие помещики прожили жизнь в уверенности, что большинство крестьянских баба – молоды, веселы, румяны и быстроноги. Этот образ они воспевали в дневниках, мемуарах, стихах и рассказах разной степени талантливости.
Практически то же самое и с художниками. До моды на реализм и поиск гармонии даже в лохмотьях, морщинах и, главное, в индивидуальности лиц художники тщательно подбирали крестьянок, достойных того, чтобы оказаться на их картинах. Часто это были горничные из барского дома – конечно же, молодые и пригожие, не знающие палящего солнца и тяжёлого ручного труда.
Порой и горничных не брали позировать. Считается, что художник Венецианов часто в качестве натурщиц брал проституированных молодых женщин из города, и его знаменитые русские крестьянки в большинстве своём не умеют срезать серпом колосья, никогда не ходили в лаптях и порой вообще нерусского происхождения – петербургские финки, ижорки, немки.
Не все открытки и фотографии женщин в крестьянских костюмах, русских или финоугорских, также настоящие. В конце девятнадцатого века появилась мода на патриотичную примерку «народного», то есть крестьянского, костюма в разных обстоятельствах. В том числе – специально для того, чтобы получить автопортрет в нужном образе и раздавать копии молодым людям. Советским специалистам пришлось хорошо поработать, определяя, кто на сохранившихся и попавших им в руки карточках – в настоящем народном костюме, а кто позирует в имитации. И водораздел проходил не по богатству одежды, поскольку крестьянки снимались тоже в нарядной версии своей одежды – съёмка была редким, дорогим, торжественным событием.
Рано ли старились русские крестьянки?
В соседних деревнях – буквально пара вёрст друг от друга – могли быть радикально разные обычаи. В одной муж с женой обращались друг к другу на «Вы», а в другом – матерно. В одной вокруг старшей невестки крутилась жизнь семьи – она ведь становилась матерью первенца нового поколения, в другой каждая невестка была как батрачка. В одной пироги пекли так, в другой этак. Что уж говорить о традициях ухода за внешностью.
Казачки, которых одни считают русскими, другие – особым случаем, удивляли приезжих тем, что лица у них были закрыты, как у восточных женщин. Это не было подражание кавказцам – как раз многие кавкаженки лиц не скрывали. Это было средством ухода за красотой. Казачки прятали кожу лица от палящего солнца. Зато на праздники и в церковь они ходили, открыв лица, чтобы все видели и нежный румянец, и белые лбы.
Большинство других крестьянок лица от солнца не защищали – разве что пытались делать маски, отдыхая после бани, или умываться какой-нибудь особенной водой. При этом они проводили много времени на морозе, на ветру и на палящем солнце. Современный горожанин, далёкий от представлений о деревенской жизни, обычно представляет русскую бабу весь день возящуюся у печи с пирогами. На деле картина была совсем другой.
В страду женщины активно участвовали в полевых работах, по много часов каждый день – как солнце встало и пока оно не село. От солнечных лучей кожа не просто покрывалась загаром – она иссыхала, быстро шла морщинами, становилась плотной и тёмной одновременно. Рукам доставалось много работы, и это влияло на их кожу. Всё остальное время года большую часть работы женщины делали дома. Кроме той, что связана с водой. Именно женщина носила тяжёлые вёдра с водой, отправляясь за ними порой за полдеревни или дальше – как часто можно было встретить колодец, зависело от местности. Именно женщина ходила стирать и полоскать бельё к реке, неважно, мороз ли, ветер ли.
Стирка была небыстрым занятием, сильно нагружающим руки и спину. Кожа лица часто обветривалась или высыхала от мороза – это ускоряло процессы старения. Кожа и суставы рук от холодной воды и работы в ней тоже стремительно старели. Вот и выходило, что часто в двадцать пять крестьянка выглядела так, что городской житель давал ей и тридцать пять, и пятьдесят. Особенно если на работе женщина надорвала спину и начала сутулиться, делая образ ещё более «старческим». Или если от беременностей, нехватки кальция в рационе или побоев она теряла часть зубов, что влияло на овал лица и речь.
