Люди, живущие в закрытом городе Жители Сарова рассказывают о специфике жизни в закрытом городе, повседневных заботах и поисках себя
На карте России есть города, закрытые для свободного посещения. У них особое положение — здесь чаще расположены оборонные и особо секретные промышленные предприятия. Среди них — Саров в Нижегородской области.
Имеет ли жизнь в закрытом городе свою специфику? Накладывает ли закрытость отпечаток на личность и жизненный путь человека, живущего здесь? Об этом и еще многом The Village пообщался с жителями Сарова.
Елена Севцова
27 лет, педагог-организатор Молодежного центра, руководитель городского клуба волонтеров «Инсайт»
Как написано в моем свидетельстве о рождении, родилась я в несуществующей стране, несуществующей области и несуществующем городе: РСФСР, Горьковская область, город Арзамас-16. Но, несмотря на это, человек я вполне реальный и довольно активный.
Вот уже 12 лет я занимаюсь волонтерской деятельностью и всем, что с ней связано. В последнее время активно продвигаю волонтерство среди молодежи. Вместе мы организуем крупные городские мероприятия, проводим акции по пропаганде здорового образа жизни и профилактике асоциальных явлений, развиваем в Сарове инклюзивное волонтерство ( социализация и включение в активную деятельность молодежи с ограниченными возможностями здоровья. — Прим. авт.).
С каждым годом приток активных волонтеров все больше. Да, есть в Сарове определенная специфика, которая может быть выражена словами: «Закрытый город — закрытые люди». К счастью, это распространяется не на всех. Находится достаточно много молодых и активных, желающих помочь конкретным горожанам или городу в целом.
Несмотря на свои довольно частые разъезды, мне все время хочется скорее вернуться обратно, в родной Саров. Он для меня как крепость. Только здесь я практически ничего не боюсь, только здесь чувствую себя максимально комфортно. Проходишь КПП на въезде в город, только делаешь первый шаг на территорию города — и можно смело сказать: «Я в домике», — как в детской игре.
До сих пор не могу понять тех, у кого есть желание уехать
Многие говорят, что у нас тут тепличные условия, размеренная жизнь — в отличие от больших городов. Соглашусь. Возможно, именно поэтому я испытываю особую теплоту и любовь к родному городу. До сих пор не могу понять тех, у кого есть желание уехать. На мой взгляд, Саров развивается довольно быстро и практически ни в чем не уступает большинству городов, а в некоторых случаях их опережает. Здесь действуют более 20 общественных объединений: от клубов исторической реконструкции и ролевых игр до объединения байкеров города, а спортивных секций и творческих кружков вообще великое множество. Кстати, как раз творческие люди меньше всего обращают внимание на колючку, ведь творчество безгранично.
Саров — пусть небольшой, но зато вечно цветущий и зеленый, чистый и очень уютный город. Единственный минус, на мой взгляд, — это отсутствие возможности пригласить сюда друзей, показать им нашу красоту, заповедные места, дать почувствовать эту непередаваемую атмосферу. Становится немного обидно, когда на областных и всероссийских форумах тебя приглашают в гости в другие города, а ты можешь лишь позвать посмотреть на КПП, колючку и солдат, охраняющих любимый город.
Но когда задают вопрос о том, хотела бы я, чтобы город открыли, с уверенностью говорю: нет!
Анна Тюрина
27 лет, фотограф домашних животных
Саров город маленький, но при этом развитый (на фоне других маленьких городков). Мне есть с чем сравнить, так как я много езжу. В Сарове удобно передвигаться пешеходу, о Нижнем я, например, такого сказать не могу. Все же наш город частично занимает территорию Мордовского заповедника. Поэтому для двух-трехчасовой прогулки по лесу нет необходимости далеко ехать.
Однако жизнь в Сарове я могу сравнить только лишь с жизнью «у бабушки в деревне»: тихо, спокойно, все свои, но быстро надоедает. Если ты не ученый или военный, то жить и зарабатывать лучше в других местах. Поэтому так или иначе молодежь стремится отсюда уехать.
Мои профессия и образование далеки друг от друга, практически противоположны. По образованию я инженер, но поняла, что это совершенно не мое. Я совсем не хочу связывать свою жизнь с одним местом проживания и работы. К тому же у службы на режимном объекте имеется существенный минус — невозможность выезда за границу в течение 5–10 лет после увольнения.
