ЗАТО Островной: «А как же цивилизация?»
Отдалённому сотнями километров от столицы Заполярья городу уже более 400 лет, но до сих пор люди могут добраться до цивилизации исключительно по воде. Сейчас там проживает около 2000 человек, имеется только одна школа и привлечь молодёжь для переезда сюда особо нечем. Речь идёт о ЗАТО Островной, с главой администрации которого СеверПост пообщался, и узнал у Светланы Богдановой о проблемах, целях и перспективах города.
— Какие основные проблемы беспокоят жителей ЗАТО Островной и администрацию?
В первую очередь, меня как главу администрации беспокоит вопрос о дальнейших перспективах функционирования ЗАТО, потому что когда мы планируем какие-либо мероприятия, всегда становимся в тупик — а что нас ждет? Стоит ли обновлять существующую материальную базу? Сколько лет просуществует наше ЗАТО? Поэтому мы острожничаем, планируем свою деятельность, исходя из существующих проблем, учитывая отток населения, не строим новых объектов и далеко идущих планов.
К насущной проблеме я бы отнесла вопрос, который не решается последние 5-7 лет — это доставка крупногабаритных грузов.
Раньше, когда вся инженерная инфраструктура города находилась в ведении Минобороны, проблем с доставкой гражданских крупногабаритных грузов судами вспомогательного флота Северного флота не было. Сегодня гражданских маломерных (100-200 т.) судов нет, единственное транспортное средство для пассажиров и грузов — теплоход «Клавдия Еланская», которое осуществляет регулярные перевозки и может перевезти груз общей массой места не более 2,9 тонн, поэтому если какая-то машина, оборудование либо иное имущество тяжелее — то оно останется в Мурманске.
Так, например, силами унитарного муниципального предприятия был куплен подъемный кран весом более 30 тонн, и 2 года не могли из Мурманска доставить его в ЗАТО, не было судов. Можно было бы арендовать судно водоизмещением 3000т., тогда доставка превратилась бы в разорение для предприятия. Как говорится, телушка — полушка, да рубль перевоз. И эта проблема сегодня открыта.
Есть кое-какие надежды на суда Минобороны, но к сожалению не все юридические вопросы решены, которые могут позволить доставлять гражданские грузы судами вспомогательного флота Северного флота.
Ещё у нас на первый план выходит проблема капитального ремонта резервных источников электроснабжения (РИЭС). Дело в том, что все дома и объекты города оборудованы автономными тепловыми электрическими узлами, с их помощью электрическая энергия преобразуется в тепловую. Вместе с тем все дома оборудованы электрическими плитами, газа в городе нет, поэтому, когда происходит аварийное или плановое отключение электроэнергии от Серебрянской ГЭС мы подаем городу электроэнергию от муниципальных РИЭС. Указанное оборудование досталось городу в 2002г году от военных со сроком введения в эксплуатацию в 1972г. и нуждалось в капитальном ремонте.
В 2013 году в рамках капитального ремонта РИЭС удалось заменить всего две дизельные станции (ДЭС), но к сожалению, завершить работу не удалось, была финансовая проблема — как всегда не хватает денег, — и если бы ещё докупили две ДЭС, то можно было бы все аварийные ситуации и плановые отключения встречать и летом, и зимой с 100 процентной гарантией в их надёжности.
— Какой сейчас отток населения из ЗАТО Островной, какова миграция в цифрах?
В последние годы она значительно снизилась, где-то 1,5-2 процента жителей покидают город. Незначительный отток. Сейчас проживает немногим более 2,0 тыс. человек.
— Как Вы считаете, что оставшихся в ЗАТО Островной людей останавливает от переезда в другие города?
Могу привести пример: много лет назад я была в Санкт-Петербурге на концерте Вилли Токарева, тогда он проживал за границей и ему поступил вопрос из зала, собирается ли он возвращаться в Россию. На что он, сказал, что живет за рубежом 17 лет, а после такого срока уже не возвращаются. Вот так и наши жители — ведь некоторые семьи прожили по 15-20-25-30 лет, люди создали семьи, вырастили детей, одним словом «пустили корни». Одно дело, когда ты в 20 лет срываешься с двумя чемоданами и начинаешь всё с нуля и тебе везде рады и море Баренцево по колено, а другое дело, когда в 50 лет… Сложно расставаться со своим местом, налаженным бытом, со своими друзьями, коллегами и работой. Очень сложно в зрелом возрасте найти работу. Страшно остаться без гарантированного заработка.
— Согласно данным Вашей биографии, Вы родились в Ленинграде и сейчас проживаете и работаете в ЗАТО Островной. Как получилось, что Вы сюда переехали, и почему Вы не уезжаете из ЗАТО Островной?
— Моя биография мало отличается от биографии многих девушек, которые жили в восьмидесятые в Ленинграде. Сложно было не встретить и не познакомиться с курсантом в городе, в котором находилось около двух десятков военных училищ. Так я вышла замуж за курсанта высшего военного училища имени Дзержинского, он получил распределение в Гремиху, тогда Мурманск – 140 и с 1984 года мы с ним здесь и проживаем.
Здесь он сделал свою военную карьеру, сегодня делает гражданскую. А я начала свою трудовую деятельность экономистом в сфере жилищно-коммунального хозяйства и сегодня замещаю должность главы администрации ЗАТО г. Островной. Не хочу загадывать о будущем, пока я работаю и срок моих полномочий заканчивается в 2019 году.
— Чем занимается молодежь в ЗАТО Островной? Какие предлагаются рабочие места? Много ли молодых людей остаются жить и не уезжают на материк?
— Сейчас молодые лейтенанты прибывают крайне редко. Молодежь, которая заканчивает школу, уезжает учиться на большую землю, и в основном не возвращается.
Где-то 1% молодежи, получившей образование, возвращаются обратно. А рабочие места для них предлагаются такие же как для всех, кто ищет работу: экономисты, юристы, бухгалтеры, документоведы, делопроизводители, с радостью бы встретили молодых врачей и учителей. Но молодежь без особой охоты едет в «отдалёнку», заманить особо не чем, этой категории очень нужны все блага цивилизации.
— Расскажите, пожалуйста, о трудовой занятости и безработице в ЗАТО Островной.
— У нас невысокая безработица, 1,7-1,9%, я думаю, у кого были проблемы с трудоустройством, они уже уехали из ЗАТО. Благодаря тому, что работа по отселению из ЗАТО г. Островной ведётся давно, и у людей есть выбор, многие могут сменить место жительства.
— А сколько школ в ЗАТО Островной? Много школьников выпустились в этом году? А сколько ожидается первоклассников 1 сентября 2016 года?