В шестьдесят от сорокалетней не отличить!
Однако те, кто рассказывает, как бабушка из деревни на их памяти совершенно не менялась, не лукавят. После того, как на женском лице к двадцати пяти годам появлялся первый набор признаков активного старения кожи, очень часто она будто консервировалась внешне. Причин тому было несколько.
Во-первых, чаще всего до старости доживали изначально очень крепкие, «удачные» человеческие экземпляры – те, кто пережил полное смертельных опасностей детство, истощающие организм беременности, все физические нагрузки, были так крепки, что было бы странно ждать, что они быстро превратятся в развалины. Работа превращалась для них, скорее, в поддержку организма движением и практически спортивными нагрузками.
Во-вторых, у русских крестьян было не принято активно двигать лицом. Мимика ценилась скупая – дёргают лицом, мол, идиоты. С малых лет девочка (и мальчик) привыкала носить лицо неподвижным, хотя и напряжённым (вероятно, для защиты глаз от ветра и солнца). Это препятствовало образованию мимических морщин во взрослом возрасте. Лица носили настолько неподвижными, что многих современных пользователей это коробит – под фотографиями могут писать, что женщины угрюмы, держат лицо кирпичом и так далее, в то время, как хорошо видно, что они просто стоят спокойно.
В-третьих, солнце, конечно, вызывало фотостарение лица, но оно же дубило кожу лица загаром. Кожа становилась плотнее, могла стать даже гладкой, глянцевитой, только с некоторым количеством морщин – заломами от необходимости щуриться против солнца и двигать челюстью, чтобы есть и говорить. Такая кожа меньше была подвержена воспалениям, часто (в зависимости от других обстоятельств) смотрелась подтянутой, скорее жёсткой, чем дряблой. Это плохо смотрелось в тридцать, но замечательно – в шестьдесят.
В-четвёртых, женщины во многих деревнях ели много коллагена. Выбирать из коровьей или свиной туши только филе было не принято. В ход шли все детали коровы, в том числе такие, которые годны только на холодец или в суп. В бедных семьях курицу часто делили так: самые мясные части – отцу и взрослым сыновьям, а женщины вылавливали в щах лапки и кусочки кожи. В общем, с пищей женщина получала порой больше коллагена, необходимого для поддержания кожи упругой, чем современные любительницы диетических грудок. Кожа поддерживалась питанием примерно в одном состоянии большую часть жизни.
Интересно и то, Как лечились наши предки 200 лет назад: Курить, плевать и побольше чаю были рекомендациями практически универсальными.
Текст: Лилит Мазикина
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
Как выглядели и как жили крестьянки в дореволюционной России
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Фраза, которая не очень нравится русским женщинам, но все же очень точно характеризует их силу духа: «Коня на скаку остановит, в горящую избу войдет…» была написана Николаем Некрасовым еще в 1863 году, но в широкий обиход вошла после Великой Отечественной войны. Оно и не удивительно, ведь если раньше женщины жили как и полагается «тенью» супруга своего, но при этом незаметно выполняя львиную долю тяжелой крестьянской работы, то после того как мужчин призвали на фронт, а работа все также продолжала выполняться, стало проясняться каким образом распределяется трудовая нагрузка в российских семьях. У Некрасова там еще есть и продолжение с упоминанием красоты в движениях и взглядов цариц, но насколько это было актуально для женщин царской России и сравним ли их быт с жизнью современниц?
Как выглядели женщины-крестьянки царской России
Это в фильмах, да на картинках девушки-крестьянки тех времен изображены румяными красавицами в кокошниках, сарафанах, пышной грудью и русой косой, толщиной с кулак. Однако если натолкнуться на старинные фотографии, где запечатлены крестьяне, жившие в ту эпоху, становится понятно, что на снимках скорее изможденные и уставшие, а не красивые люди. Уж где тут Некрасов увидел спокойную важность лиц не понятно. Впрочем, Некрасов и при жизни не пользовался уважением среди коллег-писателей, которые за спиной у него шептались о том, что он красиво пишет о крестьянских тяготах и лишениях, а собственные крестьяне изнывают от нищеты и бояться писателя.