Жизнь в Сарове я могу сравнить только лишь с жизнью «у бабушки в деревне»:
тихо, спокойно, все свои, но быстро надоедает
По профессии я фотограф домашних животных. Занимаюсь этим уже четыре года. Ради съемок езжу в другие города и страны, так как в Сарове соответствующей работы для меня нет. Мое творчество не находит отклика среди жителей города. Я бы охарактеризовала саровчан как людей зажатых, возможно, так на их сознание влияет закрытость города. В маленьких городах я почти не бываю, а в крупных и отношение другое, проще. Никогда нет проблем остановиться переночевать у знакомых, которых знаешь только по интернету, в Сарове такое и представить себе нельзя.
Мое увлечение — кинологический спорт с моей собакой. Однако в Сарове это развито не очень сильно. На тренировки я езжу в Нижний и Москву. В поездках скучаю только по родителям и чистой воде из-под крана. У нас ее пьют просто так, без фильтров и кипячения.
К сожалению, перспектив для себя в Сарове я не вижу ни в своей профессии, ни в своем увлечении. Единомышленников тоже не могу найти (может, у меня получится это благодаря вашему материалу?). В Сарове мне скучно. Но уверена, что так же обстояло бы дело и в любом другом маленьком городе нашей страны.
Роман Сванидзе
45 лет, председатель правления НРОО «Православное творческое объединение «МiР»
В Сарове я родился, поэтому жизнь в закрытом городе для меня привычна. Это моя естественная среда обитания.
Говорят, что существует два типа людей: одних нервирует сознание того, что они находятся за колючей проволокой; других такие мысли, наоборот, успокаивают. Для них за колючей проволокой тот, большой мир. А здесь они дома. Я скорее отношусь ко второй категории. В Сарове мне уютно. И если бы не ограничения по въезду в город для друзей, знакомых и даже родственников, я бы о закрытости города, необходимости проезда-прохода через КПП, колючке и других прелестях даже не задумывался. К тому же к секретным сведениям доступа не имею, ограничений по выезду за границу тоже.
Помню, как в детстве нас учили не рассказывать посторонним, из какого мы города, говорить просто: «Из Арзамаса» (Саров тогда назывался Арзамас-16). Сейчас даже этого ограничения нет.
Конечно, в Сарове есть своя атмосфера, свой, специфический микроклимат. Люди чуть более закрытые. Жизнь более размеренная. Многим приезжающим кажется, что у нас тут все еще развитой социализм, и в чем-то это так. Например, количество учреждений для детей и школьников на душу населения одно из самых высоких в стране (и практически все бесплатные).
Многим приезжающим кажется, что у нас тут все еще развитой социализм,
и в чем-то это так
Не думаю, что жизнь в закрытом городе как-то повлияла на выбор моего пути. С детства мечтал стать актером и писателем. В какой-то степени стал и тем и другим, 13 лет работал в муниципальном театре. А десять лет назад мы вместе с супругой ( режиссером Ириной Семенчук. — Прим. авт.) создали общественную организацию «Православное творческое объединение «МiР» и занимаемся театром совершенно свободно, без какого-либо финансирования, а следовательно, и чьего-то диктата. Так что да — наш театр не только стремится к свободе, он ее достиг.
Алена Гулеватая
27 лет, учитель музыки
Саров — моя малая родина. Здесь я родилась и провела первые 18 лет жизни, даже не подозревая, что однажды с радостью вернусь сюда жить. Я люблю Саров. Этот город свел моих родителей, приехавших издалека и вряд ли сумевших бы встретиться в другом месте.
Я помню, как в детстве, приезжая к бабушке, рассказывала всем во дворе про таинственный город, которого нет на карте. И действительно не было! Некоторые даже не верили. А позже, помню, говорила, что я из города, в котором лимонад делают, и все сразу с таким пониманием говорили, что хороший лимонад! Мы всегда привозили родственникам разные деликатесы и вещи, которых нигде не было. Пустые прилавки тут отсутствовали.
Город всегда был очень чистый. Когда к нам приезжала бабушка, ее всегда это удивляло. А нам, наоборот, была в диковинку грязь в больших городах. Помню, как нам с мамой доверяли коляски с детьми, пока родители бегали в магазин, и мы их караулили. Люди не боялись, и не думалось ничего плохого.