— Школа у нас одна, детский садик тоже один. Мы не устаем говорить, что сегодня в ЗАТО мы работаем без запасных аэродромов, у нас многое в одном экземпляре (больница, поликлиника, аптека, музыкальная школа, дом детского творчества, библиотека, теплоход, причал и т.д.). Школа у нас имеет проектную мощность 375 мест, а списочная численность детей у нас 195 человек.
С нового года ожидается уменьшение количества детей — может это будет 165 или 170 человек. Нужно ещё дожить до 1 сентября.
В 2016 году 11 классов закончили 7 человек — одна из учениц – с золотой медалью!
Проблема с учителями физики и математики заставляют родителей отдавать своих детей после 9 класса в колледжи г. Мурманска или другого удобного для них города. И получается, что у нас в 10 класс переходят 5-7 человек.
В новом учебном году в первый класс мы ждём 14 учеников.
— Каково качество дорог у Вас в населённом пункте?
— Ситуация более-менее стабильная, качество дорог удовлетворительное. Нагрузка на дороги небольшая, у нас нет многотонных машин, только маршрутный автобус и школьный, а также индивидуальный автотранспорт. Поэтому дорожное полотно изнашивается больше от климатических условий и перепадов температур, чем от транспорта.
Конечно, хотелось бы в бюджете иметь побольше денег на капитальный ремонт, но бюджет высоко дотационный, собственных доходов менее 10%, изыскать деньги не всегда удаётся, поэтому капитальный ремонт дорог у нас последние два года не проводился.
Однако на содержание дорог и на ямочный ремонт деньги выделяются в полном объёме ежегодно. На следующий год будем стараться и выискивать денежные средства хотя бы в количестве 5-7 млн, чтобы отдельные участки дорог капитально отремонтировать.
— Стоимость продуктов примерно такая же, как и по области, или за счет доставки как в удаленный населённый пункт немного превышает среднее по региону значение?
— Конечно, некоторые продукты дороже, чем в Мурманске, что там и говорить! Наши маленькие магазинчики не могут конкурировать с крупными сетевиками, и конечно доставка морем тоже влияет на рост цен. Предприниматели, соблюдая законодательство, стараются делать минимальную наценку на продукты социального характера (хлеб, молоко, мясо, овощи), а за счёт продуктов, которые не относятся к такой категории (вино-водочная продукция, консервы, сладости) компенсировать свои потери. Конечно, не всегда получается угодить покупателям, и жителям хочется покупать продукты и дешевле, и свежее, но здесь нельзя забывать тот факт, что удалённость ЗАТО обусловила не только рост цен на продукты, но и повышенный северный коэффициент (1.8) при начислении заработной платы.
— Какие основные задачи Вы ставите перед собой как глава администрации для развития и благополучия ЗАТО Островной?
— Если учесть сегодняшнюю ситуацию в городе, то я здесь буду руководствоваться принципами хорошего врача — не навреди. Будем продолжать искать пути решения по доставке крупногабаритных грузов, искать деньги на ремонт РИЭС и решать кадровые вопросы.
Сейчас нам удалось привлечь кадры по медицине — приехала семья, два медика, приступили к работе, от жителей города поступают уже положительные отзывы, в августе 2016 года распределим им отремонтированную квартиру, очень надеемся, что они в нашем городе задержатся не на один год.
Будем работать с педагогическим университетом, чтобы привлечь молодых учителей в наш город. Но, к сожалению, мало у нас бонусов, которые мы можем предложить молодым специалистам — только работа и жильё.
— Какое будущее Вы видите ЗАТО Островной к ближайшему юбилею?
— ЗАТО Островной в 2011 году праздновал 400-летие. В 1611 году было первое упоминание в летописи о Йоканьгском погосте, и мы отталкиваемся от этих цифр.
Соответственно в этом году нам исполнилось 405 лет.
К следующему юбилею, если не будет принято какого-либо глобального государственного решения, которое повлекло бы приток сил и средств в ЗАТО, а будет развиваться всё по сегодняшнему сценарию, то я не вижу существенных изменений через 5 лет. Возможно, немного уменьшится население, а в общем и целом городская инфраструктура останется в прежнем виде. Сложно строить какие-либо прожекты, но с большой долей уверенности можно сказать, что жители ЗАТО г. Островной сделают всё, чтобы наш город достойно смотрелся на фоне Мурманской области.
душевный покой в Гремихе??да вы шутите)))если б кто знал сколько там самоубийств и их попыток,особенно среди военнослужащих!это же тюрьма самая настоящая.не живу там уже 12 лет,стаю в очереди 6 лет по сокращению,квартиру так и не дали,приходится платить и за съемную в другом городе и за муниципальную заброшку в Гремихе!будь она проклята!
Гремиха. (История и действительность).
Сегодня это – маленький заброшенный посёлок. Вчера – грозная военно-морская база, которую супостат (США) уважительно называл «Осиным гнездом». Сколько их, осколков некогда могучего и грозного Военно-Морского флота СССР, разбросано по окраинам нашей большой страны? И сколько ещё людей, чья жизнь надолго была связана с подобными городками, уже много лет тоскует по ним на «Большой земле»? Я знаю, что их сегодня очень много!
С Йоканьгой – Гремихой – Островным меня связывают долгие годы моей жизни на Севере и работы в Мурманском морском пароходстве. Поэтому Гремихе я посвящаю подробный, можно сказать, отдельный очерк, в том числе и экскурс в историю Гремихи.
Не только суровым викингам приглянулись богатые Терские земли. Предприимчивые новгородцы первыми из русских проложили дорогу на Крайний Север за морским зверем и пушниной. Поморы, жившие по берегам Онежского залива, уже в XII веке стали периодически посещать Кольский полуостров, ведя меновую торговлю с местными жителями. К XV веку эти земли прочно вошли в состав Новгородского княжества. Побывавший в 1496 г. в наших местах дьяк Григорий Истома оставил описание мыса Святой Нос. Этот мыс «есть огромная скала, вдающаяся в море, наподобие носа; под нею видна водоворотная пещера, которая каждые 6 часов поглощает воду и с большим шумом обратно изрыгает назад эту пучину. Сила этой пучины так велика, что она притягивает корабли и другие предметы, находящиеся поблизости, кружит их и поглощает. По представлению поморов, в скале на мысе обитало морское божество, которому было подвластна морская стихия.
Первое официальное упоминание Йоканьгского погоста приходится на 1611 год. В 1608 г. в Колу прибыли царский писец Алай Михалков и дьяк Василий Мартемьянович. Обидевшись на то, что коляне отказались дать им взятку, чиновники рьяно взялись за работу, включив в оклад много новых источников дохода и налогооблагаемых поселений. В результате сумма платежей возросла в пять раз. И уже в 1642 г. Йоканьгские саамы жаловались царскому правительству, что к ним по несколько раз в год приезжают из Кольского острога сборщики податей, требуя повторной дани, а себе подарков.