Многое еще и зависит от того в каких условиях были сделаны эти фотографии, если речь идет о снимках из фотосалонов, то здесь женщины причесаны, наряжены, тщательно одеты и производят впечатление если и не ухоженных, то весьма нарядных. А вот этнографы и путешественники, чей целью было запечатлеть реалии и весь имевшийся уклад, изображали крестьянский люд как он есть, без прикрас. К тому же даже в ту пору в салонах использовали ретушь, замазывая рубцы и ямы на коже, оставшиеся после оспы. А таких было очень много.
…Вот она еще босая 10-летняя девочка, которая ладно помогает матери по хозяйству, присматривает за младшими братьями и сестрами. Вот ей 15 – она уже на выданье, несмотря на то, что красота ее еще не расцвела, видно, что фигура у нее ладная, а руки крепкие – будет хорошей хозяйкой. Увы, но как только девушка обзаводилась своей семьей, это означало, что ей предстоит много и сложно работать, и вот уже к 30 это изможденная уставшая женщина с потухшим взглядом, которую нельзя назвать даже миловидной.
Красота русских крестьянок была явлением быстро проходящим. Ранее замужество, постоянные роды, тяжелый труд никак не способствовали сохранению природных данных. К тому же у простолюдинок не было никакой возможности заботиться о себе.
Типичная широкая крестьянская спина (от тяжелого труда фигура становилась тяжелой и приземистой), потрескавшиеся, черные от работы ноги, огромные натруженные руки, лицо, не знавшее ухода, покрывшееся сетью морщин уже к 25 годам и выгоревшие на солнце прядки русых волос, наспех убранные под платок – так примерно и выглядели женщины тех лет, с возрастом разве что становясь более грузными и громкими.
Замужество и внутрисемейные отношения в царской России
Дочерей выдавали замуж поочередно, если младшая успела выскочить замуж старшей, то это, как правило, означало, что та так и останется неустроенной. Женщина вне брака считалась второсортной, в отношение к ней использовались различные обзывательства, более того, у них было меньше прав, жили они, постоянно отбиваясь (или не отбиваясь) от домогательств посторонних мужчин.
Муж был беспрекословным главой семьи, однако русские женщины вовсе не были бесправны. Они могли распоряжаться своим приданым в дальнейшей семейной жизни, если муж уезжал на заработки, то она могла представлять интересы семьи на сходах и других хозяйственных делах, брала на себя руководящую роль. Если муж себя плохо вел, как правило, это касалось пьянства, то она могла пожаловаться общине и семья бралась на поруки, мужчине выписывался штраф или же он получал иное наказание. Женщина по своей воле не могла уйти от мужа, а вот он имел на это право, правда должен был выплачивать пожизненное содержание ей и детям.
Жена не имела права покидать дом без дозволения супруга, вплоть до наложения штрафа. Даже если ее из этого самого дома вынудили бежать побои со стороны супруга. Известны случаи, когда женщину принудительно возвращали «для дальнейшего ведения хозяйства», а мужу рекомендовали вести себя сдержаннее. Судить могли и родителей, которые принимают сбежавшую от супруга дочь в отчем доме.
Побои от супруга считались нормальными и естественными, неким проявлением власти мужа. Потому жалобы в адрес главы семейства поступали только тогда, когда жизнь становилась и вовсе невыносимой. К тому же, наказание для мужа приводилось в исполнение только с разрешения на то жены, даже если это она сама обратилась с жалобой. Стоит ли говорить, что бы происходило за дверями избы после возвращения «наказанного» таким образом мужчины?
Замужняя крестьянка находилась в полном подчинении супруга и воспринималась им и членами его семьи как трудовая единица, которая должна была до самой смерти выполнять определенные функции.