В последнее время город, конечно, изменился, но все же он не такой, как все. Здесь не встретишь бездомных, цыган и попрошаек. Даже уличные продавцы другие. Город какой-то семейный. Тут знаешь всех через одного, и с каждым третьим что-то связано. В местном наречии территория за городом называется «за зоной». Мне казалось, что «за зоной» — это за границей. И каждый раз, когда папа уезжал в командировку, я думала, он едет куда-то в Европу.
Здесь не встретишь бездомных, цыган и попрошаек.
Даже уличные продавцы другие. Город какой-то семейный
Я педагог. Но так уж вышло, что место работы я выбрала не в городе. Поблизости, в селе. Наверно, это такой альтруистический шаг. Я не перестаю удивляться каждый день. Там жизнь другая. И в первую очередь другие люди. Приезжая на работу, я попадаю в другой мир. А вечером возвращаюсь в свой.
Нет, Саров не идеальный город. Точнее, он идеальный для меня. Здесь, как и в других городах, можно встретить разных людей: приятных, некультурных, доброжелательных, скверных, ученых, рабочих, открытых, замкнутых. Любых… Но мне кажется, что здесь больше хороших людей, и я люблю этот город. Я училась в Нижнем, и многие преподаватели, узнавая, откуда я родом, очень радовались и говорили, что у нас в Сарове особые люди и что жизнь в нашем городе накладывает отпечаток интеллигентности. Мне посчастливилось много путешествовать и соответственно общаться с людьми из разных мест. Могу сказать, что в Сарове свой менталитет. Тут люди особенные.
За проволокой: как живут в одном из самых закрытых городов России
Прошлое и настоящее уральского города, где производят ядерные боеприпасы. English
Share this
Попасть в ЗАТО человеку со стороны практически невозможно. Фото CC0 1.0 Universal: Сергей Шинкарюк / Flickr.
Потрепанный дед в шапке-ушанке, похожий на персонажа из советского кино, проходит мимо укутанных в ватники и старые шубы женщин – они продают носки, игрушки и замороженную рыбу. Своеобразный мини-рынок находится прямо на автобусной остановке.
Позади него – городок Нижняя Тура: с круглосуточными кафе, где по вечерам открывают комнаты для интимных встреч; пельменной с молодыми людьми бандитского вида за столиками; множеством унылых магазинов с бытовой техникой. В трех метрах напротив – контрольно-пропускной пункт, два ряда колючей проволоки и военные, проверяющие пропуск каждого, кто заходит на КПП. Это один из входов в закрытый город Лесной, и сюда невозможно попасть чужаку.
Ядерный кубок мира
Первые закрытые города были созданы во время работы над атомным проектом СССР: в 1945 году по приказу Сталина был создан специальный комитет при Государственном Комитете Обороны; его главными задачами были развитие научно-исследовательских работ по использованию атомной энергии урана, создание на территории страны технологий его добычи, а также производство атомной бомбы. Граждане Советского Союза, живущие далеко от закрытых городов, не знали об их существовании, их местоположение было также засекреченным. Попасть на территорию закрытого города могли только те, кто работал на местных предприятиях, либо являлись близкими родственниками жителей с постоянным пропуском. «Чужаки» получали одноразовый пропуск.
Все жители закрытых городов давали подписку о неразглашении их места жительства и его расположения. А власти давали имена таким населенным пунктам по названиям ближайших городов: Челябинск-40, Красноярск-26 и так далее. После распада Советского Союза список закрытых городов (ЗАТО) был рассекречен властями, и каждый получил свое отдельное имя. Часть из них стали открытыми, но остались и те, в которые до сих пор невозможно попасть без специального пропуска.
Один из таких городов – Лесной (бывший Свердловск-45). Он был основан в 1947 году в Свердловской области. Строили город заключенные ГУЛАГа; в 50-х годах их количество здесь доходило до 30 тысяч человек. Почти вся старая часть Лесного и его дороги были построены ими.
После того, как Свердловск-45 рассекретили в 90-х, он стали именоваться Лесным. Главный завод, который сейчас называется «Комбинат «Электрохимприбор», производит ядерные боеприпасы, а также занимается разделением изотопов. На нем работает 9 тысяч человек, то есть почти каждый пятый житель города. Комбинат принадлежит госкорпорации «Росатом» – как и другие предприятия в 9 других российских ЗАТО.
В ЗАТО царит покой, но вертикальная доминанта напоминает о смысле существования закрытого города. Североморск, 2010. Фото CC0 1.0 Universal: Сергей Шинкарюк / Flickr.