Первые упоминания о погосте Иоканьгских саамов есть в жалованной грамоте царя Федора Михайловича в 1585 году.
1608 год. В погосте числится 9 веж и 21 житель мужского пола. 1611 год – упоминание в писцовых книгах Алая Михалкова и дьяка Василия Мартемьяновича о хозяйственной деятельности саамов Иоканьгского погоста. Эта дата считается официальной датой образования поселения. В 1642 году саами Иоканьги жаловались на неоднократное повторное взимание дани даньщиками и стрельцами Кольского острога. В 1654 году вышел указ об отправке кончанских, терских, леших и понойских лопарей на войну с Польшей. В 1658 году подписан указ царя Алексея Михайловича об освобождении на пять лет от дани Йоканьгского и других погостов, из которых были призваны лопари на военную службу. В этом же году состоялась передача Понойского и Иоканьгского погостов, насчитывавших вместе 80 веж и 127 человек населения, во владение Воскресенскому и Крестному монастырям. В 1673 году Йоканьгские и Понойские саамы обратились с челобитной к патриарху Питириму о притеснениях со стороны чиновников Кольского острога. В 1703 году, в донесении посыльных стрельцов Степана Расторгуева упоминается о том, что саамы Иоканьгского и Семиостровского погостов отказались дать им подводы для поездки в Поной и обратно в Колу, а так же не предоставили людей для городового дела. В 1712 году согласно переписи в погосте 10 веж, 42 человека (17 взрослых, 9 недорослей и 16 детей). 1722 год – по генеральному свидетельству о населении лопарских погостов в Иоканьгском погосте 27 душ «крестьян» мужского пола. 1782 год – 14 веж и 66 жителей. В 1786 году составляется «Поименная ведомость о лопарях терской лопи пяти погостов», среди которых и Йоканьгский погост. В ней содержатся сведения о мужском населении и о количестве оленей у каждого. Отмечено, что саамы знают русский язык и жены их, и дети, но «грамоту не знают».
С 1658 г. Йоканьгский погост вместе с Понойским были пожалованы царем Алексеем Михайловичем Крестному и Воскресенскому монастырям. Жизнь саамов, остававшихся язычниками до 20-х годов XVIII века, от этого легче не стала, о чем свидетельствует челобитная патриарху Питириму в 1673 г.
Гидрографы описали острова, якорные стоянки, подходы к берегу. Штурманы произвели определение широты и долготы, замерили высоту прилива и отлива. Литке с группой матросов посетил расположенный на левом берегу реки Йоканьги погост, состоящий из десятка лопарских веж, в которых всего обитало 69 человек.
Вспыхнувшая первая мировая война поставила на повестку дня срочное строительство военно-морских баз для флотилии Северного Ледовитого океана. 11.03.1915 г. Совет министров Российской империи «одобрил проект строительства одной базы на Кольском заливе и другой на Йоканьгском рейде». Строительство базы предполагалось вести силами 2,5 тысяч рабочих и завершить к концу 1916 года. Однако с самого начала график сбивался и к весне 1917 г. строительство было совсем остановлено. Еще через 2 года эта недостроенная база была превращена в Йоканьгскую каторжную тюрьму. Она была не так широко известна, как остров Мудьюг под Архангельском. Но, именно сюда, в Йоканьгскую тюрьму, привезли тех, кто остался в живых после восстания на острове Мудьюг в сентябре 1919 г.
24 июня 1941 г. по приказу командующего Северным флотом для охраны горла Белого моря от проникновения кораблей и подводных лодок противника в Йоканьгу был перебазирован отряд пограничных кораблей: СКР-24 «Айсберг», CKP-27 «Жемчуг», CKP-28 «Рубин», CKP-29 «Бриллиант», CKP-30 «Сапфир», В распоряжение командира Йоканьгской ВМБ были переданы (на 4 месяца) ПЛ 3-го дивизиона бригады подводных лодок базы г. Полярный: «Щ-403» под командованием капитан-лейтенантов Коваленко С.И. и «Щ-404» под командованием Иванова В.А. Была сформирована 14 местная стрелковая рота (позднее преобразована в караульную роту).
С июня 1941 года по апрель 1942 года база пополнилась: 3-й ДСКР в составе пяти кораблей типа РТ; 4-й ДСКР в составе десяти кораблей типа «Мотобот»; 5-й ДСКР в составе трех кораблей типа БРЩ; 2 катера МО-4; Плавбаза «Двина»; 70-й ОАД в составе 4-х батарей; 245-й ОАД в составе 4-х батарей.
Закончилась война, разрушившая привычный уклад и налаженный быт. Над восстановлением хозяйства жители Гремихи трудились с большим напряжением сил. Спустя всего несколько лет после войны строятся первые каменные дома. В 1954 г. создается новая каменная школа, а затем Дом культуры, здание райкома и райисполкома, комбинат бытового обслуживания, больничный городок.
С июня 1956 г. в Йоканьгу стали прибывать новые военные корабли. Среди них две подводные лодки, плавбаза «Аксай» и плавмастерская ПМ-130.
В августе 1957 г. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР село Гремиха было отнесено к категории рабочих поселков. В конце 50-х годов Йоканьгскую ВМБ прибыла подводная лодка С-51, прославившаяся в годы Великой Отечественной морскими победами; за которые она стала «Краснознаменной», а ее командиру Кучеренко И.Ф. присвоили звание «Героя Советского Союза». После вывода С-51 из боевого состава, ее корпус был установлен на постаменте в мкр. Островной, как олицетворение боевого подвига подводников в годы войны.
На рубеже 60-х началась эра атомного флота. Пионерам стала подводная лодка ВМФ США «Наутилус» вышедшая 17.07.1955 г. в море для ходовых испытаний. Первенцем советских атомоходов стала К-3, на которой 01.07.1958 г. был поднят флаг ВМФ СССР; командиром был назначен капитан 1 ранга Л.Г.Осипенко. А после окончания всех испытаний в конце 1959 г. К-3 прибыла в Йоканьгскую ВМБ. Вслед за ней пришли еще 7 лодок, после чего было создано первое в нашей стране объединение подводных лодок под командованием контр-адмирала А.И.Петелина. С 11 по 17 июля 1962 г., выполняя спецзадание правительства, К-3 впервые в истории советского мореплавания совершила Арктический переход с пересечением точки Северного полюса. Командиром К-3 к тому времени был уже капитан 2 ранга Жильцов Л.М. Возглавляющему переход контр-адмиралу Петелину А.И., капитанам 2 ранга Жильцову Л.М. и Тимофееву Р.А. были присвоены звания «Герой Советского Союза», а личный состав атомохода был награжден орденами и медалями.