Какую работу ежедневно выполняли женщины-крестьянки
Все, кто мог ходить большую часть времени проводили в работе по хозяйству, весной и летом до жатвы на полях. Вставать приходилось очень рано, чтобы максимально использовать световой день. Раньше всех поднимались женщины (3-4 утра), которым нужно было растопить печь и приготовить еду. Иногда готовить приходилось с расчетом на обед, когда работали целый день, не возвращаясь домой.
Практиковалось строгое разделение труда, если мужчины помимо общих работ занимались стройкой, заготовкой леса и дров, то женщины готовили, убирали, стирали, ухаживали за скотиной, занимались рукоделием и это помимо сезонных работ в поле. Мужчины работали согласно указке старшего, делать «женскую» работу считалось зазорным и недостойным. Поэтому даже если в пору жатвы у жены нагрузка утраивалась или она была на сносях, то и речи не шло о том, чтобы помочь ей поутру истопить печь. Несмотря на то, что женщины брали на себя существенную нагрузку и выполняли самую грязную и неблагодарную работу, их труд мало ценился.
Каноны красоты женщин-крестьянок и секреты ее сохранения
Было бы ошибочным думать, что тяжелая жизнь была веским основанием полностью забыть о своей женском происхождении и поводом оставить попытки удержать красоту. Тем более, что главным страхом женщин было «муж разлюбит», а потому некоторые попытки соответствовать представлениям о прекрасном, конечно же, предпринимались.
Молодухи больше всего боялись похудеть, загореть и потерять румянец. Именно эти три фактора и определяли каноны красоты тех лет, ну и коса, конечно же, коса – главный предмет гордости для русской женщины. Российские стандарты красоты были весьма гуманны и пока европейки использовали ртуть и свинец для отбеливания кожи, пытались регулировать размер стопы деревянными колодками, русские девушки протирались огурцом и простоквашей для белизны кожи и по возможности больше ели для приятной полноты.
Незамужние девушки перед вечерними прогулками наводили румянец свеклой, ею же красили губы. Брови подводили кусочком золы, сверху могли зафиксирвоать репейным маслом, а вот цвету ресниц внимания не уделялось, они так и оставались светлыми при темных бровях. Вместо пудры, для того чтобы обелить кожу, использовали муку.
Натуральный румянец считался признаком здоровья, а значит и будущая невеста была хорошим вариантом, немудрено, что девушки всячески старались сохранить этот оттенок своего лица. Например, с утра бегали в поле или к роднику, чтобы умыться росой или холодной водой, это, якобы помогало вернуть румянец. Немудрено, что кожа алела, учитывая, что этот ритуал проводился спозаранок, до начала утренних дел по хозяйству. Отсутствие загара и полнота свидетельствовали о хорошем достатке женщины. Она не загорела от тяжелой работы в поле, значит есть кому работать вместо нее, имеет приятную полноту – значит в семье вдоволь еды.
А вот с полнотой дело обстояло сложнее. Любой крестьянской семье было известно, что секрет барской полнотелости в сладостях и мучной выпечке. Но даже относительно богатые крестьяне не имели возможности кормить своих дочерей сдобой в таких объемах. На помощь приходила сметана, справедливо полагая, что жирный и густой продукт поможет девушкам стать более аппетитными, родители откармливали девочек, чтобы выгоднее выдать замуж. Для этого же давали дрожжи и хмель, считалось, что от них еще и прибавляется рост. Но и эти варианты подходили только для тех, кого относили к «крепко стоящим на ногах».
Если же все эти ухищрения не помогали, то в ход шли обманные пути. Под сарафан надевалось несколько слоев одежды, а там поди разбери какого размера невеста на самом деле. Однако и парни были не промах, руки и шея все равно выдавали истинный размер. Девушки же считали, что коралловые бусы делают шею толще, а кожу светлее. Но и их позволить себе могла редкая невеста.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