Однако помимо стратегического значения, Свердловск-45 известен своей спортивной школой под названием «Факел». С самого начала, как вспоминают местные жители, городские власти активно продвигали спортивные секции, чтобы занять молодежь. Благодаря компактности города и пропаганде здорового образа жизни это приводило к необычайно высоким результатам.
«Здесь были созданы абсолютно все условия, чтобы развивался спорт. Все было сделано для детей. Именно поэтому в нашем городе, наверное, столько олимпийских чемпионов и участников Олимпийских игр», – вспоминала в одном из интервью олимпийская чемпионка по художественной гимнастике Ольга Глацких, которая провела юность в закрытом городе.
На момент написания этой статьи, в городе тренировалось 11 чемпионов и призеров Олимпийских Игр и 46 чемпионов Мира, Европы, России и СССР. Как утверждает местная администрация, такое количество олимпийцев на общее число жителей города – рекордное по стране. Небольшая часть именитых спортсменов до сих пор живет здесь.
При этом никаких проблем с выездом спортcменов за рубеж не было ни в СССР, ни в постсоветской России. «Никто из них не знал, чем занималось предприятие, а те, кто знали, не имели заграничного паспорта, – говорит Сергей Пронин, местный тренер по конькобежному спорту в школе «Факел». – Секрета, что мы из закрытого города, никогда не было. Иностранцам вообще было до лампочки». Тем не менее, статус города сыграл свою роль в недавнем анти-допинговом скандале: именно под предлогом «закрытости» Лесного, российские власти запретили в него въезд экспертам агентства WADA.
Каток в Лесном. Фото предоставлено автором.
– Дадут ли мне какую-нибудь бумагу на время пребывания в вашем городе? – спросил я у военного.
– Нет, – отрезал он и пропустил за КПП.
Комбинат и город едины
Дмитрий Никишкин приехал в Лесной из Ижевска 17-летним подростком, в 1987 году – отца-военного отправили сюда по распределению. Молодой человек поступил в местный филиал московского национального исследовательского ядерного университета МИФИ. Начиная с третьего курса, он проходил практику на «Комбинате ‘Электрохимприбор’», где работает до сих пор.
«И город, и комбинат – все едино», – говорит Никишкин. В самом деле, предприятие является градообразующим, экономика Лесного построена вокруг него. Но если «Комбинат» занимается современным производством и поставляет свою продукцию в Канаду, США, Китай и другие страны, то сам Лесной, в основном, выглядит как открытка из прошлого.
Снять апартаменты для журналиста openDemocracy было непросто: в номере-люкс городской гостиницы не было wi-fi и душа, а на портале Booking предлагался лишь один вариант от местного жителя. Если кто-то хочет купить здесь однокомнатную квартиру, то на это нужно до 1,5 млн рублей, а аренда жилья выйдет всего в 10-12 тысяч в месяц.
Одна из достопримечательностей города – «аллея чемпионов». Это проспект с девятиэтажками, на которых установлены огромные баннеры спортсменов-олимпийцев, которые начинали свою карьеру в Лесном.
Дмитрий Никишкин – тоже бывший спортсмен-параолимпиец, выступавший на лыжах в Играх в Нагано и Солт-Лейк-Сити. В Америке ему удалось пообщаться с простыми людьми, вспоминает он: «Я понял, что Россию как врага им рисуют «сверху». А так, агрессии в глазах нет». Но из-за работы на комбинате Никишкин стал невыездным. Он говорит, что хотел бы свободнее путешествовать по миру. Когда я спрашиваю о его мечте, он отвечает: «Общая у всех жителей города мечта – чтобы международная обстановка разрядилась. Как вы сами понимаете, назначение у Лесного серьезное. Я не могу за всех сказать, но ощущение, что нестабильность в мире присутствует – оно есть».
Остров спокойствия
От разговоров с людьми на улицах создается впечатление, что ты попал в отдельно взятое социалистическое государство. «С самого начала жить сюда приглашали высокообразованных людей, – говорит пенсионер и бывший спортивный тренер Владимир Попов. – Конструкторов, инженеров, учителей и врачей».