В октябре 1962 г. К-3 получила имя «Ленинский комсомол» в память одноименной лодки, не вернувшейся с боевого задания в июле 1943 г., построенной в годы Великой Отечественной войны на средства советской молодежи.
В феврале-марте 1966 г. атомные лодки базы совершили первое в мире групповое плавание вокруг света, пройдя 25 тысяч миль. Возглавлял группу контр-адмирал Сорокин А.И. В 1967 г. в базу начали прибывать атомные лодки 2-го поколения. В том же году базу посетила Правительственная комиссия во главе с Генеральным секретарем ЦК КПСС Л.И.Брежневым. В результате этого визита значительно увеличиваются ассигнования на строительство, начинает бурно расширяться поселок Островной. К концу 60-х строители сдают Дом офицеров, школу, госпиталь, станцию «Орбита». ВМБ должна была стать крупнейшей на Северном флоте. Один из самых трагических эпизодов в истории Краснознаменного Северного флота связан с АПЛ «К-8», погибшей в ночь с 11 на 12 апреля 1970 г. в водах Бискайского залива у берегов Испании.
Приятно провести время в уютном корабельном ресторане, а затем весело потанцевать в музыкальном салоне, либо просто посидеть в мягких, удобных креслах и спокойно послушать музыку, слегка вздремнув при этом. А можно было долгое время заворожено любоваться ровным и длинным, кильватерным следом, оставляемым за кормой теплохода. Бирюзовые, пенные волны от винтов, по мере удаления от кормы становятся все темнее и темнее, растворяясь и сливаясь с общим фоном моря на линии горизонта. Вода притягивает, и успокаивает!
Ах, белый теплоход, гудка тревожный бас,
Крик чаек за кормой, сиянье синих глаз!
Ах, белый теплоход, бегущая вода,
Уносишь ты меня,- скажи куда?
До конца 80-х годов атомоходы Йоканьгской ВМБ активно бороздили студеные воды Северной Атлантики и теплые Средиземного моря. Но политические и экономические процессы, происходившие в стране и затронувшие все сферы жизни самым прискорбным образом, коснулись обороноспособности страны и тяжело отразились на состоянии Северного флота в целом, и Йоканьгской ВМБ в частности. С начала 90-х годов атомоходы, из-за нехватки средств, все реже и реже выходят на боевые службы.
С 1992 года начинается закат Гремихи как военно-морской базы, даже, не смотря на создание Закрытого административно-территориального образования (ЗАТО) Островной.
Наиболее боеспособные экипажи и лодки уходят в другие базы. Огромное количество опытных офицером и мичманов сокращаются. С 1 декабря 1995 года Йоканьгская Военно-морская база, становиться Йоканьгским районом базирования, в этом качестве она пока и пребывает. Везде разруха, как после войны.
В 2008 году я последний раз посетил Йоканьгу и Островной, выходя в рейс на тх «Клавдия Еланская». То, что в 70-80-х годах было славой Северного флота, выглядело наподобие Сталинграда 1942 года. Меня поразила разруха и запустение. Дома с пустыми глазницами окон и дверей, грязь, заросли травы, горы мусора и остатки ржавеющего металла. Грустно стало на душе от бесхозяйственности руководства и собственного бессилия что-либо сделать. А каково было видеть все это военным и морякам?!
А вот в ноябре 2014 года я узнал, что на главу администрации поселка Островной Роздину В.М. заведено уголовное дело за хищение более 140 миллионов рублей из нищего бюджета поселка, в котором проживало чуть более 1500 человек. А ведь Веру Михайловну я очень хорошо знал и неоднократно с ней встречался. Приятная, симпатичная и милая женщина, которая руководила поселком многие годы. Никогда бы не подумал, что такие милые и приятные женщины могут так бессовестно воровать у своего же народа. Оказывается могут! Да еще как могут! Пример этому задавали такие же милые и приятные женщины как Васильева – любовница министра оборону Анатолия Сердюкова. Но, на этом уровне воровали уже не миллионами, а миллиардами!
С Гремихой я ведь познакомился еще в 1966 году, когда прибыл в Мурманское морское пароходство на годичную практику в должности матроса и был связан с ней до момента ухода на пенсию 1 января 2009 г., т.е. связан был с ЙВМБ в течение почти 43 лет. Видел расцвет самой секретной военно-морской базы Севера, а также ее упадок и развал. Был знаком со многими известными адмиралами, которые впоследствии возглавляли ВМФ СССР и России. В лучшие времена (семидесятые годы) в Гремихе общая численность населения доходила почти до 40 тысяч человек, а число адмиральских должностей равнялась 14-15. Были вложены в строительство Иоканьгской базы многие миллиарды рублей, и все это, в начале 90-х, было брошено, разворовано, растерзано и уничтожено. Больно было видеть, как крушили и разваливали одну из лучших ВМБ Севера. Все это проходило на моих глазах.
Быстро пролетели две недели карантина и нас распределили по подразделениям. Когда назвали мою фамилию, и я вошел в кабинет главного инженера полка майора Михайлова, там уже находился начальник политотдела подполковник Липчанский. Я был определен в клуб кинорадиомехаником. Основную роль сыграл кинотехникум, который окончил год назад. Служить мне предстояло в хозяйственном взводе.
Знаю, что при слове «хозвзвод», кое-кто позволит себе скептическую улыбку. Мол, службы так и не видел. Но служба в заполярной Гремихе имеет свои особенности. Полк ПВО расположен в сопках и оторван от цивилизации, поэтому обеспечение теплом, водой и всем необходимым для нормальной жизни нескольких сотен военнослужащих, является прерогативой заместителя командира полка по тылу. В хозвзводе собраны представители многих профессий, и это солдаты срочной службы. Кое-кто смог до службы освоить профессию, а желающие могли быть отправлены на учебу /обычно 6 месяцев/ и выучиться на повара.
Полк располагался в пяти километрах от Гремихи. Два раза в неделю к одному из причалов базы приходил рейсовый теплоход, следовавший по маршруту Мурманск-Архангельск. Так осуществлялась связь с Большой землей. Списанного «Илью Репина» вскоре заменил современный белоснежный красавец теплоход «Вацлав Воровский». Пройти на нем было мечтой любого из нас.
Из полка в Гремиху несколько раз в день отправлялся автобус. Свободные от службы офицеры, сверхсрочники и их жены могли прогуляться по магазинам. Их было всего три, универсальных, совмещающих продажу продуктов и промтоваров. Алкоголь продавался лишь в единственном специализированном магазине, вход в который контролировал патруль из дежурного офицера и двух матросов. Для солдат срочной службы увольнений в Гремиху не было. Мне и моем напарнику Юре Илюйкину приходилось каждый день кататься за фильмами на кинобазу, поэтому нам был выписан пропуск. Точно такой же был и у полкового почтальона Гены Александрова. Ежедневно мы крутили по несколько киносеансов для разных смен стоящих на дежурстве, а также отдельно для офицеров и их семей. В наши обязанности входило дежурство в радиоузле и обеспечение трансляции во всех помещениях, уборка клуба и ремонт кресел. В воскресенье кино приходилось крутить с утра до вечера. В моем ведении находилась и фотолаборатория.