Например, добавляет он, местным жителям власти выделяли и выделяют бесплатные квартиры (такая практика была повсеместно распространена в СССР). 90-е также обошли Лесной стороной: комбинат и особый статус города позволяли ему быть на хорошем счету у федеральных властей, и его активно снабжали. Кроме того, из-за закрытости Лесного, уровень преступности тут всегда был крайне низкий – за 2017 год официально было зарегистрировано всего 500 случаев. В городе также действует правило: если человек был судим, то после выхода из тюрьмы он не может вернуться в Лесной, даже если там живут члены семьи – все из-за особого статуса города.
«Мы живем между двумя законами: законом о местном самоуправлении и законом о ЗАТО, – говорил в интервью «Российской Газете» бывший мэр Лесного Виктор Гришин в 2011 году. – К пропускному режиму очень жесткие требования. Те, кто не проходит проверку служб безопасности, вынуждены оседать в десятикилометровой зоне перед городом. Снимать там квартиру и находиться в подвешенном состоянии».
Таким образом, в уединенном городе действительно сохраняется спокойная и дружелюбная обстановка: все встреченные мной жители объясняли «чужаку» дорогу, а некоторые заводили small-talk. Маленькие дети ходят из школ без сопровождения родителей, и даже ночью здесь, как говорят лесничане, вполне безопасно гулять.
Законсервированный город
Однако как бы администрация Лесного не говорила в интервью о спокойной обстановке и спортивных достижениях местных жителей, у города достаточно проблем. Особый статус не дает развиваться малому и среднему бизнесу и не дает властям Свердловской области строить новые объекты. Дело в том, что землю тут можно взять только в аренду, но это сложно сделать из-за бюрократических препонов, которые возводит «Росатом», владеющий заводом.
Это рассказывает местный житель Сергей Пронин. Он живет здесь с женой и тремя детьми. Заслуженный тренер по конькобежному спорту, Пронин уверяет, что сегодня администрация города экономит на многих статьях бюджета. «Когда-то Лесной процветал, но сегодня зарплаты снижаются, а на предприятии сокращают людей», – говорит он.
Впрочем, сами жители Лесного своего особого статуса не смущаются. По словам Сергея Пронина, все жители города привыкли к заборам по периметру, пропускам и сложностям, если хочется пригласить в гости друзей из других городов. «Может, работников завода гостайна и касается, но других лесничан нет», – говорит Пронин, пока мы едем на его машине вдоль колючей проволоки.
На молодежи в закрытом городе это также отражается. У нее небольшой выбор: работа на комбинате, спортивные тренировки – и, пожалуй, все. В Лесном есть только один ночной клуб, пара кафе и торговых центров. Отсутствие путей для самореализации заставляет молодых людей и девушек уезжать. Как, например, 16-летнюю Лизу Шарову. Девушка заканчивает школу и показывает хорошие результаты в конькобежном спорте. Однако оставаться не собирается. «В Лесном нечего делать. Тут тихо и спокойно, но я хочу выучиться на программиста в Москве и остаться там», – говорит она.
Секрет полишинеля
Нужно ли «открыть» ЗАТО? Этот вопрос поднимается уже давно на уровне федеральных властей. С одной стороны, по словам лесничан Сергея Пронина, Дмитрия Никишкина и Владимира Попова, снятие статуса «закрытого» города возможность Лесному быстрее развиваться экономически, привлекая новый бизнес и свежий поток людей. С другой – обстановка станет менее спокойна.
Лесничане говорят, что закрытость города – так называемый «секрет полишинеля», а если и оставлять что-то под специальным режимом, так только «Комбинат». Пока что обратная сторона идиллического покоя на улицах города – параноидальная атмосфера слежки, которая время от времени проявляется в разговорах:
– Конечно, прослушивают! – смеется он то ли в шутку, то ли всерьез. – Но что нового они от меня услышат?
– Стране невыгодно содержать ЗАТО, – говорит Надежда Кутепова, глава правозащитной организации «Планета надежд». Кутепова прожила почти всю свою жизнь в закрытом городе Озерске, но вынуждена эмигрировать в Европу после того как государственные телеканалы обвинили ее в шпионаже. – Они получают от государства специальную целевую субвенцию за ограничение прав граждан (свободы передвижения). Именно поэтому Министерство экономического развития, которое курирует ЗАТО, периодически поднимает вопрос снятия «закрытого» статуса, видя расходы, которые приходится нести по вопросам, не связанным с безопасностью.
Обратная сторона идиллического покоя на улицах города – параноидальная атмосфера слежки.
Закрытые города – оазисы полного порядка, в его советском понимании. Североморск, 2010. Фото CC0 1.0 Universal: Сергей Шинкарюк/Flickr.
Однако, добавляет Кутепова, когда Минэкономразвития пытается поднимать этот вопрос, атомное лобби переводит его из плоскости экономики в плоскость государственной безопасности – и тема немедленно закрывается. По словам правозащитницы, лобби, состоящее из Росатома, атомных предприятий и силовых структур стремится оставлять ЗАТО закрытыми по нескольким причинам.
Третья причина, по мнению Кутеповой, состоит в том, что сами жители ЗАТО не всегда хотят открытия своих городов, потому что боятся изменений. По мнению Кутеповой, «это следствие массовой обработки общественного сознания, которая проводится в таких местах с начала их существования». Наконец, последняя причина – желание властей и предприятий ограничить доступ к информации об экологических проблемах атомной промышленности. Яркий пример – завод «Маяк» в Озерске.
Среди военных закрытых городов, которые курирует Министерство обороны, были прецеденты «открытия», но пока ни один атомный ЗАТО не был открыт. Смогут ли когда-нибудь лесничане свободно перемещаться по стране и приглашать друзей в гости? Кажется, они сами не знают ответа – но и не стремятся его добиться.
«Нет сотовой связи и нормальных продуктов». Как живут люди в закрытых городах России, где каждый житель подписывает бумагу о неразглашении
В начале 90-х многие города были рассекречены, получили отдельные названия. Сегодняшние закрытые города находятся в ведомстве Росатома, Роскосмоса и Министерства обороны, попасть в большинство из них не так просто, и от остального мира они ограждены колючей проволокой с охраной.
Загорск-6 и Загорск-7
Устроиться на работу в эти города не так уж и просто: нужно обладать идеальной биографией. Население поселка — 6000 человек. При этом жизнь в поселке не назвать идеальной. Местные жители жалуются на то, что лишены элементарного выбора, какой хлеб есть и какое пить молоко. За них такие вопросы решает командование части, которое пускает одних предпринимателей, торгующих продуктами питания, и не пускает других. Люди вынуждены ездить за нормальными продуктами в магазины города, находящиеся за десять километров от поселка. В поселке фактически отсутствует сотовая связь. Дороги чистятся только к приезду военного начальства. Жители требуют, чтобы город сделали открытым, оставив секретным лишь научный центр.
Саров — город контрастов. Научные институты соседствуют здесь с известной святыней — Дивеевским монастырем, который основал преподобный Серафим Саровский. Под монастырем расположены целые подземные города — катакомбы и коридоры, где монахи находили покой и уединение.
Свердловск-45 (сейчас — Лесной)
На западе Сверловской области расположен город Лесной. Город возник вокруг завода, который занимался обогащением урана, где согласно некоторым источникам у подножия горы Шайтан трудились заключенные ГУЛАГа. Ходят слухи, что возведение города унесло жизни нескольких десятков человек, погибших во время взрывных работ.
Сейчас город Лесной находится под покровительством Росатома. Он открыт для посещения и в нем живет почти 50 тысяч человек. Добраться до Лесного можно на автобусе из Екатеринбурга, который идет до соседнего городка Нижняя Тура.
Новоуральск (Свердловск-44)
Новоуральск основан в 1941 году. Статус города получил в 1954 году. Сейчас на городском предприятии ОАО «Уральский электрохимический комбинат» производят высокообогащенный уран. Население небольшое — 81 тысяча человек, которые так или иначе связаны с работой на комбинате.
Город известен своим природным богатством: скалой Висячий камень и горой Семь братьев. Обязана названием эта гора либо Ермаку, либо преследуемым старообрядцам. По легенде, Ермак превратил в каменных истуканов семерых колдунов, которые мешали ему покорять Сибирь. Вторая же легенда гласит, что советские времена была объявлена облава на старообрядцев, прятавшихся в уральских лесах. Семеро из них в попытке спастись от преследования бежали в горы, где в камень их заковал страх.
Туристу придется нелегко: попасть в город можно только через лес неподалеку от деревни Белоречка.
Мирный
Военный городок в Архангельской области стал закрытым лишь в 1966 году благодаря испытательному космодрому Плесецк. Жители города в заточении себя не чувствовали, так как он не был огражден колючей проволокой, а проверка документов осуществлялась только на проездных дорогах.