Не могу не рассказать, каким неожиданным событием явилось для нас, новобранцев, заседание выездного военного суда. Незадолго до нашего прибытия в части случился пожар. Сгорел магазин, и расследование этого ЧП никаких результатов не дало. И все бы сошло с рук тем, кто это совершил, но позже, во время игры в карты, один из солдатиков поставил на кон часы из ассортимента сгоревшего магазина. И вскоре, тайное стало явным. Ребята получили реальные сроки в дисциплинарном батальоне.
Во время службы я смог увидеть и убедиться в том, какое значение в Советской Армии придавалось агитации, пропаганде и политической подготовке. Работала целая система воспитания через комсомольские и партийные органы. Обратите внимание на штат полкового политотдела :начальник политотдела – подполковник, зам нач-майор, два пропагандиста-майоры, в каждом из дивизионов свои замы командиров по политчасти-майоры, нач клуба-капитан, помощник н-ка политотдела по комсомолу-капитан, инструктор политотдела по комсомолу- сержант. А еще в каждом подразделении есть партбюро и секретари партийной и комсомольских организаций. Регулярно проводились собрания, занятия, лекции, беседы. Катались в командировки на конференции корпуса в Североморск и армии в Архангельск. Регулярно осуществлялся прием в члены КПСС. Поэтому моя служба в клубе проходила в постоянном контакте с политработниками и неудивительно, что через два года я стал кандидатом в члены КПСС. Но это будет не скоро. А пока потянулись дни армейской службы. Я также ходил в наряды на кухню и перегружал уголь с сухогруза в полковые грузовики, когда делались запасы топлива на весь год. Участвовал в спортивных соревнованиях и художественной самодеятельности, разбирал карабин Симонова и изучал Уставы армейской службы, ходил в наряды.
Разнообразие вносили командировки. В те годы повсеместно проводилась процедура замены комсомольских билетов. Мне предстояло сфотографировать всех комсомольцев на новые документы. С этой целью мне не раз пришлось побывать на острове Витте и мысе Святой Нос. Наиболее трудные условия были на Святом Носу. Не забываемой осталась в памяти поездка зимой на гусеничном тягаче. Море штормило несколько дней, и руководство приняло решение ехать по заснеженной тундре. С ревом, грохотом и лязгая гусеницами, мчалась машина несколько десятков километров по зимнику. Жесткая подвеска заставила ощущать неровности пути «всеми фибрами души». Нас неимоверно трясло, от грохота закладывало уши, машина вскарабкивалась на сопки и преодолевала замерзшие ручьи. Первые пятнадцать минут хотелось выскочить из кузова и бежать, куда глаза глядят. Но, когда путешествие закончилось, я уставший, обалделый и оглохший долго не мог придти в себя. Как же радовались солдаты и офицеры, когда мы привезли письма, посылки, кинофильмы!
Совсем по-другому выглядела та же командировка в теплый летний день по спокойному морю. С борта катера открывались замечательные виды сурового скалистого берега. Обрывы и скалы, отсутствие растительности и суровое море без конца и края. На обратном пути команда остановила катер, и мы ловили треску. Не знаю, как можно назвать этот способ ловли, но заключался он в следующем:
Толстая леска привязывалась к надраенной до блеска латунной или медной трубке, на конце которой были припаяны рыболовные крючки большого размера. Эта трубка опускалась в воду, и рыбак начинал ее дергать вверх и бросать вниз. Треска подплывала к блестящей трубке, крутилась вокруг нее и, в этот момент, крючок цеплял рыбу. Думаю, что это варварский способ ловли, но через некоторое время мы наловили несколько килограммов трески. Создавалось впечатление, что под катером гуляет большой косяк рыбы. Надо сказать, что в магазинах на побережье Баренцева моря не переводились консервы, дефицитной печени трески, и стоили эти банки сущие копейки. Такая ловля трески называлась «на дурака».
В те годы о службе ракетчиков Заполярья писала наша армейская газета «Часовой севера». Однажды я послал в редакцию несколько фотографий, запечатлевших боевую работу моих товарищей. Получил письмо от корреспондента газеты, в котором мне предложили присылать фотографии и заметки о нашей части. Так я стал внештатным корреспондентом. Некоторые экземпляры газеты с моими заметками храню до сих пор.
Гремиха, или как ее еще называли наши предки-поморы Иоканьга, во все годы отличалась суровым климатом. Отсюда, когда-то в старину, уходили русские парусные суда на Шпицберген. Здесь начинался знаменитый путь на Грумант. У Святого Носа соединяются течения Баренцева и Северного морей, закипают в борьбе, и место считалось в старину гиблым. Много судов затонуло в этих водах. О русских поморах бороздящих Баренцево и Белое моря я узнал из кинофильма «Море студеное».
Природа русского севера очень красивая. Сопки, мох, камни, карликовые березы, ягоды и множество грибов. Такого количества грибов я не встречал в дальнейшем нигде. Часто, отварив картошки с белыми грибами, мы устраивали застолья в котельной, запивая это кушанье компотом. А также пробовали варить варенье из черники, но покупать сахар было непросто, так как могло возникнуть подозрение, что настаиваем брагу. Не раз полярная ночь озарялась сполохами северного сияния. Застыв от красоты, я наблюдал эту «музыку в небе». Оно мечется, переливается, меняет цвет, направление, размеры. Уникальное и удивительное зрелище!
В военной части было не так уж много возможностей для проведения свободного времени. Увольнений не было, ведь Гремиха представляла собой закрытую для гражданского населения территорию, поэтому оставалось кино, книги, занятия художественной самодеятельностью и спортом. Не отличалась разнообразием жизнь офицеров, сверхсрочников и членов их семей. Не просто переносили оторванность от внешнего мира молодые жены офицеров. Отсутствие какой-либо работы в полку, неумение занять себя, приводило к плачевным результатам. Так молодая жена одного старшего лейтенанта влюбилась в фельдшера. Этому сержанту срочной службы было уже 24 года. Дело дошло до развода и сержант, демобилизовавшись, повез девушку к себе на родину».
В апреле 1966 года в Гремихе была сформирована 17-я дивизия подводных лодок (проекта 627а). После окончания ЛМУ в марте 1968 года я сам попросился на Север – в Мурманское морское пароходство. И снова я был направлен на должность 3-го штурмана, уже знакомого мне парохода «Илья Репин». До сентября 1968 года я часто бывал в Гремихе, когда судно работало на линии Мурманск – Архангельск. Заходов было в рейсе очень много, но к причалу швартовались лишь в Мурманске, Гремихе и в Архангельске. Остальные портопункты обслуживались на рейдах.