Однако все-таки так просто в город не попасть. Существует официальная инструкция для тех, кто хочет посетить город.
Интересно, что Мирный получил название «город колясок». Дело в том, что выпускники военных академий стремились быстрее заводить в этом процветающем месте семью и детей, чтобы обосноваться надолго. Другой забавный факт — именно из Мирного родом известный стриптизер Тарзан.
Челябинск-65 (сейчас – Озерск)
Секретность была очень высокой: специалисты проходили многоступенчатый отбор, а в случае прибытия в город в течение нескольких лет не могли вести переписку с родными.
Сегодня ситуация несколько изменилась, хотя «Маяк» по-прежнему является градообразующим предприятием. В Озерске проживают более 85 тысяч человек, а на его территории функционирует более 750 предприятий. Интересно, что Озерск очень часто становился местом действия в различных фантастических романах. Например, в романе Джеймса Роллинса «Последний Оракул».
Североморск
Город Североморск (бывший поселок Ваенга) находится в Мурманской области. Закрытым он стал из-за крупной российской военно-морская базы, которая находится на берегу Кольского залива в Баренцевом море. Строительство базы ВМФ началось в середине 30-х годов, а закрытым город стал уже после распада СССР, в 1996 году.
Все в городе напоминает о море: на главной площади стоит гигантский моряк-североморец Алеша, есть памятник торпедному катеру ТК-12, который в годы Второй мировой войны потопил четыре вражеских корабля, музей подводной лодки К-21. Кроме того, зимой в Североморске можно полюбоваться северным сиянием, если не боитесь замерзнуть. Именно на сложный климат жалуются те, кто побывал в городе.
Видяево
Видяево — поселок в 40 км от Мурманска. В посёлке расположена одноимённая военно-морская база Северного флота России, поэтому город и является закрытым. О жизни в городе рассказывает его житель, Василий Бондарь.
— В Видяево я жил с рождения, но в 17 лет уехал учиться в Мурманск и только иногда приезжал к родителям по выходным. А в 24 года я уехал окончательно. Как и все, я устал от серого города, полярной ночи и отдаленности от России. Конечно, отсюда уезжают многие, но это не желание уехать из Видяево, это желание уехать с севера — из Мурманска тоже многие бегут. Хотя новые лица появляются каждый год, когда приезжают новые военные. Так что кто-то уехал, кто-то приехал, — рассказывает мужчина.
В основном в Видяево живут военные, но у всех есть семьи, которые состоят из гражданских лиц. Как везде, здесь есть полиция, МЧС, ЖКХ, образование, торговля, но с работой, конечно, сложно, если ты не военный. Многие жены военных сидят дома, поскольку зарплата мужей позволяет.
— Видяево находится среди сопок, поэтому вокруг поселка нет никакого забора, а на единственной дороге, ведущей к поселку, стоит КПП, как и во всех других ЗАТО. Но попасть в Видяево — не значит попасть на базу ВМФ. Еще один КПП установлен при въезде на территорию базы подводных лодок, куда пускают только военных. Там с охраной периметра все гораздо строже, — рассказывает мужчина.
Каких-то ограничений для гражданских жителей нет: всегда можно было поехать в областной центр. В отпуск за границу пускают (если ты не военный). А вот попасть в город официально не так-то и просто — это могут сделать только ближайшие родственники жителей Видяево, и для этого им придется получить разрешение в штабе Северного флота.
— Я помню взаимопомощь, взаимовыручку людей. Когда я жил в Видяево, у нас дверь всегда была открытой, потому что знали, что никто ничего не украдет. Хотя сейчас, возможно, все немного изменилось. Большой плюс закрытого города — нас почти не затронули лихие 90-е. Уровень преступности невысокий. Большинство жителей друг с другом знакомы лично или через кого-то. Конечно, от бытового хулиганства это не спасает, но тяжких убийств на моей памяти было только три-четыре, — рассказывает мужчина.
Чувства отчужденности никто не испытывал. Как рассказывает Василий, можно было легко съездить на выходные в Мурманск.
— После трагедии 2000 года (гибель подлодки «Курск» — прим. «Ленты.ру») в Видяево было вложено очень много денег, сейчас это хорошее место с отличными садиками и школами. Есть аквапарк, боулинг, бильярд, неплохой дискобар — конечно, не московский уровень, но и не колхоз деревенский. Например, в соседнем военном городке все гораздо хуже, там школы стоят без ремонта, — рассказывает мужчина.
Александровск, город Гаджиево
Еще один закрытый город в Мурманской области — город Гаджиево, который входит в городской округ ЗАТО «Александровск». В городе расположена военно-морская база Северного Флота России. О жизни в этом небольшом городе рассказала Анна Бородина.
— Живешь как на Рублевке, а деньги потратить не можешь, потому что нет развлечений ни для детей, ни для взрослых. Есть ресторан и магазины, иногда в Дом в офицеров приезжают с выступлениями. И все. Ни кино, ни для детей ничего нет. Разве что аниматоры, которых на дни рождения приглашают, — поделилась Анна.
В отличие от Видяево, поехать в Мурманск не так просто.
Не так все хорошо и с работой. Конечно, если ты военный, то проблем с работой не возникает. Для гражданских лиц вариантов куда меньше.
— Если ты медик или связан с военной службой, то проблем с работой не возникает. Для всех остальных возможные варианты — продавец или домохозяйка. Женщины, если не могут устроиться на работу, рожают детей. Но все это перекрывает хорошая зарплата мужа и паек. Люди покупают квартиры, машины, женщины ходят в шубах и золоте. Например я занимаюсь фотографией и у меня хороший фотоаппарат. Еще у тех, кто служит здесь, достойная пенсия, отпуска по 90 дней и бесплатный проезд к месту отдыха. А плюс жизни в маленьком поселке — это то, что можно спокойно отпускать детей гулять, — поделилась Анна.
Молодежь, естественно, из города старается уехать. Остаются только те, кто мечтает о военной карьере или устраивает личную жизнь.
ЗАТО Александровск, город Снежногорск
Снежногорск тоже находится в мурманской области, в 26 километрах от самого Мурманска. Основа экономики города: судоремонтный завод «Нерпа», занимающийся ремонтом и утилизацией атомных подводных лодок. О жизни в городе рассказывает Екатерина Зинченко, которая приехала в него вслед за мужем.
— Десять лет назад я приехала из Санкт-Петербурга за мужем, которого после военного училища отправили сюда служить. Петербург — большой, красивый город, дающий много возможностей, но там каждый сам по себе и сам за себя. А тут — все как в муравейнике, все друг друга знают. В этом есть свои плюсы и минусы. С одной стороны, тут все рядом: больница, администрация, полиция, школы, сады, магазины. Скорую помощь или полицию не приходится долго ждать. Тут почти нет криминала, что-нибудь случается очень редко. За деток можно быть спокойной, — рассказала Екатерина.
Но, конечно, не все так радужно.
— В то же время здесь совсем нет конкуренции среди фирм и организаций, поэтому некоторые услуги оказываются некачественно и дорого. В той же больнице кадров не хватает, поэтому на прием к узким специалистам нам приходится ездить в Мурманск. Культурно развиваться отправляемся туда же, хотя нас и тут не обижают: часто Ваенга приезжает, а недавно нас посетил Алексей Гоман, — рассказала женщина.
Для проезда на территорию ЗАТО требуется пропуск, приехать могут только близкие родственники. Ждать пропуск приходится месяц. А вот сами местные жители свободно могут передвигаться в любом направлении. Ограничения есть только у тех, у кого есть доступ к секретной информации, им запрещено покидать территорию России.
Снежинск (Челябинск-70)
Жизнь здесь протекает также, как и в других закрытых городах страны.
— Большую часть своей жизни я провел в Снежинске. Если сравнивать с остальными городами России (подобного масштаба), он действительно очень красивый и спокойный (если не ходить по темным переулкам в ночное время). Как говорят, здесь хорошо растить детей и встречать достойную старость. Если вы не грамотный специалист-инженер, здесь вам делать нечего (в плане достойной работы), — пишет пользователь ЖЖ с ником simon_drum.
Территория города тщательно охраняется: без пропуска сюда не попасть.
— По городскому периметру протянут сплошной двухуровневый забор с колючей проволкой, город серьезно охраняется, попасть в него можно только через 5 контрольно-пропускных пунктов. На данный момент городская администрация отказывается выдавать мне даже временный пропуск, так как я в городе не работаю и не учусь, поэтому каждый приезд мне приходится напрягать людей, чтобы они написали в управлении заявление на мой въезд выезд. Только после рассмотрения я могу попасть на территорию, — рассказывает мужчина.