Пассажирские суда ММП тоже вносили в это дело свой вклад, доставляя в Гремиху самих моряков подводных лодок с мест отдыха, продукты питания, техническое имущество и многое другое, так необходимое подводникам. Так было, когда я работал на восточной линии на пароходе «Илья Репин» и тх «Петродворец» Позже, когда я работал уже старшим помощником капитана грузопассажирского теплохода «Акоп Акопян», в 1974 году, на базе этих двух дивизий в Гремихе была создана 11-я флотилия подводных лодок. Первым командующим 11-й флотилии был назначен контр-адмирал Ю.А.Кузнецов, а начальником штаба – контр-адмирал В.К.Коробов, с которым я был лично хорошо знаком.
22 декабря 1959 года – Мурманскому морскому пароходству был передан четырехпалубный пассажирский лайнер «Вацлав Воровский».
В 1958-1964 годах в Германской Демократической Республике для СССР была построена серия грузопассажирских судов типа «Михаил Калинин» (всего 19 единиц), которые были направлены в различные регионы страны. Теплоход «Вацлав Воровский» был пятым в этой серии. На протяжении почти 30 лет он оставался самым крупным на Севере по размерам, тоннажу и пассажировместимости судном.
Кроме того, «Воровский» совершил несколько рейсов на Кубу, в район Джорджес-банки. Но прежде всего он вошел в историю как первооткрыватель круизной арктической линии. «Вацлав Воровский» стал первым в мире судном, совершавшим с 5 сентября 1966 года трансарктические круизы по маршруту Мурманск — остров Хейса — Диксон — Дудинка — Норильск — остров Вайгач — Соловецкие острова — порт Архангельск — Мурманск. Молва об арктических круизах моментально распространилась по всему Советскому Союзу. Очередь желающих посетить заповедные районы Арктики растягивалась на годы вперед. Тем более, что по стоимости путевки в эти круизы были вполне доступны. Круизные рейсы вовсе не были простыми, а однажды, как вспоминал 5 февраля 2008 года на страницах «Мурманского вестника» бывший капитан-дублер теплохода Вячеслав Кисляков, Арктика с ее сурово-капризным норовом… выдала «Вацлаву Воровскому» такой сюрприз, какого не было до этого сорок лет. Весной 1979 года Баренцево море было сплошь забито льдами. На переходе от Новой Земли до Харловки «Вацлав Воровский» еле вырвался из ледового плена, и с 19 апреля по май судно не ходило в Йоканьгу. Даже белые медведи обнаглели и заявились на остров Харлов, чтобы заняться грабежом местных поселенцев. По специальному разрешению троих мишек пришлось отстрелить».
В 1973 году «Воровский» был модернизирован с учетом специфики работы в Заполярье. Бессменным капитаном теплохода на протяжении 25 лет, с 1960 по 1985 год, был Михаил Гансович Каск. С 1984 по 1988 год судно эксплуатировалось Миннефтегазстроем. После вывода из эксплуатации планировалось превратить его в отель, однако, находясь в отстое, «Воровский» неоднократно горел и пришел в непригодное состояние. Ныне теплоход находится в Выборгском заливе, на камнях недалеко от острова Змеиный, в полузатопленном состоянии.
Кстати. Одно время на «Воровском» работал известный писатель Виктор Конецкий. Сначала он попал на теплоход в качестве журналиста, описывавшего арктический круиз, а затем устроился помощником капитана. О том, как это произошло Конецкий, с присущим ему юмором, писал: «В Мурманске я задержался на теплоходе, ремонтируя чемодан. Пришел капитан. О нем коллеги писали: «Молод, держится просто, по-настоящему интеллигентен, серьезно начитан, и есть в нем обаяние подлинной морской косточки. Никто никогда не видел капитана поднимающимся по трапу с рукой на поручнях». Коллегам, конечно, невдомек, что за трап на судне надо держаться обязательно. Дело не в твоей собственной шее. Ее, если хочешь, можешь ломать; но, падая, ты угробишь другого, который шею ломать не хочет. И еще интересно: чем подлинная морская косточка отличается от липовой?
— Слушай, паренек, брось дурить, не уезжай, — сказал капитан. — Что тебе делать дома? Совсем ты разложился — из койки не вылезаешь! Пора тебе встряхнуться. Диплом штурманский с тобой?
— А что ты, паренек, предлагаешь? — спросил я. Капитан был на год меня моложе. Мы еще были тезки. — Надо ехать, отчет писать для «Литературки». Я им восемьдесят пять рублей должен. У них главбух такой волосан, что душу вывернет.
— Мы через недельку снимаемся к самому Нью-Йорку, на Джорджес-банку. Рыбаков повезем, подменные экипажи на траулеры, — сказал капитан и скривился: у него болел гастритный живот. — Четвертый штурман в отгул выходных дней идет. Сдавай техминимум, проходи медкомиссию. Визы не надо — без заходов идем. Никакой главбух тебя в океане не поймает.
— Рано или поздно возвращаться надо. — сопротивлялся я. — Коллеги уже материалы сдали и гонорар получили.
— Плюнь ты на материалы. Смотри! — И он показал мне известную газету, где была заметка о нашем путешествии и фотография теплохода. На борту явственно виднелась надпись: «Вацлав Воровский».
— Наш это теплоход или нет, а, паренек? — спросил капитан.Я разглядывал долго, чувствуя подвох, но сказал: — Да. — Нет, — грустно сказал капитан. — Это однотипное судно, здесь ты прав. Только не «Воровский». Видишь носовой штаг?
— Ну? — А у «Воровского» штага нет. Я как приехал в ГДР судно принимать, так сразу штаг срубил — вид портит. Туфта эта фотография. — И капитан вздохнул, потер живот. Ему почему-то хотелось видеть в газете именно свое, настоящее судно.
На душе было пасмурно, ибо статья не получилась. Да и может ли получиться статья о неуважении к самому себе? И я сказал: — Есть, товарищ капитан! Мне только надо повторить «Правила по предупреждению столкновения судов в море».
ОСОБЕННОСТИ МЕСТНОЙ ОХОТЫ.(из воспоминаний гремиханца):
Да так оно и есть – тундра, да и Север вообще стерильный край, с напрочь вымороженными, вредными микробами и всяческими, нехорошими вирусами. За пять лет службы я не болел ни разу даже пресловутым насморком. Не говоря уже о модных нынче вирусных инфекциях. Да там вообще редко кто болеет, по крайней мере, простудными делами, а вот, легендарный гемморой, совсем другое дело, многие подводники им мучались, да и мучаются до сих пор, он не насморк, сам не проходит!
Так вот, выезжали охотники на «ГТСке» (гусеничном транспортере), километров за пятьдесят. В совсем дикую тундру, к пастухам – оленеводам, которые пасли стада колхозных оленей. Именно так, там тоже были так называемые, оленеводческие колхозы.
Пьют они оригинально, медленно, маленькими глотками и, совсем не запивая, и не закусывая, потому, что не успевают этого сделать. Допив до дна, глаза у них округляются и закатываются, дыхание практически прекращается и они попросту падают на землю, и уходят в полную отключку на несколько часов. В первый раз, охотники испугались всерьез, думали, что все кранты, убили «чукчей» спиртоганом, но через три часа они приходили в чувства и просили очередную дозу.
Оказывается, что у народов Севера, нет обычного для нас иммунитета на алкоголь. А по сему даже наказание какое-то предусматривалось за спаивание местных жителей. И пока пастухи были в нирване, они отстреливали оленя, закидывали в гусеничный геологический транспортер, и уже спокойно ждали пробуждения лопарей, попивая «огненную воду». Очнувшись, пастух хватал карабин и практически не целясь, довольно легко и сноровисто валил еще одного оленя! Это говорит,- вам подарок от колхоза! Затем им наливали опохмелиться, они опять впадали в обморочное состояние. А охотники с трофеями спокойно уезжали на базу. И никто не был в накладе. Все чинно и вполне благородно!
ЗДЕСЬ ВАМ НЕ РАВНИНЫ,- ЗДЕСЬ КЛИМАТ ИНОЙ.
Зима здесь заканчивается в мае, а начинается уже в конце августа. Весны и осени, особенно Гремихе, практически не бывает. Переход с холода на тепло и наоборот, происходит очень быстро и незаметно. А по сему, главной достопримечательностью, и отнюдь не достоинством Гремихи, являются постоянные штормовые ветра, которые затихают, и успокаиваются, лишь, с приходом быстротечного, полярного лета.
Виной всему встреча, точнее столкновение, на траверзе Гремихи, в районе мыса Святой Нос, двух контрастных течений. Теплого ответвления Мурманского Гольфстрима из Баренцева моря и холодного приливно-отливного Беломорского. В результате, на стыке двух течений образуются мощные и опасные, для малых судов водовороты и бурлящие, коварные высокие волны, в месте слияния, изменяется даже цвет воды. Создается впечатление, что вода с шипением кипит. Это природное явление называется Святоносский сулой.
По этой природной особенности. А также своей открытости и не защищенности природными препятствиями, на многие сотни километров, со стороны тундры и Северного Ледовитого океана. Здесь и дуют штормовые ветра до 120 дней в году, из них от 20 до30 дней шквальные, с объявлением тревоги для плавсостава. В такие дни прекращается движение автотранспорта между поселками Островной и Гремихой.
Был случай, когда местный рейсовый автобус «ЛАЗ», сильным, боковым порывом ветра, запросто сбросило с дороги. Детей, в такие дни, без сопровождения взрослых не отпускают в школу.Но жизнь в поселке по этой причине не останавливается, люди в черных шинелях продолжают нести нелегкую службу, выходить в море на учения и длительные дальние походы. Женщины, укутанные в шубы, в горнолыжных очках, ходят по магазинам, а беззаботная детвора, как ни в чем не бывало, играет во дворах, катаясь на санках по засыпанным снегом автомобилям, и их за это никто, как не странно, не ругает?!
Смотреть и любоваться всполохами можно очень долго, одно плохо,- трезвому, холодно стоять на месте неподвижно, а когда выпьешь, тогда не до северного сияния уже. Надо нарезать круги, по пересеченной, ухабистой местности, в поисках уютного и теплого ночлега, в объятиях местной, свободной сегодня для тебя,- гремиханской гейши!
Не зря Гремиху, ласково называют «край летающих кошек», либо «жопой Кольского полуострова». В этом ироничном названии есть доля правды. Иной раз, приходится порхать и кувыркаться, под мощными воздушными потоками даже людям.
Ветер здесь не имеет направления, особенно когда идешь между домами, попутный в спину, из-за угла дома резко переходит во встречный порыв и ударяет в лицо словно молотом. Удержаться на ногах в такие моменты практически невозможно, независимо от веса и комплекции. Порой, приходится вставать на колени и на четвереньках, преодолевать трудные участки, таким не совсем красивым и непривычным способом.
Когда солнце начинает садиться за линию горизонта, создается впечатление, что оно раскаленным диском опускается в море и оно вот вот, начнет закипать. А багровое отражение в воде, постепенно сужаясь, простирается до самой береговой линии, темнея, по мере удаления от солнца. И окружено все это действо, чистой, девственной природой и живой красотой, которую нужно увидеть и прочувствовать самому, хотя бы раз в жизни!
Север своеобразен и по-особенному притягателен. Наверное, весь секрет таится именно в его сильных, магнитных свойствах. Не спроста же, многие естествоиспытатели и экспедиции, стремились именно в этот суровый, малоизученный и непокоренный край, зачастую, рискуя при этом, своими жизнями.
Чтобы понять и прочувствовать все прелести местной природы, нужно здесь пожить и пройти непосредственно самому, через все трудности местного бытия. Солнце зимой не появляется здесь вообще. Постоянно испытываешь ощущение сплошных сумерек. И это, очень конечно угнетает. Но в принципе с этим жить можно, мы и жили.»
ЛЕТНЕЕ ИЗОБИЛИЕ И КРАСОТА ТУНДРЫ.
Лишь в апреле начинает увеличиваться день и появляться солнце. К концу мая оно приятно пригревает, уходит снег, и на первых прогретых солнцем равнинных местах, начинает зеленеть и зацветать тундра. В июле бывает уже довольно жарко, быстро созревают полярные ягоды: черника, голубика, морошка, брусника их там бесчисленное количество. Идешь по тундре, а они под ногами жалостно хрустят, их просто невозможно обойти, они кругом.
Кушать их можно бесконечно и без вреда для здоровья. И нет там червивых грибов. Выкапывали в тундре корневища местного «женьшеня», лекарственную, очень полезную для здоровья, «радиолу розовую». В местных речках и ручьях, водится красная рыба, по тундре бродят стада оленей. Изобилие во всем!
Летом в Гремихе всегда интересно и весело, мы практически каждую ночь, не ложились спать. С друзьями и подружками, с детьми и собаками уходили в тундру, но не слишком далеко от своих домов, под музыку танцевали, жарили мясо, колбасу, сало, обильно выпивали, играли в футбол и волейбол. Утро наступало, совсем незаметно. Быстро собирались и разбегались по домам, переодевались в кремовые рубашки, фуражки с белым верхом и точно в срок прибывали на построение в казарму. И хватало же, на все это, сил и энергии, наверное, все же от реакторов подпитывались и подзаряжались тогда!
К большому сожалению, полярное лето скоротечно, проходит быстро и очень резко заканчивается. Сокращаются и темнеют белые ночи, и без того скудная зелень, приобретает цвет камней, поросших лишайником. Все исчезает вслед за уходящим теплом, даже солнце становится другим, чужим и холодным. В середине августа уже по-осеннему свежо и ветрено, ночами иногда подмораживает. Баренцево море темнеет и начинает штормить все чаше и чаше. В сентябре срывается первый снег. И снова наступает долгая и суровая полярная зима.
Гремиха – это слово само говорит за себя, веет от него чем-то суровым и гордым, таинственным и холодным, и, несомненно, интригующим и загадочным?! Но это было так давно.
Уместно привести здесь письмо бывшего «гремиханца», в котором он выразил боль всех, кто бывал когда-то на той заполярной земле.
Президенту Российской Федерации Д.А. Медведеву от секретаря первичного отделения № 8 района «Центральный» Подольского городского местного отделения партии «Единая Россия» Московской области Плешакова Андрея Ивановича.
Добрый день, уважаемый Дмитрий Анатольевич!
Возрождается Военно-морская база (ЗАТО Вилючинск) на Камчатке. Будет ли приниматься Вами, вновь избранным Президентом России, достойное решение по Военно-Морской базе Гремиха (ЗАТО Островной) Мурманской области или её перепрофилирование?
Страшно смотреть на разруху, на заброшенные, разворованные дорогостоящие дома. Ведь сколько сил и средств было вложено, чтобы построить всё это в тяжелейших климатических условиях Заполярья. Очень жаль, что не сохраняем, не бережём, ведь Кольский полуостров – богатейший край полезных ископаемых, и можно, нужно было бы сохранить инфраструктуру города, чтобы будущие поколения не начинали с палаток.
Ведь всё равно МЫ ВЕРНЁМСЯ НА СЕВЕРА. Можно было бы передать строения и здания в ГУИН, ведь когда-то там была Йоканьгская тюрьма. Да, она напоминает о плохом времени, но это наша история и она повторяется. Это было бы разумней, экономичней и логичней. Ведь столько было освоено средств и такое расточительство или головотяпство, на грани с предательством, руководителей перестроечного времени. Особенно тех, кто боялся потерять свои «насиженные и тёплые» места, включая и Министерство обороны, и руководство ВМФ. Есть одноимённый красивейший сайт в Интернете (Гремиха, Йоканьга, Островной), www.gremicha.narod.ru – посмотрите, пожалуйста, фотографии, что сделали с моей памятью, с памятью Героев – моряков-подводников. Разве можно на ВСЁ ЭТО спокойно смотреть!? Прошу прощения, если отвлекаю Вас от важных государственных дел.
Ответ на обращение Плешакова Андрея Ивановича к Президенту РФ дает МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ, УПРАВЛЕНИЕ НАЧАЛЬНИКА СТРОИТЕЛЬСТВА, ИНЖЕНЕРНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ И РАСКВАРТИРОВАНИЯ Военно-Морского Флота г. Москва, 105175 0т 27 августа 2008 г.
Уважаемый Андрей Иванович!
Ваше обращение к Президенту Российской Федерации по вопросу восстановления инфраструктуры военно-морской базы «Гремиха» (ЗАТО Островной) по его поручению рассмотрено. В связи с проводимыми в Вооруженных Силах Российской Федерации организационно-штатными мероприятиями, численность военнослужащих гарнизона Островной значительно сокращена.
Вместе с тем, отсутствие градообразующих предприятий в ЗАТО, является причиной отъезда жителей из данного населённого пункта. Как следствие этого – наличие значительного количества пустующих зданий, поддержка которых в удовлетворительном состоянии требует значительных финансовых затрат, не обоснованных реальной потребностью в них.
Учитывая удалённое географическое расположение ЗАТО Островной от основных населённых пунктов Мурманской области и главной базы Северного флота, отсутствием централизованного сообщения, а также дефицитом денежных средств, выделение инвестиций в развитие данного ЗАТО не представляется целесообразным.
Начальник строительства инженерного обеспечения и расквартирования ВМФ полковник Паршин Б.П.
Круг замкнулся! Вопросами целесообразности базирования ФЛОТА РОССИИ занимается ПОЛКОВНИК – главный по квартирам!
Итоги.
Может быть, в СССР был непомерно раздутый военный флот? Может быть. Но сейчас мы наблюдаем обратный процесс. Ни один гарнизон подводников на Северном флоте не пострадал от перестройки и всего последующего развала так сильно, как Йоканьга. При Советском Союзе в строительство базы десятилетиями вкладывались миллиарды рублей, а сейчас весь «Верхний посёлок» в Островном стоит как Берлин в сорок пятом – в окнах даже рам нет, а по стенам как из пушек палили. Некоторые дома уже треснули. Самое печальное, что если когда-нибудь понадобится возрождать здесь базу, то придётся вкладывать новые миллиарды. Сейчас в Островной не осталось ни одной списанной лодки. Колоссальная инфраструктура попросту уничтожается бездействием!
Вся история этого гарнизона показывает, что в трудные времена все правители, независимо от политических взглядов и предпочтений, в срочном порядке создавали в этом городке военную базу. Хватит ли ума у нынешнего руководства страны не ждать очередного «жареного петуха»? Возможно, содержать в таком отдалении базу подводных лодок неоправданно по материальным затратам, раз уж сегодня все говорят о деньгах. Но, учитывая относительную мелководность этого района, хотя бы дивизион ОВРа здесь обязательно должен быть – ведь направо от Святого Носа сотни километров неконтролируемого водного пространства, и абсолютно незащищённое Белое море с Северодвинском.
Сейчас (2010 год) теплоход «Клавдия Еланская» ходит на Йоканьгу исключительно из-за дотаций администрации ЗАТО, так как рейсы для пароходства не рентабельны. Что станет, когда деньги иссякнут? А они обязательно иссякнут, если их будут так бессовестно воровать. В следующем году должен быть списан теплоход Мурманского морского пароходства «Клавдия Еланская», который отходил в Островной 33 года. В ММП, правда, есть ещё и тх «Поларис», но он вместо 224 пассажиров «Клавдии Еланской» берёт на борт лишь 76 пассажиров, груза не берет, да и кроме того, часто используется пароходством для выполнения круизных рейсов на Соловки, Исландию, Гренландию, Шпицберген и Землю Франца-Иосифа.
И, самое пикантное – теплоход «Поларис» 1968 года постройки, т.е. он на 9 лет старше «Клавдии. Еланской»!
